Замаскированная реальность

      Кенма тихо всхлипывал, аккуратно проводя по ране на груди Тецуро ватным диском, пропитанным антибактериальным средством. Куроо сидел на бортике ванны и шептал успокаивающиеся слова, поглаживая Козуме по бедру.       — Всё закончилось, малыш. Теперь мы в безопасности.       Кенма кивал и продолжал молчать, закусывая нижнюю губу. Ночь выдалась настолько насыщенной и беспокойной, что не было сил даже говорить. Страх и тревога за приятелей оставили после себя лишь слёзы усталости и облегчения, что никто из них не пострадал.       — Когда вернёмся домой, я возьму отгулы, и мы будем смотреть фильмы, есть мороженое и много-много спать, — Куроо уткнулся лбом Кенме в грудь.       Услышав смешок, он поднял голову. Кен провёл рукой по его щетинистой щеке и немного склонился, целуя сухие губы. Ладони Тецуро добрались до влажных скул возлюбленного, прижимаясь к ним. Прервав поцелуй, Куроо соединил их лбы, не разрывая зрительного контакта.       — Я должен тебе кое-что рассказать, — выдохнул он и прикрыл глаза.       Все молчали, ожидая возвращения Кайла, Рашми и Мартина из Стоуни-Пойнта. Доктор, прибывший с Директором, уехал в больницу вместе с пострадавшими. Кейджи пришёл в себя в пути. Совершенно потерянный он не проронил ни слова, крепко сжимая ладонь Котаро, который не отходил от него. В гостиной сидели трое: Директор, Котаро и Кейджи. Но, на самом деле, их было гораздо больше, не считая Кенмы и Тецуро, ведь за квартирой, притаившись, пристально наблюдали люди из Организации.       В комнату вошли Тецуро и Кенма. Второй смотрел в пол и выглядел озадаченным. Бокуто, проследив за парой, которая села на диван рядом с ним и Кейджи, нахмурился. Когда Куроо положил ладонь на колено Козуме, но тот никак не отреагировал на это, тогда Котаро окончательно убедился, что между возлюбленными что-то произошло.       — Тецуро, ты рассказал? — вопросил Директор, заняв стул напротив парней. На журнальном столике стояли две коробки с пиццей.       Куроо кивнул и повернул голову на Кейджи, который заинтересованно разглядывал его. Но он лишь грустно улыбнулся и отвернулся, утыкаясь в макушку замершего Кенмы.       — Что рассказал? — Котаро начинал злиться от непонимания.       — Думаю, это стоит знать всем, поэтому подождём.       Мужчина наклонился к столику и открыл одну из коробок, беря кусочек пиццы. Откусив, он довольно зажмурился.       — Остыла, но всё равно вкусно. Угощайтесь.       Но никто так и не сдвинулся с места.       Спустя полчаса в прихожей послышался шум, заставляя всех присутствующих в гостиной, кроме Директора, встать. Мужчина с пиццей с интересом следил за ребятами. Стоило в дверном проёме гостиной показаться Рашми, как все облегчённо выдохнули. Кенма первый подошёл к ней и крепко обнял. Девушка всхлипнула и, отодвинувшись, поцеловала Козуме в щёку. Она взглянула на Бокуто, который беспокойно разглядывал её. Рашми заметила, как он сжимал руку испуганного Кейджи. Она улыбнулась и сама подошла к ним. Привстав на носочки, обняла сразу обоих за шеи и по очереди поцеловала в скулы.       — Я рада, что с тобой всё хорошо, — прошептала Рашми на ухо Кейджи и оставила их, переходя к Куроо.       Когда с объятиями было покончено, девушка всех горячо отблагодарила и со слезами на глазах плавно перешла к рассказу своего похищения. Кайл принёс для Рашми стул, на который она присела, а Мартин опустился на пол рядом с женой, положив голову ей на колени; Оуэн разместился на излюбленном подоконнике. По возвращении домой, после празднования свадьбы, через несколько минут в дверь Гилам позвонили. Мартин заснул сразу же, перебрав с алкоголем, а Рашми даже не успела переодеться. Заглянув в глазок, она никого не обнаружила и хотела уже уйти, но звонок раздался снова. Девушка резко открыла дверь, желая поймать шутника на месте дурацкого розыгрыша, но не успела даже опомниться, когда к её лицу прижали тряпку, пропитанную хлороформом. Сознание вернулось к ней уже в подвале Гилберта. Её не трогали, не считая царапины от кольца Уолтера; с ней даже не говорили, поэтому Рашми вообще не понимала, что для неё было уготовано дальше. Но после съёмки видео для парней, её увезли в заброшенный особняк в Стоуни-Пойнте, привязали к потрёпанному временем стулу и оставили одну. Рашми было настолько страшно, что она даже отключалась пару раз, ведь те боль и отчаяние, которые ей пришлось пережить несколько лет назад в этом месте, преследовали её до сих пор. Кейджи слушал, немного подрагивая. Бокуто старался успокоить его, стискивая ладонь ещё крепче, но это не помогало. Котаро не мог дождаться окончания этого собрания, чтобы скорее уехать отсюда.       — А где старина Джеймс? Он в норме? — опомнился Кайл.       — Повёл себя неосмотрительно, за что получил пулю в бедро. Джеймса забрали в больницу. Он потерял достаточно крови, но жить будет. Через пару дней можете навестить его.       Директор замолчал, медленно вытирая руки салфеткой. Мужчина никуда не торопился, зато друзья сгорали от нетерпения, чтобы наконец узнать его вердикт по поводу выполненного задания и освобождения их от работы на Организацию.       — Что ж, начну с того, что эмоции всё-таки немного подвели вас, ведь в задании не было поджога особняка в Стоуни-Пойнте, не так ли, Кайл?       Все посмотрели на Оуэна, который хмыкнул, отвернувшись. К его сожалению, дом снова удалось спасти. Организация, опасаясь, что огонь перейдёт на лес, вызвала пожарных. В Бронкс друзей доставили другие наёмники, потому что Мустанг нужно было вернуть в гараж Гилберта. Но те проклятые стулья, на которых когда-то сидели дети, оставили о себе лишь обугленные воспоминания, чего Кайл и добивался.       — Гилберт мёртв, — продолжил Директор, снова возвращая на себя всё внимание. — А я сдерживаю свои обещания, но сначала нам нужно обсудить дальнейшие действия. Также есть некоторые моменты, которые все должны знать.       Кенма поднял голову и взглянул на профиль Куроо, который сжал челюсти до заигравших на скулах желваков.       — Во-первых, зачистку Организация, конечно же, взяла на себя. На территории особняка уже работают люди. Сигнал о вторжении на частную территорию не дошёл до копов благодаря нашим полезным связям. Здесь беспокоиться не о чем. Во-вторых, смерть Уолтера Гилберта. О ней полиция узнает совсем скоро и явится к Брэндону Келли, его ассистенту, который признается в убийстве своего господина. Дело состоит в том, что якобы Уолтер насиловал пятнадцатилетнюю племянницу ассистента, которая два года назад покончила с собой. Маргарет Дойл рассказала ему об этом, за что была убита, и Келли решил отомстить. Брэндон согласился на это условие, ведь на самом деле его племянницу насиловал он сам.       Рашми громко ахнула и закрыла рот ладонью, Кейджи был готов снова потерять сознание. Котаро придвинул его ближе к себе.       — Мерзкое отродье, — выплюнул Кайл.       — Да, даже существуют доказательства. Некоторые сцены насилия подонок снимал на камеру, нам удалось достать видео, хоть это было нелегко — сукин сын хорошо всё запрятал. Если бы он отказался брать убийство Гилберта на себя, то нам не составило бы труда предоставить записи пыток над ребёнком полиции, и ему было бы ещё хуже, ведь все в курсе, что делают в тюрьме с педофилами. Историю Гилберта мы тоже хотим осветить, чем займётся Тецуро, как раскрывший его деяния полицейский. Нужно, чтобы люди знали об этом. Огласка данного преступления над детьми может помочь многим подросткам из приютов, ведь наверняка начнутся разные проверки. К сожалению, всех мерзавцев не истребишь, но хотя бы мы можем отсрочить их гнусные дела на какое-то время. Кейджи, ты хотел бы рассказать всем свою историю или предпочтёшь остаться в тени?       Акааши, который даже дышал через раз во время рассказа, дрогнул. Он сфокусировал взгляд на Директоре, который с улыбкой ждал его ответа. Кейджи тряхнул головой, а Котаро напрягся, выпрямив спину.       — Я хочу забыть этот кошмар, — тихо начал пришедший в себя парень. — Пожалуйста, не вплетайте меня в это.       — Хорошо, но знай, что в завещании Уолтера есть ты, которому после его смерти переходит всё его имущество в Гринвиче. Бизнес и прочая собственность остаётся его младшей сестре, а вот особняк и всё что там есть — твоё.       — Ч-что... — неверяще вымолвил Кейджи.       Оуэн присвистнул, а Котаро громко выдохнул, покачав головой.       — Будто мерзавец так хотел загладить вину перед тобой, — вздохнул Директор, продолжая мять салфетку в руках. — Думаю, навряд ли ты там будешь жить, поэтому могу дать контакты специалистов, которые помогут тихо продать всё это добро.       Акааши ничего не ответил, продолжая пребывать в шоке. Уолтер действительно был одержим Кейджи, ни о какой любви не могло идти и речи. То, что он завещал особняк в Гринвиче ему, было похоже на насмешку. Наверняка Гилберт считал это неким вознаграждением за то, что его «приёмный сын» позволял ему издеваться над собой все эти годы, а не свёл счёты с жизнью.       — И, в-третьих, чтобы вы начали жизнь с чистого листа, вам нужно знать ещё кое-что, — мужчина прочистил горло и поднял глаза на Котаро, который также не спускал с него взгляда. — Вашу первую встречу на волейбольной площадке подстроил я. Я и Тецуро.       Кенма громко выдохнул и крепко сжал пальцами ткань штанов на бёдрах. Именно это рассказал ему Куроо в ванной; именно это признание вывело его из колеи. Он не хотел признавать, что их встреча была подстроенной; ему было больно это слышать из уст любимого человека.       — Я знал, что здесь что-то не так, — Кайл сложил руки на груди. — Встреча четырёх японцев, двое из которых — наёмники, третий — жертва педофила, четвёртый — полицейский. Ещё каждый так или иначе был связан с Гилбертом. Такого не бывает.       — Возможно, и бывает, — предположил Директор, выслушав Оуэна. — Тецуро сотрудничает с Организацией уже несколько лет. Его дружба с Кейджи тоже моя идея. У него было задание подружиться с Котаро и Кенмой, поэтому я дал ему наводку, на какой площадке они проводили субботнее время. Честно, я думал, что ничего не получится, и парни пройдут мимо, ведь новые знакомства — это вообще не про Котаро, но, к моему удивлению, они сами проявили инициативу присоединиться к игре. Предполагал, что Тецуро поделится с вами этим ещё в больнице, но он смолчал, упомянув лишь своего друга Луи. Видимо, ещё не был готов раскрыть себя, я прав, Тецуро?       Но Куроо молчал, чувствуя, как Котаро прожигал в его виске дыру. Он злился, что Тецу утаил от них этот момент, ведь, выходило, что их судьбоносная встреча оказалась подстроенной. Кейджи даже усмехнулся, привлекая к себе внимание. Вся его жизнь была сценарием, в который вносили корректировки посторонние люди, а от него самого практически ничего не зависело. Но почему-то злости на Тецуро у него не было, ведь благодаря ему Акааши мог хоть как-то отвлечься от пыток Гилберта.       — Простите, — сказал Куроо, смело осматривая всех. — Простите, что не сказал раньше, но то, что наша встреча оказалась подстроенной, никак не меняет моё отношения к вам. Кейджи, я был искренен с тобой. Мне было важно вытащить тебя из лап того ублюдка, но я не мог говорить об Организации. Позволь мне дальше оставаться твоим другом. Пожалуйста. Кен...       — Потом, — перебил его Козуме, заставляя замолчать.       — Тецуро, я всё понимаю, не переживай, — Кейджи выглянул из-за Котаро, глядя на взволнованного Куроо, который прошептал: «Спасибо».       Пальцы Рашми путались в волосах Мартина, который был самым невозмутимым в компании. Вернув жену домой здоровой и невредимой, он успокоился, особо не вникая в разговор. Главное, что все сейчас были здесь.       — Да, вы стали игрушками в моём плане. У меня был приказ устранить Гилберта, и я использовал все способы, которые могли бы помочь мне в этом. Он был неуязвим, даже вынюхал информацию об Организации, оградил себя военными — до него было сложно добраться. Досье с доказательствами его преступлений нам удалось добыть лишь чуть больше месяца назад, когда было отправлено задание. Организация следила за ним с того момента, когда он усыновил Луи, но мы не могли ничего сделать без улик. В задании, что было направлено Кенме и Котаро, была небольшая видеозапись, где Уолтер издевался над Луи. Нам удалось её обнаружить на флэшке Келли, который подглядывал за этим извращением и записал фрагмент себе на память. Я думал, что наконец-то могу покончить с этим делом, поручив его Котаро, но упустил момент, когда они с Кейджи очень сблизились. Пришлось отправлять на помощь Тецуро и Кайла. Кайл, к сожалению, промахнулся, попав Уолтеру в плечо, но побоялся признаваться в этом, а Тецуро даже не успел войти в особняк. Ему пришлось делать вид, что он ничего не понимает, потому что это я ему так сказал. Он просто выполнял мои приказы, как и все вы. Я знал, что он хочет отомстить за друга, и воспользовался этим. Выслушайте его и постарайтесь простить. Направьте всю свою ненависть на меня, Организацию, Создателя, но не злитесь друг на друга, ведь вы все пострадали в этой игре.       