История Алии

Трусики Алия так и не нашла. Вернувшись на место за несколько минут до начала посадки, в освеженном и разглаженном под фенами уборной платье, девушка встретила снисходительную и понимающую улыбку уже проснувшейся Андреа. Но та вежливо никак не прокомментировала долгое отсутствие той – игреки, такое поведение для них нормально, - все так же предупредительно помогла Алии занять свое место, пристегнуться, протянула леденцы, чтобы уменьшить дискомфорт в ушах при посадке. Поинтересовалась, нужна ли будет помощь в джетпорту или городе, на всякий случай оставила на коммутаторе Алии свой контакт. Получив ответ, что помощь не потребуется, Андрея сразу после посадки забрала свои вещи и быстро ушла. Тут Алия наконец-то и нырнула меж сидений в поисках предмета белья, при женщине это было делать стеснительно, как и спросить о его судьбе, но ничего не нашла. Стюардесса, белозубо улыбаясь, стояла над ней, копошащейся и собирающей из карманов сидений свои мелочи, наконец, понимающе сообщив, что все пассажиры уже вышли. Услышав это, Алия облегченно выдохнула - встречаться с кем-то из золотой молодежи ей очень не хотелось, - и споро покинула борт. Джетпорт Барсы был просторен и многолюден, все же пересадочный узел в морской порт, на острова и известный туристический объект. Но яркие указатели и дройды обслуживания не дали Алии заплутать, привели в зону выдачи багажа и вывели на остановку городских басов. Здесь народу было совсем мало, большинство прилетевших ожидали индивидуальные кары и только юные эконом туристы и обслуживающий персонал пользовались дешевыми басами. Так что в салоне общественного транспорта Алия была почти в одиночестве, не привлекая ничьего внимания. Разместив между сиденьями сумку и очень удобный и вместительный сиреневый чемодан, Алия с планшетом принялась изучать маршрут, периодически с интересом поглядывая в окно. Бас приходил прямо в центр Барсы, где и была забронирована девушкой гостиница, так что смысла переплачивать за индивидуальный кар она не видела. Хотя обычно все игреки передвигались только персональным трансфером, не используя общественный транспорт. Вид за огромными окнами баса на пневмоподушке был одуряюще живописен – по одну сторону горы и холмы в буйно цветущей растительности, всех оттенков и форм. По другую – безграничная синева моря с прочерчивающими его гладь белоснежными росчерками яхт и медлительными силуэтами грузовых кораблей и паромов. Барса, как гласил путеводитель, была крупнейшим портом на планете с многомиллионным грузооборотом, являясь связующей точкой материка с множеством островов. Две трети площади Кэт было покрыто водой с вкраплением россыпи островов, которые использовались и как лабораторные базы для опасных исследований, и как добывающие ценные минералы центры, и уединенные зоны отдыха и релаксации. На живописных островках были построены комфортные виллы с автономным жизнеобеспечением, оздоровительные центры, мини-дома были даже расположены прямо в океане, под водой, полностью отрезая жильцов от обыденных будней. Как говорила одна из известнейших и почитаемых ученых фундаменталистов – ничто так не помогает ей очистить голову и перезагрузиться, как несколько дней, проведенных в таком номере. А так как Иксы почти все были трудоголики, то и отдых им требовался регулярный и полный, за чем следила даже специальная трудовая комиссия. Лес мачт и антен белоснежных яхт, а за ними громады танкеров и сухогрузов, вскоре застлали горизонт, и бас, вильнув от порта, въехал в город. Барса был построен одним из последних мужчин на Кэт. Архитектор и археолог создал несколько фантасмагорических домов: устремившийся шпилями вверх центр астрофизики и купольный астрономический дворец с широкой лестницей, спускающейся к морю. Задумка и воплощение были настолько неординарны, больше всего напоминая какие-то волшебные замки из мокрого песка, как дети строят на пляже, укладывая одну на другую мокрые