Теряя равновесие

Глава одиннадцатая

Виктория

«Бешеная любовь — это тоже смерть»

      Я проснулась от того, что кто-то тряс меня за плечи, старательно пытаясь разбудить.       Открыв глаза, я пыталась сфокусировать взгляд на размазанном силуэте. Принимая сидячее положение, я потирала глаза пальцами и, когда сонная пелена спала, я увидела свою сестру. Она выглядела напуганной и взволнованной. Её вид быстро отогнал остатки моего сна. Я взяла Элену за руку и прохрипела сонным голосом:       — Что случилось, Элена?       Она сидела все ещё в ночной сорочке, накинув на плечи халат, но не завязав его на поясе. Её каштановые, почти чёрные волосы гладкие, хорошо лежат на плечах и груди, будто голова Элены за всю ночь так и не соприкоснулась с подушкой.       — Мне тревожно, Виктория, — прошептала она, словно её кто-то может услышать. Элена покосилась ещё и на дверь, сильнее сжимая мою руку.       Я посмотрела на настенные часы. Они показывали семь утра. Тревожное состояние сестры передалось и мне.       — Боже мой, — прошептала я и поерзала на месте, сосредотачиваясь на разговоре. Далее говорила уже громче: — Тебя кто-то напугал? Стефано обидел? Сказал что-то непристойное?       Элена помотала головой.       — Как бы я его ненавидела, он он все равно проявляет заботу и трепет по отношению ко мне. Просто… — Элена прикусила нижнюю губу, выдохнула и снова заговорила: — Из-за того, что мы убежали, у меня возникло чувство тревоги. Раньше ничего не было, но стоило провести одну ночь вне дома с осознанием, что мы все-таки это сделали, — пробудился страх. А ещё, размышляя о будущем, я вижу кромешную тьму. Эта неизвестность меня пугает, Виктория. Мы совершили преступление против семьи. Что нас ждёт дальше? Вдруг…вдруг все вскроется? Появятся проблемы. Война кланов…       Она начала тяжело дышать, будто её настигла паника.       — Тише, Элена.       Я обняла её и притянула к себе. Придвинулась на другую сторону кровати, приглашая сестру лечь рядом со мной. Она укрылась одеялом, обняла меня за талию и положила голову на мою грудь. Элена сейчас как маленькая девочка, которая ищет утешения и успокоения от матери. Я помню, как так же приходила к маме, чтобы она успокоила меня и отогнала кошмары, которые мне снились. Отец редко спал рядом с ней. Он приходил к своей жене лишь тогда, когда ему хотелось обладать ею, когда она обязана было выполнить супружеский долг.       Обычно Элена стойкая и бойкая девушка. Её практически невозможно сломать или напугать. Но сегодня моя младшая сестра настолько взволнована, что не может этого скрыть.       — Не бойся. Не заглядывай глубоко в будущее. Нам придётся научиться жить одним днем. — Я сжала её руку, напоминая, что всегда рядом. — Главное, что мы есть друг у друга, милая.       Я погладила её по голове и поцеловала в макушку. Элена тяжело вздохнула.       — Правильно ли мы сделали, что доверили свои жизни братьям Ботичелли?       Элена заставила меня задуматься, но всего лишь на пару секунд. Я представила образ Люцифера, его уверенный стан, мрачное лицо и строгий взгляд. В голове звучат его слова, уверяющие меня в светлом и свободном будущем.       — Правильно.       Кажется, мой ответ, который я дала ей уверенным тоном, немного успокоил мою сестру и она больше ни о чем не говорила.       Я понимаю тревогу Элены. Мы выросли среди убийц и преступников, кровавые деньги которых строят в Неаполе церкви и благотворительные фонды. Такими благодетелями их видели люди, живущие далеко от стен нашего дома, внутри которого можно увидеть истинное лицо этих людей. Это отдельный сорт человечества, не знающие пощады и сострадания. Насколько Люцифер соответствует такому страшному типу людей? Я не могу назвать его жестоким, когда он относится ко мне и к моей сестре со всем трепетом и заботой. Отец же жесток как к нам, так и к окружающим. Лишь в определённые моменты он цепляет маску лицемера и показывает себя самым добрым человеком планеты. В мире, в котором я живу: жестоком, мрачном и кровавом, приходится держать глаза широко открытыми и никогда не отключать бдительность. Всегда стоит ждать подвоха и опасности.       