Кенма нащупал ладонь Тецуро и сжал её, но головы так и не поднял. Куроо облегчённо выдохнул, переплетая их пальцы. Он так боялся, что Козуме не простит его. Конечно, Кен ещё ничего не ответил, но Куроо ощущал его тепло, и это было на данный момент для него важнее всего на свете.       — Мартин, Рашми, — обратился мужчина к чете Гилов. — Нам удалось утихомирить ваших соседей и уверить их в том, что всё хорошо. Обошлось без полиции, но, думаю, вам стоит начать искать другое место, потому что у жильцов остались вопросы. Многие слышали выстрелы.       Хорошо, что молодожёны уже обсуждали тему переезда, который они планировали как раз после свадьбы. Уже даже внесли залог за понравившийся дом, поэтому были не очень расстроены этой новостью. Да и срок аренды истекал через месяц.       — Перейдём к главному: вы все решили покинуть Организацию? — Директор начал осматривать всех по очереди, получая в ответ кивки. — Кайл, что насчёт тебя?       — Сложно, — ответствовал Оуэн, почесав затылок. — Могу ли я ответить немного позже? Для меня это серьёзный шаг, нужно подумать, что я вообще умею в этой жизни.       — Люди приспосабливаются, Кайл, — поддержала приятеля Рашми. — Думаю, ты точно не пропадёшь. И ты можешь рассчитывать на нашу помощь.       — Дружище, давай с нами, — уже практически засыпая, внёс свою лепту и Мартин.       — Через два дня жду твой ответ, Кайл, — проявляя снисхождение, произнёс мужчина. — Что ж, мне было приятно иметь с вами дело, парни. Сумма на ваши счета за это задание упадёт завтра и тогда мы точно будем в расчёте.       Директор замолчал и громко вздохнул. Он будто хотел сказать что-то ещё, но не решался. Ребята ждали, не смея нарушать эту атмосферу. Они никогда не видели Директора таким: задумчивым и... неуверенным? Оуэн стучал пальцами по подоконнику. Он спрыгнул на пол и хотел подойти к мужчине, чтобы пожать ему руку и попрощаться, но остановился, когда тот снова заговорил.       — Простите меня, мне жаль, что вам пришлось испытать. Знаю, что этого вы никогда не забудете, но постарайтесь жить счастливо. Я желаю вам только всего хорошего.       Мужчина поднялся, следом за ним встал с дивана и Котаро. Он направился к Директору, и Кенма понял, что тот хотел сделать. Козуме вскочил, но не успел даже сделать шага, когда Бокуто врезал тому по лицу. Все подорвались со своих мест, подбегая к Котаро. Кайл и Мартин держали его за руки, но он вырвался и просто стоял, спокойно оглядывая Директора, который держался за скулу и улыбался.       — Это за то, во что вы превратили наши жизни, — он поднял ладонь, показывая этим жестом, что больше не повторит подобных выходок, и подошёл ближе к уже бывшему боссу, протягивая руку для рукопожатия. — А это за то, что были с нами честны.       — Заслужил, — засмеялся мужчина и пожал протянутую руку, похлопывая свободной ладонью Бокуто чуть ниже больного плеча. — Очень жаль терять такого бойца.       — Не называйте меня так, я больше не боец.       Директор попрощался и ушёл. Просто закрыл за собой дверь, поставив точку в их сотрудничестве. Друзья стояли посреди гостиной и смотрели через межкомнатную арку в прихожую, боясь, что всё это очередная игра Организации, которая уже послала сюда людей, чтобы их расстреляли. Но всё было тихо, только жители начали потихоньку просыпаться вместе с рассветом.       — Да, я промахнулся, потому что боялся задеть Кейджи, — спустя несколько минут признался Кайл. — Разрешаю смеяться.       — Никто не собирается над тобой смеяться, идиот, — Котаро стукнул Оуэна в плечо. — Ты всё сделал правильно.       — Благодаря тебе я смог вырваться из рук Уолтера. Спасибо, — Кейджи выглядел очень бледным и уставшим, но улыбка, которой он одарил Кайла, была искренней.       — Всё, — вымолвил Кенма и плюхнулся обратно на диван.       — А что дальше? — тихо вопросил Оуэн.       — Жизнь, — прошептал Кейджи, но все услышали, оборачиваясь на него. — Спокойная жизнь.

