Не более, чем стечение обстоятельств

У Федора был выходной, и, несмотря на унылую погоду с хмурыми тучками, парни беззаботно валялись на кровати. Николай уткнулся в экран телефона, сложив ноги к Федору. Последний, в свою очередь, массировал их и отвлеченно работал за ноутбуком. Гоголь листал ленту, как вдруг ему встретилась необычная реклама, и, обдумав, он обратился к парню. — Федь. — Да, радость моя? — сняв очки, брюнет отложил гаджет, обращая все свое внимание на него. — Почему ты всё ещё не сделал мне предложение? На это заявление Федор тепло улыбнулся и начал поглаживать парня. — А какой ты видишь нашу свадьбу? — Не уходи от вопроса! Ты же меня любишь? — Безусловно. А еще не сделал, потому что еще рано. — А когда будет не рано? Вот увидишь, состарюсь я и стану некрасивым! — словно ребенок, продолжил юноша. — Не знаю, не знаю… Как по мне, сексуальным ты будешь всегда, — Федор приблизился к нему и наклонился, расставив руки по обе стороны. От такого действия Николай залился румянцем и легонько толкнул парня, отвернувшись. — Ну тебя… — Надо же… С каких пор ты у меня такой смущающийся? — с усмешкой на лице темноволосый плавно провел ладонью с груди до брюк, после зацепив пальцем ширинку. — Отодвинься от меня! — все еще краснея, убрал его руку юноша. Федору нравилась эта игра, и, несмотря на упирания юноши, он потянул его на себя и все-таки залез в нижнее белье Гоголя, отчего тот закрыл рот рукой, сгорая от стыда. Странно, вроде бы год вместе, но сейчас он почувствовал себя совсем иначе. Не оставляя Николая, Федор ухмыльнулся и, приблизившись губами к шее юноши, прикусил кожу, выбивая из того долгожданный наполненный возбуждением стон. — Извращенец… — тихо проговорил Николай, закусив нижнюю губу. — От извращенца слышу, — прошептал тот на ушко, стянув одежду ниже пояса. Оголив юношу, Федор стал более напористо двигать рукой по стволу, лаская такую нежную и чувствительную кожу. — Ты насильник какой-то… — выдохнул блондин и невольно двинул бедрами навстречу, в ожидании разрядки. — Где-то я это уже слышал, — припоминая случай в уборной кафе годовой давности, сказал парень. Секунда, и Гоголь выгибается в спине и стонет, изливаясь, подрагивая в руках темноволосого. — Конфликт исчерпан? — лукаво улыбаясь, спросил Достоевский. — Ах ты ж…! Но не успел парень ничего предпринять, как Федор приподнялся и ушел в сторону ванной. — И куда ты пошел? — натянув штаны, спросил юноша. — В душ, фиксиков топить, а что? — с самым что ни на есть серьезным видом ответил брюнет. — Я с тобой… — подошел юноша к нему и, махнув косой, потопал в назначенную комнату. — Погоди, я полотенца возьму… — вспомнил брюнет и, отклонившись на пару секунд, вернулся с двумя. — Ты бы еще платочек принес… — оценивая взглядом размер принесенных полотенец, съязвил юноша. — Большие слева, но их там не оказалось, — намекая на шкафчик, оправдался брюнет. — Потому, что они справа, — без толики наезда, проговорил тот и зашел в душ. — А…

