Только между нами

День сегодня начался не самым лучшим образом. Разбудил меня будильник Джейка, лежавший на прикроватной тумбочке. Брат отключил его, но на этом все беды не кончились. В комнату ворвался полностью экипированный отец, который начал свою громкую речь: — Вставайте, собирайтесь и мы отправимся на пляж. Завтрак возьмём с собой. — довольный своим решением, он также неожиданно вышел из номера. — Зашибись… — сдавленно простонала я, отрывая лицо от подушки. Джейкоб повернулся ко мне. — Доброе утро, сестрёнка. — улыбался брат. — Доброе. — отдавала ему в ответ улыбку. Ну как можно не улыбнуться ему? Однако время поджимало и пора было вставать. Новый серый день на острове Кэрнхолм. Погода была омерзительной. Небо хмурое, пасмурное, солнце не светит. В голове постоянно всплывал образ дома со странными детьми. Такая солнечная погода, теплое солнце, чистое небо. Отчаянно хотелось вернуться обратно, но после вчерашней вечерней ссоры с отцом нам можно ходить либо по пабу, либо по пляжу, разглядывая удивительно интересный мир птиц. О чем это я? Ах да, именно сейчас мы гордо шествуем под серым небосводом, разглядывая птичек. Воодушевленный отец снова рассказывал что-то о своей книге, хотя ни я, ни Джейкоб его не слушали. Неожиданно папа остановился, что вынудило остановиться и нас. На берегу стояла замаскированная палатка, рядом штатив с камерой. Стоит отметь достаточно хорошей камерой. — Мне бы хотелось посмотреть на этого идиота. Кто разбивает лагерь на месте гнездования? — возмутился отец. — В основном птицы гнездятся на скалах. Отрадно видеть своего коллегу. Джон Ламонт. — из палатки вышел мужчина, который наверняка слышал его слова. — Очень приятно. Фрэнклин Портман. Это мои дети — Джейкоб и Ариана. — Здравствуйте. — одновременно поздоровались мы. — У вас отличная камера, я бы за такую душу продал. — пытался сгладить положение отец. — Да, согласен с вами. Получаются замечательные фото для моей книги. Вы отдыхаете? — после услышанных слов отец помрачнел. — Да, мы туристы. Не будем вам мешать. Всего хорошего. — распрощавшись, он развернулся и направился обратно в паб. А я с Джейком последовала за ним. Спустя пару минут ходьбы Джейми спросил: — Почему мы ушли? — А был смысл остаться? Если наш новый знакомый издаст свою книгу, то на мою никто и не посмотрит. — последующих разговоров не было. До паба мы дошли в тишине. Вернулись в номер, оставили там свои вещи. Отец направился в бар заглушать свою трагедию чем-то крепким. Я и брат остались в комнате одни. — Джейми, мне хочется вернуться к детям. Уже по ним скучаю… — очень скучаю. Прошел всего лишь день, а будто несколько лет. — Я бы тоже хотел вернуться. Но как? Ты помнишь про запрет? — лицо брата было немного расстроенным. В голове уже был план. Главное, чтобы он согласился. — Выход есть всегда. И в этот раз тоже. — Джейкоб удивлённо глянул на меня, не поняв о чем я говорю. — Ты что-то придумала? — он буквально пытался разглядеть ответ у меня на лице. — Есть одна идея. Но сначала мы подождем отца, который прийдёт и сразу ляжет спать. — ухмылка тут же появилась на моем лице и я принялась объяснять идею <побега> брату. *** Все звуки в комнате заглушал храп нашего родителя, который явно спит очень крепко. Мы с Джейкобом носимся по номеру, закидывая самые необходимые вещи в рюкзаки, при этом пытаясь не шуметь. Он вытаскивает вещи из шкафа, кладет их в наши сумки, а я судорожно пишу записку, оставляю ее на прикроватной тумбе отца. — Джейкоб, ты все? — шепчу ему, пытаясь не нарушить общую тишину. — Да. Выходим как и договорились? — получив лёгкий кивок от меня, Джейк направился к окну и аккуратно открыл его. Мы решили выйти через окно, под которым стояли мусорные баки. Благодаря ним высота прыжка, даже со второго этажа, была не слишком высокой. Первым прыгал брат. Он отдал мне оба рюкзака, а сам начал вылазить наружу. После того, как услышала характерный для приземления хлопок, я скинула сумки Джейкобу и сама начала спускаться вниз. Через пару часов отец проснется и увидит наше послание. Записка, оставленная на прикроватной тумбочке, гласила: — Папа, мы с Джейком отправились в небольшой поход по Кэрнхолму. Говорят, что местный лес в другой части острова очень красив. Через пару дней вернёмся. Не ищи нас, все