Возвращение домой

Чертежи Эндрю были невероятно точными. Как ему удалось составить их по памяти, он не мог понять. Все было подробно описано, вплоть до расположения каждого магазина и их часов работы. Впервые за почти неделю он вернулся в собственной одежде. Его рюкзак был перекинут через плечо, в нем не было папки и линз — они ему были не нужны, чтобы получить шальную пулю. Под серой толстовкой он носил запасной комплект нарукавных повязок Эндрю, дополненный острыми отполированными ножами, а его пистолет был засунут в пояс джинсов. Идея заключалась в том, чтобы его узнали как можно быстрее. Он медленно прошелся по торговому центру. Не торопясь, он осмотрел витрины и заглянул в несколько магазинов. Эндрю уже ушел, чтобы подготовить все остальное. Голос матери шептал ему, что это плохая идея, что Эндрю может его обмануть. Эту мысль он быстро выкинул из головы. Если бы Эндрю хотел его смерти, он мог бы давно выдать его, перевербовать или просто убить. Он заметил несколько человек, которые с листовками в руках обходили магазины дальше по улице. Если бы он мог поспорить, это, скорее всего, были те же люди, что стучались в дверь несколько дней назад. Они были одеты в красивую респектабельную одежду и держались с такой уверенностью, которая бывает только при насилии. Именно для этого он здесь и находился, напомнить о себе, когда его сердце бешено забилось. Ему нужно было, чтобы они увидели его. Нужно было подойти достаточно близко, чтобы они убедились. Чтобы быть уверенным, что они последуют за ним. Он посмотрел прямо на них, прежде чем нырнуть в ближайший магазин. Табачная лавка предлагала ряд интересных товаров, которые привлекли его внимание, пока он ждал, что члены банды низкого уровня догонят его. Он сделал несколько покупок из прихоти, надеясь, что проживет достаточно долго, чтобы поделиться ими с Эндрю. Он положил их в свой рюкзак, когда уходил. Они были уже ближе, и когда он оглянулся, трое из них замерли. Теперь им было не отвертеться. Они определенно узнали его и теперь ломали голову над тем, как вывести его оттуда, не вызвав подозрений у других посетителей. Нил решил эту проблему за них, быстро пройдя к ближайшему пожарному выходу и исчезнув из виду. Позади него раздались крики, когда он спускался по лестнице. Кто-то не получил памятку о том, что нужно быть тихим, не так ли? Его отец должен был лучше обучить своих людей, если они стали такими небрежными. Пробегая мимо, он подумал о том, чтобы включить сигнализацию, но сегодня копы были нужны в другом месте. Он помчался по переулку со скоростью мертвого спринта. Придерживаясь узких переулков, параллельных дорогам. Ему нужно было, чтобы они могли держаться за ним, не зацепив его. Он бросил быстрый взгляд на дорогу, когда переходил в следующий переулок, и, конечно, зловещий черный внедорожник пронесся по улице, ускоряясь, когда заметил его. Он заметил промышленные сектора и прибавил темп. Это была самая незащищенная часть плана. Пешком, преследуемые машинами по ровной открытой местности. Он мысленно скрестил пальцы и понадеялся, что стрельбу они оставят на потом. Машина почти настигла его, когда он проскользнул через дыру в ограждении из цепей. Спасибо, Эндрю! Этот короткий путь помог ему выиграть лишние 30 секунд, пока они ездили вокруг, чтобы найти вход. Он заметил машину Эндрю, припаркованную в тени одного из сараев, сделал заметку, где ее найти, и нырнул в боковую дверь запущенного склада. Внутри было все, что можно было ожидать от импровизированного приюта для бездомных. Разбросанные повсюду промышленные бочки, все еще тлеющие от костров, разожженных внутри за несколько часов до этого. Изношенные и грязные одеяла лежали кучами вдоль стен. Нил надеялся, что Эндрю убрал всех невинных свидетелей. Он прижался к стенам, пробираясь сквозь тени и пробираясь к маленькой нише под лестницей, ведущей к тому, что когда-то было офисным этажом здания. Он слышал голоса наверху, кричащие от разочарования, вытащил пистолет, снял его с предохранителя и стал искать следы Эндрю. Через боковую дверь, которой он воспользовался ранее, ввалились пять человек. Оружие было поднято, и они прочесывали пространство на ходу. Нил наблюдал из тени, как все пятеро быстро направили оружие на офисы наверху. Их внимание привлекли резкие шаги по металлической дорожке. — Вы не в том месте, — раздался над ним резкий голос. Лидер шагнула вперед, ее движения были уверенными и сердитыми. — И ты укрываешь не того ребенка. У нас был уговор, Клиффорд. — И я выполнил свою часть. Ты можешь беспрепятственно рыскать по моему городу, а мой бизнес оставишь в покое! Щелчок над ним. Друзья Клиффорда уже доставали оружие. Он не мог сказать, сколько их, но у него было ощущение, что люди его отца превосходят их числом, не то чтобы они отступили. Он поднял свой собственный пистолет и тщательно прицелился. — Где мальчик?! — потребовала она. Нил нажал на спусковой крючок. Выстрел разнесся по всему складу, когда она упала на пол, а стоявшие за ней мужчины были в свежевыкрашенной красной одежде. Ответный удар был быстрым и жестоким. Все четыре пистолета осыпали пулями собравшихся наверху, а ответный огонь зацепил только двоих. Нил нажал на курок еще дважды, прежде чем дождался, когда воздух рассеется. Все люди его отца были убиты. Наверху он слышал стоны тех, кто был ранен, но не погиб. Вспышка светлых волос и кошачья походка заставила его улыбнуться. Он выполз из своего укрытия, обшаривая тела, чтобы убедиться в отсутствии признаков жизни, когда над ним раздалось несколько тупых ударов. Он обошёл кровь и стал ждать у задней двери. Эндрю спрыгнул с лестницы, вытирая окровавленный нож о конфискованный галстук. Нил усмехнулся, отбросив