плюшечки, с обилием резьбы, цветов, фигур поверх, и с неизменными, диковинными витражами. Кто-то считал, что мастер был сильно не в себе уже, оставаясь один среди генетической катастрофы, кто-то наоборот был уверен, что это подарок будущим поколениям, несущий какое-то зашифрованное послание. Но равнодушным эти строения не оставляли никого. Вокруг них, объединяя их в целостный ансамбль, были позже построены уже современными архитекторами Кэт стилизованные здания гостиниц, инфраструктуры, обслуживающих хозяйств, для растущего потока туристов. Не отвлекающие от самобытности памятников архитектуры, а оттеняющие их, делая эффектней. Барса считался городом романтиков, свободы, любви и вдохновения. Кто-то проводил тут несколько дней, возвращаясь раз за разом, кому-то хватало и суток, как перевалочному пункту – осмотреть все и отправляться в зоны отдыха. Алия давно мечтала побывать тут, прогуляться по улочкам, раствориться в романтическом и бунтарском духе городка, попробовать Сангри – местного напитка, подаваемого в каждом баре города, посетить ночные клубы, считающиеся самыми красивыми на планете. И вот за окнами баса открылась панорама вычурных домиков и башен, будто из детских грез и сказок, цветущих деревьев всех расцветок и форм листьев и соцветий, фонтанов, прогуливающихся стайками туристов, в основном молодежи, вывесок кафе, баров, сувенирных магазинов и бескрайнего моря цветов, ароматом которых пахнуло и пропитало моментально, стоило только выйти из баса. Отель Алии располагался в самом центре Барсы, в окружении шедевров «безумного архитектора Гау», в квадрате здания, где по центру внутреннего дворика шумел высокий фонтан, а пальмы с кожистыми листьями, переливающимися всеми оттенками зелени, дарили тень. В торце же дома как раз был вход в самый эффектный ночной клуб города. Администраторша на стойке, радушно и обаятельно улыбаясь, приветствовала и зарегистрировала новую гостью, кинула ей в планшет подборку брошюрок по достопримечательностям и развлечениям Барсы. Наговорила комплиментов, рассказала о погоде, попутно попытавшись пригласить куда-нибудь вечерком «юную очаровашку», а вдруг получится, за спрос же денег не берут. На «не получилось» - не расстроилась, даже не предполагая, что перед нею не Икс. И, все так же улыбаясь, показала Алии куда идти, направив с нею дроида, чтобы помог разместиться в номере. Климат в Барсе был субтропический, влажный из-за близости моря, теплый, но не душащий, благодаря освежающим ветрам с гор. Переодевшись в легкий зеленый комбинезон на лямках и цветастый топик под него с открытыми плечами и воланами по краю, Алия не теряя времени вышла в город. Тут же окунувшись в пьянящую атмосферу ароматов цветов, шума моря и крупных листьев пальм под ветром, улыбок, веселой музыки из дверей баров, возбужденного говора туристов и экспрессивного местного населения, звяканья разносимых за столики уличных кафе кувшинов сангри и вина. Наслаждаясь буйством цвета местных растений, яркостью красок с холстов уличных художников, вызывающей резкостью красоты постоянных жителей Барсы – брюнеток со смуглой кожей. Ощущая разлитое в воздухе дозволение на тактильность, флирт, любовь, телесное удовольствие. В Барсу ехали и за этим – играть свадьбы, устраивать свидания своим половинкам, искать новые связи, отдыхать душой и телом. За всеобщим дозволением – обниматься, целоваться, держаться за руки, легко знакомиться, угощать понравившихся игристой сангри, откровенно не скрывать своего увлечения. Это было место, где серьезные и деловитые Иксы вдруг забывали все и позволяли себе просто Отдых. Алию эта атмосфера чуть смущала, но поняв, что в своем скромном комбинезончике, среди окрыленных свободой Иксов, в маскировке тысячи оттенков запахов цветов, она «растворяется», не привлекая внимания, становится незаметной, обычной, такой же, как все, расслабилась. Осмотрев чудные творения Гау, пофотографировав их на планшет, потрогав