Год спустя.

      Солнце слепило, заставляя прищуриваться и вытирать слёзы, собиравшиеся в уголках глаз. Кейджи тщетно пытался что-то разглядеть в небе, но яркий свет мешал ему видеть ясно. Котаро, заметив это, улыбнулся и снял с себя солнцезащитные очки, молча надевая их на возлюбленного. Акааши благодарно чмокнул его в щёку и поднял голову, уже спокойно рассматривая причудливой формы облака. Он схватил свой «Полароид», висевший на шее, и сделал снимок. Когда из фотоаппарата показалась карточка, Кейджи вытащил её, наблюдая, как проявлялось изображение.       — Что там? — полюбопытствовал Бокуто, заглядывая в фото. — Облачное сердце? Ого, а я даже не заметил.       — Это тебе, — Акааши протянул Котаро снимок и зажмурился, когда тот прижался губами к его виску.       Две недели назад Кейджи перестал пить антидепрессанты. Некоторое время ему даже пришлось полежать в психоневрологическом диспансере после всего случившегося прошлым летом. Он видел в незнакомцах и во снах Гилберта, практически не выходил на улицу и плохо спал. Однажды у него случился приступ панической атаки, при котором возникли сильная одышка и боль в груди. Бокуто тогда не на шутку испугался, дрожащими руками набирая короткий номер службы спасения. Было тяжело, иногда очень, но они со всем справлялись, желая скорее начать спокойную жизнь.       Продажа особняка не заняла много времени, покупатели нашлись быстро. Деньги, которые были получены с этой сделки, Кейджи пожертвовал детским приютам и парочке организаций, оказывавших помощь подросткам, переживших сексуализированное насилие. Он, как никто другой, понимал, какого это, поэтому иногда приезжал в кризисные центры, чтобы пообщаться с жертвами. С некоторыми ребятами даже делился своей историей, таким образом поддерживая их и показывая пример, что с травмирующим опытом возможно справиться, если не замыкаться в себе и не бояться просить помощи.       Квартиру на Манхэттене Акааши также продал. Он пожелал избавиться от всего, что было связано с Гилбертом. Пока парни разбирались с имуществом Кейджи, то проживали в той самой квартирке в Нижнем Ист-Сайде. Рождество праздновали в двухэтажном коттедже четы Гилов в Бэйсайде. После ситуации с Гилбертом все разъехались налаживать свои жизни, поэтому до зимы друзья практически не виделись друг с другом. Кенма восстановился в университете и переехал к Тецуро в Бруклин; Кайл всё-таки ушёл из Организации, и они вместе с Мартином открыли автомастерскую; Рашми продолжила учёбу в медицинском; Кейджи с августа по сентябрь находился в клинике, а Котаро занимался вопросами недвижимости. В Японии, к сожалению, им не удалось побывать, зато они с интересом и большой радостью слушали рассказ Гилов о путешествии в страну восходящего солнца. Когда Кейджи и Котаро вручили молодожёнам путёвки в качестве свадебного подарка, Кенма причитал, что тоже полетит, но этого не случилось, так как поездка была запланирована на октябрь, а они с Куроо в это время были очень заняты: у одного был завал на учёбе, у другого — на службе. Но всё ещё было впереди.       Брэндон Кэлли повесился в камере, когда началось расследование убийства Гилберта, что поставило точку в деле. Журналисты брали интервью у Тецуро как у раскрывшего ужасное преступление Уолтера, освещая историю в новостях, которая повергла в шок общественность. Как Директор и предполагал, начались проверки детских домов и неблагополучных семей. Кейджи же оставался в стороне, не желая снова переживать сцены из прошлого.       