его в сторону, спрятал лезвие и стянул перчатки. — Ну давай же, — приказал он, проходя мимо него в дверь и ничего не трогая. Нил трусцой побежал к машине позади него и скользнул на пассажирское сиденье. — Ты только что начал войну между бандами! Эндрю оглядывается на него, когда они выезжают со двора. — Ублюдку не следовало иметь дело с моим братом. Нил искренне смеется. Стресс последних нескольких дней рассеивается, когда Эндрю едет домой. По приезде они оба принимают душ. Сбрасывают свою одежду и снова одеваются в чистую одежду Эндрю. Аарон и Кевин поглощены своей видеоигрой, не замечая их, когда они проходят мимо. Ники провожает их взглядом, в котором одинаково беспокойства и неодобрения, но ничего не говорит, пока они идут в гараж, чтобы почистить и привести в порядок машину. Эндрю прижимает его к машине и жадно целует, когда они заканчивают. Нил отдает поцелую все, что у него есть. На ста языках не хватит слов, чтобы описать, как он был благодарен за встречу с этим человеком. За все, что Эндрю сделал и дал ему, пока он был здесь. Он надеялся, что сможет почувствовать вкус этого в поцелуе. — Ты останешься на Новый год. — Сказано как утверждение, но звучит как вопрос. Новый год завтра. Он ведь может остаться еще на ночь или две? Ему не нужно было уезжать прямо сейчас. — Ты хочешь, чтобы я это сделал? — с надеждой спросил он. — Да. Вот тебе и человек, который ничего не хочет, думает Нил. — Тогда да. В ту ночь никто из них не ложится спать. Они сидят в гостиной, передавая друг другу коробки с пиццей и различные бутылки с алкоголем. Даже Нил присоединяется к выпивке, пока они смотрят по телевизору последние новости. Передача идет с раннего вечера. Кадры склада, обнесенного лентой и охраняемого полицией. Машины скорой помощи увозят черные мешки для трупов, а детективы пьют кофе и вежливо просят репортёров отвалить. «Наркоторговцы убиты в ходе бандитских разборок» — надпись, которая прокручивается внизу экрана по кругу. Упоминается возможность того, что кто-то покинул место преступления живым, но не говорится, кто это может быть и куда он мог направиться. Какого-то политика допрашивают по поводу роста бандитизма в штате. Он произносит речь о том, что это единичный случай и что уровень преступности снижается на протяжении всего его срока, но 11 трупов известных наркоторговцев не меняют статистику. Ники и Кевин бросают несколько коротких комментариев о том, что их не поймали. В остальном они сидят молча. Это странное проявление солидарности, засыпание в гостиной за пиццей и водкой, возможно, он начинает понимать, почему эта группа живет так, как живет. На рассвете Нила разбудил стук во входную дверь. В другом конце комнаты Эндрю уже на ногах, в руке нож. Нил медленно поднимается на ноги и выходит за ним в коридор. Стук продолжается. — У меня есть кофе и пончики, придурки! — Голос гремит через дверь. — Откройте! — Все в порядке, — говорит Эндрю, закатывая глаза и направляясь к двери. Ники и Аарон вздрагивают от объявлений о пончиках, а Кевин продолжает храпеть на полу. Эндрю распахивает дверь и замахивается ножом на мужчину вдвое выше и шире его, стоящего в дверях и балансирующего с полным подносом больших кофейных чашек и несколькими коробками пончиков. — Какого хрена тебе надо? Человек в дверях просто смотрит на него, не обращая внимания на направленный на него нож. — Кевин звонил. Впусти меня. Эндрю отошел в сторону, чтобы впустить его, захлопнул дверь и запер ее, когда мужчина остановился, уставившись на него. — Кто этот ребенок? Нил вызывающе посмотрел на него. — Кто ты, блядь, такой? — Кофе! — заявляет Эндрю, пропуская их на кухню, а затем в гостиную и пробуждая остальных. — Я не принес тебе кофе, — говорит мужчина, кладя еду и кофе на стол. Нил направляется к кофейнику и без комментариев начинает варить свой собственный. Аарон заходит первым, берет чашку, которую протягивает ему мужчина, и опускается на стул, все еще полусонный. Ники заходит следом, обхватывает мужчину рукой, но через мгновение его отпихивают. — Я знаю, что вы любите меня, тренер, — бормочет Ники, беря следующую чашку. Это объяснило, кто этот человек, но не объяснило, какого черта он здесь. Эндрю тащит Кевина на кухню, запихивает его в кресло, а затем требует свое собственное сладкое чудовище, пока Нил делает свое. — Объясни, — требует Эндрю, глядя на Кевина и их тренера. Кевин проводит рукой по волосам и с гримасой отпивает половину кофе, а тренер с любопытством смотрит на него. — Я же говорил тебе. — Кевин ворчит в свою чашку. — Нат должен остаться. Я думал, именно поэтому ты все это сделал. — Он делает неопределенный жест. — Как насчет того, чтобы начать с представления? — начинает тренер, глядя на Нила. — Я Дэвид Ваймак, тренер команды «Лисы штата Пальметто». Нил вскакивает, садится на стойку и смотрит на мужчину. — Нил Джостен. Сквоттер. Ники хихикает, и Ваймак хлопает его по затылку, чтобы он замолчал. — Что случилось с твоим лицом? Нил рассеянно проводит рукой по синяку на своей щеке. — Эндрю. — Миньярд? — Он наставил на меня пистолет, — защищается Эндрю, уже не в первый раз. Ваймак смотрит на него, а Ники растворяется в смехе. — Он разбудил меня, — объясняет Нил, делая глоток своего кофе. — Ты позвонил, потому что нашел сквоттера? — недоверчиво спрашивает он. — Я думал, Эндрю сможет об этом позаботиться. — Я позвонил, потому что мы нашли еще одного игрока! — Кевин спорит, теперь, когда он допил свой кофе. — Нат в три раза лучше наших новичков и имеет потенциал для корта! Ваймак смотрит на него с новым энтузиазмом, и Нилу хочется дать Кевину пощечину за неуместный комплимент. — Я не играл больше года, Кевин, — рычит он. — И ты лучше других