будто "настоящие" растительные орнаменты, она увлеклась настоящей буйной растительностью города. Живой. Вырывающейся одуряющими запахами, расцветками, формами с обрамления бульваров, с лотков цветочниц, от киосков цветоводов, с ящиков на балконах домов, вазонов с крыльца. Такие все разные, интересные, неповторимые. Алия, как садовод-ландшафтник, восхищенно утонула в этой красоте – фотографируя, узнавая названия, внося их в планшет, болтая с цветоводами о семенах, условиях выращивания, подкормках, составах почв. Все окружение пробуждало кипучее желание творить. И присев в очередном кафе, получив очередной стакан сангри, вкусом чуть отличающейся в каждом заведении, она поняла, что хотела бы создать для своего приюта-колледжа новый проект озеленения. Чтобы юные Иксы и Игреки играли среди этой красоты, впитывали это буйство красок и форм, наслаждались запахами, чтобы могли и сами поухаживать за посадками, проследить за развитием цветка, увидеть весь его жизненный путь от крошечного ростка до бутонов и раскрывшихся лепестков. Быстро загружая программу в планшет, погружаясь в разметку дендроплана, отрисовывая проект, структурируя посадочную ведомость, рассчитывая потребность в воде и микроэлементах, строя схемы и графики, она являла сейчас собой саму суть Икса – увлеченно погруженного в работу, даже на отдыхе. Вызывая понимающие и уважительные улыбки у проходящих мимо гуляющих, заглядывающих в ее развернутый в размер тетради девайс. Никогда еще она не была так счастлива, как сейчас – творя, планируя, гуляя, опять ловя вдохновение и присаживаясь за новый столик, добавляя деталей плану, меняя компановку, добиваясь гармонии и лучшего сочетания посадок. В очередном баре к ней подсела художница, решившая, что нашла коллегу, поразглядывала объемный чертеж в планшете. Восхитившись, втянула Алию в беседу, расстроившись, что та приехала так на недолго, посоветовала вернуться уже на длительный срок, рассказывая, как много тут трудится дизайнеров, представителей творческих профессий. - Это место - источник невероятного вдохновения, тут так легко творить и работать, тут идеи сами просятся к воплощению. Даже фундаменталисты тут расцветают и находят новые решения. А уж для нас, художников, тут настоящий рай. Не найдя отклика у Алии на приятное продолжение знакомства – сходить вечерком куда-нибудь, она, все равно не потеряв дружелюбия, порекомендовала посетить Гау-клуб, скинув его адрес ей в планшет. - Там такие потрясающие витражи. Это незабываемое зрелище. Алия и так туда собиралась, он как раз располагался в здании, где был ее отель. Распрощавшись художница покинула ее столик, не мешая больше продолжать «творить». Так до самого вечера, пока сумерки не захватили улицы, вступив в ленивую борьбу с зажегшимися фонариками живого огня на столиках кафе и баров, Алия работала, гуляла, перекусила на рынке местными деликатесами – злаками с морепродуктами в черном, пикантном соусе и тонко напластованными кусочками вяленого мяса, поднялась на странную башню центра астрофизики, оглядев с высоты весь город, и перепробовала, казалось, все виды сангри. В теплых объятиях темноты она уже устало, так гудели ноги, присела в кафе недалеко от своего отеля. Официантка принесла тарелку с маленькими бутербродиками-закусками, очередной кувшин сангри, подожгла огонек фонарика. Звуки становились приглушеннее, обнимающихся парочек на улице все больше, почти все столики кафе были заняты, бары заполнились веселящейся молодежью. В соседнем заведении, в распахнутые двери и окна, было видно, что празднуют свадьбу очень милые и юные Иксы и их гости. Много цветов, поздравлений, веселья. Алия знала, что ей никогда не оказаться на их месте. С Игреками никогда не заключали браков. В сущности, что такое брак, задумалась Алия, следя за торжеством. Это заявление всему миру, что теперь нас двое, мы вместе, мы новое объединение. Чтобы соединить ресурсы и получить больше возможностей, чтобы