Я переживаю за свою сестру. Моей обязанностью является — сделать её жизнь счастливой. Подобрать ей пару, которого она полюбит и доверит ему себя. Который защитит её и, если вдруг меня не будет рядом, сделает все ради её благополучия. Отец хотел выдать нас замуж лишь для получения выгоды и не переживал за наши чувства, за наши сердца, которые распадались на кусочки от страданий и безысходности. Но потом появился Люцифер и собрал моё разбившееся сердце. Показал светлую сторону любви, показал, насколько сильно нуждается во мне и как важно для него учитывать мои потребности и желания.       Станет ли Стефано таким же для Элены? Я видела, как он защитил её от отца, не позволяя ему ударить Элену, когда мне не позволили огородить малышку от тирана. Когда меня не было рядом, Стефано смог и защитил. Даже если Элена не сможет его полюбить в силу своего холодного темперамента, отстраненности от всех и дикого поведения, я вручу её Стефано, потому что уверена в нем. Он не сделает ничего, что бы не понравилось Элене, но продолжит оставаться рядом и огородит от жестокой реальности.       Возможно, он нравится ей по-своему, но пока Элена не желает этого признавать. Моя сестра настолько сложная в понимании, что порой её ненависть можно считать за любовь. До невозможности своеобразная, одно сплошное препятствие и неприступность.       Я услышала сопение сестры и ещё раз поцеловала её в макушку. Положила голову на подушку и закрыла глаза. От ощущения и уверенности, что Элена рядом, я успокаиваюсь и проваливаюсь в сон.

***

      Когда я проснулась, сестры рядом уже не было. Видимо, её внезапно проснувшаяся ранимость спала и Элена вновь приняла свой прежний облик холодной королевы, которую ничто не волнует. Мне даже кажется, что чем меньше чувствуешь, чем больше опустошенности, то становится проще жить. Хотя я не могу говорить об этом с уверенностью. Возможно Элена утопает в своих мыслях и боится своей черствости, желая быть чувствительной. Мы две стороны одной монеты.       Часы показывали девять утра. Я лениво поднялась с постели, потерла лицо ладонями и зашагала в ванную комнату.       В шкафу нашла новые наряды и выбрала светлые джинсы с белым топом. Я редко носила такую одежду, предпочитая платья или юбки, но если менять жизнь, то охватывать все её сферы. Волосы собрала в пучок.       Когда я вышла из комнаты, то тут же столкнулась с Люцифером, словно он сторожил мою дверь. Я успела лишь вздрогнуть от неожиданности. Он мгновенно обхватил меня за талию, прижал к себе, затем вдавил в стену. От его неожиданных действий моё сердце гулко забилось, но на лице все равно моментально появилась улыбка.       — Ты сумасшедший, — смеясь прошептала я.       Люцифер широко улыбнулся и коротко, с нежностью поцеловал меня в губы, затем прохрипел у самого уха:       — Ты делаешь меня таким.       По моему телу побежали сотни мурашек, а когда Люцифер начал осыпать мою шею жадными поцелуями, я вовсе забыла, что существует земная гравитация. Чтобы устоять на ногах, я крепко схватилась за его широкие плечи. Хватка Люцифера на моей талии усилилась, затем он переместил свои руки на мои ягодицы. Когда Люцифер сжал их, я судорожно выдохнула и прогнулась в спине.       Падре всегда внушал мне, что желать мужчину, не являющегося мужем, грешно. Встретив Люцифера, взглянув в его глаза и полюбив его, я потеряла голову до такой степени, что наплевала на все моральные устои, которые мне внедряли с детства. С ним моя жизнь разделилась на до и после. Люцифер показывает мне новый мир, в котором не страшно ничего и, в котором мне комфортно.       