История Алии

Золотая молодежь. Полет в круиз. Уборная в джете предоставляла все удобства – кроме высокотехнологичного унитаза со встроенным биде, раковины с наборами миниатюр гелей, лосьонов, освежающих тоников и кремов, упакованных одноразовых полотенец, имелась еще и небольшая душевая кабинка, и уголок с фенами, мгновенно просушивающими волосы и тело. Так что пассажир мог и помыться, и освежиться во время полета. Душем Алия пользоваться не стала, побоявшись не разобраться со всеми кнопками, хватило биде и освежающих салфеток. Чистота и свежесть радовали, смущало лишь отсутствие белья, вот как раз взять сменный комплект в салон она и не подумала. А чудесные кружевные трусики, стараниями Андреа, теперь еще надо было поискать на полу меж сидениями. Омраченная лишь этим неудобством, Алия вышла из уборной, прошла пару шагов и оказалась в стальном кольце рук, дернувших ее в импровизированное «купе» бизнес-класса джета, созданное повернутыми навстречу друг другу сидениями первого и второго ряда. Компания из четырех юных девиц с интересом рассматривала ее. - Ух ты, и что же это нам попалось такое красивое и воздушное? – ехидно поинтересовалась жгучая брюнетка, спортивного телосложения, крепко удерживающая Алию в руках, притянув к себе на колени, пока ее подруга нажала кнопку шторы, захлопнувшейся как раз перед стюардессой, проходившей мимо, отрезая «купе» от остального мира джета. Втянув носом воздух, почти впечатавшись в шею Алии, она сладко проворковала: - Какая вкусненькая игрушечка нам попалась, - и лизнула нежную, подрагивающую от участившегося дыхания кожу. - Мари, ты что? Да ладно. Прааавда? – потрясенно протянула ее соседка напротив, резко задрав подол платья на Алии. Та попробовала вырваться и одернуть одежду, но девицы Иксы были куда сильнее и слаженнее в действиях. Брюнетка лишь крепче перехватила ее, сжав тонкие запястья ладонью, а сидевшая рядом с ней подруга больно и цепко вцепилась в колено и потянула его, отводя, раскрывая Алию под жадность взглядов. Без белья, будто специально провоцируя, ведь выглядело это именно так, девушка похолодела и сжалась под этим давящим, хищным вниманием. Замерев, заалев щеками, отчетливо и безжалостно ощущая при этом предательское возбуждение. Две, похожие как капли воды, хотя расцветившие пшеничность волос яркими прядями отличных цветов – изумрудным и голубым, девчонки лет двадцати в противоположных креслах у ширмы и наглая блондинка, задравшая ее подол, напротив, голодно и похотливо пялились на ее промежность, будто прожигая ее. Заставляя клитор наливаться кровью и бесстыдно каменеть, выделяясь меж складочек, а растянутый вход блестеть каплями смазки. - Да вы что, ни разу игрушку не видели? – Мари, единственная лишенная данного обзора, закатила глаза. - Ни ты, Элли? – она глянула на соседку напротив. - Ни вы, Ликки и Микки? – насмешливый взгляд свысока достался и близняшкам. – И с кем я связалась, - она приторно вздохнула. - А то ты много видела, еще скажи и трахала, - хрипло, но обиженно, судя по тону, бросила Элли, не отводя глаз от соблазнительно открывшейся перед ней картины. Кончики пальцев аж горели, так тянуло коснуться влажно подрагивающей, бесстыдной, притягательной плоти перед собой. Близнецы слитно закивали головами, так же негодуя и раздражаясь на эту насмешку. - Да уж, повидала, - наставительно и покровительственно, даже менторски, протянула Мари, возбужденная и ароматом Алии и, может даже еще и больше, минутами славы, что могла «утереть нос» своим подружкам. И начала вещать с высокомерной снисходительностью: - Мать коллекционирует «Игрушек», между гонками и проектированиями каров. Походу, переебла большую их часть, и видео с ними снимает всегда, на память. И мне перепадает, - совсем царственно обронила, многозначительно и картинно, эдак пресыщенно. - А у вас-то, Ликки, Микки, что, мать глава комитета развлечений, и с вами не поделилась? – приподняла ехидно бровь и свободной рукой пошло и звонко шлепнула по раскрытой промежности Алии, изображая опытность и искушенность. - Ладно, считайте вам повезло, рассказываю, - по скуксившимся мордашкам подруг поняв, что те еще ничего в жизни «сладкого» не пробовали, продолжила лекцию, поглаживая