Что-то будет (не) у нас

Джейс явно собирался спросить: «Что такое Хохочущая Бездна». Виктор опередил его. Эта легенда, вероятно, была намного старше Зауна, что некогда вырос на руинах древнего города монстров и безумцев — и безумных монстров. Собственно, старик Оук рассказал то, о чем и без того догадывались. — Как давно это случилось? — тихо спросил Виктор. — Ребята вернулись только сейчас. Обвал глубоко, слышно отсюда не было. Но они ничего, только вот шестеро… их же теперь… — Не сожрут. Извините, госпожа Тэббот. Виктор перевел взгляд на Джейса. Тот по-прежнему стоял, опираясь ладонями в стол, но глазами хлопал по-щенячьи — в общем, был обычным Джейсом. Виктор попутно оглядел нехитрый выбор ржавых инструментов. Жаль, что отбойным молотком и даже каской тут ничего не решишь. — Хохочущая Бездна — это останки древних чудовищ. На самом деле, что-то вроде водорослей или микроорганизмов. Может, они были вроде блох на тех ископаемых монстрах. — Именно, именно, — поддакнула Тэббот. — Если коснуться голой рукой, ногой, в общем, открытой кожей — заползают и начинают переваривать заживо, — Виктор слышал голос будто издалека. Тэббот охнула. В ее темных глазах, в каждой морщине отражалось: она уже представляет все подробности. Снаружи в повисшую на одной петле дверь заглянули, сразу двое — чернокожий мужчина, его лицо было вымазано светлой грязью и совсем мальчишка, курносый сопляк, немного похожий на Виктора в детстве. Ну, за исключением ноги. У этого пока с обеими все в порядке. — Старик Джерри сказал, это… тут верхотурники… — Генри, отвали, — прикрикнула на него Тэббот. — Решают они. А ты не лезь, и остальным скажи, чтобы переоделись и все такое. Лица скрылись. Парень задержался немного, но позади мелькнула рука, подзатыльник — и этого хватило. — Сколько они продержатся? — спросил Джейс. — Сутки, может, полтора. Эта дрянь не шибко ловкая, — пожала плечами Тэббот. Виктору оставалось только повторить ее жест. — Ладно. Джейс сложил руки на груди. На рукаве осталось пятно. Он направился к выходу. — Эй, вы двое, — крикнул куда-то. Миротворцы, одинаковые в своих костюмах, вошли в сарай. — Какая защита у пострадавших? — Стандартная, вы и давали, — Тэббот невольно встала в защитную позу. Виктор узнал эту дворовую стойку: прикрыть грудь, чуть выставить бедро, чтобы не прилетело в пах. Он никогда не дрался, зато тысячу раз наблюдал, как это делают другие. — Там, эти, железки. — То есть, пострадавшие сейчас в новых костюмах. — Да! — рявкнула Тэббот. — Да толку от них, ребята сказали, что как цапнула их Хохочущая Бездна, так они и сели на зад. Лыбятся. — Эйфоретик со слабым нервно-паралитическим эффектом, — пояснил Виктор для Джейса. — Древние чудища и их паразиты умели выживать. — Понял. Так, госпожа Тэббот. Держите остальных подальше, мы с Виктором будем работать. Вы двое, — это снова относилось к Миротворцам. — Снимайте свои костюмы. Виктор, насколько я помню, ты предлагал модифицировать и установить автоматический «контролёр» на базе того, что сделал для людей Кейтлин. Придется модифицировать прямо здесь. Миротворцы медленно выбирались из костюмов-автоматонов. Их защита была более массивной, чем практичные шахтерские «униформы». Внутри оказался мальчишка, едва ли старше того, который заглядывал с большими круглыми по-птичьи глазами и излишне-прямой выправкой. Он словно боялся, что без костюма Миротворца, его примут за самозванца. Вторая, девушка, немного напоминала саму шерифа. Виктор кивнул обоим: — Понадобится скопировать некоторые компоненты, чтобы спасти людей. — Так точно, сэр. Мы поняли, сэр, — сказала девушка и замялась. — Вы правда сумеете это сделать? — ляпнул мальчишка. Виктор и Джейс переглянулись. «Мы