Мне все равно, что Люцифер не считается моим законным мужем. Главное, что он рядом и делает меня счастливой. Все важное когда-то сейчас стало для меня несущественным и глупым.       — Люцифер… — прошептала я его имя, а после сразу издала стон, стоило ему укусить меня за шею и оттянуть зубами кожу.       — Ты сводишь меня с ума, Виктория Моретти, — прохрипел Люцифер.       Он посмотрел на меня, и я увидела в его глазах безумный блеск желания. Своим затуманенным рассудком я забыла о существовании всего мира. Для меня сейчас есть только Люцифер.       Я сама потянулась к его пухлым губам и Люцифер тут же завладел моими. Укусив за нижнюю губу, он прошептал:       — Ты даже не представляешь, что делаешь со мной.       Я ахнула, когда Люцифер прижался ко мне всем телом. В мой живот упиралось его твёрдое возбуждение. Все мое лицо загорелось и наверняка превратилось в пунцовое. Люцифер пальцами коснулся моих щёк, а затем влажных после поцелуя губ. Его одержимый взгляд делал из меня беззащитную марионетку. Какой силой и властью обладает этот мужчина, что я замираю под их влиянием. Я полностью принадлежу ему. Я выросла среди властных мужчин с чувством собственника. Но Люцифер в разы превосходит их всех своим могуществом и влиянием. Он подчиняет и обладает. Берет то, что необходимо и присваивает себе. Это касается и меня.       — Только со мной ты познаешь все прелести близости. Только я буду твоим мужчиной и никто больше. Ты моя.       Я с усилием сглотнула. Люцифер обладает мной даже без близости. Хватает лишь одного подчиняющего взгляда. Какой он меня сделает, насколько сильно раскроет мою суть, мне даже страшно подумать. Я всегда боялась себя настоящей и даже не представляла, что скрывается во мне. Отец умело подавлял меня же во мне. Но с Люцифером я могу быть настоящей и не бояться себя, потому что такая Виктория точно для него.       Несколько секунд я смотрела на него затуманенным взглядом, впитывая каждое его слово. Затем обхватила ладонями его лицо и впилась в горячие губы. Люцифер улыбнулся сквозь поцелуй. Я впервые целую его жадно, не стесняясь и не боясь, что делаю что-то неправильно. Люцифер сжал мои ягодицы и резко приподнял меня. Я окольцевала ногами его талию, крепко обнимая за шею. Он запустил свой язык в мой рот, приятно лаская им мои губы.       — Раскройся для меня, — прошептал он и снова стал жадно целовать мою шею.       Я не сдержала стонов. Я сойду с ума, если не получу этого мужчину всего. Когда я неосознанно оттянула его чёрные волосы, услышала рычание. Я осознаю, что такое бешеная страсть. Она толкает в бездну бесконечного удовольствия, от которого теряешь голову.       Тяжело дыша, я елейно выговорила:       — Люцифер…остановись.       И он остановился.       Мой рассудок в тумане. Люцифер целовал мои губы и моё тело так, что я оказалась на пике удовольствия и желания. Если бы он не остановился, то я бы потребовала большего, но во мне ещё нет уверенности. Я должна полностью раскрыться и быть готовой, чтобы мы оба утопали в наслаждении.       Люцифер поставил меня на ноги. Смотрел на меня как на запретный плод и этот безумный взгляд заставляет меня сжаться в беззащитный комок. Я напрягаюсь, но нежное прикосновение Люцифера на моих щеках и губах заставляет меня вновь расслабиться.       — Не бойся меня, — прохрипел он и поцеловал меня в лоб. Я растаяла от этого особенного действия, которым меня одарил любимый мужчина. — Я не причиню тебе боли и никогда не сделаю того, что тебе не понравится.       Люцифер не Лука, о существовании которого я забыла за один день, и который подавлял мои желания. Люцифер показывает мне любовь даже через тёмные эмоции и желания, которые возникают между нами. Лука же хотел сделать из меня рабыню, которая выполнит все его прихоти беспрекословно.       — Иди в столовую, я скоро приду, — нежно повелел он, и я кивнув ушла.       Ко мне только-только начали возвращаться силы после безумной встречи с Люцифером. До этого ватные ноги снова могли держать меня, но я все равно крепко держалась за перила, боясь навернуться на ступеньках, ощущая дрожь в коленках.       За столом уже сидели Элена со Стефано. Моя сестра как обычно хмурая, а младший Ботичелли искрится, улыбается, глядя зачаровано на Элену, подперев подбородок кулаком.       — Виктория, наконец-то ты пришла. Этот тип напротив не даёт мне расслабиться, — пробубнила моя сестра, отпивая из чашки ароматный малиновый чай.       Я улыбнулась, погладила Элену по плечу и поцеловала в макушку, занимая свое место рядом с ней.       — Просто этот тип безумно влюблён, а объект обожания никак не желает отвечать на мои чувства.       Элена одарила Стефано холодным взглядом, а тот только продолжал улыбаться, находя в поведении моей сестры некую забаву. Если Стефано удастся очаровать Элену, то это будет настоящим достижением.       Стефано внимательно осмотрел меня, засовывая в рот кусочек пирога.       — У тебя на что-то аллергия, Виктория?       Я подняла на него непонимаюший взгляд.       — У тебя вся шея в красных пятнах и полосах.       Я инстинктивно накрыла шею ладонью, ощущая, как краснею. Стефано издевательски подмигнул мне, улыбаясь и дожевывая порцию пирога. Младший Ботичелли любит баловаться, вгоняя в краску. Это стоит учесть и в следующий раз подготовить колкую фразу.       — Прекрати издеваться над ней, невоспитанный, — мрачно проговорил Люцифер, появляясь в столовой как мое спасение. — Этот объект недоступен для твоих тупых шуток.       — Да гореть мне в аду, как можно, — быстро сказал Стефано и сосредоточился на своём завтраке.       Элена нахмурилась, когда осмотрела меня, а затем задержала недовольный взгляд на Люцифере.       Люцифер занял свое место рядом со своим братом и сделал жадный глоток чая из своей чашки.       — Стефано, неужели ты пьёшь на завтрак чай? Неожиданно.       Младший брат посмеялся.       — Зачёт тебе, братец. Один-один.       Люцифер улыбаясь подмигнул мне, заставив смутиться и вспомнить, что было между нами несколько минут назад, затем взял приборы и стал принимать пирог. Он показал мне, как нужно обходиться с его братом в такие неловкие моменты, которые он умело создает.       У братьев замечательные отношения. Они словно как мы с Эленой дополняют друг друга.       Мы спокойно принимали завтрак, как зазвонил мобильник Люцифера. Посмотрев на экран, он нахмурился. Я любовалась его спокойным видом, но всего несколько минут. Одно имя на экране снова заставило его принять мрачный вид.       — Слушаю. — В голосе сталь.       После Люцифер слушал своего собеседника. Он становился более серьёзным с каждой секундой. Тот, кто находился на линии, не особо нравился Люциферу.       — Это обязательно? — раздражённо спросил он.       Люцифер вздохнул и надавил на переносицу.       — Хорошо, мы будем, — буквально рявкнул он и сбросил вызов. — Собирайся, — приказал он своему брату.       Стефано без лишних вопросов допил чай и встал из-за стола за Люцифером. Мы с Эленой с настороженностью наблюдали за братьями, которым не нравилось чьё-то решение. В особенности Люциферу. В связи со сложившейся ситуацией, мы с Эленой в праве нервничать, ведь сейчас все кланы будут задействованы в наших поисках и вряд ли Люциферу звонили по-другому поводу. Пора возвращаться в реальность и не забывать — нас с Эленой ищут и не прекратят искать, пока не найдут живыми или мёртвыми. Люциферу со Стефано сейчас будет не сладко, пока они будут пытаться скрывать свой план.       — Люцифер, кто звонил? — осмелилась спросить я.       