Всё теряет смысл, когда ты волшебник

1.

Морозное солнце прокралось через толщу инея на забугревших стеклах и упало на лицо юноши. Его кровать стояла близко к письменному столу, а над тем — широкое окно с распахнутой форточкой к низкому потолку. Нос юноши дернулся, и он спрятался под одеялом; только кончики пепельных, светлых волос торчали из-под него. На столе кипела своя жизнь: записки, дневники, книги, сломанные в порыве гнева перья и, однако, аккуратно отставленные в сторону чернила с плотно закрученной крышкой. Чтобы узнать о ком пойдет речь можно взглянуть на этот самый стол, на захламленную комнату вокруг, являющейся основной, совмещающей в себе и спальню, и кабинет, и кухню, и гостиную, и прихожую, с накиданной одеждой на стульях и ботинками небрежно кинутыми около кровати и с входной дверью аккурат напротив стола; можно посмотреть и на самого юношу. Можно заглянуть под стопку черновых отчетов, смахнуть мусор и случайно выкинуть на пыльный ковер визитку, где аккуратным почерком будет написано: «Драко Л. Малфой. Если у вам нужно кого-то найти, вы знаете к кому обратиться.» и роспись с координатами. Может, если вам будет интересно полазить в чужих вещах, вы найдете еще много неразданных визиток, но вам пора остановиться, выйти за дверь и не тревожить чужой сон.

2.

Время перевалило за полдень, Драко заворочался в груде одеял и с хриплым стоном поднялся. Он уснул в чем был: в коричневом свитере поверх футболки, походных штанах, двух парах носков и в плотном пальто, с выпадающей из кармана цепью часов и торчащими из рукавов перчатками на резинке. Одежда неприятно липла от пота. Драко поднялся с места, подлез под пальто и отлепил футболку от своей спины, пнул сапог, попавший под ногу по дороге в душевую, где планировал отмыться не только от пота, но и от крови на разодранных коленях. Мистер Малфой — а другим позволено называть его только так и никак иначе — был посвящён в работу сыщика. Его главной задачей было искать людей по свету, набивать опыт и шишки. И все для одной цели: найти Гарри Поттера. И ему повезло: иллюзии, посланные бродить в маггловских местах, смогли засечь Героя. Малфой даже имел честь видеть его их глазами. Гарри Поттер на деле сильно отличался от того, каким его описывают в газетах. Там он — Герой, пропавшей без вести для Высшей Цели! Дамблдор который год повторяет одно и то же: Гарри Поттер жив и находится под его надзором, чтобы сразиться с Тем-кого-нельзя-называть в частном поединке. Но Драко знает, что это не так. Всегда подозревал, но теперь у него есть доказательства. Почти есть… Все, что он смог принести Темному Лорду — это собственные воспоминания о Гарри Поттере в лесу, напуганном до чертиков, и доклад нескольких — теперь мертвых — Пожирателей Смерти, следивших за ним в Коукворте. В тот день Мистер Малфой пожалел о том, что принес так так мало и что вообще осмелился прийти. Наказания назначал Северус Снейп. Он — верный слуга Темного Лорда, который никогда не подведет своего хозяина. Мистер Снейп назначал наказания на свой вкус и усмотрение, но, несмотря на свой несимпатичный внешний вид и угрожающий взгляд, никогда не перешагивал черту и иногда был очень даже мил. Драко должен быть ему благодарен, но почему-то только с руганью выдирает остатки гречки из кожи, стоя под струями ледяной воды. У него болела голова, во рту нагадили кошки, а колени ужасающе болели и причиняли дискомфорт. День обещает быть чудесным. Скоро Мистер Малфой вернулся к работе. Утеплившись в ту же одежду, в которой проснулся, он достал волшебную палочку из-под подушки и взмахнул в сторону кухонного гарнитура. Медные столешницы стали отъезжать в стену, тумбы опускаться вниз, а на их месте серым пеплом сформировался стол, оснащенный самого разного рода приборами. Из кухонных шкафчиков выдвинулись вниз провода, соединенные друг с другом переходниками с кнопками, — Драко не был скуп на методы. В центре стола стояли три основных радара. Самый крупный по центру, размером с тарелку, бледными очертаниями показывал территорию вокруг. Желтые точки указывали на животных, красные — на людей, зеленые — на своих. Мистер Малфой провел по радару пальцем, сместив карту в сторону: там, среди черт деревьев и желтых точек было пустое пятно. Уже много недель оно волнует Драко. Один только раз ему удалось подобраться поближе — в тот день он почти нагнал Поттера —, но следить за ним через радары не представлялось возможным. Драко не имел представления ни что там происходит, ни жив ли там кто-то вообще. Сколько людей? сколько животных? сколько магических импульсов? сколько хоть чего нибудь? Записной блокнот пуст и Драко не готов больше ждать. Он открыл холодильник, достал почти пустую бутылку виски, придвинул грязнцю со вчерашнего вечера рюмку и наполнил ее до краев. Взяв ее кончиками пальцев, Драко взглянул в свое отражение: уродливый шрам, проходящий через левую бровь по пустой глазнице к правому крылу носа, был все еще на месте. Быть наказанным Снейпом — вот она милость. Мистер Малфой вновь пожалел о том, что в 15 лет имел неосторожность попасть под горячую руку Темного Лорда. Он осушил рюмку одним глотком; острый кадык дрогнул, донышко рюмки глухо стукнулось о письменный стол. Драко скрыл радары, успев схватить свой блокнот.