обеспечить себе постоянную поддержку и помощь, чтобы, в конце концов, иметь гарантированный секс с партнером, который максимально тебе подходит по каким-то критериям. И во всех этих пунктах Игреки были мимо. У них ничего не было – все имущество, недвижимость, блага давались им авансом и поддержкой их особенностей. Вот причина, почему Алия хотела сама зарабатывать, чтобы хоть что-то было ее, собственное, независимое от желаний общества. Поддержка и помощь во всем декларировалась Игрекам государством – лучшие врачи, лучшие психологи, выполнение всех потребностей – только попроси, лучшие вещи, лучшие развлечения, что еще надо? И, наконец, секс и выбор партнеров – всегда, любых, никто не откажет, а что было оборотной стороной этого? Запрет на интимность, на «привязку» к единственному, верность, удержание при себе. Это каралось жесточайше. Игреки – всеобщее достояние, права на них у всех равны, нельзя в угоду своим желаниям лишать остальных членов общества возможности удовольствия. И кто согласится на такого спутника жизни? Делить его постоянно с другими? Это – плата Игреков за их особенности и блага от государства. Быть для всех, но всегда одинокими. Вызывать желание, но не любовь. Никогда не фонтанировать тем счастьем, что ощутимо и весомо разливалось сейчас из дверей ресторанчика, где праздновалась свадьба. Не сиять глаза в глаза своей найденной половине. Не сливаться в поцелуе под подбадривающие, поддерживающие крики «горько-горько». Это было бы грустно и испортило бы такой чудесный день, если бы Алия и другие Игреки не знали об этом с детства, они не мечтали об этом, потому что это было совершенно невозможно, как и многое другое в их жизни – работать в коллективе, стать известным физиком или биологом, быть членом Совета. Невозможно, от того и не больно, ну, может где-то совсем глубоко, неосознаваемо, где нет доводов разума. А сегодняшний день был таким замечательным, что Алия тряхнула головой, отвлекаясь от чужого счастья, деловито досчитала и поправила дендроведомость, расплатилась за ужин и пошла в отель. Идти в ночной клуб она побаивалась, хотя уже не один человек, даже девушка администратор на стойке, говорили, что это важная достопримечательность в Барсе, обязательная к посещению. «Ах, там волшебно, там такие витражи, там сконцентрирован сам дух Барсы». Глядя с балкона на вход туда, Алия видела, как прибывает народ, на карах, пешком, веселый, взбудораженный, шумный, ярко разодетый. Тут одевались куда как пестрее, чем в столице, наряднее, провокационнее, уходя от строгости униформ работы к расслабленности и жажде удовольствий. Алии хотелось туда, в шум, в разрекламированную красоту, в огни и жар вечеринки, но пугало, что если кто-то догадается, кто она, поймет, то четвертка «золотой молодежи» из джета окажется лишь «скромным, милым» развлечением. С балкона было видно, как горяч народ внизу, с каким предвкушением и голодом собирается, как подогреты уже и солнечным днем, и сангри, и атмосферой свободы Барсы, что ищут и на что надеются – обнимаясь, целуясь, тесно притираясь знакомясь. Ну, она совсем ненадолго, на минут десять, только посмотрит одним глазком, только подышит этим воздухом страстей, и тут же обратно, никто и не успеет отличить ее от Икса. К тому же она и не будет отличаться от яркости их нарядов, уговаривала свои страхи и нерешительность Алия, всегда раньше избегавшая таких больших вечеринок и клубов. Выбрав длинное светлое платье с воланами и рюшками по лифу и пышной юбкой, изящные туфли лодочки на небольшом каблуке, она взяла флаер и спустилась вниз, к клубу. «Нарядный иксик», даже не самый яркий, скромный, читалось в глазах и крепкой девицы, пропускающей на вход, и встречаемых гостей. Комфортно и спокойно, пока. Алия оглядела помещение. Действительно, местонахождение ни с чем не перепутаешь – элементы стиля «сумасшедшего» гения Барсы везде вокруг, и огромные, разноцветные витражи в потолке и по стенам