будет в порядке. Мы всего-то прогуляемся несколько дней, наберёмся новых впечатлений, освежимся. До встречи. Ариана и Джейми :) — конечно о походе речи не шло. Временная петля 3 сентября 1943 года уже ждала нас. *** Теплое солнце вновь обдало нас своим приятным теплом. Задний двор был наполнен детскими голосами. Как и вчера. Бегло переглянувшись, мы направились к двери. Я нажала на кнопку звонка. Через минуту ожидания на порог выбежала девочка. — Джейк, Ариана, вы пришли! — радостно воскликнула Бронвин, а потом подбежала ко мне. Подбежала и крепко обняла, покружив на месте. Потом бросилась к Джейку. — Бронвин, пожалуйста отведи нас к мисс Перегрин. — девочка кивнула и пригласила нас следовать за ней. Мы вошли на кухню. Директриса пила чай, поглядывая на своих воспитанников, играющих в саду, из окна. Когда она услышала звуки шагов, то сразу же обернулась. — Джейк, Ариана. Я очень рада видеть вас. В нашем доме вам всегда рады. — женщина широко и приветливо улыбнулась нам, переводя взгляд с моего лица на лицо брата. Но Джейк почему-то стал очень серьезным и потянулся к своей куртке, доставая что-то из внутреннего кармана. — Я узнал о петле в Блэкпуле. Она была создана полгода назад. Ответьте на наши вопросы, пожалуйста. Если дедушка был связан с опасным людьми, то мы сообщим в полицию. Его тело было найдено без глаз, такое нельзя назвать простой смертью. — в руках брата лежало какое-то письмо. — Это было письмо личного характера, Джейкоб. Я здесь решаю что обсуждать. Долг каждой имбрины — защищать детей. — мисс Перегрин с очень недовольным лицом выдернула конверт из рук Джейка, а затем вышла в сад. Я же стояла с ничего не понимающим лицом, пытаясь осознать, что вообще происходит. Он попытался крикнуть что-то ей вслед: — Но дедушка сказал, что вы ответите на наши вопросы! — женщина его уже не слышала. — Чёрт. - тихо выругался брат. — Джейкоб Магеллан Портман, ты ничего не хочешь мне объяснить? — у нас ведь никогда не было тайн. Ладно, возможно что-то очень личное, но мы ничего не скрывали друг от друга. — Извини Ари. я не успел рассказать тебе об этом. Вчера в вещах дедушки лежало это письмо. Оно было адресовано мисс Перегрин, поэтому я решил взять его с собой. В нем рассказывалось о блэкпульской петле мисс Эвосет. Она может быть подвержена нападению. Я так и не понял о какой опасности шла речь… — он хотел сказать что-то ещё, но его прервал парень, вошедший на кухню: — Ох, я вам сочувствую. Никто не хочет говорить правду. — ледяной тон Еноха нельзя было не узнать. За ним стояла Оливия, которая улыбнулась, поймав на мой взгляд. — Енох, я тоже рада тебя видеть. — выдавить из себя улыбку не получилось, хотя меня это особо не волновало. — Все боятся, что вы сбежите. Замкнутый круг какой-то. — опять, опять, опять. Любое его слово сочилось неприязнью. Как же это раздражает! — Так что же мешает тебе сказать правду? Ты будешь рад нашему уходу. — не выдержал Джейк. — Енох, не нужно. Ты обещал. — Оливия испуганным взглядом смотрела на некроманта, надеясь, что ее слова вразумят его. — Она права. Но я знаю того, кого правила не касаются. Не хотите познакомиться? — Енох обвел нас взглядом, ожидая ответа. — Да. Хотим. — утвердительно ответила я. На его лице появилась ухмылка удовлетворения, будто он ожидал именно этого ответа. Парень молча развернулась и начал подниматься по лестнице, приглашая и нас за собой. Мы вновь вошли в коридор с комнатами, но теперь направлялись уже к самой дальней из них. — Енох, пожалуйста, не нужно. — рыжеволосая еле поспевала за некромантом, пытаясь отговорить его от затеи. — Ты ведь сама предложила с ними поиграть. Твои слова. — миновали комнату, где сидели практически все дети, которые вместе во что-то играли. Мы остановились у слегка приоткрытой двери. Оливия тут же встала перед нами, закрывая собой проход, и расставила руки. — Отойди, Оливия. — грубо процедил О’Коннор. Ее лицо сразу же стало расстроенным, было видно, что ей неприятны эти слова в свой адрес. — Если ты будешь себя так вести, я перестану с тобой дружить. — ее голос стал полузаплаканным, будто она еле сдерживает рыдания. После этих слов она прошла мимо нас, удалившись к себе. Из комнаты, где сидели дети, вышла Фиона, которая заметила расстроенную Оливию, а, может, слышала часть