сделаем все возможное». Виктору не хотелось говорить такую фразу. Она была фальшивой и дешевой, не стоила и гнутой проволоки, а еще надо торопиться, паразиты Хохочущей Бездны каждую секунду поглощают кровь и сукровицу. Переваривают несчастных заживо, обволакивая все сильнее, слой за слоем, активно размножаясь на свежем сладком мясе. — Конечно, — Джейс широко улыбнулся. У него получалось это: обаятельная улыбка, блеск глаз и почти физическое ощущение силы и уверенности. Даже старая Тэббот расчувствовалась и шмыгнула носом. Виктор же тем временем отыскал на стене отвертку и принялся раскручивать замершие покорными слугами костюмы. Нужен тот компонент, который отвечает за псевдоразум автоматона. «Джейс, эта штука помогла мне вскрыть себя заживо и поставить механические легкие». В общем-то, да. Шансы неплохие. — Тогда не будем мешать, — заявила Тэббот. Миротворцы удалились вслед за ней. Джейс работал быстрее. Руки у него так и мелькали, Виктор не пытался угнаться. Зато он мог просчитывать нагрузку металла, достраивать чертеж. Образцы модулей с хекс-основой — две штуки из костюмов Миротворцев, — лежали прямо поверх листа бумаги. Гофрированные прямоугольники с бахромой проводов и синей запятой стабилизированного хекс-кристалла в центре. Виктор взял один из этих треугольников, постучал, перевернул кристаллом вниз. — Когда будешь вскрывать, перепаяй вот эти провода, — он положил модуль, а потом обозначил перьями на чертеже. На пол скатились обломки грифеля. Джейс делал вид, будто и не он вовсе переломил карандаш пополам. Благо, хоть запасной нашелся в кармане. Джейс бросил взгляд, лицо у него дернулось: глаз и губа, симметрично. Минут десять назад он снял свой респиратор, буркнув, мол, работать в «наморднике» неудобно и он как-нибудь уж так. Сначала закашлялся, а потом вроде ничего, задышал нормально. — Это даже на чертеже похоже на какую-то медузу с отростками. Они врастут прямо человеку в мозг? — В позвоночный столб, — меланхолично уточнил Виктор. Нога у него ныла, хотелось сесть. Он опирался на костыль, а затем облокачивался на старый-добрый надежный стол. Мышцы все равно болели. — Вот так. Он набросал очертания, действительно напоминающие медузу. Прямоугольник готового модуля вписался в «живот», зато стрекала вытянулись почти на полфута — тонкие проводки, витье паутины. — Выглядит гадко. Джейс потер переносицу. Остался серый грифельный след. — Эта Хохочущая Бездна… мне ничего о ней не попадалось. — Хеймердингер о ней знал. И он упоминал, что некогда именно древние колдуны создали паразитов. Чтобы они пожирали демонов, но вышло немного не так, как планировалось. — «Поэтому нельзя использовать Аркейн», — Джейс передразнил старого йордла, осекся. — Я не хотел, чтобы он пропал навсегда. «Всего лишь изгнал из Совета». — Честно говоря, не думаю, чтобы с ним что-нибудь случилось, — Виктор едва оторвался от чертежа, продолжая вырисовывать сочленения, темные линии углублений, светотень выступов. Схематичное изображение превратилось в объемное и выразительное. Железная медуза только что лапками не шевелила. И очень легко было представить заостренные нити щупалец, которые обвивают шею, горло, входят в мягкую ямку чуть ниже черепа. Врастают в позвоночник. Сливаются с разумом человека. — Да, но… — Джейс сглотнул. Он вскрыл гофрированный металл прямоугольника, обнажив внутренности шестеренок. Они выстроились вокруг хекс-кристалла, отчего голубой кристалл покоился словно бы в паутине. — Ему бы не понравилось то, что мы сейчас делаем. Позволить машине решать за человека… — Хохочущая Бездна — не человек. Ты когда-нибудь крыс в муравейники кидал? Джейс оторопело вытаращился. Виктор невольно улыбнулся. Заунские развлечения