знаешь, почему я не должен этого делать. — Вы с Эндрю позаботились о… — Временно! — кричит Нил, бросая свою кружку в раковину. Он закрывает глаза и считает до десяти на трех языках, прежде чем повторить попытку. — Прошло девять лет, Кевин. Они всегда возвращаются. Если я останусь, то подвергну опасности всех, кто здесь есть. Ты знаешь это. В наступившей тишине можно было услышать, как падает булавка. Эндрю бесцеремонно нарушает ее, открывая коробки с пончиками и доставая что-то до смешного сладкое. — Кто-нибудь хочет меня просветить? — снова спрашивает тренер. Кевин вздыхает и берет обычный пончик. — Нат был скаутом Тэцудзи, когда ему было десять. Тогда мы несколько раз спокойно играли вместе. У него больше таланта на площадке, чем у Рико или Жана. — Почему Тэцудзи не взял его? — Его мама взбесилась. Украла несколько миллионов и сбежала с ним до того, как сделка была завершена. Его отец… Его отец… Любил рубить людей на мелкие кусочки на глазах у детей. Рассматривал все, кроме полного подчинения, как акт неповиновения. — Ну… — сердито пробурчал Нил. — Не останавливайся сейчас, Кевин. Расскажи им остальное. Кевин опрокинул свою чашку вверх дном. Сделав вид, что высасывает последнюю каплю кофеина, он тщетно искал на столе еще. — Его отец… Правая рука Кенго. Мясник из Балтимора. — Кевин горько рассмеялся. — И он хотел бы, чтобы Нат оказался на разделочной доске за свой позор после неудачной сделки. — Стань по-настоящему смелым, — предложил Нил, спрыгивая со стойки. — И расскажи им, что происходит, когда он достает топор. Кевин покраснел. Нил проигнорировал его и пошел по коридору к задней двери. Он услышал, как Кевин метнулся к раковине, чтобы шумно проблеваться, прежде чем он вышел из дома. — Я думал, я сказал тебе изменить сценарий. — Эндрю вышел вслед за ним через несколько минут. Нил оглянулся и залюбовался тем, как солнце создает ореол из его волос. Он тупо осознал, что единственной причиной, по которой он остался в первый раз и во все последующие, был этот человек. Не Кевин. Не из-за теплого дома и бесплатной еды. И уж точно не из-за записей экси и подробных разборов, которые они с Кевином делали. Каково это — остаться рядом с Эндрю еще раз. Рискнуть всем, играя в колледже экси, и видеть его каждый последующий день. — Я не шутил, — начинает Нил, не пытаясь скрыть свой пристальный взгляд. — Если они думают, что у меня есть союзники или друзья, они убьют их всех, чтобы добраться до меня в следующий раз. Вчера было одно дело, ты был неизвестной переменной, и их целью всегда был я. В следующий раз они могут прийти за тобой. Эндрю зажег две сигареты и передал одну другому. — Теперь ты беспокоишься обо мне? — Да, — признал Нил, затягиваясь дымом. — Пойдем с нами, — тихо сказал Эндрю. Это звучит как мольба, и сердце Нила опускается. — Окружи себя людьми и усложни им жизнь. Лисы не совсем безнадежны, когда дело доходит до защиты своих. — Ты думаешь, это стоит риска? На самом деле он спрашивает: — Могу ли я остаться? Ты хочешь, чтобы я остался? — Я бы не предложил, если бы не хотел. «Да», — слышит Нил. — Поговори с тренером, выслушай его. Приходи в Райские сумерки вечером и реши утром, садишься ли ты с нами в машину или уходишь. — Хорошо, — справляется Нил, позволяя медленной улыбке овладеть его лицом. — Я могу это сделать. Он рассеянно размышляет о том, как на них посмотрит остальной мир. Два неизвестных убийцы, отдыхающие на утреннем солнце, обсуждающие плюсы и минусы совместного проживания (не то чтобы они были в отношениях). Увидят ли они двух молодых людей, которые просто пытаются выжить? Или они не увидят ничего, кроме предупреждающих звонков на ножах Эндрю и его пистолета. Эндрю поднял пачку в немом вопросе. Нил покачал головой. — Вообще-то, — вспоминает он, — я купил тебе кое-что. Это в моем рюкзаке. — Ты купил мне кое-что… — Эндрю с любопытством смотрит на него. — Я принесу, если ты дашь мне ключ. — Эндрю качает головой, вставая. Нил смотрит, как он снова исчезает в доме. Значит, ему все еще не доверяют оставаться одному в комнате. Это было справедливо. Он потянулся и стал развлекать себя мыслями о колледже. Чем бы он там занимался? За пределами экси он не имел никакого интереса к карьере. Какие курсы они вообще предлагают? Может быть, он спросит, что изучают другие, но он не мог представить Кевина, сидящего в библиотеке и штудирующего учебник. Эндрю бросил рюкзак к его ногам по пути к своему месту у перил. Нил усмехнулся, подтягивая его к себе. Он понятия не имел, как преподнести человеку подарок. Он вытащил из сумки черную коробку и бесцеремонно бросил ее Эндрю. Тот легко поймал ее и уставился на коробку, медленно перевернув ее в руках. — Ты действительно купил мне что-то… — Нил не был уверен, обращается ли он к нему или к самому себе. — Попробуй открыть, — предложил он. Эндрю, который без колебаний вступил в перестрелку с набором ножей, не спеша открыл коробку. Позаботившись о том, чтобы отклеить наклейки, удерживающие крышку. Нил уже наполовину засунул руку в сумку, когда замер, наблюдая за происходящим. Эндрю выглядел так, будто никогда раньше не открывал подарков, а Нил, который не дарил и не получал их уже много лет, ругал себя за то, что не преподнес подарок более официально. Он полагал, что в доме, полном друзей и родственников, Эндрю будет чувствовать себя более комфортно при вручении подарков, чем он. Эндрю рассматривает содержимое, проводя по нему кончиками пальцев. Это кажется слишком личным, чтобы смотреть на это, поэтому Нил возвращает свое внимание к тому, чтобы достать три пачки сигарет, которые он тоже купил, бросает их на маленький столик рядом с ним и бросает свою сумку под сиденье. — У тебя уже была