3.

Путь до дома, где скрывается Гарри Поттер, был неблизким. Драко уже пытался переместить свою хижину поближе, но добился лишь того, что лопнула труба с отоплением. Она была напрямую связана с согревающими чарами дома, так что вот уже долгое время тепла нет. Драко шел через сугробы, проваливаясь в неожиданные ямы. Ветер задувал ему за шиворот. Он поджимал одежду, терпел ноющую боль в пережитых шнурками ступнях. Мистер Малфой успокаивал себя, стуча зубами: — Нич-чего-ничег-го, Драко, скоро ты поймаешь этого нед-д-доумка и сможешь вер-рнуться домой. Ты вер-нешься героем. Да тебя н-н-на руках д-должны носить! Ведь Драко, этот ник-ник-никчемный к-клоун смог! Он справ-ился! — Никто в него не верил… — зло шипел он, —… а он взял и спра-равился! Я вам всем еще покажу! Это я буду лежать в тепле у камина, а вы будете пресмыкаться на голых камнях! — его спазм гнева и обиды был силен настолько, что снова зуб стал попадать на зуб. Нога Драко наконец нащупала твердую землю, он отмахнул когтистые ветки рукой и провалился на животную тропу. Метель давно скрыла все следы. Малфой решил, что так оно и лучше: нет лишнего повода для беспокойства, нет следов, которые захочется отследить. Он пошел по тропе, достав карманные часы. Нажатием боковой кнопки открылась крышка и показался опрятный циферблат. Секундная стрелка давно отвалилась. Черная трещина на стекле с издевкой проходила через 3, 4 и 9. Не желая вспоминать платформу и Хогвартс прямо сейчас, Драко нажал на боковую кнопку еще раз, не переставая идти. Циферблат отщелкнул и прикрепился к крышке. Под ним был радар. Одного взгляда на сетку точек и линий было достаточно, чтобы ноги сами замерли в полушаге, а живот скрутило от досады. Заблудился. Он, черт его раздери, заблудился! Папа был прав. Драко подавил в себе желание самым некультурным образом сплюнуть на землю и упал на колени. Лед обжег больную кожу через толщи одежды. Желая наказать себя за оплошность, Малфой убрал часы, нашел опору ладонями и специально потерся коленями о рубцы льда. Он чувствовал, как сдирается корка, как кровь сцеживается на длинные гольфы, впитывается в ткань. Боль была пронизывающей, притупляющей чувство вины. Когда колени онемели от боли, а ноги и руки одеревенели от холода, Драко приподнялся, придерживаясь за ветви близрастущего дерева. Он поразжимал пальцы, поработал ногами, проверяя их работоспособность. Малфой открыл циферблат. Время еще есть.

4.

Шаткие ворота с издевкой скрипели на слабом ветру. Драко стряхнул снег с головы и шеи и посмотрел через двор на входную дверь. Только дурак пойдет напрямую, умный же найдет черный вход, — Малфой был в этом убежден.   Недолго думая, он обошел участок по периметру, не решаясь касаться забора и прогибаясь под ветками деревьев, что росли за ним. Ему не нужны были неприятности в виде случайно задетых охранных чар, в присутствии которых Драко не сомневался. Конечно, он это предусмотрел. Оказавшись у задней стороны дома, Малфой достал из кармана куртки шариковую ручку. Повертев её в руках и внимательно осмотрев, он нашел как повернуть механизм, чтобы она открылась. Драко пользовался ей впервые. В магазине тёмных артефактов обещали 4 квадратных метра области сбитых защитных чар, что позволит кому угодно проникнуть за их пределы. Малфой слабо верил в её эффективность, но выбора не было: он раньше уже пробовал сбросить их самостоятельно, с помощью волшебной палочки. Ничего не вышло. Чары заметили постороннего, но не издали ни звука.  Набравшись смелости, Драко осторожно повернул половинку корпуса и поднес ручку к забору. Рука задрожала от волнения. Крохотный, обледенелый шарик коснулся старого дерева, кроша под собой налипший снег. Упругий, злой ветер хлынул Малфою в лицо, срывая в волос и плеч налипший снег. Дом и вся земля в пределах забора словно задрожали, завыли от злости. Драко чувствовал этот вой в своей голове, он эхом распространялся по черепной коробке и будто проникал в само сознание. Фиолетовые, желтые, синие и зеленые волны прошлись по магическому щиту. Малфой поскользнулся и случайно схватился за забор прежде, чем процесс завершился. Свет прошел мимо его руки. Магия защиты будто сотней игл подпалила перчатки и прожгла ладонь. С воем сквозь зубы Драко прижал руку к груди. Почерневшие частички кожи посыпались на вбитый чужим топтанием снег.  Драко понял, что натворил, понял, что был замечен, что пути дальше нет. Где-то хрустнула ветка, ему почудился звук трансгрессии, и ноги сами бросились бежать, не разбирая дороги. Страх быть обнаруженным выбросил всё, чему учил его профессор Снейп.