под ним, преломлявшие свет лун снаружи и лучи прожекторов изнутри в прихотливое и завораживающее переплетение разноцветных струй. Музыка гремела так мощно и громко, что тело резонировало сразу в один ритм, прошиваясь ею до последнего нерва и косточки. Это уносило, раскрепощало, манило в жаркие объятия танцпола, заполненного людьми. Так же прыгать, извиваться, касаться, прижиматься, принимать, ощущать, сливаться. Гипнотизирующе, распаляюще, снимая всю нерешительность и запреты. Все тут, казалось, хотели только одного и согласны были на все. Знакомиться, обниматься, целоваться, заманивать в темноту диванов по стенам клуба и там, не стесняясь, позволять себе все. Алия, заалев щеками, скользила глазами и по этим совсем уже не невинным картинам. Иксы развлекались друг с другом, так же неудержимо и страстно, как и работали. Получив согласие, стремились взять все от партнера, партнеров, отдаваясь, забирая, не сдерживаясь. Пройдя к барной стойке. Алия попросила минеральной воды, от такого жара и картин перед глазами, горло сохло и хотелось охладиться слегка. - Какая миленькая, - тут же, пока бармен только доставал из холодильника запотевшую бутылку, раздалось у нее над ухом. Горячая рука без обиняков обвила ее талию, притягивая поближе. Алия уперлась, пытаясь сохранить дистанцию, глянув на заговорившую. Это была обжигающе яркая брюнетка, со смуглой кожей, настоящая уроженка Барсы. Немного пугающая в этой резкой красоте, пронзительности голоса, горячей волне уверенности и блеска голода в черных глазах. - Ой, не напрягайся, здесь все свои, и всем хорошо, - кивнула брюнетка на соседний диванчик, легко преодолевая сопротивление девушки и подтягивая ее еще ближе к себе, вжимаясь всем телом. Алия коротко бросила взгляд, куда кивнули, сглотнула и быстро отвела его, запунцовев еще больше. Трое иксов, уже избавившись почти от всей одежды, перешли к совсем откровенному действу, одна, надрачивая свой ствол, сосала второй, натягиваемой на член третьей. И размеры всех впечатляли. - Малышка – стесняшка? - игриво протянула брюнетка, заметив смущение Алии и быстро отведенный взгляд. - Первый раз в Барсе? Оу, тут воплощаются все мечты и желания. Хочешь, я исполню твои? – мазнула губами по шее девушки и попыталась ущипнуть ее за сосок, уже так призывно заметный из-под лифа платья. Алия резко дернулась, отстраняясь: - Благодарю, я пока водички попью, привыкнуть надо, - веско бросила, пытаясь окоротить собеседницу. - Не теряй время, детка, пойдем потанцуем, - «таран» в лице самоуверенной брюнетки, наметившей себе цель, уже невозможно было сбить. Крепко сжав запястье девушки, она потащила ее к танцполу. - Скромный, маленький иксик, сейчас мы тебя зажжем. Ты такая сладенькая, - хрипло ворковала, но держала так цепко и сильно, что и не вывернешься. «Только бы не начала тискать ее и прижиматься, а без этого в танцах тут никак». Запаниковав, Алия бросила взгляд на бармена, умоляя о помощи, и та глянула куда-то поверх ее головы. - Стоп-стоп, дамы, у нас тут принято согласие спрашивать, - охладил всех тяжелый командный голос, подошедшей полицейской. Да, Алия еще днем отметила, прогуливаясь, насколько полицейские Барсы высоки, могучи, мускулисты, как на подбор. В военизированной черной форме, высоких ботинках, с шокерами-дубинками на поясах, они веско и строго возвышались рядом с боевыми карами. Снисходительно относясь к фотографированию их статей. Народ Барсы был горячим, в горах расположились био-генетические лаборатории с нередкими выходами из-под контроля экспериментов, вот и служащие подбирались соответственно. Патрулирование улиц ночного города и подобных клубов, тоже было необходимо и редко обходилось без эксцессов. Желание оно, конечно, не наказуемо, но только когда обоюдно. - Мисс, вам требуется помощь? – обратилась полицейская к Алии, вынуждая предупреждающим взглядом разжать пальцы на ее руке раздосадованной брюнетке. - Я уже ухожу, - подавшись