такая? — спрашивает он, нарушая тишину. Эндрю смотрит на него и медленно качает головой. — Хочешь, я покажу тебе, как это работает? На этот раз Эндрю кивает, вытаскивая предметы из своих формочек в коробке и расставляя их вдоль перил. Нил присоединяется к нему, осторожно берет у него из пальца «зиппо» и разбирает ее, чтобы показать ему, как менять фитиль и кремень. Эндрю кивает в ответ на его краткое объяснение и наблюдает, как он наполняет ее жидкостью для зажигалок и снова собирает. Зиппо черная, инкрустированная огненным опалом с золотой окантовкой. Она привлекает внимание и отличается от других. Именно поэтому Нил купил ее без раздумий. Он не стал упоминать ни о редкой бирке, ни о цене. Наблюдая за тем, как Эндрю проводит пальцами по дизайну, прежде чем открыть ее и зажечь, Нил понимает, что сделал правильный выбор. Он берет со стола две пачки сигарет, протягивает одну Эндрю с тем же отсутствием церемоний и открывает свою. — Не знаю, пробовали ли ты их раньше, но мне кажется, что они привлекут твоё внимание. — Он достает сигарету из своей пачки и предлагает Эндрю сделать то же самое. Эндрю открывает пачку и удивленно нюхает содержимое. Нил усмехается, вытаскивая одну сигарету и засовывая ее себе между губ. Он снова зажигает зажигалку, держит ее между ними, и они зажигают одновременно. Эндрю закрывает зажигалку и смотрит на сигарету, втягивая дым в легкие. Когда они выдыхают, Нил смеется, чувствуя, как аромат шоколада и кофе наполняет воздух между ними. — Почему? — тихо спрашивает Эндрю, держа в руках зажигалку. — Почему что? — Зачем покупать мне что-нибудь? Нил внимательно смотрит на него. — На самом деле, я не особо задумывался над этим. Я увидел его, он напомнил мне о тебе, и я купил его. Кроме того, как ты можешь ездить на такой машине, как у тебя, и прикуривать сигареты какой-то дешевкой? Эндрю повертел зажигалку в пальцах. — Темный и голубой? Нил усмехнулся, глядя на яркие пятна цвета в опале. — Уникальный и красивый. Эндрю смотрит на него, делая следующую затяжку. — Что, блядь, с тобой не так? — обвиняет он. — Я уверен, что у тебя есть список. — Он в алфавитном порядке. Нил смеется, когда Эндрю смотрит на него, и тянется к своей пачке сигарет, чтобы изучить ее. — Кофе? — Если я собираюсь курить… — Он усмехается над недоверчивым взглядом Эндрю. — На самом деле курить. А не просто понюхать. Тогда я выбираю это. — Он протягивает сигарету и ухмыляется, когда Эндрю берет ее, затягивается, не сводя с него глаз. — Я подумал, что ты больше оценишь шоколадную версию. Я купил тебе две пачки. Прежде чем он успел ответить, задняя дверь с грохотом распахнулась. Нил скривился при виде тренера, вышедшего на крыльцо, чтобы встретить их. Ваймак окинул все взглядом. Эндрю передал Нилу сигареты, одну из которых он все еще держал в руке, упаковка Зиппо и жидкость для зажигалок лежали на перилах между ними, а рюкзак Нила был спрятан под стулом сбоку. — Нам нужно поговорить? — спросил он у Эндрю. — Конечно, — ответил Эндрю, сверкнув глазами. — О том, какого хрена ты делаешь в моем доме. — Ты знаешь Кевина, — прокомментировал тренер, доставая свою собственную пачку и прикуривая. — Он требует, чтобы мы нашли способ удержать парня здесь. Начал показывать мне его старые школьные записи. Нил закатил глаза. Он уже выслушал конструктивную критику Кевина по каждому матчу, который он когда-либо играл, и ему не нужно было возвращаться к этому спору. — Я не играл больше года, почему ты решил, что я присоединюсь? — спрашивает он. — Ники не играл три года, и я взял его. Почему там были кадры с соревнований? — хотел знать тренер. — Он нашел это? — удивленно спросил Нил. Кевин не раскапывал это в прошлый раз, когда они обсуждали это. Ваймак только кивнул. — Тренер Эрнандес ввязался в спор с тренером по легкой атлетике о ценности атлетизма между видами спорта. Меня втянули в представление игроков экси на соревнованиях по легкой атлетике, чтобы доказать свою точку зрения. Он выиграл на этом 50 баксов. В глазах Эндрю плясало веселье, пока Ваймак изучал его. — Ты обогнал всех бегунов на этом поле. Твоё финальное время — 3,50 на милю. — Вот почему Эрнандес выиграл 50 баксов. — И как ты сейчас? Нил бросил окурок в пепельницу. — Я все еще в форме, но не тренировался со школы. — Я не смогу добиться, чтобы совет подписал стипендию до следующего учебного года, — заявил Ваймак, глядя между ними. — Я не думаю, что у тебя есть возможность покрыть расходы на колледж в течение нескольких месяцев. Мы сможем взять тебя в команду, если ты поступишь, но не раньше. Эндрю бросил на него пронзительный взгляд, и он прочистил горло. — Это возможно. — Если ты сможешь поступить, я могу тебя подписать, — заявил он. — А это, — он махнул рукой между ними двумя. — Это будет проблемой? Нил бросил взгляд на Эндрю, но тот смотрел на тренера. — Как Эбби? — Пошел ты, карлик! — Тренер грубо жестикулировал, прежде чем топать обратно в дом. — Эбби? — спросил Нил. — Медсестра команды, — ввел его в курс дела Эндрю, набирая очередную порцию дыма. — Команда пыталась подтвердить их отношения в течение многих лет. — Ты хочешь сказать… — Нет, — прорычал Эндрю. — Это звучало как… —Пошел ты. Нил потерял сознание от приступа смеха. Эндрю только что сказал своему тренеру, что у них были тайные отношения. Эндрю просто посмотрел на него. После ужина Нил обнаружил, что Ники загнал его в угол в ванной. Ники был отправлен куда-то днем ранее, чтобы вернуться с сумкой, полной новой одежды для него. Очевидно, у него не было ничего подходящего для ночи в Райских сумерках. Однако он мог оценить новые армейские ботинки, они были гораздо лучше, чем его изношенные кроссовки. Но проблема была не в этом. Проблема