нашего разговора. — Енох! Не трогай Виктора! Это расстраивает Бронвин. — девочка подошла к нам и сурово глянула на него. Парень положил руки ей на плечи, даже как-то смягчил взгляд. — Не переживай. Я просто познакомлю Джейка и Ариану с ним. — пытался убедить Фиону некромант. — Он хочет вас напугать. Раньше Енох завидовал Эйбу, а теперь вам. Лучше давайте играть. — услышанное явно расстроило парня. Нет, это слишком мягко сказано. Его лицо мгновенно стало суровым, а затем яростным. Он медленно перевел взгляд на нас с братом, ожидая нашего выбора. А я пыталась переварить услышанное. Что с Виктором? Почему его не видно уже второй день? Из-за чего Бронвин так расстраивает упоминание о нем? Выбор был очевиден. Нужно было встретиться с Виктором, иначе много вопросов остались бы без ответа. Мы с Джейми переглянулись и я коротко кивнула ему. — Нам хочется познакомиться с Виктором. — после этого ответа лицо Еноха вновь смягчилось. Он кое-как улыбнулся, а потом потрепал девочку по голове. Невероятно. Никогда не думала, что эмоции могут сменяться так быстро. Меня тоже может иногда заклинить, я могу то смеяться, то плакать, но здесь случай уже запущенный. Фиона, осознав свое поражение, направилась обратно в комнату, а Енох открыл перед нами дверь комнаты. В целом она была обычной. Ничего особенного. Но в самом ее центре стояла кровать, завешанная плотным белым балдахином. На этой кровати и лежал Виктор. Смущало одно. Его поза была слишком неестественной. Будто он лежал и не двигался на протяжении долгого времени. — Привет, Виктор. Я Джейк, а это моя сестра, Ариана. Извини, мы не хотели тебя беспокоить. — пытался поговорить с ним Джейкоб, но Виктор лежал на месте. Он даже не пытался шевелиться. Я подошла к самому изголовью кровати и приоткрыла балдахин. То, что я увидела, заставило меня судорожно сглотнуть. У него не было глаз. На их месте осталась лишь черная пустота. Совсем как у дедушки. Енох начал копаться в комоде, который стоял возле стены. Он вытащил оттуда банку, а из самой банки достал сердце. Некромант приоткрыл балдахин со своей стороны и расстегнул несколько пуговиц на рубашке Виктора, затем вставил сердце и стал чего-то ожидать, сосредоточив свой взгляд на нас. Сердце начало стучать, но парень, лежащий на кровати, все ещё не двигался. Спустя несколько мучительно долгих секунд Виктор подскочил. Он очень резко и неожиданно сел, а затем устремил взгляд пустых глазниц на меня с Джейми. — Привет, Джейк и Ариана. Я Виктор. Хотите узнать, что меня убило? — его рот открывался так, черт возьми, неестественно, будто говорил совсем не он. Джейкоб сразу же сорвался с места и убежал по коридору. А я даже не могла пошевелиться. Виктор мертв. Все детали пазла сложились воедино. Но вместе с ними пришла злость. Абсолютная злость на Еноха О’Коннора. — Ублюдок. — прошептала я. — Что прости? — не знаю, услышал он мои слова или нет, но меня уже было не остановить. — Ты жестокий идиот. — цедила по слогам. — Бронвин потеряла брата, самого дорогого ей человека. И ей больно. Ей очень больно. Она ведь ребенок, а понесла такую утрату. Сколько бы времени не прошло в вашей петле, эта боль не станет меньше. И ты должен это понимать, О’Коннор. И ты знал, что ещё бо́льшую боль она получает от того, что ее брата тревожат. От того, что ее заставляют бороздить их общие воспоминания. Но тебе плевать на чувства малышки. Прошло столько лет, но дети навсегда останутся детьми. Ты должен это понимать, ведь далеко не глуп. Но ты жесток. Жесток настолько, что тебе плевать на окружающих тебя людей. На людей, которые ценят тебя. Ты циничный и грубый. — наконец я закончила свою тираду. Было только два желания. Первое — прижать к себе Бронвин, крепко обнять ее, выслушать, утешить. Второе — дать крепкую пощечину некроманту. Енох за это время не проронил ни слова, лишь взгляд его становился тяжелее и тяжелее. Он встал со своего места и подошёл в упор ко мне. Разница в росте ощутилась теперь очень остро. Я достаточно высокая, но парень всё же опережал меня в росте. — А теперь слушать будешь ты. Ты всего-то внучка Эйба, которая со своим замечательным братом свалилась к нам на головы. Всего-то попаданка, которая скоро уйдет, о которой все забудут. Не смей делать обо мне выводы, ничего не зная. — я смогла