Нами заболеет этот город

У разрушенной любви есть три имени: первое — это, конечно же, гордость,

второе — это недосказанность, и, наконец, третье — ложь.

      Тэхёну так и не удалось поспать в самолёте, хоть путь от Сеула до Америки достаточно длинный. Омега находится в самолёте уже долгих пятнадцать часов, осталось ещё два, и он будет на месте. Киму еле как удаётся контролировать свои эмоции, чтобы не начать рыдать при чужих людях. Женщина напротив него и так уже косится на него с немым вопросом: «Что случилось?» — но Тэхён даже от близких никогда не мог принять помощи, поэтому лучший вариант для него — игнорирование.       Мысли Кима скачут от одной к другой, и каждая из них отзывается болезненным комом в горле. Как ему смотреть в глаза друзьям? Друзьям, которых он просто-напросто вычеркнул своей жизни. Идея сбежать сюда уже не кажется такой радужной. Тэхён даже не подумал о том, что будет им говорить, а ему придётся рассказать абсолютно всё: каждую чёртову деталь своей жизни, и как он оказался в этом дерьме, которое сейчас его окутало. Он даже не может себе ответить на вопрос: кто из двух его друзей будет ненавидеть омегу больше?       Ким пытается не думать о том, кого оставил в Сеуле. Тэхён совершает ошибку за ошибкой, но яростное отрицание этого факта даёт ему хоть какое-то успокоение. Омега накручивает себя снова и снова, успокаивается — и так по кругу, пока снова глаза не начиняет застилать пелена слёз. Сейчас его поступок действительно кажется ему глупостью. Почему он, в конце концов, не захотел выслушать самого Чонгука, поверив парню, который бегает за его альфой хвостиком? И тут же эта мысль отходить на задний план — Тэхёну кажется, что он сошёл с ума. Разве он не планировал уехать до появления Ки Ёна в их доме той злосчастной ночью? Планировал. Так почему в глубине подсознания он винит в своём побеге этого омегу, а не себя. Правильно, проще обвинить другого человека, чем признать свою вину. Хотя, может, всё и правда намного проще, и Чонгук любил не Тэхёна, а именно его, чёртова Ки Ёна. И вот эта мысль, что добивает окончательно. Из глаз омеги льются ручьи.       — С вами всё в порядке? — Девушка с волосами цвета цветущей сакуры выглядит обеспокоенной настолько, что Тэхён не находит в себе сил грубить ей.       — Всё в порядке. — Ким давит из себя вымученную улыбку.       — Но вы плачете. — Девушка невесомо касается его плеча. — Самолёт уже завершил свою посадку, но вы даже не отреагировали на это. — Тэхён смотрит на салон и понимает, что да, действительно, они уже приземлились и людей в салоне нет.       — Меня зовут Лэй. — Девушка протягивает руку Киму с милой улыбкой на лице.       — Тэхён, — сухо бросает он ей в ответ, но руку всё же пожимает.       Лэй рассказывает, что живёт в Америке уже очень давно и приезжала в Сеул погостить к подруге. Предлагает свою помощь, на что Тэхён, конечно же, даёт категорический отказ. Они прощаются возле здания рядом с аэропортом. Лэй предлагала Киму сходить куда-нибудь перекусить, но омеге сейчас не до этого: у него весь мир перевернулся вверх дном.       Тэхён как никогда рад тому, что Намджун раньше занимался с ним и Джином английским, и он почти свободно может говорить на нём, вот и сейчас проблем не возникает. Омега ловит такси, диктуя адрес своих друзей, очень сильно надеясь, что те сейчас находятся дома.       Когда Ким подъехал к дому, то его пульс ускорился от волнения. Кажется, он за последние почти двое суток сильно так распереживался, да и длительное отсутствие сна давало о себе знать. Оплатив такси, омега направляется в дом, от его внимания также не ускользает тот факт, что дом полностью построен во вкусе Джина. Такой же светлый и уютный, как его друг. Постучав три раза, Тэхён ждёт и очень надеется, что дверь ему откроет сейчас именно Джин. И к великой радости омеги, именно так и происходит.       — Тэхён? — Друг дарит ему самую светлую улыбку в его жизни, так было всегда: в его взгляде ни грамма злости, обиды или чего-то ещё, кроме как искренней радости.       Тэхён вообще заслужил этого человека в своей жизни?       Сколько раз Джин пытался с ним связаться за все эти года? Примерно миллион? Друг звонил ему после уезда в Америку, и поначалу Тэхён с ним общался, потом начал лишь отвечать на СМС: он не хотел взболтнуть лишнего, не хотел говорить об их отношениях с Джи Хо. Друзья бы его не поняли. Только сейчас он понимает, что те были правы, что все слова Намджуна имели смысл.       Враньё Тэхёна привезло его сюда. Омегу некому было защитить до появления Тэмина. Так говорил себе Ким, навязывал себе мнение, что друзьям он не нужен и после стольких игнорирований они вряд ли будут помогать. Только вот омега, видимо, забыл, что с этими ребятами раньше они были семьёй, а от семьи не отказываются — так всегда им говорил Намджун.