почти вплотную к этому могучему островку безопасности, пискнула Алия. - Я вас провожу, - смерив еще раз замораживающим взглядом брюнетку и предупреждающе сжав ладонью рукоять дубинки на поясе, вежливо ответила полицейская, и последовала за нею следом до выхода. В какой-то момент поддержав за локоть начавшую нервно дрожать девушку. Алию накрыл отходняк от произошедшего, слишком сильно и резко было давление, ей даже было страшно подумать, что бы произошло, окажись она в толпе танцующих, когда, прижимаясь к ней, возбужденные дамы поняли бы ее суть, и как их жажда бы откликнулась на это. Если сами друг с другом они вытворяли такое на диванчиках, то что бы ждало ее? Дрожь страха усиливалась дрожью желания. - Посидите, мисс, - полицейская усадила ее в их военизированный кар. - Подышите, вот так, вот так, - навыки оказания первой помощи и такой, психологической, были обязательны, - спокойно, вам ничего не угрожает. Девушка была тоненькой, нежной, совсем юной, не готовой к взрослым страстям таких клубов, такое часто бывало в Барсе. Много туристов, не все рассчитывают свои силы. Привычно для полицейского патруля, хоть и прискорбно, от сограждан хотелось бы большей сознательности и тактичности. Гостеприимство - это не всегда «драть» от души каждого приезжего. - Заявление подавать будете? Нет? – продолжила полицейская, стараясь, чтобы это звучало мягче. - Тогда посидите еще в каре, и мы вас отвезем, где вы остановились. Напарница тем временем, равнодушно к происходящему - не в первый раз такое - сидела за рулем и смотрела трансляцию спортивного матча. - Четверть часа до пересменки, Лен, - устало бросила та, глянув на визор и сосредоточившись опять на состязаниях. - Сейчас. Вернусь, сделаю внушение и поедем, - ответила ей полицейская, прикрыла дверь кара, оставляя Алию в безопасности, и вернулась в клуб. В каре было комфортно, прохладно от кондиционера, отрезавшего жар ночи за дверцами, негромко и уютно шла трансляция матча и переклички служебных машин, полицейская за рулем совершенно не интересовалась пассажиркой на заднем сидении, и Алия постепенно перестала дрожать, расслабляясь. Отпустило. Теперь бы вернуться в номер, лечь спать. Если бы не одно «но». Отступивший страх перестал маскировать разбуженный интерес. Столько возбуждающих увиденных картин в клубе, столько жара и похоти вокруг, тело заинтересованно фонило феромоном. Хотелось. Еще днем увиденные полицейские – такие привлекательные, мощные, соблазнительные. И вот теперь, спасение, тяжелая рука на ее локте, вежливая речь, военный кар, эти мышцы, бугрящие форму. И можно честно сказать, что отель-то вот он. Рядом. В двух шагах. Но желанием щекочется нечто другое. Дверь открылась и рядом с Алией уселась вернувшаяся полицейская. - А я бы там не садилась, - хмыкнула, повернувшись от трансляции ее напарница. - Это почему это, Декси? – удивленно бросила Лен, устало снимая с головы форменный берет и откидываясь на спинку. Хотелось домой, по пиву, и заняться с напарницей чем-то интересненьким, на что насмотрелась в клубе. Декс веско постучала по монитору визора, вызвав ряд цифр и механизированный голос отчета: – Превышение Игрек-феромона в салоне +146%. Из-за разных био-угроз, кары полиции Барсы были оснащены целым рядом нестандартных датчиков и расширенных установок. - Я уже десять минут тут страдаю, - весело хмыкнула Декс и, повернувшись, подмигнула Алии: - Нас травят и провоцируют. - Гм, - Лен только и хватило на невразумительное междометие, и она тоже уставилась, разглядывая Алию. - Они же обычно под сопровождением. Да, в Барсу часто приезжали Игреки, в согласованные Комитетом круизы, вместе с какими-то большими шишками, но, чтобы в одиночестве разгуливать по городу, еще и вечером, такого не было, всегда была охрана. Либо из полицейских Брасы выбирали и инструктировали, либо приезжали столичные агенты. Это только в строчках закона написано, что все равны на обладание ресурсом, только