***

— Товарищ директор? Как слышно? — послышался голос в кабинете, отвлекший Достоевского от работы. — Да? — поднял голову брюнет. — Чего задумался? Не любовь ли тебе голову вскружила? — с улыбкой сказал Макото, усевшись на кресле, напротив Федора. — Нет… — помотал головой Достоевский. — Как бы то ни было, извольте отчеты принять, — вручил он стопку бумаг парню, поставив ее перед ним на стол, поражая своим количеством. Федор разочарованно вздохнул и отодвинул ее. — Почему у нас так много работников? Я только с этим закончу, еще завтра появятся, — снимая очки, жаловался на свою трудную, невыносимую жизнь. — Зато коллектив собранный, — пожал плечами зам-директор. — Может быть… Ты еще чего-то спросить хотел? — взглянул Федор в глаза собеседнику. — Чего творится в жизни твоей, узнать захотел, — отпив из своего стакана кофе, сказал тот. — Ничего нового… Как обычно, — подперев голову рукой, пробормотал брюнет. — Как знаешь, — пожал плечами парень и двинулся к выходу. — Как ты Юки сделал предложение? В смысле… Говорила ли она тебе что хочет этого? — Ах, я все понял, — хихикнув, коллега повернулся к Федору. — И что мне делать? — Устрой что-нибудь романтическое… Яхты, свечи и все такое. — Лучший совет, что я от тебя ждал, — разочарованно протянул парень, провожая взглядом уходящего за дверь Макото. Нет, Федор знал, что можно подарить и как… Но не стоит обманывать себя, ведь Макото намного больше знает в этом толк, в отличие от самого Федора. Так, дождавшись конца рабочего дня, парень прямиком направился в ювелирный магазин. — Добрый день, вам подсказать с выбором? — миловидная девушка подошла к парню, предлагая свою помощь. — Да, я был бы вам очень благодарен… Какие у вас стандартные обручальные кольца? Вернее, для предложений. — Я вас поняла, — кивнула девушка и прошла вглубь своего магазинчика. Вернувшись, она принесла кольца. — Пожалуйста, выбирайте. Федор кивнул и осмотрел все украшения. Затем, держа образ в голове, оставил их и направился к кольцам, совершенно противоположным им. Нет, он был не глуп. Наоборот, он слишком хорошо знал своего возлюбленного, и если бы ему предложили выбрать бриллиантовое кольцо или пластмассовое, но с лягушонком, Николай бы не задумываясь показал пальцем именно на второй вариант. Поставив блондина на свое место, образно говоря, Федор подозвал недоумевающего продавца и указал на самое большое детское колечко с пчелкой на ромашке. — Вы уверены, что это действительно подойдет? — удивленно спросила девушка. — Более чем, — совершенно серьезно ответил брюнет. — Х-хорошо… — девушка достала колечко и отправилась его упаковывать. — Только можно коробочку такого типа? — обратился к ней Достоевский, указывая на полку за её спиной. — Да, я сейчас посмотрю. Наконец, когда дело было закончено, он одобряюще взглянул на приготовленный подарок. Оставив деньги на столике, Федор вышел из магазина и направился домой. Может быть, на по этому поводу и сойдёт, но кольца на свадьбу… У его возлюбленного будет самое дорогое и шикарное, какое он найдет. В этом Фёдор твердо уверен.

***

Вернулся домой парень уже к восьми вечера, по пути зайдя в магазин купить продукты. Николай в то время хозяйничал на кухне, напевая что-то себе под нос. — И что же у нас на ужин? — заботливо притянул к себе брюнет парня со спины. — Салат и… Черт! Николай вспомнил про курицу и, выбравшись из объятий недоумевающего Федора, помчался к печи. Выдохнув, блондин вытащил готовую еду на подносе и довольно повернулся к возлюбленному. — И запеченная курица, — гордо смотря на свой труд, сказал парень. — Я так вижу, с тобой с голоду не помрешь, — вернул его в свои объятия Достоевский. — Я профессиональный повар, на минуточку, — поднял палец светловолосый. — Ты у меня самый лучший, — поцеловал его брюнет. — Именно, — кивнул тот. — Как дела на работе? — Как всегда. — Ну и хорошо… Тогда отправляйся мыть руки и переодевайся. Ужин готов, осталось только накрыть на стол. — Есть, шеф, — улыбнулся Фёдор и пошел выполнять построенный план действий.

***

Ужин прошел более чем хорошо, и парни потихоньку готовились ко сну. Достоевский читал книгу, лежа в кровати, пока Николай разговаривал у зеркала, периодически поворачиваясь к Федору. — Так что, ты подумал насчет предложения? — в очередной раз повернулся парень, заканчивая расплетать волосы. — Ты предпочитаешь сюрпризы или мне сейчас все сделать? — недовольно ответил Федор. Вот чего он не любил, так это излишнюю откровенность блондина. Почему он не мог просто дать намек? Еще и спрашивает. Хоть сейчас бери и доставай кольцо. — Хм, хороший вопрос… — задумчиво протянул юноша. — Я надеюсь получить на него хороший ответ, — Федор отложил свою книгу и сложил руки на груди. — Хочешь знать, почему я спрашиваю прямо? — Николай встал со своего кресла на колесиках и подошёл к кровати. — Желательно. — Я привык, что свои мысли нужно излагать прямо и, не задумываясь, чтобы не доставать других и не приносить им лишних… Проблем. С каждым словом Николая взгляд брюнета становился всё более серьезным. — Сам придумал? — поднял бровь Достоевский. — Нет, жираф на ушко прошептал! — немного растерявшись, Николай почувствовал себя не в своей тарелке. — «Жизнь научила» — такой ответ тебя устроит? — Иди сюда, — протянул руки тот. Несмотря на тихое бурчание в ответ, Николай все-таки послушался и улегся в постель, удобно расположив свою голову на чужой груди. — У меня остался последний вопрос, — тихо проговорил Фёдор. — Валяй. — Почему ты до сих пор не понял, что я не те, с которыми тебе довелось встречаться раньше? — в его голосе прозвучала нотка недовольства. На это Николай промолчал, не понимая, что на такое отвечать. Федор понял все без слов и поближе притянул его к себе. — Когда же ты начнешь мне верить? — Нет, важнее, когда начну верить себе… — проговорил тот и прикусил губу, сдерживая подступившие слезы. — Я люблю тебя и помогу со всем справиться. Фёдор приподнял лицо Гоголя и впился в его губы нежным и одновременно страстным поцелуем, на что Николай томно промычал и запустил руку в темные, как смола, волосы, перебирая послушные пряди между пальцев. — Погоди… — слегка оттолкнул парня и уселся на его бедрах. — Что такое? — поглаживая талию, спросил темноволосый. — Давай просто… Прокатимся по городу? — произнёс юноша с некой искрой в глазах. — На дворе ночь. — А нам еще не шестьдесят, — вздохнул тот и продолжил. — Мы еще так молоды… Пойдем и оторвемся на всю катушку? — Куда ты старикашку тащить собрался? — усмехнулся темноволосый. — Да ладно! У нас разница всего в три года! — Николай требовательно навис над брюнетом, расставив руки по обе стороны от него. — Так ты собираешься удовлетворять мои потребности? Тогда Федор недоверчиво сощурил аметистовые глаза, но потом обречённо вздохнул. — Ладно, пошли. — Ура! — захлопал в ладоши юноша, тотчас слез с парня и метнулся к шкафу. — Можно я надену твою футболку? Федор повернулся и застегнул свои джинсы. — Ты из неё не вылезаешь. И та, с другим принтом, которая якобы в стирке, на тебе как будто родилась. Забери уже их. — И…? — намекая на еще одну, протянул парень. — Эту тоже, — кивнул темноволосый. Наконец собравшись, парни вышли из дома. Федор ощутил холодок и застегнулся, однако радостному Николаю и град был бы нипочём, и тот уверенно шагал впереди него к машине. — Чур, ты за рулем! — открыл дверь Николай. — С чего бы? — улыбаясь, спросил тот. — Я хочу расслабиться, а ты за рулём не пьешь. — Гениально, — закатил аметистовые глаза Достоевский. Заведя мотор, брюнет активировал авторежим и задал маршрут, а после, победно ухмыльнувшись, повернулся к Николаю. — Так нечестно! — возразил юноша. Федор нажал на кнопку панели, и машина двинулась с места. — Куда поедем? — повернулся блондин к Федору. — Есть одно местечко… Фёдор достал две бутылки выпивки, которые они случайно оставили тут вчера после похода в магазин, и протянул одну блондину. — Тогда поехали.