заключалась в том, что даже одетый в новую одежду, чтобы соответствовать их ансамблю в черном, Ники решил, что подводка для глаз просто необходима, чтобы подчеркнуть ярко-синий цвет его глаз. Как он должен был сидеть спокойно, когда кто-то атакует его лицо острым карандашом? В итоге Ники прижал его к стене и держал его лицо неподвижно, чтобы нанести подводку. Аарон смеялся над ним из дверного проема. Двух средних пальцев было недостаточно, чтобы выразить его раздражение. Когда они приехали, клуб был переполнен, очередь выстроилась на тротуаре до конца квартала. Нил не понимал, как они собираются попасть внутрь, но Эндрю остановил машину у входной двери, и их группу приветствовали, как на аллее славы. Один из вышибал передал Эндрю знак VIP, и тот отправился искать парковку, а остальных провели внутрь с рукопожатиями и хлопками по спине. Нил был принят в компанию, чем заслужил несколько взглядов от будущих посетителей, ожидающих своей очереди. Кевин протащил его сквозь толпу, а Ники устроил драку с кем-то, чтобы освободить один из больших столов с видом на танцпол. Легкость, с которой другие посетители переместились, чтобы освободить место для них, была невероятной. Это выглядело как хорошо отработанный танец, и Нил начал задаваться вопросом, как часто они это делают. Аарон убрал со стола пустые напитки и скрылся за одним из официантов, а через несколько минут появился снова и занял один из табуретов, пока они ждали Эндрю. Ники и Кевин наблюдали за танцорами на паркете. В духе Нового года толпа была украшена различными светящимися палочками и нео-краской, освещенная черными лампами в клубе, все прыгали и раскачивались под тяжелый ритм. Все это придавало клубу черное на черном еще более зловещий и завораживающий вид. Эндрю появился рядом с ним, обхватил пальцами его запястье и стащил его с табурета. Аарон закатил глаза и повернулся, чтобы посмотреть на пол вместе с остальными, пока Нил, спотыкаясь, шел за ним. Эндрю держал его за запястье, пока они не столкнулись с барной стойкой, и, отпустив его, скрестил их пальцы. Как и вышибалы у входа в клуб, все бармены отдавали честь Эндрю, который кивнул в ответ и остановил свой взгляд на одном бармене. Парень был ростом около шести футов, с широкой ухмылкой и в сетчатой рубашке, которая ничего не скрывала. Он поднял один палец в сторону Эндрю, когда закончил готовить разноцветные коктейли для группы женщин, сидевших несколькими стульями дальше. — Я думал, вы будете здесь каждый вечер в праздники? — Бармен, на бейджике которого значилось «Роланд», сказал в знак приветствия. Эндрю поднял одно плечо и наклонил голову в сторону Нила. — У нас возникла заминка. Роланд оглядел его, вбирая в себя каждую деталь — от прически до того, как он стоял, наклонившись к Эндрю. — Он симпатичный, — прокомментировал он, повернувшись обратно к Эндрю. — Как обычно? — Нет. Я уже допросил его, не подсыпай ничего. — Что, — начал Нил. — Ты обычно накачиваешь наркотиками людей, которых приводишь сюда? — Обычно. — Эндрю взглянул на него, когда Роланд начал наливать рюмки без комментариев. — Они склонны говорить больше с некоторой социальной смазкой, а мне нравится знать, кому я могу доверять. — Оружие более эффективно, — усмехается Нил. — Ты допрашивал его с пистолетом? — спрашивает Роланд. — Не начинай приносить сюда оружие, Эндрю. — Расслабься, это был его пистолет. Роланд взглянул на него, и тот резко усмехнулся в ответ. — Точно… Что ты тогда пьешь? — Содовую. —Добавь несколько дополнительных шотов Роланда. Роланд делает, как его просят, наливает смесь разных рюмок, добавляет банку содовой на поднос и двигает его, но не отпускает. — Увидимся позже? — спрашивает он Эндрю с укоризненным взглядом. Эндрю смотрит на него безучастно, беря в руки поднос. — Нет. Роланд пожимает плечами и возвращается к своим клиентам, пока Нил пытается расшифровать, о чем был вопрос. Эндрю невозмутим, но что-то горячее бурлит под его кожей, и ему не нравится это ощущение. — Пойдем, — подталкивает его вперед Эндрю. — Мне нужно, чтобы ты расчистил мне путь. Нил моргает ему и идет вперед, чтобы сделать именно это. Большинство людей уходят с дороги, бросив быстрый взгляд на Эндрю, но парочку приходится оттолкнуть, прежде чем они поймут намек. Кевин падает на стул, как человек, умирающий от обезвоживания. Эндрю разделяет остальных на группы смешанных рюмок и с легкостью подталкивает их перед Аароном и Ники. Нил откупоривает содовую, и Эндрю тоже ставит перед ним рюмку. Только одну. В отличие от пяти для остальных и четырех для Эндрю. — Что это? — Виски. — Эндрю подносит к губам стакан с идентичной жидкостью. Нил оглядывается на бар, где Роланд спрятался за группой шаркающих тел, и снова на Эндрю, который смотрит на него, приподняв бровь. Он поднимает рюмку и демонстративно выпивает его за один раз. Эндрю не выглядит довольным, но ничего не говорит, когда они поворачиваются обратно к группе. Кевин держит перед собой пять пустых бокалов и с нетерпением ждет, когда Ники и Аарон догонят его, чтобы они могли потанцевать. Он качает головой и потягивает содовую, наблюдая за тем, как они приканчивают оставшиеся напитки. Они умрут, если будут потреблять в таком темпе всю ночь, и он проведет несколько часов в «Скорой помощи», пока они будут накачивать свои желудки. — Это все, или они когда-нибудь вернутся за добавкой? — спрашивает он Эндрю, когда остальные уходят на танцпол. — Они вернутся через час или около того, — говорит Эндрю, рассеянно поглаживая пальцами третью рюмку. — Еще по одной перед выходом. Нил хмыкает, убирая пустые стаканы, аккуратно складывая их на брошенный поднос. — Почему бы тебе не выпить? Нил смотрит на него, играя со стаканами. — Мы