вывести его из себя. Он стоял слишком близко ко мне, обжигая своим ледяным взглядом. Мы оба сейчас чувствовали гнев, который волнами разливался по нашим делам, который готов был спалить нас. — Арина, Енох, мы идём на прогулку. Выходите… Что здесь происходит? — Джейк, пришедший позвать нас, не понимал, что здесь происходит. Единственное, что он видел — два человека, находящихся в гневе. — Арина, идём. — он подошёл ко мне, взял за руку и хотела направиться к лестнице, но я грубо вырвала кисть из его руки. — Выйди, Джейкоб. — теряю над собой контроль, но не могу взять себя в руки. Мы с Енохом до сих пор сверлим друг друга взглядом, а Джейк сильно дёргает меня за локоть. — Ариана Друэлла Элизабет Кассиопея Портман, прекрати этот цирк. — его голос стал серьезным, но в то же время и мягким. Слова брата вырвали меня из оцепенения. Вспышка гнева прошла, но лёгкий отпечаток злости все ещё остался. — Прости. Джейк, я очень разозлилась…не хочу об этом говорить, идём. — мы вышли из комнаты, оставив некроманта в полном одиночестве. Внизу уже собрались все дети и мисс Перегрин. Ожидали только меня и Еноха. — Енох сейчас спустится. — отчитался Джейми имбрине. Она кивнула и мы стали дожидаться его. К нам подошли Эмма и Оливия. — Здравствуй, Арина. Рада тебя видеть. — сказала Эмма и обняла меня. — У тебя щёки покраснели. Все в порядке? — спросила девушка, управляющая воздухом. Как всегда моё лицо меня подводит. От слишком сильных эмоций щеки всегда покрываются румянцем, который очень трудно не заметить. Но отмазка у меня была. — Да, все в порядке. Просто у вас немного жарковато. — Эмма улыбнулась, а Оливия отвела взгляд и поджала губы, ведь понимала, что щеки красные не из-за жары. Может она думала, что я настолько сильно испугалась Виктора? А может слышала нашу перепалку с Енохом? Хотя сильного шума не было… На лестнице послышались шаги. О’Коннор спускался вниз, чтобы присоединиться к прогулке. Он подошёл к Оливии и встал напротив меня. Нарочно делает это, гад. — Отлично, раз все в сборе, можем отправляться. — мисс Перегрин глянула на часы и вышла из дома. За ней последовали и все дети, мы в том числе. В самом конце строя шествовали Джейкоб, Эмма и я. Разговоры шли на нейтральную тему. До одного определенного момента. Джейк вспомнил о чем-то и задал Эмме вопрос: — Кто убил Виктора? Это были люди с белыми глазами? Я видел одного перед смертью дедушки.- девушка стала более собранной и серьезной. — Ты узнаешь его на фотографии? — А у тебя есть? — Джейми был удивлен не меньше, чем я. Но причины нашего удивления были разными. — Я покажу вам своё секретное место. Идём. — мы отбились от общей группы и направились в обратную сторону. Мне показалось, что сейчас вернёмся обратно в дом, но Эмма начала спускаться к берегу моря. — Это и есть твое тайное место? — спросила я, оглядывая местность вокруг. От песка исходило приятное тепло, слегка греющее кожу. Возле самой кромки воды стояла лодка, привязанная веревкой к небольшому железному колышку. — Нет, здесь находится только наш транспорт. — Эмма подошла к колышку и начала развязывать верёвку. Джейкоб подошёл к ней, предложил свою помощь, а затем сам закончил уже начатое девушкой дело. Ещё вчера я заметила симпатию, которую мой брат начал питать к девушке. Возможно мне показалось, в чем очень сомневаюсь, но они могли бы быть неплохой парой. — Спасибо за помощь, садитесь в лодку. — Эмма первая села в нее, уже потом я. Джейми слегка подтолкнул судно, чтобы оно попало на воду, а после запрыгнул внутрь и сел рядом со мной. Девушка умело управляла курсом, было видно, что она делает это не в первый раз. Мы доплыли до определенной точки, Эмма встала со своего места, расстегнула молнию на платье, начала снимать его с себя. Джейкоб смущённо отвернулся, что вызвало у меня лёгкую улыбку. Однако от созерцания моего смущённого брата меня отвлекло то, что девушка бросилась в воду. Спустя секунду до меня дошло то, что она забыла снять туфли, которые неизбежно потянут ее ко дну. Рядом резко подскочил Джейк. — Эмма! Туфли! — он сразу же начал снимать с себя одежду, а я, не задумываясь, начала делать то же самое. — Даже не думай прыгать! Я хочу знать, что ты будешь в безопасности! — говорил он в попытках снять свитер. — Чёрта с два! А я хочу знать, что