Мой Крест или рожденная Учиха

Шисуи обнаружил Самари на улице. Съежившись от промозглой сырости наступившего вечера, она стояла под сенью белоствольной березы, чьи ниспадающие книзу ветви, покрытые роскошной зеленью листвы, частично скрывали ее от взглядов окружающих, что даже сам синоби не сразу сумел заметить ее. Угрюмая чернота надвигающихся сумерек скрадывала тонкие черты нежного профиля куноити, и в преддверии ночи в таинственном состоянии мимолетной грусти она казалась вдвойне очаровательной. Ежась от пронизывающегося ветра, бросавшего в лицо моросящие брызги холодного дождя, Самари повернулась спиной к дорожке, по которой неиссякаемым потоком к дому стекались гости, неподвижным, застывшим взглядом смотрела в сгустившуюся темноту тихого сада за кованой оградой невысокого заборчика. Ветер боязливо путался в длинных смоляных локонах куноити, придавая тревожной задумчивости ее одухотворенно-застывшего облика нечто возвышенно-мечтательное. Сбежав по ступеням крыльца, Шисуи неожиданно залюбовался утонченной грацией, воплотившейся в каждой черточке, в каждом волнительном изгибе ее юного, спортивного тела, мысленно отмечая характерные, свойственные только ей одной, отличительные особенности. «Красавица... Ты выросла в настоящую красавицу, маленькая сестричка Хаябусы. Как и когда ты успела превратиться в умопомрачительную женщину, став для меня особенной?» - в очередной раз задавался одними и теми же вопросами Шисуи, глядя на нее, не решаясь нарушить окружавшую девушку атмосферу пленительной загадочности. Какие мысли занимали ее маленькую головку в тот момент, когда она вот так вот смотрела во тьму, прижимая озябшие ручки к груди и горестно вздыхая? Думала ли она о нем или ее мысли были заняты иными думами? Заняты Итачи? Семьей? Проблемами клана? Подругами? Он честно надеялся, что она хотя бы изредка вспоминает о нем. Это наполняло его сердце временным умиротворением, которое таяло, стоило подумать о реальном сопернике, которым с недавних пор стал для него Итачи. Шисуи мешкал, волнуясь как перед первым свиданием. Тем временем, прохожие стали оглядываться на него. Кое-кто, узнав, попытался завести разговор, но он жестом дал понять, что не расположен сейчас к диалогу и сошел с дорожки, устремился к той, которой были заняты его мысли, по пути стягивая жилет. Ниндзя приблизился к девушке бесшумно, как всегда оставшись незамеченным и, набросил его на плечи куноити. - Заставила же ты меня понервничать, малышка. По всей дискотеке тебя ищу, а ты здесь прохлаждаешься. Да ты вся замерзла! – воскликнул Шисуи. Обняв девушку за плечи сзади, он притянул ее к груди. – Почему ушла не предупредив? Я же просил дождаться меня! – мягко пожурил ее парень. От ощущения близости его горячего тела, Самари задрожала, застучав зубами. Сжавшись в кольце рук синоби, она понуро уронила голову. - Сэмпай... – тревожно простонала она, прижимаясь спиной к груди юноши.- Вы лгали мне... - Я? – удивленно воскликнул синоби. – В чем именно? Сердце Шисуи зашлось от волнения. Их разговор с места зашел в опасное русло, результаты которого могли возыметь биполярные и неоднозначные последствия для них в дальнейшем. С одной стороны, он давно стремился на чистоту поговорить с Самари, только не находил подходящего повода. Их отношения на той стадии, на которой они сейчас находились, были слишком хрупкими, чтобы он мог откровенно признаться ей в том, что тревожило и занимало его ум в последнее время. Шисуи боялся спугнуть куноити, к тому же это было сделать довольно легко. Юкико всего лишь намекнула на его возможные