действительно пили только как дополнение к болеутоляющим, — объяснил он осторожно. — Мы не могли пойти в больницу, так что… Получить пулю, удар ножом, сломать руку… Мне пришлось научиться заботиться об этом без медицинских принадлежностей. Прижигать рану, накладывать швы, вправлять кости… что угодно. Когда боль становилась слишком сильной или требовалось дезинфицирующее средство, мы покупали водку. — Ты не пил, когда у тебя было вывихнуто плечо, — обвиняет Эндрю. — Ты был угрозой, — возражает он. — И моя голова была достаточно туманной от боли, добавлять алкоголь было не очень умной идеей. — Я больше не представляю угрозы? — спросил он, подталкивая перед собой еще одну рюмку. — Нет, — признает Нил. — Ты мог убить меня в любой момент на прошлой неделе. Зачем тебе было тянуть с этим? — Ты ставишь на то, что я не такая уж и сволочь? — Меня воспитал человек, которому нравится пытать. Ты можешь быть жестоким, но ты не такой. — У меня есть несколько человек, которые могут свидетельствовать иначе. Ты готов поспорить на это? Нил поднял рюмку и выпил ее, не сводя с Эндрю взгляда. — Да. Рот Эндрю дернулся, и в его взгляде появилось что-то похожее на удовлетворение, почти забава, и он потерялся в искре в глазах. Очевидно, он был безнадежен. Между Эндрю и барменом явно что-то происходило, и все же он не мог заставить себя беспокоиться. Не сейчас. Не сейчас, когда внимание Эндрю приковано к нему. Он должен был знать лучше. Они сидят бок о бок, наблюдая за танцплощадкой внизу, где Кевин разминается между молодой парой, наслаждаясь вниманием как мужчины, так и женщины. Аарон потерялся в океанах тел, танцуя с толпой, а Ники нашел молодого человека с блуждающими руками, чтобы развлечь его. — Я могу взять следующий раунд, — предлагает Нил, когда до полуночи остается около 30 минут. Эндрю отмахивается от него с любопытным взглядом и оглядывается на бар. Нил не ждет ничего другого, берет поднос и направляется к бару. Благодарен, что толпа неуклонно движется к танцполу по мере приближения обратного отсчета. Он ставит поднос на барную стойку и подает сигнал Роланду, не желая рисковать тем, что другие бармены не знают заказа. Роланд перемещается к нему, как только освобождается, ставит поднос на заднюю скамью в стороне от дороги и начинает смешивать новые порции. — Я не расслышал твоего имени. — Нил. Роланд поднимает подбородок в направлении их столика. — Как давно ты знаешь эту семейку? Нил мрачно усмехается. — Есть короткий ответ и длинный. Короткий ответ заключается в том, что я знаю Кевина с детства. Глаза Роланда расширились. —Правда…? — Он улыбается. — Я думал, это больше связано с Эндрю. — Это длинная история, — соглашается Нил. — Я познакомился со всеми остальными примерно неделю назад. Наткнулся не на то место, я полагаю. Они пытаются убедить меня присоединиться к команде. — И Эндрю угрожал тебе пистолетом? Нил злобно усмехается. — Если честно, я его достал. — И чем это закончилось, что вы двое переспали? — Роланд отставляет бутылку в сторону и смотрит на Нила холодным взглядом. Нил смотрит на него, переводит взгляд на Эндрю, сидящего за столом, и обратно. Роланд ухмыляется. — Я знаю его слишком долго, чтобы обижаться, если он отказывает мне на ночь, но он никогда раньше не отказывал мне при другом парне. Нил не знает, что делать с этим признанием. Сидящий за столом Эндрю наблюдает за ним, на его безучастном лице написана неуверенность, но только для людей которые знают, что искать. — Не волнуйся, — говорит Роланд, снова завладевая его вниманием. — У нас с Эндрю никогда не было ничего общего. Скорее, как друзья, которые иногда встречаются, чтобы избежать сексуальной неудовлетворенности. — На безучастный взгляд Нила он поясняет. — Сначала мы были друзьями, и мы останемся ими и дальше. Поверь мне. Я могу сосчитать на пальцах одной руки, сколько раз я целовал его рот за последние два года. А ты? Нил ухмыльнулся. — Больше, чем ты, и я знаю его всего неделю. — Правда… — мурлычет Роланд, наклонившись через барную стойку. — Как все прошло? — Отвали! — усмехается Нил. — Ну, если ты присоединишься к команде, я буду видеть тебя гораздо чаще. Ты должен знать, что если вы с Эндрю будете вместе, то я не буду мешать, и я не хочу, чтобы это повлияло на то, как мы ладим. — Как ты можешь так легко уходить? — Нил должен понять. — Разве ты не хочешь большего? — Конечно, — соглашается Роланд, возвращаясь к приготовлению напитков. — Но не с ним. Эндрю — хороший друг, с ним весело проводить время, но он не мое будущее. Я ничего не имею против него, просто это не тот, с кем я могу быть вечно. А если он твой, то, во что бы то ни стало, присоединяйся к команде и бери с ним все, что сможешь. Я счастлив сидеть в баре и ждать свою вечность. Роланд ставит на поднос свежую банку содовой для него и дружелюбно улыбается. — У нас все в порядке? — Конечно, — соглашается Нил, передавая пачку денег. — Эй, спасибо, что рассказал мне. Роланд машет ему рукой и возвращается к своим клиентам, а Нил осторожно ставит поднос, надеясь, что он не прольет слишком много по пути к столику. Эндрю бросает взгляд на барную стойку, когда он ставит поднос, несколько напитков пролилось, но это меньше, чем он ожидал. — Ты никогда не получишь чаевых, — комментирует его ухмылку Эндрю. — Повезло, что я не подрабатываю официантом, — говорит он, выискивая остальных на танцполе. — Откуда ты всех здесь знаешь? — Ники устроил Аарона и меня сюда на работу, мыть посуду в подсобке, когда мы учились в школе. Ну и я разнимал несколько драк и пару раз помогал вышибалам. Клуб заботится о своих. Нил кивнул, открывая свежую содовую. — Ты получил то, что хотел? — спросил Эндрю, кивнув в сторону бара. — Вообще-то