В апреле Бокуто и Акааши переехали в Стейтен-Айленд, где им удалось урвать двухэтажный домик на Мидленд-Бич в шаговой доступности от побережья Нью-Йоркского залива. Кейджи был очень рад перспективе уехать из Манхэттена, потому что этот район пробуждал в его сознании картинки из прошлой жизни, которые он мечтал стереть из памяти. В Стейтен-Айленде было спокойнее как физически, так и морально. Акааши снова вернулся к фотографии, развивал свой сайт и портфолио; Бокуто устроился в местный спортивный клуб тренером. Они вместе готовили завтраки и ужины, а в совместные выходные ещё и обеды. Смотрели фильмы, ходили на выставки, обсуждали книги. Иногда Кейджи думал, что ему было суждено пережить всю ту боль, чтобы в подарок получить жизнь, которой он сейчас жил. Все эти события были будто предначертаны судьбой, но на самом деле больше напоминали закон свободы, в котором никто не имел права отбирать волю у другого человека, ведь обязательно понесёт за это ответственность.       Если Акааши периодически ворошил прошлое, то Бокуто сконцентрировался на настоящем, заботясь об его благополучии, чтобы в будущем мысленно возвращаться только в хорошие моменты. Об Организации ему напоминала только сумма на банковском счёте.       — Хэй, а вот и мы!       Парни обернулись на крик — это была Рашми, машущая им рукой. Рядом шёл Мартин с люлькой-переноской, в которой лежала их трёхмесячная дочь Сайя*; чуть поодаль шагали Кенма с корзиной, Тецуро с пакетами и Кайл с огромным пляжным зонтом и сумкой через плечо. Парни о чём-то громко спорили. Все в сборе. Акааши широко улыбнулся, сделал снимок друзей и побежал их встречать.       — Я так рад вас видеть, наконец-то вы смогли выбраться, — Кейджи чмокнул Рашми в подставленную щёку, а затем нагнулся над коляской, приподнимая тканевый козырёк. Малышка спала, забавно причмокивая, и он, не выдержав, щёлкнул Сайю на «Полароид».       — Когда буду кормить её, то дам подержать, — подмигнула девушка, а Кейджи взволновано закивал, протягивая ей фотографию.       Молодые родители умилительно разглядывали карточку, на которой появлялось изображение дочери, когда к ним подошли Котаро и приятели с багажом.       — Простите за ожидание, — на ходу произнёс Кайл. — Мы не могли бросить Кенму, поэтому отстали.       — Эй, моя хромота никак не помешает надрать тебе задницу, — насупился Козуме.       — А я ему помогу в этом, — довольно предупредил Бокуто.       Все дружно рассмеялись и поприветствовали друг друга. Котаро взял у Рашми сумку, а у Кенмы корзину с едой и они направились ближе к берегу, чтобы устроить там пикник. Полуденное солнце обжигало и обливало ослепительным блеском, поэтому Оуэн поспешил установить зонт, чтобы скорее укрыться от лучей. Кейджи и Кенма расстелили на песке парочку покрывал, а Рашми начала расставлять контейнеры с закусками. Котаро удивился, когда Тецуро достал из походного рюкзака коробку с пивом, вручая каждому по банке, а Рашми протянул сок. Банка была холодной и Бокуто соблазнился, скорее открывая её и делая большие глотки. В последний раз друзья виделись перед рождением Сайи, на новоселье у Котаро и Кейджи, поэтому никто не молчал, делясь историями, приключившимися с ними за это время. Когда малышка проснулась, Рашми взяла её из люльки и осторожно протянула Акааши, который трепетно прижал ребёнка к груди. Малютка тихо гулила и смотрела на него тёмными глазками. Это маленькое чудо, которое лишь три месяца назад появилось на свет, вызывало у Кейджи столько нежности и тепла, что он не мог перестать улыбаться. Удивительно, что когда-то они все были такими крохотными и непорочными. Он даже не заметил, как все затихли, наблюдая за ним. Котаро, сидевший рядом, придвинулся ближе и протянул палец, который Сайя обхватила миниатюрной ладошкой. Бокуто так растрогало это, что он поднял голову, встречаясь с восхищённым взглядом возлюбленного. Кенма быстро нашёл фотоаппарат и запечатлел этот нежный момент, Рашми успела щёлкнуть их на телефон. Когда девочка уже начала недовольно возиться в чужих руках, мама забрала её, чтобы накормить.       — Вы все выглядите такими счастливыми, — заключил Кайл, сидя на покрывале и потягивая пиво.       — А ты что, несчастлив? — вопросил Мартин.       — У меня всё отлично, но, глядя на вас, тоже хочется, чтобы на меня кто-то смотрел таким влюблённым взглядом, — засмеялся он.       — Может тогда тебе стоит вступить в отношения? — хмыкнул Тецуро и обнял Кенму за плечи, целуя в макушку.       — Да все классные претенденты уже заняты.       Оуэн повернул голову к кормящей ребёнка Рашми, которая улыбалась ему, но тут же сделался серьёзным, встречаясь с предупреждающим видом Мартина; после его взгляд скользнул к Кейджи, но тот уткнулся лбом в плечо Котаро, тихо посмеиваясь. Кайл обиженно фыркнул и шутливо показал язык нахмурившемуся Бокуто.       — Даже не смотри в мою сторону, — пригрозил Кенма и показал приятелю средний палец.       — Ну вы, ребята, все идеально подходите друг другу, я вас благословляю.       Кайл поднял банку, призывая всех сделать тоже самое, и они выпили за этот прекрасный день, их дружбу и новый путь.       Тёплый ветерок путался в волосах и мягко касался кожи. Друзья засиделись до заката, провожая яркое солнце, отражавшееся малиновыми красками на воде, за горизонт. Каждый думал о своём, глядя вдаль и улыбаясь. Они смогли найти выход из тупика и пойти по дороге, строя каждый своё счастье. Кайл поднялся первым, начал собирать вещи, предложив продолжить вечеринку во дворе дома Бокуто и Акааши. Мартин пообещал приготовить хот-доги, целуя жену в губы. Рашми поддержала идею, заглядывая в коляску: Сэйя безмятежно спала. Кенма просто обрадовался, хватаясь за протянутую ладонь Тецуро, и запрыгнул на него, громко смеясь. Котаро и Кейджи ничего не сказали, крепко держась за руки и наблюдая за друзьями. Что бы с ними стало, если не эта дружба? Как сложились их жизни, если бы они не встретились на замаскированном пути, разоблачая, но при этом выводя друг друга из тупика? Никто не знал ответов на эти вопросы, но тратить время на их поиски уже было ни к чему, ведь сейчас они были заняты построением нового пути, на котором ни одна из тропинок больше не приведёт их к тому, что им пришлось преодолеть год назад.       Собрав вещи, друзья покинули пляж, согреваемый мягкими закатными лучами.

-----

      Мужчина стоял у могильной плиты и курил, выпуская дым во влажный вечерний воздух. Докурив, он бросил окурок у надгробия и затоптал его носком ботинка.       — Ты сделал столько ужасных вещей, а я даже пришёл к тебя на годовщину твоей смерти, — усмехнулась тёмная фигура. — Уолтер, твой дядя усыновил нас с братом; помогал многим подросткам, пережившим насилие; создал Организацию по поимке ублюдков, издевающихся над детьми, а ты взял и просто растоптал то, за что он боролся. Ты бы знал, как он был зол и расстроен одновременно, ты просто сломал его. А ведь, когда погиб твой отец, он не бросил тебя, помогал и поддерживал. Какого исхода ты ещё ожидал?       Незнакомец снова достал сигарету и зажал её в губах. Он начал стучать по карманам в поисках зажигалки, но перед ним зажёгся огонь, освещая удивлённое лицо.       — Отец, нам пора, — сказал парень, давая мужчине прикурить.       — Да, Джеймс, идём, мать нас убьёт, что мы опоздали к ужину, — улыбнулся он и хлопнул сына по плечу.       Ещё раз окинув взглядом могилу, мужчина развернулся и направился следом за парнем к воротам кладбища. Больше он здесь не появится, пока сам не сыграет в ящик. __________________________________ *Сайя — женское имя. Происхождение: хинди. Значение: всегда с тобой, честная (возможно, я не права, если так, то поправьте меня, потому что на сайтах, на которых я смотрела, указано по-разному). Сайя также может быть японским именем (в основном это «Сая», без «й»), означающим «искренняя» или «сила».