в реальности, кто-то всегда ровнее. - Ну вот и тебе бы ничего не обломилось, - фыркнула Декс, - А теперь ты – герой, спаситель. Мисс?.. - Алия, - быстро вставила та. - Алия, - продолжила Декс, - так как, отвезти тебя в отель или покатаемся? - Покатаемся, - смущенно опустила глаза Алия, поближе передвигаясь по сидению к замершей пока, каменной громаде Лен. Кладя ладошку ей на взбугрившееся мышцы над и так немаленькой грудью. - Борт 6.16 дежурство сдал, - бросила Декс в переговорник и неторопливо выехала со стоянки клуба. - Даже так, - накрыв своей ладонью руку Алии на своей груди, односложно уронила Лен и осторожно наклонилась, аккуратно пока и мягко касаясь губами ее губ. Пробуя, еще неуверенно, давая шанс передумать, не веря еще. Алия подалась навстречу, простонала, выгнулась. Такая мощная женщина, такая соблазнительная, опасная, сильная, завораживающая. Хотелось в плен к ней и ее подруге. Выглаживать и целовать каждую мышцу и ощущать ответную дрожь, отдаваясь, владеть каждой из них. Почувствовать их жар, напор, страсть. А «там» они такие же большие? Этот стон и прильнувшее тело были как спусковой крючок, согласие, дозволение больше не сдерживаться. Губы Лен мгновенно стали жестче, требовательнее, сильнее. Язык толкнулся меж нежных губ Алии, вторгаясь, сметая барьер языка той, исследуя, притираясь, выглаживая, щекоча небо, вытрахивая этот сладкий, чувствительный рот. Пьянея от дрожи хрупкого тела под собой. Спустившись по тонкой коже шеи девушки, целуя, покусывая, пробуя на вкус, Лен прикусила выделяющийся под тканью платья сосок, уже возбужденный, упругий, манящий. Пососала его, потерла языком, намочив слюной белизну ткани. Перешла ко второму, с первым заигрывая уже пальцами, то сдерживая их силу, то забываясь и стискивая до боли. Но Игрека, похоже, это только еще больше заводило. Стоны и вскрики той не могло заглушить и сделанное погромче радио. А волны дрожи по выгибающемуся телу, напряжение сжимающихся колен, безошибочно доносили, что девушка кончает уже от этих первых ласк. - На 6-й аллее отделение сейчас пустует, - бросила Декс, в зеркало заднего вида с интересом наблюдая действо. Еще пару минут езды, и она сможет присоединиться, не только смотреть, а ощущать самой. Резко крутанув руль, она ускорила ход и затормозила у погруженного в темноту небольшого здания участка. Лен оторвалась от груди Алии, несколько расфокусировано и пьяно глянула в окно кара, толкнула дверь и вышла, протягивая руку девушке, помогая покинуть салон, подняться по ступенькам, а войдя в помещение тут же, легко, подхватила ее на руки. Следуя быстро меж квадратами подсвеченного пола, рядами рабочих мест опенспейса, в отдельный кабинет. Тут стол был массивен и огромен, завален куда как меньшим количеством бумаг и девайсов. Декс быстро убрала с него лишнее, пока подруга, усадив на край Игрека, надавив ей на грудь, заставила отклониться. Подхватив Алию за плечи, спустив с них воланы бретелей платья, сдвинув вниз лиф, уже Декс принялась играть с ее обнаженной грудью с такой нежной и мягкой кожей, подрагивающими, упругими бусинками сосков. Лен же в это время, задрала длинную юбку, широко развела колени Алии, и алчно уставилась на гладкость потемневшего влагой кружева трусиков, лишь чуть топырившихся выпирающим возбужденным клитором. «Вот оно как. Не торчащий колом ствол, грозящий порвать любое белье, а такая соблазнительная малость.» Лен прижала пальцы и обхватила этот бугорок, потерла его, сквозь вышивку кружев, породив новую волну дрожи по телу Алии, вздрагивание бедер, попытку свести их от такого острого ощущения. Но нет уж, Лен крепко придерживала ее колени, не оставляя и шанса сбежать от удовольствия. А потом пальцы сменили губы, сжав бугорок, посасывая, обдавая жаром дыхания, натирая его языком, прикусывая, добавляя еще влаги и так одуряюще пропитанному секретом белью. Алия дернулась, застонала еще слаще и громче, прошиваясь новой волной дрожи