я ничего не хотел, — говорит он, глядя туда, где Ники и Кевин поднимаются по лестнице. — Хотя Роланд кажется болтливым. — Он может быть таким, — соглашается Эндрю, снова делит рюмки на группы, чтобы успеть донести их до остальных. Кевин первым допивает свою дозу и возвращается на танцпол. Нил и Эндрю сидят в стороне и наблюдают, как Ники занимает своё место и начинает пьяно болтать о каком-то парне на танцполе, пока он допивает свои рюмки. — Нам придется выносить их отсюда? — спрашивает Нил, когда Аарон присоединяется к столу. — Возможно. Зависит от того, когда мы захотим уйти. — Не раньше полуночи, — бормочет Аарон в свой напиток. Эндрю жестом показывает на них как на доказательство. Ники допивает свой напиток, шлепает Аарона по руке и, спотыкаясь, уходит, чтобы снова найти своего молодого человека. Аарон проклинает его за то, что он пролил свой напиток, ставит его обратно и смотрит на оставшихся три рюмки перед ним. — Ты всегда можешь вернуться, — предлагает Нил. Аарон смотрит на него и быстро выпивает. Нил грустно качает головой, он собирался сегодня нести кого-то до машины, единственным трезвым, похоже, был Эндрю. — Пять минут до полуночи! — объявляет диджей. Аарон выпрямляется и, спотыкаясь о табурет, возвращается на танцпол, а Нил повторяет уборку, ставя пустые рюмки на поднос. Остались только рюмки, выстроенные перед Эндрю, который неотрывно следит за его успехами теперь, когда люди на их уровне прокладывают себе путь в толпе извивающихся тел и неоновых огней. — Это всегда так? — спрашивает он. — Клуб или выпивка? — Выпивка, — уточняет Нил, возвращая ему ровный взгляд. — Как они не умерли? — Они выработали иммунитет, — отвечает Эндрю, выпивая свою рюмку. — Делай это достаточно часто, и ты сможешь выдержать достаточно много, прежде чем начнёшь страдать. — Похоже, ты справляешься с этим лучше, чем они. — Я более практичен, — соглашается он. — Чего хотел Роланд? — Уверить меня, что вы двое не были серьезны, — насмехается Нил, играя со своей газировкой, не в состоянии встретиться с Эндрю взглядом. Эндрю бросает взгляд на бар. — Я не… Я никогда не был в отношениях. Нил изучает, как его пальцы постукивают по краю стола, несмотря на его спокойное поведение. Приятно знать, что он не единственный, кто нервничает по этому поводу. — Я тоже, — говорит он, поворачиваясь на своем месте, чтобы встретиться с ним взглядом. Эндрю осматривает пространство, ища что-то, что Нил не может понять, прежде чем соскользнуть со своего места и встать перед ним. — Да или нет? — спрашивает он, когда диджей объявляет 30-секундный отсчет. Нил закусывает губу, оглядывая почти пустой зал с Роландом за барной стойкой, обслуживающим тех, кто выпил в последнюю минуту, и переполненный танцпол под ними. — Да. Эндрю скользит руками по его бедрам и шагает аккурат между его ног, лишая Нила всякого чувства, не связанного с их близостью. Так много для этих тайных отношений. Это не имеет значения. Не сейчас, когда Эндрю смотрит на него, весь в желании и вызове, если и было время уйти, так это сейчас. Но он не может. Он не может думать ни о чем другом, кроме как о том, что Эндрю на его губах, и почему это не так? Эндрю вцепляется пальцами в петли его ремня и притягивает его вплотную к своей груди. Нил рефлекторно хватается за его плечи и быстро переводит руки на более безопасную территорию, пока толпа под ними кричит, что отсчет идет до полуночи. Все, о чем он может думать, это ощущение руки Эндрю на своем бедре, в то время как другая прокладывает себе путь к его шее, притягивая его к себе, чтобы поцеловать до синяков, когда счет закончится. Руки Эндрю в его волосах. Виски на его губах. Теплая кисть языка у него во рту. У Нила кружится голова от прикосновений. Он хочет, чтобы Эндрю прижал его к стене и стянул с него рубашку. Хочет, чтобы он повалил его на кровать и забрался сверху. Он стонет во рту при этой мысли, а Эндрю замедляется. Возвращая его к реальности, когда поцелуй замедляется до простого скольжения губ, и Нил снова слышит толпу в клубе вокруг них. Его дыхание на губах — ничто по сравнению с эмоциями, бушующими в его глазах. Нил не может оторвать взгляд от этого зрелища. Что бы это ни было, о чем бы ни думал Эндрю, он пошел бы ко дну вместе с кораблем. Он был потерян в море, и не было видно белого флага. — Приходи в Пальметто, — тихо призывает Эндрю. — Оставайся. Нил моргает, не понимая, откуда взялись эти слова, но точно зная, куда они его приведут. — Хорошо. На этот раз моргает Эндрю. Он не может поверить в то, что слышит. — Да? — Да, — подтверждает Нил, проводя большим пальцем по краю губ и отчаянно желая сократить расстояние. Эндрю делает это за него. Он целует его медленно и сладко, переполняя его чувства, пока в его голове не остается только Эндрю. Когда он отстраняется в этот раз, он зарывается лицом в его шею, и Нил остается моргать в темном клубе, пытаясь сориентироваться. Группы людей возвращаются за столики, а Роланд с широкой ухмылкой наблюдает за ними из-за барной стойки. Он не имел ничего против Роланда лично, но ему хотелось, чтобы этот парень отвалил. Все и так было достаточно запутанно без того, чтобы Эндрю, бывший нечто, наблюдал за ними. Эндрю призрачно целует его в челюсть, привлекая его внимание. — Мы могли бы найти детей и отправиться домой? — предлагает он. Нил усмехается, думая о том, что они могут сделать, когда доберутся туда. — Дадим им еще немного времени, — решает он. — Так или иначе, мы скоро доберемся туда. Давай убедимся, что они проспят. — Хорошо, — соглашается Эндрю, в его глазах пляшет веселье, когда он возвращается на свое место. Нил жалеет об этом решении, когда его оставляют нянчиться с ними троими, пока Эндрю