подушечкой пальца складочки и кружа вокруг клитора экзотической добычи. Алия варилась в очень странном и новом для себя спектре эмоций. С одной стороны, ей было очень стыдно, и только крепкая рука Икса удерживала ее от порыва вырваться и сбежать, с другой же стороны это пристальное, потрясенно-голодное внимание ей льстило, возбуждало, горячило нутро. Быть раскрытой будто учебное пособие перед столькими глазами, слышать над собой откровенную, даже грубую порой речь, чувствовать, как ее трогают напоказ, распаляют, срывают все покровы интимности - неожиданно сладкий новый опыт. Она уже вся дрожала в руках Мари, выдавая все реакции, в которых та просвещала своих подруг. - Игрушки – очень возбудимые создания, хотят всегда, везде и всех. И даже остановиться в этом порой не могут, потому, – Мари кивнула на браслет на запястье Алии, - они все носят нейродатчик. Поменяет цвет, запищит, это значит перегруз. Желательно дать им отдохнуть. Кроме юной милашковой внешности, сколько бы им не было на самом деле лет, они еще и феромон испускают. Когда видят кого-то понравившегося, или, когда до них дотрагиваешься. Вот я, еще немного, и поплыву, - голос Мари становился ниже, а дыхание явно ускорялось, - До вас тоже скоро дойдет и накроет. Но радиус не очень большой, весь джет сейчас сюда в очередь не прибежит. А еще они текут, и смазка почти не нужна, причем и задницей, и пиздой. И к размеру любому подстраиваются. Еби хоть в две дыры, хоть в два ствола в каждую. Подтверждая слова, она нырнула сразу двумя пальцами во влажную, горячую дырку Алии, развела их, свела, вытягивая и демонстрируя капли секрета. То же повторила и с задницей. - Все детки, не могу больше, - хрипло выдыхая, услышав несколько сладких стонов Алии, что та не сдержала. - Помоги, - кивнула Элли, отпуская руки игрушки, в чем уже не было нужды, и нетерпеливо стягивая с нее платье. - Соски куда чувствительнее наших, - оттянула багровый комок, давно уже задорно и упруго торчащий. - Могут кончить только если сжать или потянуть. И кончают от всего, чтобы с ними не делали. Совсем маревно выдохнула Мари, приподнимая Алию, и поворачивая к себе лицом, ожидая, когда та переступит ногами и оседлает ее колени. Дернув вверх свою модную мини-юбку, открывая крепкий, крупный член, только и ждавший этого, чтобы вырваться из тонкой ткани кружевных трусиков, дочь магната каров, приставила его к пульсирующей, опускающейся на него дырке. - Давай, детка, покатайся на нем, - прикрывая глаза протянула, не понимая, как в этот момент копирует свою мать, в не раз подглядываемом этом действе. Алия жалобно всхлипнула, от такого распирающего, большого вторжения, опустилась на член, вбирая его до конца, ощущая аж под ложечкой, а больше ей ничего сделать и не дали. Мари нетерпеливо, с жаром юного, переполненного гормонами, голодного тела, задвигалась в ней, подбрасывая на крепких бедрах. Подружки приоткрыв рты, с восторгом смотрели на это представление, в мельчайших подробностях видя, как ходит член подруги в никогда раньше не наблюдаемой в реальности, не по визору, дырке. Невинными никто из них не был, со знакомыми, такими же Иксами, было пробовано не раз. Но вот с Игрушками – впервые. От этого и жар, и желание, да и дошедший уже аромат феромона, распалял еще сильнее, втягивая их в оргию. Самая близкая к постанывающей Мари, Элли не выдержала первой. Резко дернув шнуровку стильных, облегающих брюк, выпустила на волю свой член, повела по нему рукой, вздрачивая и нетерпеливо ожидая, когда же подруга кончит. Или же? Подавшись вперед, она прижалась меж ягодиц Алии. Тяжелой рукой на несколько мгновений вжала ее в грудь Мари, приостановив их бешенную скачку. И толкнулась в анус. Пусть и пока в привычный вход, но сил терпеть уже не было. Алия вскрикнула, выгибаясь, вжимаясь в грудь Элли, забыв уже, где она. Растягиваемая так сладко, так остро, так невероятно восхитительно, до оргазма, сжавшего оба члена глубоко внутри. - Рот ей закрой, - прорычала Мари, не желая привлекать еще чье-то внимание к их горячему междусобойчику. Элли дисциплинированно зажала рот игрушке, еще более ускоряясь в толчках. Близняшки, тоже не скрываясь больше, стянули свои щегольские штаны и принялись