***

      Чонгук на ватных ногах возвращается в дом, первым делом накрывая сына своего любимого омеги объятиями. Ему хочется верить, что этот малыш как обычно будет гарантией возращения Тэхёна. Он очень любит Хэсу и до срыва башни любит Кима, но, кажется, ни разу не сказал этого самому омеге. А если Тэхён думает, что они с ребёнком ему не нужны? Как донести до омеги, что самая главная ценность в жизни альфы — это он?       Дахён сильно беспокоит состояние господина Чона — женщина звонит его другу Юнги. В делах сердечных обычно же помогают семья и друзья, или человек должен справляться со всем сам — она, если честно, не уверена. Дахён выросла при монастыре, а когда ушла, то попала к влиятельным людям и работала, много работала. Не то чтобы она никогда не любила, женщина просто не рассчитывала на других людей, никогда не была зависима от этих чувств. Хотя, может, это всё из-за того, что в её жизни нет какой-то там истинности, как у этих двоих. Эти два глупых ребёнка слишком часто бросали друг на друга грустные взгляды, они, может, сами этого и не замечали, а вот их домработница наблюдала за этим явлением каждый божий день. Она видела искреннюю любовь в глазах Чонгука и ответную любовь у Тэхёна. Только вот из-за недопонимания эти двое всё разрушили.       — Господин Чон… — Она очень надеется, что её дальнейшие слова не разозлят работодателя. — Вы с Тэхёном два человека с одинаковыми страхами: вы оба боялись признать свою зависимость друг от друга. — Сделав глубокий вдох, женщина решает продолжить. Раз её ещё не заткнули, значит, хотят выслушать, хотя в этой семье к ней ещё ни разу не отнеслись неуважительно. — Поймите меня правильно, я не хочу вас обидеть, просто ни вы, ни господин Ким не должны быть пленниками любви.       — Он любит лишь себя и свою свободу. И этим поступком он лишь доказал, что я прав, — озвучивает безжизненным голосом альфа, и это заставляет женщину напрячься.       — Чонгук, — отбрасывает все формальности женщина. Пускай это не этично разговаривать так со своим боссом, но тот сейчас загоняет себя в апатию, не имея на это никаких веских, по её мнению, причин. А по мнению же самого альфы, произошёл конец света и никакого долго и счастливо не намечается. — Любовь — это светлое и прекрасное чувство, Тэхён вас любит, как и вы его, и ваша проблема лишь в одном: вы боитесь, что эти чувства станут для вас тюрьмой, но на самом же деле вы оба сейчас обрекли себя на страдания, которые в тысячи раз хуже.       — Я должен за ним поехать? — Чонгук поворачивает голову в сторону Дахён, пытаясь найти в её глазах положительный ответ.       — Вы должны наступить на горло своим страхам, вы же всё-таки альфа.       — Я должен поехать за Тэхёном? — не успокаиваться Чон.       — Вы должны для себя всё решить сами. Прислушайтесь к себе, и тогда вы поймёте, что делать дальше.       — Что, если ему это не нужно и он не любит меня? — Дахён совершенно не понимает, как это два идиота слепо верят в то, что один не любит другого и наоборот.