забирает машину. Ники все время пытается дотронуться до волос людей, гладит их по голове и говорит, что скоро они встретят любовь всей своей жизни. Кевин опирается на него всем телом, а Аарон продолжает выходить на дорогу. Кевин тяготит его, он берется за заднюю часть рубашки Аарона, чтобы не дать ему уйти, и вынужден каждые 10 секунд свистеть Ники, чтобы тот вернулся. Он вздыхает с облегчением, когда видит машину Эндрю, огибающую поворот. — Ты выжил? — спрашивает Эндрю, когда они выгружают пьяных на заднее сиденье. — Нет! — возмущенно говорит Нил. — Как, черт возьми, ты справляешься с ними в одиночку? — Я ухожу, пока они еще могут стоять прямо, — шепчет он через заднее сиденье, когда пристегивает Кевина. — Убедись, что пристегнул детский ремень безопасности. Поездка домой превращается в серию пьяных беспорядочных песенных текстов и приступов хихиканья. Эндрю то и дело бросает взгляд на зеркало заднего вида, чтобы проверить их, и к тому времени, когда они подъезжают к дому, Аарон свернулся калачиком у Кевина под боком с плотно закрытыми глазами, а Кевин уставился невидящим взглядом в окно. Завести их в дом — это вопрос попыток удержать их в вертикальном положении, так как они спотыкаются о свои ноги. Эндрю тащит Аарона вверх по лестнице, чтобы уложить его в постель, а Нил тащит Кевина в гостиную, набрасывая на него одеяло, прежде чем найти Ники. Ники был на кухне, вытаскивая случайные предметы из шкафов и бормоча о завтраке. Ему приходилось постоянно вырывать вещи из его рук, пока он вел его в спальню, обещая утром блинчики и пончики. Эндрю собирал вещи на кухне, когда он снова вышел. — Ники? — это все, что он спросил. Нил провел рукой по волосам. — Ники, — согласился он, расслабившись теперь, когда пьяные были аккуратно разбросаны по своим отдельным местам. Эндрю налил пару рюмок и молча протянул одну. — Что, черт возьми, я должен делать в колледже? Рот Эндрю дернулся, и Нил захихикал, поднимая рюмку. — Что ты хочешь делать? — Я никогда не думал о колледже, — признается он, когда Эндрю теснит его к стойке. — Мне просто выбирать предметы наугад? Есть ли курс истории экси, который я могу проскочить? Он теряет ход мыслей, когда Эндрю целует его в челюсть. — Да или нет? — Да, — выдыхает он — Мы можем решить вопрос с колледжем завтра, когда приедем туда. У тебя есть несколько дней, чтобы разобраться с этим. — Эндрю говорит тихо, спрятав лицо в ладонях. — А пока пойдем спать. Нил, не задумываясь, наклонился к нему, захватив его рот и вложив в поцелуй все свое сердце. Эндрю отдает столько же с каждой встречей их губ и скольжением языка. Нил не обращает внимания на каждый шепчущий голос в затылке, говорящий ему, как это глупо, и ныряет в поцелуй с головой. Если он собирается изменить сценарий, то не было причин продолжать сомневаться в принятом решении. Пришло время действовать. Эндрю не отпускал его руки всю дорогу до комнаты. Захлопнув за ними дверь, он снял с него одежду и отбросил ее в сторону, как только дверь закрылась. Эндрю подтолкнул его к кровати, обнаженного и ослепленного внезапной темнотой, которая, казалось, усиливала каждое прикосновение и звук. После каждого прикосновения его кожу покалывало, и он задыхался, пока Эндрю проделывал свой путь по его телу. При каждом резком вдохе Эндрю тихо рычал и покусывал его кожу. Влажное тепло на нижней стороне его возбуждения заставляло его проклинать себя, выгибаясь от этого ощущения, и он готов поклясться, что слышал стон Эндрю, прежде чем он укусил его за бедро и вдавил его еще глубже в матрас. Нил провел пальцами по его мягким волосам, когда он посасывал то самое место на бедре, а другой рукой вцепился в одеяло, пытаясь удержаться на месте, в то время как его тело кричало о том, чтобы выгнуться дугой. Рот Эндрю снова переместился с бедра на его возбуждение, и Нил был благодарен за то, что его удерживают, поскольку с его губ срывались проклятия, сопровождаемые неконтролируемыми стонами. Эндрю мурлыкал, проводя ртом по его губам, посылая вибрации по всем его фибрам. Нил едва успел предупредить его, прежде чем начал изливаться ему в рот, но Эндрю, казалось, не возражал, вылизывая его дочиста, прежде чем снова подняться по его телу и встретиться с его ртом. Нил хотел отдачи. Хотел, чтобы Эндрю испытал тот же уровень экстаза, который он показал ему. Но он знал, что Эндрю не допустит таких прикосновений. Он решил вложить все свои силы в их поцелуй и переместил свой рот на шею, покусывая и посасывая каждое место, которое нравилось Эндрю. Он не останавливался, пока Эндрю не рухнул на него, потный, задыхающийся и прекрасный в тусклом свете. — Ты действительно остаешься? — прошептал Эндрю в темноту после того, как они устроились в постели, слушая, как тихий дождь стучит по крыше. — Да, — легко ответил он. Впервые в его сознании не было голоса, который говорил ему, что надо подниматься и бежать. — В Пальметто все становится интересным. — Эндрю протягивает руку, которая лежит на одеяле, и переплетает их пальцы. — Что, прошедшая неделя не была интересной? — Именно, — соглашается он. — Ты из тех людей, которые появляются и все меняют. Нил не знал, что ответить, вместо этого он закрыл глаза и сосредоточился на большом пальце Эндрю, растирающем круги по тыльной стороне его руки. Поездка в Пальметто на следующий день была медленной и наполненной частыми остановками на кофе, пока трое их друзей с сильным похмельем пытались выглядеть бодрыми. Ники шлепнул его по руке, указывая на большое оранжевое здание на горизонте. Нил наблюдал, как оно становится все более отчетливым по мере их приближения. — Лисий Корт, — сказал Кевин со своего места на пассажирском сиденье. — Добро пожаловать домой, Нат.