чувства и вот, какой резонанс это вызвало со стороны Самари. Друг! Она четко вбила себе в голову, что между ними не возможно ничего, кроме дружбы. Шисуи был рад этому, но ему этого было уже недостаточно. Не секрет, Самари интересовала его не только как подруга. Она была необходима ему как девушка, и с этим трудно было что-то поделать. Тем более тогда, когда тяга к ней росла с каждым днем, а стена, разделяющая их продолжала выситься, препятствуя развитию их отношений. И основной причиной тому, разумеется, являлся Итачи, стойкую привязанность к которому испытывала Самари. Но любил ли он ее? За себя Шисуи был полностью уверен. С определенных пор Самари прочно обосновалась в его сердечке, настолько основательно окопавшись в нем, что он и не мыслил о других женщинах. А вот Итачи, иной разговор. Его поведение вызывало у него серьезные сомнения. С другой стороны, признайся он ей сейчас, она вряд ли оценила бы его душевные порывы. А он не хотел терять ее теперь, когда был так близок к успеху. Самари постепенно раскрывалась перед ним, начинала видеть в нем не просто друга брата, а парня, мужчину. Быть может, именно поэтому реагировала подобным образом, опасаясь переступить грань? Выпрямившись, девушка рванулась, и резко развернувшись в объятиях синоби, с укоризной в сверкающем взгляде посмотрела ему в глаза, высоко задрав голову. - Так это случалось не единожды? - Нет, нет, нет! – поспешил заверить ее Шисуи. – Я может быть иногда, и бываю не совсем честен, но только не с тобой, Самари! Его ответ успокоил куноити. Она вздохнула. - Я рада, сэмпай... – беглая улыбка мимолетной страницей пробежала по ее губам, и она прижалась щекой к его груди. – Не хотелось бы разочароваться в нас... Эта неделя и без того была насыщена негативными событиями. Еще одно – и боюсь, я паду морально. Друг... Я счастлива, что у меня есть такой друг как ты, сэмпай... Руки Шисуи безвольно скользнули по ее спине, упали по швам. Сердце заныло от разочарования, и он порадовался тому, что она сейчас не видит его лица, ибо на нем отобразилось все разочарование, которое он испытал, услышав слова куноити. Не ведая о том, что творится у синоби на душе, девушка прижималась к нему, обнимая изящными ручками. И ему понадобилось пара мгновений, чтобы справится с собой, с тем разочарованием, которое пусть на доли секунды, но все, же покоробило его уверенность. - Ты вся дрожишь... – через силу сказал Шисуи. Отстранившись, он запахнул на девушке жилет и застегнул молнию. Отводя глаза, синоби взял ее за руку. – Ты такая дурочка, Самари! Зачем так издеваться над собой? Заболеть хочешь? Ночи сейчас холодные. Близится осень. Так недолго и простудиться. Пойдем, попьем где-нибудь чаю. Тебе нужно согреется. Иначе Хаябуса точно мне голову оторвет когда-нибудь... - Меня это просто из себя выводит, Хаябуса! Он, вероятно, думает, что лучше всех нас вместе взятых! Представляешь, явился сегодня в штаб весь из себя такой невозмутимый и надменный, и прямиком в кабинет к капитану! И плевал он на очередь и служебную иерархию! А, между прочим, многие с отчетами у кабинета все утро проторчали! Однако ему же закон не писан! Он у нас – гений, а гениям все позволено! – В невротическом экстазе Кагами метался из угла в угол трапезной, расточая негодование налево и направо, в то время как Хаябуса, наблюдавший это, с аппетитом поглощал только что приготовленный рамен, который распространял по столовой аппетитные ароматы. - Плохой день, Кагами? – облизнувшись, с набитым ртом пробормотал Хаябуса. – Что-то я не понял. Поясни, о ком мы