Не более, чем стечение обстоятельств

Сейчас перед Николаем стоял совершенно домашний брюнет: синие меховые пушистые тапочки, симпатичная рубашка, наспех натянутые джинсы и неопрятно взъерошенные волосы. Сейчас он… Такой милый. — Проходи, — обратился Фёдор к вошедшему в его квартиру. — Чай будешь? — Не откажусь, — ответил Николай и снял верхнюю одежду. Достоевский кивнул и, тихо зевнув, пошёл на кухню. Гость же уселся на кровати в ожидании чая и того, кто его принесёт. У Фёдора была тёмная, но очень уютная спальня. Таинственность придавала пространству ещё большую интимность. Неожиданно в голову полезли ненужные мысли, по крайней мере сейчас, и парень помотал головой, отгоняя их. Наконец в комнату зашёл её владелец и вручил гостю чашку с горячим чаем. — Ты ведь поговорить хотел? Я тебя слушаю, — отпив из своей кружки, Фёдор выпрямил спину, приготавливаясь слушать. — Почему ты всё так выставил, будто это нужно только мне? — поднял бровь парень и уселся напротив него. — Какое право у тебя есть так думать? — Может, прав и нет, но это не я завалился ночью в чужую квартиру к очень уставшему человеку, который, кстати говоря, уже крепко заснул. — Ничего страшного, потерпишь, — усмехнулся юноша и продолжил. — Жертва во имя любви — благое дело. — Не поверю, что ты проделал сюда путь для того, чтобы мне о благих делах читать нотации. Что такого случилось, что ты поборол самого себя и пришёл ко мне? — А то, что ты оскорбил меня, приравняв к шлюхам, не считается достойной причиной? — У меня есть объяснение, — спокойно продолжил брюнет и отпил немного остывшего чая. — Удиви, — сложил руки на груди блондин со слегка обиженным видом. — Это была часть моего плана. — И что же следовало после этого пункта? — Твой приход. Однако ты превзошёл мои ожидания и пришёл ко мне даже раньше. — Какой же ты гадёныш, — нахмурился блондин и отвернулся. Улыбнувшись, Фёдор пододвинулся ближе к Николаю и, положив свои руки на его, ощутил, какие они холодные. — И что дальше? — тихо спросил светловолосый, наблюдая, как у него из рук забрали чашку с недопитым чаем и поставили на прикроватный столик. — Есть ещё что-то, что тебя интересует? — Допустим… Мне хотелось бы и разобраться с нашими отношениями. — А что с ними не так? Всё в порядке. Их просто нет, — спокойно проговорил Фёдор. — В этом-то и проблема! — слегка возмутившись, Николай отодвинулся назад. — В том, что их нет? — В том, что ты отказываешься воспринимать их всерьёз! — Ты, кажется, что-то перепутал. — Если это улучшит твою ситуацию, то мы их не воспринимаем всерьёз. — Или ты… — тихо сказал Фёдор, отвернувшись в сторону. Николай виновато опустил глаза, но потом его взгляд снова остановился на силуэте напротив. — Ты пришёл только затем, чтобы мне что-то предъявить или наконец извиниться? — Не за чем мне просить прощения… Я не виноват в том, что ты… — Что я? — Так меня бесишь! — Или ты просто не хочешь признавать, что тоже запал на меня? — Неважно! — Сочту все эти слова за извинения, но не думай, что ты прощён. — Какое благородство, — закатил глаза блондин и встал с кровати. — В таком случае, мне пора. — Никуда ты не пойдёшь. Брюнет поднялся вслед за ним и подошёл, смотря на недоумевающего и слегка удивлённого парня. — Ты только что попросил прощения и снова решил убежать? — спросил темноволосый, а в глазах читалась невысказанная обида. — Почему сразу убежать? Что мне здесь делать? Мы поговорили? Поговорили. — Вот так, значит? В следующую секунду Николай был прижат к кровати, на которую Фёдор его так ловко повалил. — Тогда я тебя не пущу. Не успев ответить, светловолосый почувствовал чужие губы на своих, принуждающие к поцелую. Закрыв глаза, он нерешительно обнял парня за плечи и поддался порыву последнего. Отстранившись, Фёдор взглянул в глаза напротив и провёл языком по губе. — Всё ещё хочешь от меня сбежать? — Как же я сбегу, когда ты держишь меня мёртвой хваткой у себя? — ухмыльнулся блондин. — Тогда отныне ты будешь моим пленником, — усмехнулся брюнет. — Как громко сказано. Темноволосый поднялся на колени и, расправив одеяло, обратился к Николаю: — А теперь мы будем спать. — Так я всё-таки помешал сну вашего высочества? Как мне жаль, — артистично воскликнул блондин. — Не умничай, — закончил юноша. — Как пожелаешь, — улыбнулся тот. Стянув лишнюю одежду, Николай лёг рядом с парнем. Зевнув, Достоевский притянул блондина к себе и крепко обнял. — Спокойной ночи, — тихо произнёс Николай и, устроившись поудобнее, приготовился ко сну. — Так ты мне скажешь то, что собирался? — А тебе слов мало было? — Ну же, я жду. Вздохнув, парень по слогам произнёс три заветных слова: — По-шёл к чёр-ту, му-ди-ла. — Ты неисправим, — обречённо протянул брюнет и уткнулся в светлую макушку. На это блондин лишь улыбнулся и, закрыв глаза, продолжил лежать в объятиях любимого человека. Наконец его дыхание выровнялось, а значит, он уже спит. Тогда блондин приподнялся и шепотом на ухо сказал: — Ты мне нравишься. — Ну, наконец-то… — послышался облегчённый голос. — Я уж думал, что никогда этого от тебя не услышу. — Эй! Ты же спал! — воскликнул парень. — Прости, прости, но так было нужно. Спокойной ночи. — тихо посмеялся Фёдор. Затем прозвучало тихое «угу», и парни провалились в глубокий сон.