***

      — Знаете, это, конечно, не моё дело, но вы очень изменились. Когда я только пришла в этот дом, тут был совершенно другой Чонгук. Мне очень жаль, что Тэхён этого не видит. Вы смотрите на него, злитесь, обижаетесь, а потом вас будто отпускает. По-настоящему вы его чувств ещё ни разу не задели. Вы меняетесь ради него, но зачем вам это? Тэхён замечательный мальчик, вы не подумайте, что я имею что-то против него, просто вы не типичен другим альфам. В моей жизни, по крайней мере, таких не было. Жаль, что мистер Ким этого не видит.       — Дахён, если на нём протопчусь ещё и я, что от него останется?       — Вы правы.       — Именно поэтому я беру себя в руки, не срываюсь на нём, он ведь не пойдёт жаловаться к своему папе, понимаешь? Даже своему другу он ничего может не сказать. Он будет спорить со мной, но терпеть изо всех сил, что у него остались. Тэхён думает, что я не знаю, как он плачет по ночам. Я просто не могу с ним так поступить. Человек, который дал мне всё в этой жизни, является его отцом. Даже зная, что у него есть прямой наследник, он поделил наследство поровну. Сомневался во мне, что я не приму его, поэтому был пункт в завещании: если я выгоню Тэхёна, то всё станет автоматически только его. Иногда я жалею, что так не поступил. Нужно было просто всё оставить ему.       — Он вас любит, Чонгук. Как умеет. Но от перемены мест слагаемых сумма не меняется — в конечном счёте его чувства к вам не что иное, как любовь.       — Как брата. Он любит меня как брата.       — С братьями не спят, не смотрят так, как он смотрит на вас.       — Как он смотрит на меня?       — Он вас хочет. Каждый раз засматривается и отдёргивает себя.

***

      Этот разговор плотно засел в памяти женщины, только вот для Чонгука сейчас это ничего не значит. Она совершенно не знает, как успокоить альфу.

***

      Чонгук даже к вечеру не нашёл в себе сил подняться в свою комнату или в их с Тэхёном комнату. Можно ли считать её общей, если именно в ней омега засыпал в его объятиях? Дахён пыталась заставить альфу хотя бы поесть, но безрезультатно: ему кусок в горло не лез.       Хэсу спал в гостиной, альфа то и дело бросал на него обеспокоенные взгляды, будто стоит ему снизить бдительность, и ребёнка тут же у него отнимут. «Это уже паранойя»,— говорил сам себе Чон.       Ближе к десяти вечера к дому подъехала машина Мина: альфа увидел свет от машинных фар в окнах. Чонгук было уже обрадовался, что это Тэхён вернулся, но каково же было его разочарование, когда он обнаружил выходящих из машины Чимина с Юнги. Общество своего друга он ещё согласен потерпеть, но общество друга Тэхёна — нет. Пак его и без этого бесил, а сейчас раздражает до скрежета зубов. Чон бы размазал это смазливое лицо, если бы не Юнги, потому что этот ужасный омега вряд ли скажет, где сейчас его Тэхён.       — Чего припёрлись? — совершенно недружелюбным тоном спрашивает Чонгук.       — Дахён позвонила, сказала, что Тэхён ушёл и ты расклеился из-за этого. — Юнги пытается подойти поближе к другу, на что тот реагирует молниеносно, делая шаг назад.       — Ты… — Если бы взглядом можно было бы убить, то именно это бы сейчас Чонгук и сделал. — Ты знал, что Тэхён ждёт ребёнка от меня, — обвинительным тоном предъявляют Чимину.       — С чего ты взял, что ребёнок от тебя? — Пак не упускает возможности поиздеваться над альфой, только потом осознав свою ошибку.       Чонгук кидается на Чимина, но не успевает нанести никакого телесного вреда: его руку перехватывает Юнги. Кто бы сомневался, что его друг будет защищать своего омегу.       — Вот как, значит, — совершенно безумно усмехается Чонгук. — С каких пор шлюхи стали важнее друзей? — Он кидает ненавидящий взгляд на омегу, выражая своё презрение.       — Чонгук-а, Чимин — не шлюха, а мой омега. — В голосе друга Чон пытается отыскать отголоски злости на него, но их нет. — Успокойся, тебя будет накрывать приступами агрессии: твой истинный беременный, и твоя сущность альфы рвётся к нему. Только это не повод вымещать злость на мне и на Чимине.       — Почему, Юнги?! — срывается на крик альфа. Ему действительно сложно сдерживаться. — Почему он ушёл? — Раздаётся отчётливый смех Чимина. — Что, блять, смешного я сказал? — Чону протягивают телефон, в котором находится переписка Чимина с его омегой.