толкуем? Кагами резко затормозил посреди комнаты и, повернувшись к брату, упер кулаки в бока. - Ау, Хаябуса! Ты спишь с открытыми глазами верно? Я о ком тут битый час толкую? – Густые, кустистые брови синоби встретились на переносице, словно черные тучи нависли над сердито поблескивающими щелочками- глазами. – Естественно об Итачи! - Так он вернулся? – удивился Хаябуса. Отложив палочки в сторону, он поднял массивную пиалу и прежде чем отпить ароматного бульона из чаши, недоуменно изрек: - Быстро он, однако. Всего-то неделя прошла. Итачи миссии ранга S как орешки щелкает! - Прекрати рассуждать так, будто восхищаешься им?! – недовольно буркнул Кагами. - Как синоби в селении Итачи нет равных. Я признаю это и, можно сказать, да, я действительно восхищаюсь им. Подобные таланты рождаются раз в столетие. Мы должны гордиться тем, что такое дарование родилось в клане Учиха. - Меня сейчас вырвет! – скривился Кагами. – Я в замешательстве, брат. Такими темпами ты в скором времени заговоришь как Самари. Она того и гляди чуть ли не молится на него! Поставив пиалу на стол, Хаябуса с мрачной сосредоточенностью подцепил палочками очередную порцию лапши, заметив между делом: - Успокойся брат. К Итачи я испытываю ничуть не больше симпатии, чем ты. Однако и грызться с ним я больше не собираюсь. Это вредит общему делу. Учиха – одна большая семья и мелкие дрязги между отдельными ее ячейками лишают нас целостности. Сметенный рассуждениями старшего брата, Кагами в непонимании воззрился на него. - Значит ли это, - предположил он, опускаясь на подушку подле стола, - что ты намерен восстановить с ним прежние, дружеские отношения? - Ни в коем случае, только деловые. Да и то, исключительно ради Самари. - Ты слишком многим ради нее поступаешься, Хаябуса! – ударил по столу кулаком Кагами. – После всего того, что Итачи сделал? Да из-за него ты почти месяц в больнице провалялся! И как же гордость? - Я обещал, брат. А ты прекрасно знаешь, я слов на ветер не бросаю, – отрезал Хаябуса. Окончательно утратив аппетит, он отодвинул тарелку. – Но, пожалуйста, давай сменим тему... - Уходишь от ответа? – подозрительно прищурился Кагами. - Нет, всего-то пытаюсь сберечь нервы нам обоим. Легко поднявшись с подушки, синоби механически оправил полы черного кимоно. - Шисуи обещал заглянуть сегодня, проведать Самари. Не в курсе, он еще не пришел? – сменил тему молодой человек. - Шисуи?! – усмехнулся Кагами. – Да он давно здесь. Он у омото-сан с самого утра зависает. С тех пор как он узнал, что она простудилась, прямо таки прирос к ее кровати, и днем и ночью от нее не отходит. Мотнув головой, Хаябуса не сдержал улыбки. - Поразительно, а я-то думал, Шисуи придуривается, а он оказывается серьезно запал на нашу малышку... - Находишь это забавным? – подивился Кагами. - Немного... Возможно я бы не был бы так беспечен, если бы Самари не была серьезно увлечена Итачи. Но в том-то и вся суть. Мы все знаем, на что способен Шисуи, когда что-нибудь втемяшит себе в голову. Однако, все же интересно было посмотреть на выражение лица Итачи, когда он об этом узнает. Тревожный звук колокольчика и последовавший за ним, решительный стук в дверь, возвестил о прибытии гостей, нарушив тем самым, течение беседы. Братья переглянулись. - Ты ждешь кого-то? – спросил Хаябуса. - Нет, а ты? – ответил Кагами. С кухни послышались торопливые шаги и в проеме трапезной, на доли секунды появилась темноволосая голова Саюри Учиха. - Мальчики, я открою, – объявила она, исчезнув так же внезапно, как и появилась. - Итачи, вот это неожиданность! – воскликнула