вы оба будете в безопасности. — мне ничего не оставалось, кроме как скинуть с себя куртку, свитер, обувь, и залезть в воду в джинсах и футболке. Мы прыгнули почти одновременно, поэтому плыли в сравнительной близости друг к другу, пытаясь быстрее доплыть до девушки, стремительно погружающийся на дно. Эмма, увидев наши попытки добраться к ней, дунула в нашу сторону. Несколько пузырей с воздухом оказались у наших лиц, образуя своеобразный шлем, в котором был кислород для подводного дыхания. Чем ближе мы были у дну, тем отчётливее становился виден корабль. Очень большой корабль, затонувший много лет назад. Где-то через минуту туфли Эммы вместе с ней опустились на палубу корабля. Ещё через несколько секунд к ней доплыли и мы. Она начала вести нас через ресторан, который когда-то блистал своим великолепием. Десятки человеческих скелетов сидели за столами, будто общаясь между собой, застыв в тех позах, которые приняли перед смертью. В самом конце зала находилась дверь, к которой мы и последовали. Светловолосая распахнула ее, впуская нас в просторную комнату, и заплыла в нее сама. Она остановилась возле двери и дунула. Очень сильно дунула, заполняя комнату воздухом, вытесняя из нее воду. Когда помещение стало полностью сухим, Эмма захлопнула дверь, не пуская жидкость обратно. — Вот и то самое место. — девушка пошла в самый отделенный участок комнаты, где стояло что-то вроде барной стойки. — Как ты это сделала? — вопрос вырвался у меня сам собой. — Это ведь моя странность. Я умею управлять воздухом. — дедушка говорил о том, что она легче воздуха, но о таких подробностях умолчал. Эмма остановилась возле стойки и они с Джейком встретились взглядами на пару секунд. И эти пару секунд дали мне понять больше, чем нужно. Светловолосая тряхнула головой и направилась за стойку, достала из-под нее какую-то коробку, поставила перед нами. — Ваш дедушка просил сохранить это. — Джейкоб сразу же открыл ее. Внутри лежал какой-то конверт, а внутри него атлас и фотографии. — Этот атлас нам показывал дедушка! — воскликнула я, увидев знакомую книгу. — Атлас временных петель. — Эмма смотрела на книгу в руках брата. Далее были фотографии. Множество фотографий, но люди на них были необычными, их глаза были белыми, нечеловечески белыми. Джейк поочередно просматривал каждую из них, пока не остановился на одной. — Это он. Тот человек, которого я видел в ту ночь. — на снимке был темнокожий человек, в костюме и с такими же глазами. — О, это Бэррон. Это их лидер. — Чей лидер? Кто эти люди? Кого ты видел в ту ночь? — вопросов накопилось слишком много, но самостоятельно ответы на них я найти не смогла. — Арина, в ту ночь, когда мы нашли дедушку я видел этого человека. Он стоял недалеко от его дома, посередине дороги. Этот человек очень насторожил меня. — говорил Джейк, передавая фотографию мне в руки, чтобы могла получше рассмотреть. — Это ужасные люди, если можно их так назвать. В прошлом одни из нас. Эйб посвятил свою жизнь охоте на них. Этих он так и не нашел. — В каком смысле охоте? — брат был в таком же замешательстве. — Они вторгались в петли, крушили дома, оставив сотни детей умирать от голода. Эйб убивал, чтобы спасти жизни, но он решил все бросить, чтобы защитить вас. — эти воспоминания не доставляли Эмме особой радости. — От кого нужно было защищать нас? — появлялось все больше и больше вопросов. — Пообещайте мне. Узнав правду, вы не сбежите. Ваше место здесь. — девушка начала улыбаться, наблюдая за нашей реакцией. — Это не так. — возразил Джейк. — Не может такого быть. Мы самые обычные люди. У нас нет странностей. — этот факт я сразу же отвергала. Во мне нет ничего странного. И в моем брате тоже. Никогда не было. — Ошибаетесь. Петля открывается только для странных людей. — изумление на наших лицах было не передать. Я надеялась, что стою с закрытым ртом. Нет, нет, нет. Как же так? Всю жизнь мы жили с убеждением, что в нас нет ничего необычного. — Нет, это какая-то ошибка. И я, и Ари прекрасно знаем себя. — Джейми еле подбирал слова. Такое заявление могло повергнуть в шок кого угодно. — Раз так, то давайте покажу ещё кое-что. Приготовьтесь, сейчас хлынет поток воды. Если что, то высушу вашу одежду на берегу. — Эмма глянула на часы и направилась к двери. *** Девушка привела нас на