во всей красе. — В ловушки попадались крысы. Толстая проволока перебивала хребет, но не всегда насмерть. Если тварь оставалась живой — считай, повезло, можно поиграть. Зажимаешь крючок, достаешь крысу, ищешь муравейник. В Зауне их немало, и насекомые там огромные, — он показал большим пальцем первую фалангу указательного. — Примерно такие. Кидаешь эту полуживую крысу в муравейник. Кровь быстро приманивает обитателей, и они облепляют ее. Крысе очень больно — настолько, что она пытается сбежать, отбивается, карабкается. У нее перебит хребет, не забывай об этом, так что убежать не может. Она раздавит десяток муравьев или два, но потом насекомые заберутся в рот, в уши, в глаза. Муравьи стараются сожрать самое мягкое и вкусное, понимаешь?.. — Хватит, — перебил Джейс. — Очень доходчиво, я понял. — Паразиты чудовищ хуже муравьев. Они питаются еще и разумом людей. Если «медузы» не доберутся, то это сделают они. — Я уже согласился, — Джейс выкрутил на максимум портативную спиртовку. Она выстрелила синеватым огоньком. Джейс положил прогревать паяльник, пока Виктор аккуратно вскрывал паутинное сердце детали. Две медузы спасут двоих. Потом они выберутся, и можно отправить еще раз. И еще. — Я доработаю костюмы. Они и так способны на частичную автономность, но есть и режим автоматона, в том числе, передвижения. Небольшое расстояние. До места надо доставить. Джейс только кивнул. На рукавах расползались пятна от кислоты, медного купороса, сажи и пыли. Приталенный элегантный костюм превратился в рабочую униформу. Виктор не удержался, обогнул стол, подошел к Джейсу. Тот понял не сразу, а потом Виктор коснулся его подбородка, притянул и поцеловал. Губы были мягкими и горячими, немного с привкусом металлической стружки и крупицами угля. — Все будет хорошо, Джейс. Мы поможем людям, и они останутся нам благодарны. Весь Заун и Пилтовер. Виктор чувствовал себя медузой — тонкие механические лапки с заостренными и зазубренными наконечниками-стрекалами. — Поверь мне. Джейс переступил порог. Снаружи уже собралась толпа. Воздух кипел от вздохов и перешептываний. В нос ударил запах пота и нагретого камня. В толпе мелькали факелы — рыжеватое и синее пламя. Тэббот отмахивалась, но люди напирали на нее, одинаковые в своих укрепленных металлических костюмах, словно гигантская чешуйчатая рыба. Рыбу выкинуло на сушу. Она хлопала плавниками и судорожно дышала, жабры напрасно перекачивали лишенный влаги воздух. Виктор заставил себя поравняться с Джейсом: хотел видеть не черно-медную рыбу, а людей, лица, даже если они покрыты сажей. Позади на рельсах выстроились дрезины. Возле подъемника смолил свою самокрутку старик Джерри. Виктору показалось, что тот сардонически ухмыльнулся, показал пни зубов. — Дык это… вытащите ребят? — начал бочкообразный мужчина с маленькой головой. Каска в ней болталась. Взгляд у мужчины был водянистым, нос — красным. Виктор без особого труда предположил, что шахтер мечтает о дешевом пойле на древесном спирту. Но и он тревожился за тех, кого пожирала Хохочущая Бездна. Виктор кивнул этому человеку персонально. — Мы создали механизм, который поможет спасти ваших друзей. Шум поднялся от толпы. Он был одновременным выдохом десятков глоток. Кто-то поднимал руки и махал, кто-то хлопал в ладоши. Красноносый широко улыбался. Оук где-то далеко дымил и, Виктор мог поклясться, пофыркивал.  — План такой: нужны двое добровольцев. Доставят вот эти механизмы, — Джейс поднял над головой «медуз». Окончательная форма напоминала всего лишь обычный шлем, ничего пугающего. В конце концов, каждый из этих людей носил каску большую часть своей жизни, сейчас тоже никто не удосужился снять привычный головной убор. «Рыба» подобралась, окружала Джейса. Тэббот прикрикнула на пару самых нетерпеливых. Но люди тянули руки, вызывались — я пойду, нет я, да куда тебе, Том Деррел, ты свою задницу до дырки в сортире не доносишь! Зато ты, Мэри Корбет, много о дырках знаешь! — Заткнитесь все! — заорала Тэббот. У нее снова сделалось подобострастное выражение лица. — Простите их, господин. Так чего там с этими штуками сделать надо? — Просто доставить людям. — Но их там много, — это высунулся уже знакомый Виктору парень. Виктор тихо произнес: — Поэтому надо поторопиться и обогнать Хохочущую Бездну. Как тебя зовут? — Шон, сэр. Шон Форман. — Ты хочешь пойти? Тот замялся. Страх и желание помочь сражались всего мгновение. Виктор представил себя и Джейса рядом с хекс-ядром. Еще не стабильным. Он может взорваться. И полет. — Да, сэр, — сказал Шон Форман. — Хорошо. Джейс указал на здоровяка. Позади зафыркали, мол, нашли кого посылать, Эда Смита. Да он же тупее дырявой каски. Виктор подтолкнул вперед мальчишку. — Все! Заткнитесь! — Тэббот поняла его без слов. — Пойдут Эд и Шон. Один мелкий, умный, второй сильный. Все! Разошлись! Не мешайте! Толпа колыхалась. Расходиться люди не торопились. Виктор взял Шона за руку: пальцы были ледяные и влажные. — Просто найдите эту расщелину и сбросьте туда шлемы, — сказал Виктор. — Главное, не забудьте обновить фильтры в ваших респираторах. — Да, сэр. Хохочущая Бездна до нас не дотянется. Мы все сделаем, как вы сказали, сэр. — Я просто Виктор. А ты, Шон, запомни: это не мы спасаем ваших людей. Ты и Эд помогаете, верно. Но сделают все машины. Механизм справится там, где плоть сдастся. Запомни это, Шон Форман. Прозрачные светло-карие глаза мальчишки блеснули. Он шмыгнул носом и не очень уверенно кивнул. Вряд ли понял, но и задерживать бригаду спасателей было нельзя. Виктор сам передал шлемы-автоматоны Шону. Когда они скрылись на подъемнике, что теперь шел на спуск, Джейс снова закрыл лицо своим респиратором. — Лишь бы сработало, — невнятно пробурчал он. Толпа разбрелась, люди открывали консервы, пили воду. Плыл запах дешевой подогретой тушенки, подгорелых сухарей и дешевого табака. Виктор позволил себе опуститься на ржавую бочку. Нога у него болела так, словно туда сыпанули пороха и подожгли, а в позвоночник запустили стаю рыжих муравьев. Джейс моргнул: — Принесу чего-нибудь поесть. Виктор собирался заявить, что не голоден, но потом решил: почему нет. Ему нравилось, когда Джейс проявлял знаки внимания. Как бы глупо ни звучало после того, что они сделали и собирались сделать дальше. — Спасибо. Джейс зашагал к толпе, перекинулся парой слов с уже знакомым Виктору Генри. Неровная каменистая поверхность шла чуть под откос. Он вернулся к Оуку, тоже что-то ему сказал, потом завернул за угол. Вернулся еще минут через пять с тушенкой. На новых крышках блестел отблеск фонарей. Джейс показал спички: так вот, что он добыл у старого Джерри — и пару кусков угля, который здесь шел за пустую породу. — Вполне сгодится подогреть обед. Виктор наблюдал за ним с улыбкой. Джейс умел не только махать молотом, но и ковать железо, не только рисовать чертежи гениальных изобретений, но и разводить костер в старой каске, собирая обед из тушенки и подмокших галет.  — Я рад, что мы с тобой познакомились тогда, — сказал Виктор, осознал, насколько неуклюже звучит, и попытался исправить. — Если бы не ты, то сейчас эти люди оказались бы обречены. Прежде Хохочущая Бездна считалась смертным приговором. Джейс сидел на корточках и возился с импровизированным костром. Он едва не выронил длинную железяку, а покраснел резко и почему-то с ушей. Ну или это костер отплясывал рыжими отблесками. — Я тоже… в смысле, хорошо что работаем вместе. Виктор окунул галету в жирный, пересоленный и очень горячий соус. — Да. Работаем. Именно так. — Они разве не должны были уже вернуться? Тэббот старалась не выказывать беспокойства. У нее это получалось плохо в самом начале, никудышно — сейчас. Виктор смотрел на каменные своды: оплавившаяся древняя магма. Черная пасть ископаемого чудища. Кучи наваленных камней — зубы. Своды-подпорки из закаленного дерева — длинные полуклыки-полужвалы. И это еще безопасный вход в шахту с подъемником и старым Джерри, который все гнал руду на верхние этажи. Тележки поднимались, описывали круг, возвращались в черноту. Зрелище завораживало. — Должны, — отрывисто сказал он. Джейс тут же вступился: — Вы же сами говорили, госпожа Тэббот, что там далековато они забрались и место непростое. Лучше, если Шон с Генри аккуратно подберутся. Виктор опустил голову. Он вдохнул, железные легкие работали, как обычно, но на секунду в кисло-горьком воздухе шахты почудилась легкая белая пыль. «Скай». Виктор посмотрел на свои пальцы. Шрам от первого эксперимента почти зажил, Джейс как-то спросил, получил уклончивый ответ — мол, не слишком удачный опыт. «Будь осторожнее», — заметил тогда Джейс. О Скай никто не спрашивал, потому что она была одинока, вышла замуж за работу. А еще потому что началась вся эта заварушка с криминальными авторитетами, безумными девочками и взрывами. Все забыли Скай, но Виктора окружала белая пыль, и сейчас мерещилось, будто она становится плотнее. — Я имею в виду… — замялась Тэббот. Она ожидала утешения. — Все в порядке, они скоро появятся, — попытался уверить ее Джейс. Правильно, так нужно. Даже если лжешь, то это добрая, хорошая ложь. — Ну я просто подумала… — Если не вернутся через полчаса, запечатывайте шахту, — Виктор оперся на костыль и поднялся. Тэббот отшатнулась: — Что? — Хохочущая Бездна — это полуразумные паразиты. Проблема в том, что кто-то может вернуться потом… не совсем собой. Тэббот выругалась. Они все знали старые легенды, но о зараженных паразитами, «шатунах», слышал не каждый. Старые записи переродились в городскую мифологию Зауна, смешались и перепутались. Видимо, конкретно Дора Тэббот не слышала про «шатунов». Джейс быстро взял ее за руку, укоризненно глянув на Виктора: — Все будет в порядке, мы на сто процентов уверены в механизме. И в том, что ваши люди справятся. Тэббот высвободила руку. — Да пошли вы со своими механизмами. Там же люди! И вы отправили туда… ладно Генри, но Шон сопляк! Вы о его матери подумали? Джейса перекосило. Наверняка, он думал о разбитых костях мальчишки, о тяжести молота в своих руках. О натекшей под трупом луже крови. Была там лужа? Неважно. Пыль и сломанные кости. Кости — это пыль. — Я сам пойду их искать! — заявил он. — Джейс, в этом нет смысла. — А я пойду. Он направился к разлому шахты. Тэббот сделала было шаг, чтобы бежать за ним, но остановилась: какое ей дело до «верхотурников». Виктор заковылял следом. Ни единого шанса догнать, понимал он, потому что Джейс шел полной скоростью — чеканные шаги, словно удары молотом. Нога Виктора стрельнула спазмом в позвоночник. Он едва не растянулся у каменного порога, чуть дальше тусклый фонарь обрисовывал очертания подъемника на толстых канатах. Джейс уже запустил механизм спуска. — Джейс! «Я с тобой». Виктор сжал зубы. Он не мог пойти — он должен был, но стал бы бессмысленной обузой. А если паразиты доберутся до него, то выйдут наружу. Им нет дела до хромоты жертвы — выползет хоть на переломанных ногах и с раздробленным хребтом. Виктор стоял, закрыв глаза. За спиной он ощущал и Тэббот, и остальных — люди рассредоточились возле шахтового тоннеля, кто-то рядом с сараем, кто-то ближе или дальше. Они смотрели на него. Он был совершенно один.