Он посмотрел на меня недовольным взглядом, которым опалил мою кожу и заставил напрячься.       — Тебя это не касается. Не лезь туда, куда не просят, — буркнул он и отнял от меня холодный взгляд.       Его слова меня задели, но я оправдывала грубость Люцифера тем, что у него проблемы и именно из-за нас с Эленой. Моя сестра посмотрела на меня так, словно осудила за вмешательство.       — Марко! — грозно выкрикнул Люцифер, что я вздрогнула. Я ещё не видела его таким озлобленным.       Через пару секунд в столовую вошёл худощавый мужчина.       — Слушаю, Дон.       — Подготовьте девушек. Сегодня вечером отправь их во Францию вместе с охраной. Ты летишь с ними и отвечаешь за их перелёт головой. Пусть служанки оденут их более неприметно, — дал приказы Люцифер, а в моем сердце затаился страх.       Что я слышу? Мы же должны лететь завтра все вместе. Почему Люцифер поменял планы только из-за одного звонка?       — И никакого багажа, — добавил Стефано. — Паспорта в кабинете в верхнем ящике стола.       — Я все понял. Не извольте волноваться.       Мужчина взглядом попросил нас встать. Элена без лишних вопросов выполнила просьбу и направилась к лестнице. Стефано тоскливо смотрел ей в след.       Я вставала из-за стола, наблюдая за тем, как братья уходят к выходу быстрыми шагами. В желании было побежать за Люцифером и спросить, когда он полетит за мной, чтобы успокоить себя этой информацией. Но я и так его разозлила, поэтому подавила в себе этот безобидный вопрос.       — Сеньорита, прошу, отправляйтесь в свою спальню, — попросил меня мужчина.       Я посмотрела на него глазами, которыми готова расплакаться.       — А когда за нами полетят Люцифер и Стефано? — тихо спросила я.       — Мне неизвестно. Вам следует быть готовыми к тому, что можете не видеть их по месяцам, пока Вы с сестрой будете летать из одной страны в другую. Никто не должен даже заподозрить, что вы находитесь под защитой клана Ботичелли.       После пояснения Марко одна единственная слеза покатилась по щеке. Я посмотрела в сторону выхода, вытирая слезу, сосредотачиваясь на запахе Люцифера, который еле уловимыми нотками остался в столовой и питал воздух. В душе зародилась тоска. Сегодня я наслаждалась Люцифером, его присутствием, словно в последний раз. Сегодня я поняла, как сильно боюсь его потерять и больше никогда не увидеть. Сегодня я поняла многое. Сегодня я поняла, что сильно люблю его и хочу его рядом всегда. Мое сердце будет болеть до тех пор, пока я не увижу Люцифера живым и здоровым. Любовь тоже заражает болезнью невиданного происхождения, когда болит сразу все и в особенности душа буквально распадается на части. И только любимый человек станет лечением.       Я всхлипнула и отправилась в свою спальню, в которой меня ждала Элена, сидя на краю постели. Как только я закрыла дверь, она с осуждением заговорила:       — Ты растворяешься в нем и позволяешь властвовать над тобой.       Я тяжело вздохнула.       — Ну и что? — пожала я плечами.       Элена выпучила глаза от удивления.       — Сестра, что я слышу? Ты рехнулась? Нельзя настолько глубоко тонуть в человеке!       — Ты не любила и не понимаешь! — крикнула я в ответ.       Элена замолчала на несколько секунд. Её лицо приобрело серьёзное выражение.       — Любить не значит отключать голову. Это чувство ядовитое и его необходимо контролировать. Каждую дозу. — Элена встала с кровати. — Очнись сестра, иначе будет больно. Чем сейчас твоя жизнь отличается от той, которую тебе уготовил Лука Кастильоне? — Я побледнела. — Ничем, — ответила за меня сестра. — Ты подчиняешься мужчине и делаешь все, что он прикажет. Даже затыкаешься, когда он гневно смотрит на тебя. Доказательства были в столовой. Виктория, что с тобой делает любовь к Люциферу?       — Опьяняет и делает слабой, но при этом я готова на подвиги, чтобы защитить то, что имею — свое счастье и свободу. — Мне впервые все равно на то, что говорит Элена. — Ты считаешь, что я гублю себя, но это не так. С Люцифером я оживаю, становлюсь собой. Может я ему не могу перечить, но лишь потому, что пока не знаю как оценивать его злость и не сделать хуже. Да, я теряю голову, но это не катастрофа. Я не забываю о реальности, понимаю всю серьёзность настигшей нас ситуации. Я просто полюбила, а ты осуждаешь меня за это? В твоём понимании, что такое любовь? Твои слова значат, что с ней надо бороться и подавлять. Но разве тогда будет покой на душе, прими ты такую позицию?       Когда я выговорилась, начала тяжело дышать, пристально смотря на задумчивую сестру.       — Любовь, в моем понимании, значит уметь контролировать дикий огонь. Если он меня поглотит, от меня останется лишь пепел. Сохранить небольшое хладнокровие, чтобы выжить, ведь бешеная любовь — это тоже смерть. Что с тобой станет, если Люцифера больше не будет рядом?       — Этого не случится, — испуганно ответила я.       — Но надо быть готовой ко всему. Ты превращаешься в одержимую наркоманку. Не топи себя, сохрани благоразумие, чтобы в кризисный момент не умереть от нехватки этого человека в жизни. — Элена приблизилась ко мне и обняла. — Я не хочу, чтобы ты потеряла себя и зависела от Люцифера. Пожалуйста, ведь ты у меня одна.       Я крепко обняла сестру в ответ. Кто и всегда будет рядом со мной, так это Элена. Что и разлучит нас, то только смерть. Элена боится меня потерять и признает это. Она переживает, что моя сильная любовь к Люциферу одурманит меня и я забью на все, даже не неё. Превращусь в инфузорию. Но любовь не доведёт меня до этого состояния. Главное, чтобы Элена это поняла и не боялась.       — Все будет хорошо. Я рядом, — прошептала я.

***

      К вечеру нас собрали в дорогу. Мы с Эленой были в чёрных невзрачных спортивных костюмах, волосы спрятали под кепкой. Никакого багажа, а в паспортах другие имена.       — Мы скрываемся словно преступники, — ворчала Элена, когда мы спускались вниз по лестнице.       — Мы подозревали, какой станет наша жизнь, если пойдём против отца, — равнодушно ответила я сестре. Настроение было скверное.       В холле нас ждали охрана и Марко. Все одеты в чёрных костюмах с серьёзными непроницаемыми масками на лицах. Я согласилась покинуть отцовский дом, пусть даже путем лживого похищения, но правдоподобного для других, чтобы всегда быть вместе с Люцифером. Но сегодня я уезжаю из города, из страны без него. Из-за этого понимания, меня поглощает страх. Люцифер словно путеводитель в моей жизни — показывает и раскрывает мир во всем его величии. Без него я теряюсь, ограниченная лишь одним городом. Отец действительно сделал из нас с Эленой удобных глупых жен с определенными знаниями, которые обязаны лишь подчиняться. Но он не учел нашего характера, который подтолкнул нас к спасению.       Нас посадили в машину с тонированными окнами, скрывая от лишних глаз. Не считая водителя, в салоне с нами находился ещё один человек из охраны, занимая переднее сиденье.       — Сеньорита, это Вам, — заговорил низким голосом водитель, передавая мне сложенный небольшой лист.       Я приняла его и раскрыла сразу же, чувствуя сердцем, от кого записка. Машина тронулась, и за нами поехала ещё одна с Марко и остальной охраной.       Я увидела знакомый подчерк и душа заликовала. 《Прости меня за грубость, которую не сдержал утром. Мы скоро увидимся, маленькая моя, я обещаю. Главное, что ты будешь в безопасности под моим укрытием. Я знаю, где ты будешь находиться и меня это успокаивает. Скучаю и жду момента, когда снова обниму и поцелую тебя в сладкие губы. Твой Л.Б》       Я судорожно выдохнула и прижала записку к груди. Отвернула лицо от Элены к окну, чтобы спрятать покатившуюся слезу тоски.       И я скучаю, мой любимый.