Чимин:

Сейчас нам с Юнги звонила Дахён.

Она сказала, что Чонгук в бешенстве и что ты куда-то уехал.

Что у вас произошло, Тэ?

17:40

Тэхён: Прости, что не сказал тебе, Чимин-и, я улетел к Джину с Намджуном. Я жду ребёнка от Чонгука, но не уверен, нужно ли ему всё это. И господи, в ночь до моего уезда он припёрся домой с Ки Ёном… 19:20       — Ты говорил с ним после этого? — Если Чонгук и думал, что произошедшее — это его вина, то теперь убедился в этом окончательно.       — Он не берёт трубку. — Только сейчас Чон замечает, каким обвинительным взглядом смотрят на него глаза омеги. — Ты, конечно, не мне должен объясняться, но всё же я жду объяснений. Не думаю, что в скором времени у тебя выпадет такая возможность. Обещаю, если тебе удастся переубедить меня в том, что ты конченое дно, то я поговорю с Тэхёном. — Чимин переводит взгляд на Юнги и улыбается совершенно влюблённо. — Поблагодари моего парня, что он уговорил меня дать тебе этот шанс.       Чонгук рассказывает всё, что помнит: как они отмечали заключение контракта, даже не забывает упомянуть о случае в машине, на что Чимин фыркает, мол, да-да, конечно, отказался. Он сказал, как проснулся утром и обнаружил Ки Ёна на кухне, и признался, что совершенно не помнит, что было ночью.       — Ты не заслуживаешь прощения, извини, — шипит Чимин. Ну нихуя себе объяснение: «Я не помню».       Юнги подходит к Чонгуку, расстёгивая тому рубашку, на что Чон сначала недоуменно хмурит брови, а позже, осознав, что происходит, отталкивает его руки.       — Да угомонись ты, — пытается успокоить его друг. — Я всего лишь хочу убедиться, что на тебе нет ничего от чужого омеги, тогда и у Чимина не будет повода тебе не доверять. Он один из тех людей, кто способен вернуть тебе Тэхёна, поэтому советую быть посдержаннее. — Мин говорит это настолько тихо, чтобы услышал только Чонгук.       — И зачем ты его раздел? — Чимин тоже не понимает, что творит сейчас его альфа.       — У него нет никаких последствий от ночи с омегой. Тебе ли не знать, какими альфы выходят из постели омег? — Юнги произносит это заигрывающим тоном, на что омега закатывает глаза.       Подходя ближе и осматривая Чонгука, омега понимает, что его альфа не обманывает: на Чоне нет ничего — его тело абсолютно чисто.       — Да уж, удивительно. — Никто не понимает искреннего удивления омеги.       — Ничего удивительного в этом нет, — резко бросают ему в ответ, наконец-то Чонгуку стало дышать легче. Слава богу, он не притронулся к Ки Ёну на пьяную голову, хотя Чон уверен в себе и в том, что отказал бы ему с вероятностью в сто процентов. — Я же говорил, что отказал Ки Ёну, просто не помню, что было, когда я вернулся в дом, но это не значит, что спал с ним.       — Удивительно не это, Чонгук. — Пак расплывается в каком-то надменной улыбке. — Видимо, мой друг тебя совсем не любит, раз в своём положении не попытался оседлать тебя. — Омеге действительно смешно, вот только расстроенное лицо Чонгука остужает парня. — Хватит делать лицо как на похоронах. — Наверное, так поступают только предатели, но… — Тэхён говорил не так давно, что хочет узел и сцепку. — От этого заявления не только у Чона округляются глаза, но и у Юнги, который не ожидал, что его омега скажет это с такой лёгкостью.       Не то чтобы Чимин был ханжой, но он обычно так мило смущался во время их секса, а тут на тебе. Хотя чему удивляться: Юнги сразу понял, что его парень не так-то уж и прост, если дружит с самим дьяволом по имени Ким Тэхён. А как ещё назвать этих дьявольски красивых существ, что пленили сердца альфы, на минуточку, тех, кто вообще не думал об отношениях. Юнги с Чонгуком устраивала их разгульная жизнь, пока не сплыла это их истинность с Тэхёном, и сам Мин не оказался на похоронах дяди Чона.