надрачивать, ожидая своей очереди. Это была нескончаемая череда оргазмов, Алия только чувствовала в пьянящем мареве жажды, как меняются в ней члены, как ее раскладывают на сидениях то в той, то в другой позе, как ладонь у рта меняется на члены, бьющие глубоко в горло и душащие дыхание. Не прекращаясь, с неугасающим пылом, казалось целую, обжигающую, влажную вечность. Пока не запищал браслет. - Дамы, заканчивайте, - шторка, скрывающая вип-купе, чуть отъехала, открывая фигуру строгой и подтянутой стюардессы. Совершенно невозмутимо глянувшей на представившуюся картину. - Еще ни одна Игрушка не скончалась от секса, - хрипло, с давлением протянула Мари, глянув на не насытившихся еще подруг. - Правила компании требуют соблюдать все законодательные нормы на борту, - холодно бросила стюардесса и глянула на хронометр на руке. - Три минуты, дамы, - жестко бросила и задвинула шторку. - Давай быстрее, давай, - зашикали девчонки, подгоняя друг друга и додрачивая уже, чтобы успеть. Потерять право перелетов никто не хотел. Они даже успели накинуть платье на тело Алии, почти не реагировавшее на прикосновения уже. Стюардесса мягко подхватила ее за локоть, поднимая и поддерживая, тесно прижав к себе, довела до туалета. Входя вместе с нею туда и закрывая защелкой дверь. Щелкнув незаметной дверцей, она открыла аптечку и сделала девушке восстанавливающий укол в шею. Джеткомпания предусматривала и такие случаи, так что все необходимое было на борту. - Так, аккуратно, милая. Сейчас мы снимем платье, встанем под душик. Я помогу. Вот так, - профессионально ворковала она, вертя полубессознательной пассажиркой. Поддерживая ее неожиданно очень сильными руками, она ополоснула Алии и тело, и волосы, без стеснения скользя рукой везде, смывая все чужие запахи и секреты. Поставила ее в зону фенов, быстро высушив. - Уже лучше? – наблюдая, как взгляд пассажирки становится осмысленнее и ее все меньше надо поддерживать, участливо поинтересовалась. На вялый кивок, улыбнулась и повернула девушку к зеркалу, из индивидуального пакета достав расческу, и принимаясь расчесывать ей высушенные волосы. Индикатор на браслете сменил цвет на изумрудный, сигнализируя о приходе организма в норму. - Ты такая красивая, - шепнула стюардесса на ухо Алии, прижимаясь к ней теснее, ища ее взгляд в зеркале. Наверное, она сейчас вела себя некорректно, наверное, компания бы не одобрила, но когда еще рядом окажется настоящая Игрек. Таким простым работникам в жизни может и вообще не представится шанса. Конечно, она помогала бескорыстно и не думая ни о чем эдаком. Даже омывая ее в душе, в тот момент она и не вкладывала в это никакой непристойности. Но вот сейчас, вдыхая запах расчесанных волос, воспоминания о нежной и гладкой коже под руками, о скользких и растянутых краях ануса и лона, начали предательски мутить разум. - Можно? Пожалуйста. Дай мне, - неосознанно и негромко, но шептали губы, прямо в ухо, задрожавшей пассажирки. Хотела она этого или нет? Алия задышала быстрее. А ведь это было высшей справедливостью общественного служения. Она была с дамой из научной элиты, была с девчонками «золотой молодежи» и вот сейчас – это же и есть квинтэссенция понятия «равенство» - дать обычному рядовому служащему. У всех одинаковые права на Игреков. Так декларируется, но почти всегда не выполняется, ведь их так мало. Но вот сейчас, она может. И от этой мысли возбуждение опять захлестывает жаркой, удушающей волной. Алия притирается к паху стюардессы, нежно и приглашающе улыбается ей в зеркале. - Да, - шепчет, припухшими от недавних грубых минетов, губами. Заведя руку назад оглаживает женщину по бедру. Расставляет шире длинные ноги. Для счастья нужно лишь это дозволение. Форменная юбка задирается одним резким рывком, из мягкого белья высвобождается изнывающий от нетерпения член. Желание так сильно, яростно, свирепо, не мгновения промедления уже невозможно, невыносимо. Стюардесса толкается в так гостеприимно подставляемую дырку, замирает от восхищающей непривычности ощущений, хрипло всхлипывает, желая продлить момент, и срывается на резкий, жесткий ритм. Тараня и тараня влажное нутро, впитывая его дрожь, вибрацию, сжатия оргазмов на которые так щедры тела Игреков.