***

Преодолев десяток километров, они наконец-то прибыли место. В центре города — огромная высотка, с которой открывается вид на город. Припарковав машину, Фёдор открыл дверь Николаю и достал рюкзак. Через десять минут они пробрались в подъезд вместе с каким-то мужчиной и на лифте поднялись на последний этаж. С весёлым вскриком Николай одним ударом пятки сорвал замок с двери и открыл им вход на крышу. Фёдор с усмешкой прошёл следом, а когда вытащил плед из рюкзака и расстелил его, они одновременно уселись. — Вот здесь намного… лучше. Николай поднял глаза и улыбнулся от удовольствия. Здесь он не был никогда. Парни наслаждались компанией и грелись в объятиях друг друга, наблюдая за городом и за звездным небом. Федор вздохнул и нарушил тишину. — Ты там не уснул? — М? — поднял голову светловолосый. — Нет, не уснул… Просто тут так хорошо… — Тогда… — Федор достал из кармана коробочку. — Думаю, это сейчас очень кстати. — Ты о чем? — не понимая, Николай снова повернулся к темноволосому. Он заметил коробочку в его руке и почувствовал, как замерло его сердце. — Николай… — улыбнувшись, Федор открыл бархатную коробочку, покрытую цветочками. — Ты будешь моим мужем? Блондин умилился от открывшейся картины перед глазами, а от внешнего вида кольца на бархатной подушке под маленьким лучиком встроенного света и вовсе рассмеялся. — Да… — не сдержавшись, Николай обнял брюнета. — Конечно да, дурак! — Тогда позволишь? Николай мысленно ударил себя по лбу и протянул руку. Фёдор достал необычное колечко и, приняв руку, аккуратно надел на палец. Он не знал размера безымянного пальца возлюбленного, но безразмерное украшение даже не сдавливало кожу пальца, и пчелка на ромашке идеально подчеркнула его светлую кожу ладони. — Вот теперь прыгай, — кивнул брюнет, как его тут же повалили на покрывало. — Я… В общем… — растерянным голосом начал Николай. — Прости меня за всё, что я сделал не так, или… — Эй, все хорошо, — Федор убрал выпавшую прядь белых волос и заглянул в его лицо. — Ты — самое прекрасное, что есть у меня в жизни, и я благодарен всем всевышним за то, что связали меня с тобой. Николай не нашёл слов для ответа и потянулся за поцелуем, но его попытка была остановлена пальцем на его губах. — И никто, слышишь? Никто не заменит мне тебя. Сказав это, брюнет обхватил его лицо и сам завел парня в долгий и глубокий поцелуй, желая растянуть этот момент как можно дольше. Наконец из-за туч вышла полная луна, и парни лежали, смотря в небо и молчали. Наверное, дальше будет еще сложнее. Им столько еще предстоит пройти, и… Конечно же, они все смогут.