задний двор, к самому забору. Она стала снимать с себя обувь, но заметила наши непонимающим лица и пояснила. — Нам всем нужно залезть на этот забор, чтобы увидеть то, что будет за ним происходить. — оглядев забор, я поняла, что это будет нетрудно, ведь он был увит цветами, от которых сползали прочные лианы. Первой залезла я, после меня Джейкоб, а затем взлетела Эмма, которую под руку подхватил брат. — Имбрины стараются выбрать идеальный день для своей петли, но у мисс Перегрин не было на это времени. — женщина появилась на горизонте. — Как так? — мы с Джейкобом вглядывались в силуэт директрисы, чтобы понять происходящее. — Вы же знаете. Немцы собирались сбросить бомбу на дом. Короче, 3 сентября 1943 года был не самый лучший день. То, что убило Виктора, вернулось. — убило Виктора. Фраза крутилась у меня в голове. Теперь можно узнать немного больше, поэтому я ещё более внимательно рассматривала директрису. Она подошла чуть ближе к берегу и остановилась в нескольких метрах от нарисованной мелом на земле фигуре, достала из кармана часы, светилась со временем. До сих пор ничего не происходило, пока в один момент трава не начала прогибаться. Будто кто-то ходил по ней, но рядом никого не было. Сбоку раздался крик: — Осторожно! — Джейк что-то увидел? Но что, ведь кроме мисс Перегрин больше никого не было. — Тише, ты ведь ее отвлечешь. — Эмма шикнула в сторону брата и он сразу же притих. Директриса наставила арбалет, который взяла с собой, куда-то в пустоту. Вновь глянула на часы и выпустила стрелу. Раздался оглушительный вопль и звук падения. — Я не ошиблась. Ты видишь его Джейк, но это существо невидимое. Ты унаследовал этот редкий дар у Эйба. Он тоже видел этих чудовищ. Вы оба странные. Странность Арины проявит себя позже. Я уверена, что это произойдет уже очень скоро. — слова Эммы немного ввели меня в ступор. Мой брат может видеть чудовищ, которые невидимы. Скоро странность появится и у меня. Что происходит в нашей жизни? — Мисс Перегрин вам все объяснит. Идёмте в дом. *** Мы сидели на диване, ожидая Эмму, которая должна была что-то принести. Мисс Перегрин, сидящая рядом с нами, вытащила трубку изо рта и заговорила: — Мы зовём их пустотами или чудовищами. — Дедушка рассказывал нам про людей, превращающихся в монстров. Это они и есть? — озвучила я вопрос, сосредоточенно глядя на наши скреплённые с братом руки, будто на них можно было найти ответ. — Я все вам объясню. Теперь вы имеете право знать. Но знайте, что тем самым я нарушу очень важное обещание. Я всегда знала, что вы особенные, но ваш дедушка запретил вам что-либо говорить. Он мечтал, чтобы у вас было нормальное детство. — имбрина грустно улыбнулась, отведя взгляд куда-то в пол. — Таким оно и было. — Он хотел дождаться вашего совершеннолетия. Он думал, что подготовит почву рассказывая сказки. Ох, спасибо Эмма. — мисс Перегрин поблагодарила девушку, которая принесла ей книгу. Она села ближе к нам, а Эмма так и осталась стоять. — История странных людей. Странные учёные. — прочитал с обложки книги Джейк. — Много лет назад в нашем обществе произошел раскол. Появились недовольные, которые устали жить в петлях. Они решили, что если им удастся извлечь из имбрины ее силу, то вся свита сможет жить вечно и сможет жить за пределами петель. Был задуман эксперимент. Они похитили одну из имбрин, совершенно не волнуясь о ее дальнейшей судьбе. Однако Бэррона и его дружков ждала куда более страшная участь. — Но почему Бэррон не стал одним из них? — вопрос Джейка прервал рассказ, но мисс Перегрин продолжила: — Он стал. Но он смог найти способ, чтобы вернуть себе свое тело, свой человеческий образ. Они превратились не в богов, а в пустот. Невидимых монстров, безжалостных, опасных. В убийц. — директриса перевернула страницу. — Я сказала, что они вторгались в петли. Смотрите. — Эмма указала на эту самую страницу. На ней были фотографии нескольких детей. Детей без глаз. — Бэррон обнаружил, что питаясь глазами странных людей, особенно детей, он начал меняться. Чем больше он ел, тем больше становился похож на человека. Это была привилегия Бэррона и его близких друзей. Остальные остались пустотами. — Это значит, что Бэррон съел глаза нашего…- мисс Перегрин прервала Джейка: — Ему больше не нужно. Но он мог натравить на Эйба