оргазма, затуманенным взглядом глянула на Декс, на ее сосредоточенное лицо, неотрывно следящее за каждым движением напарницы, возбужденно раздувающиеся ноздри, поджатые губы. - Дай мне его, хочу, в рот, - облизнувшись, хрипло протянула Алия, потеревшись макушкой о грудь Декс, выразительно поворачивая голову и опуская взгляд к ее паху, наверняка уже болезненно сдавленному форменными брюками. В последний раз сжав сосок Алии, Декс быстро уронила руку и расстегнулась, давая свободу здоровенному такому члену, не проигрывающему размером на фоне мощи дам. Чуть отстранившись и пододвинувшись, она подвела его к губам девушки, чтобы той было удобнее обхватить головку губами, облизнуть языком, втянуть в горячую и влажную глубину рта. - Ох, ты ж… - неразборчиво проматерилась Декс, такое глубокое горло, так сжимает, так подрагивает, так сосет, не каждый Икс так возьмет. Игрек, настоящий, сладкая шлюшка, недосягаемое для большинства удовольствие, засмотренное «до дыр» редкое порно с ними, фантазии, даже, как оказывается, и близко не дотягивающие до правды. Декс сжала пальцами затылок Алии, толкаясь еще глубже, в сладкие спазмы горла, в вибрацию страстных и довольных стонов, срываясь в резкие толчки. Отравленная феромоном до потери любых сдерживающих мыслей, опьяневшая одним желанием – брать, брать, брать. Завистливо и голодно поглядывая на подругу, стянувшую, наконец, с девчонки трусы, задравшую ее ноги себе на плечи и хищно толкнувшуюся в ее глубину не менее внушительным членом. Жарко, тесно, скользко, затягивающе, сжимающе – Лен двигалась во влажном мареве, вонзаясь резко, сильно, мощно, по-звериному. Ведь здесь так хотели, так манили, так умоляли и жаждали, дрожанием тонкого, изящного тела в сбитом на животе тряпье платья. Требовали каждым пронзительным стоном, дрожью и судорогой нутра, поддающим навстречу толчкам крестцом, всхлипами таранимого крепким членом Декс горла. Время прекращало существовать, растягиваясь в несдерживаемой похоти. Глубже, резче, засадить до конца, вызвать спазмы еще и еще, затрахать так, чтобы запомнилось надолго, навсегда, может и не повторится такое больше, взять все. О да, член был такой огромный, как и представлялось Алии, глядя на могучих полицейских, может и чересчур даже, ощущаясь будто под диафрагмой, но тело подстраивалось, а давление и растяжение топило острым удовольствием. Подчиняясь желаниям, рукам, фантазиям партнерш, Алия подставлялась, крутилась, меняла позы, выгибалась, сжимала бедра или наоборот разводила их еще шире, сосала, расслабляла зад, чтобы могли взять разом, с двух сторон. Обхватывала мощные шеи, обвивалась ногами, чтобы вздернутой между двумя телами, биться, впустив в себя обоих, тереться об уже обнаженные груди полицейских. Пьянеть их страстью, гореть своим ненасытным жаром, срываться в сладость множественных оргазмов, донося до них, как же ей хорошо с ними, что они лучшие в мире, что удовольствие обоюдно, и что его хочется еще и еще. - Я пас, - Лен тяжело откинулась на край стола, застегивая ширинку, где удовлетворенная плоть больше не мешала, насытившись. - Я отвезу малышку, - покладисто выдохнула Декс, усадив на стул не державшуюся на ногах Алию и поправляя на ней платье. После разыскала на полу свою форменную рубашку, возвращая себе вид «по уставу». - Прибери тут и дуй домой, - бросила напарнице и, легко подняв и поддерживая Игрека, повела ее к машине. Пару фраз: «Куда везти?» и «Как ты?», и вскоре кар притормозил у отеля Алии. - Довести до кроватки? – поинтересовалась Декс, чуть иронично. - Нет, спасибо, и спасибо за ночь, - сладко потянулась Алия, выходя из кара, пошатываясь, но уже увереннее, вдыхая свежий, ароматный цветами воздух утренней Барсы. - Не за что, не за что… - протянула Декс, захлопывая дверцу и отъезжая. - Все в порядке, мисс? – администратор, видевшая полицейский кар, заботливо спросила девушку, - Проблемы? - Нет, все хорошо, - улыбнулась Алия, поднимаясь в номер.