***

      Чимин ушёл играть с Хэсу — Юнги с Чоном поднялись в его комнату, точнее, в их Кимом комнату, но у Чонгука так и не хватило смелости зайти сюда: без омеги и так весь дом ощущался чужим. Каково же было удивление альфы, когда он понял, что его вещи уехали в Америку вместе с Тэхёном. Омега забрал всё, вплоть до зубной щётки Чонгука. В ванной комнате не было ни одного геля для душа, вещи из корзины были разбросаны, но, кажется, там Тэхён тоже нашёл что присвоить себе.       — Блин, а Тэхён у тебя не цыганской крови? — усмехается Юнги.       В комнату заходит Чимин, который не выглядит удивлённым, он будто знал, что так и будет. Период гнездования при беременности абсолютно нормальное явление, только вот вряд ли вещи Чонгука долго будут сохранять его запах, по этой причине Тэхён, видимо, и вынес всё, что напоминает ему, как пахнет альфа. Да, он слышал разговор Юнги с Чоном, и смех его парня показался ему оскорбительным. Вот будет Чимин беременным — тоже посмеётся.       — Это называется гнездование, он слишком зависим от тебя, Чонгук. — Чимин демонстративно отворачивается от Юнги.       — Сейчас не понял. — Мину это сразу бросается в глаза. — Солнышко, ты обижаешься на меня? — Чону захотелось проблеваться от этого «солнышко». Неужели они с Тэхёном будут тоже настолько противными, ну, если, конечно, его омега захочет, то Чон не возражает, главное, чтобы у альфы был ещё шанс на то, чтобы называть его солнышком.       — Знаешь, Мин-чёртов-Юнги, если ты хоть раз посмеешь посмеяться над моей беременностью, то ты больше нас с ребёнком тоже не увидишь.       — Да блять, когда этот ваш Тэхён научит хоть одного из вас хоть чему-то дельному? — Юнги делает вздох глубокого разочарования. — Сначала забрал друга, а теперь подаёт пример сбегать с моим же ребёнком.       В присутствии друга Чонгуку становится немного легче, и они решают в выходные собраться снова.       Чимину почему-то всё больше и больше становится жалко Чона: когда альфа не высказывает ему свои претензии, то не кажется таким уж и неадекватным. Он видит, как ему плохо, а ещё знает всё, что сказал отец Тэхёну. Если их связь и чувства сильные, омега без альфы не сможет, как и тот без него. Когда они уже собираются уезжать, Чимин всё же решает сказать это Чонгуку.       — Тэхён вернётся раньше, чем ты думаешь. — Для альфы слова звучать просто как утешение, он же уже знает, что Чимин ещё даже не говорил с его омегой, только вот голос Пака звучит отчего-то уверенным. Или ему кажется?