пустоту. После первых набегов на петли мы стали лучше прятаться. Переезжали, скрывали свое местоположение. С годами пустоты жаждали больше крови, а Бэррон дружков в беде не оставит. — рассказ поверг в шок и меня, и Джейкоба, но пролил свет на многие вопросы. — Мне кажется, что вам лучше переварить услышанное. Отдохните до ужина, а потом вас позовут к столу. Ещё один момент. Будет лучше, если вы останетесь на какое-то время здесь. Для вас в мире сейчас слишком опасно. — имбрина улыбнулась нам, а мы кивнули в ответ и поблагодарили ее за рассказ, затем направились в свои комнаты. — Джейми, ты можешь побыть немного со мной? — тихо спросила я у входа в его комнату. — Конечно, что за вопросы? — он отошёл от своей двери, крепко взял меня за руку и мы вместе зашли в мою комнату. — Я не верю в это. Слишком много всего произошло за этот день… Мы странные, в мире странных существует какая-то угроза, а нашего дедушку убило невидимое чудовище, которое можешь видеть ты и он. Ах да, у тебя странность уже проявилась, скоро проявиться и у меня, но кто знает, что это будет. Вдруг я коснусь кого-то, а он умрет или я телепортируюсь куда-то? Я всегда и все планирую и держу под контролем, но здесь это просто не в моих силах. — всхлипнула я и села на кровать. Джейми сел рядом и крепко обнял меня, утешая в своих объятиях. Неизвестность очень пугала. Особенно меня. — Арина, не бойся. Мы всегда будем вместе. Я обещаю тебе, что всегда буду рядом с тобой. Ты веришь мне? — аккуратно кивнула головой, подтверждая свое доверие. Меня постепенно клонило в сон. Стресс и переживания давали о себе знать. Через пару минут я уже спала крепким сном, а Джейкоб тихо выходил из моей комнаты, давая время на такой приятный отдых. Интересно, сколько я проспала? Блаженный сон прибавил мне сил. Как бы то ни было, разбудил меня голос брата: — Ари, скоро ужин. Пора вставать. — он слегка потряс меня за руку для того, чтобы проснулась наверняка. Потянувшись и сфокусировав взгляд, я, наконец-то, смогла сесть на кровати и сонно оглядеться вокруг. — У тебя есть несколько минут. Буду ждать тебя внизу, в столовой. — Джейк покинул комнату, оставляя мне немного времени на себя. Нужно было расчесать волосы, которые растрепались. В полусонном состоянии я совершенно забыла про ужин, завороженная движением расчёски по волосам. Но каким-то образом мысли пришли к тому, что вскоре будет последний прием пищи. Резко подскочила со стула и со всех ног понеслась к выходу из своей комнаты. Я распахнула дверь, сделала ещё пару шагов и вписалась во что-то. Точнее в кого-то. Эти ирония судьбы, да? Просто у меня нет объяснения тому, почему моей мишенью оказался именно О’Коннор. Раздался звук битого стекла, едкий запах формалина наполнил коридор. Он держал в руках банки, а после нашего чудесного столкновения они успешно разбились, разливая свое содержимое, которое моментально впитывалось в ковер. — Я прошу прощения. Давай помогу собрать стекло? — поспешно вскочила с места, и почувствовала неприятную боль в копчике. Енох поднялся, но его лицо буквально пылало от плохо сдерживаемой ярости. — Ты можешь не путаться под ногами?! — громко ругался парень, с которым мы столкнулись, собирая осколки с пола. — Что опять не так? Я извинилась перед тобой, а ты опять начинаешь выказывать свое недовольство! — закипаю. Кровь будто бурлит в жилах. Чем он снова недоволен? Ему никак не угодишь. Чёрт возьми, даже прощения попросила! — В тебе всё не так. — поравнявшись со мной, он начал сверлить меня взглядом, а его лицо взрывалось от ярости. — Все не так, слышишь?! Ты слишком неуклюжая, неповоротливая. Глаза разуй, в конце-концов. — цедил он каждое слово. Мое терпение лопнуло, как и его банки. — Ну уж нет. Такого я тебе не позволю. — шипела, смотря ему в лицо. — Не позволю. Извинись. Сейчас же. — по лестнице стали подниматься остальные обитатели дома, услышавшие шум и ругань. — Ты что о себе возомнила? Не дождешься. — предел моей ярости наступил. Мне до жути хотелось перебить всю его чёртову мастерскую, размазать ее обладателя по стенке, а потом побить подушку не меньше 15 раз. И вдруг до моих ушей доходит следующее: — Извини. Такого больше не повторится. — он извинился прилюдно. Извинился передо мной. Енох тряхнул головой, будто скидывая с себя