женщина, пропуская синоби в дом. - Добрый день, Саюри-сан, – почтительно поклонился молодой человек, проходя в прихожую. - Признаться, удивлена. Не часто ты балуешь нас визитами! - Согласен. Надеюсь, не помешаю вам? Я буквально только что с миссии вернулся, и решил проведать Самари. Слышал, ей нездоровится? - Она простудилась немножко. Знаешь, эти ночные прогулки до добра не доводят! – вытирая влажные руки о передник, с досадой посетовала женщина. - Ночные прогулки? – переспросил Итачи. Зацепившись за фразу, он едва нахмурил брови. – И часто Самари гуляет по ночам? - Случается. С тех пор, как она сдружилась с Шисуи, ее практически дома не бывает. Днем она работает в Академии, а вечерами они пропадают вместе. А ты сам как поживаешь? Как родители? - Все хорошо, спасибо. Мама звала вас в гости, Саюри-сан. Ее очень расстраивает то, что вы игнорируете ее приглашения. Ей кажется, будто вы обижены на нее. Это правда? Итачи пристально посмотрел женщине в лицо и, не выдержав испытующего взора юноши, она напряженно рассмеялась, отводя глаза. - Ох, уж эта мне Микото! – неестественно громко воскликнула Саюри. – У нее такое богатое воображение! Вечно что-то напридумывает. И охота ей голову пустяками забивать?! Куноити приложила ладонь к сердцу, откровенно призналась: - Итачи, мне не за что на нее обижаться. Тому, что я до сих пор не откликнулась на приглашение Микото-тян, есть простое объяснение. Стыдно признаться, но с недавних пор мне катастрофически не хватает времени даже с домашними обязанностями справиться, не то чтобы по гостям расхаживать. Итачи, окажи мне услугу… - прервавшись, хозяйка умоляюще сложила руки, - прошу, передай это своей матери. И еще, скажи ей, что я обязательно загляну к ней на неделе. - Я обязательно передам, Саюри-сан. - Мам, кто там? – донесся голос Хаябусы из трапезной и вскоре он сам объявился в коридоре. Следом за ним появился и Кагами. Увидев гостя, оба брата вдруг замерли с открытыми ртами, почти автоматически обменявшись взглядами. - Сэмпай, Кагами-кун... – не растерялся Итачи. Без злорадства отметив их замешательство, он учтиво склонил голову. – Вы позволите проведать вашу сестру? - Вот наглец! – взревел Кагами, ломонувшись ниндзя на встречу, и лишь рука брата, своевременно преградившая ему дорогу, остановила его. - Спокойно, брат, - осадил Кагами Хаябуса, которому в сложившихся обстоятельствах удавалось лучше контролировать себя. – Полагаю, Итачи-кохай явился к нам с благими намерениями. Верно, Итачи? Ниндзя легким кивком темноволосой головы подтвердил предположение синоби. Однако это не в коей мере не удовлетворило вспыльчивого Кагами, и он выпалил в не менее взвинченной манере: - Ха! Знаем мы его намерения! Все они в той или иной степени касаются нашей омото-сан! С раздражением оттолкнув руку брата, он накинулся на гостя. - Чего тебе от нее надо, отвечай!!! – потребовал ниндзя тоном, который отнюдь не соответствовал требованиям приличий. - Кагами?! – испугано воскликнула Саюри, опасаясь, что темпераментный сынок устроит потасовку, нужды в которой абсолютно не было. – Невежливо спрашивать об этом с порога. Итачи – гость в нашем доме. Веди себя прилично. - Мама! – и не собирался успокаиваться Кагами, кипятясь. – Я не намерен молча смотреть, когда какой-то выскочка играет чувствами Самари, пользуясь ее добротой и доверчивостью. Либо пускай он немедленно объяснится в том, какие планы имеет на омото-сан, либо пусть катиться ко всем чертям! - Хорошо, - вздохнул Итачи. – Будь, по-твоему, Кагами-кун. Если для тебя это так важно, я отвечу на чистоту...