наваждение. Он, с осколками в руках, тут же ушел, обходя толпу детей, стоящих на лестнице. Эмоций на их лицах я так и не смогла разобрать. В глазах помутнело, я почувствовала, что мир постепенно рассыпается. В памяти остался лишь один момент, руки в черных перчатках подхватывают меня и не дают рухнуть на пол. *** Очнулась я уже на своей кровати. Рядом слышались приглушённые голоса людей. Сегодняшний день меня знатно потрепал. Чем же заслужила такое счастье? Постепенно получилось взять контроль над разумом и собственным телом. Кое-как я встала на ноги. В моей комнате сидели мисс Перегрин, Джейк, Оливия, Эмма и… Енох? А он что здесь забыл. Хотя сейчас меня это волновало в последнюю очередь. — Арина, ты очнулась. Лучше присядь, сейчас ты можешь чувствовать слабость. — действительно, помутнение все ещё осталось. Ко мне подбежал Джейкоб, взял за руку и усадил на кровать. — Джейми, что со мной произошло? — у меня никогда прежде не случались обмороки. Только в день, когда мы увидели детей впервые, но его можно было легко объяснить. В этот раз причина была мне непонятна. Присутствующие в комнате странно поглядывали на меня. Оливия и Эмма с переживанием, а Енох холодно и безразлично. — Енох, Оливия, Эмма и Джейк уже рассказали мне о произошедшем. Пожалуйста, расскажи о своём последнем воспоминании. — мисс Перегрин, несмотря на взволнованность остальных, улыбалась. Может улыбка вообще не сходит с ее лица? — Я помню, что меня подхватили руки в черных перчатках. На этом все. Оливия, это ведь была ты? — рыжеволосая кивнула. — Да. Я оказалась ближе всех к тебе и успела подхватить. Сюда тебя перенес уже Джейк. — Позвольте мне объяснить происходящее. Обойдёмся без долгих предисловий. В тебе открылась странность. Суггестия, проще говоря — внушение любому объекту каких-то команд. Ты можешь заставить кого угодно сделать то, что хочется тебе. В этот раз ты заставила Еноха извиниться перед тобой, но сделала это не специально, а под воздействием сильных эмоций. Ты просто не смогла это контролировать. — те, кто находился в комнате, видимо тоже услышали это впервые, ведь на их лицах читалось удивление. — А обморок? Так теперь будет всегда? — может это слишком энергоемкая странность и теперь я буду валяться на полу при каждом ее использовании? — Обморок случился из-за того, что ты использовала странность впервые, ещё и несознательно. Вдобавок ко всему, на тебя воздействовали сильные эмоции. Ты просто не выдержала натиска этих факторов и твой организм попытался отключить воздействие хотя бы одного из них, но ему не удалось, поэтому оптимальным вариантом защиты от перегрузки стал обморок. — объяснила мисс Перегрин. В моей голове теперь крутилась лишь одна мысль. Я странная. Сейчас это уже не казалось мне чем-то пугающим, возможно этот факт был уже принят мной. — Давайте оставим мисс Портман и дадим ей отдохнуть. Тебе принести ужин? — имбрина развернулась к остальным детям и кивнула на дверь. — Я не голодна, спасибо. — все по очереди стали покидать комнату. Все, кроме одного. Опять адски захотелось спать, я уже собиралась направиться к шкафу, чтобы переодеться в пижаму, но не успела даже подняться, как надо мной склонилось чье-то лицо. — Думаешь, это так просто сойдёт тебе с рук? — лицо Еноха находилось в слишком опасной близости от моего. Что ему ещё нужно? — Я не прощу тебе эту маленькую шалость, запомни это, Портман. — он выдохнул, опалив щеку своим горячим дыханием. — Какая шалость? — в голове все было сплошным комком. О чем он? О использовании моей странности? — Ты унизила меня перед всеми, заставив извиниться. — его монотонный голос убаюкивал меня, я будто в трансе не могла отодвинуться, да даже возразить не получается. — Оставь меня в покое. — единственным, что смогла выдавить из себя был полушёпот. — Не дождешься. — он отстранился, нарочно задев кончиком носа мои губы. — Но сейчас ты не в кондиции, нет смысла с тобой разговаривать. — он безразлично глянул на меня, а затем вышел из комнаты, негромко хлопнув дверью. Что вообще произошло? Я так и сидела на кровати, пытаясь обдумать произошедшее. Через пару минут тряхнула головой и все же направилась к шкафу, переоделась. Только голова коснулась подушки, я сразу же погрузилась в глубокий сон, откладывая все размышления на грядущий день.