Рыцарь-вампир?

— Сяо? Ау? — склонила голову набок Паймон, маша ладонью перед глазами темноволосого, — Всё в порядке? Тебе нехорошо? Сяо ещё какое-то время был словно в тумане. Продолжал пялиться в глаза напротив так, будто видит девушку перед собой впервые в жизни. Хотя нет, те чувства, что она у него вызывает явно этому противоречат… Но вскоре тот всё же очнулся и прочистил горло, уводя взгляд и почесав заднюю сторону шеи. По лёгкому румянцу на щеках можно было понять, что он явно смущён сей ситуацией. — А… Да, всё хорошо, прости. Осознав, что всё ещё сидит на не самой чистой поверхности в мире, он принял протянутую ладонь Паймон и встал с места: — Почему ты здесь сидишь? Если хочешь спать — мог бы пойти в свою комнату… Думаю, тут не очень удобно, да и небезопасно. — Знал бы я ещё, почему… — на выдохе произнёс темноволосый, покачав головой, — Не спрашивай, я понятия не имею. Помню, что сидел на лавочке неподалёку, а потом вдруг потерял сознание и очнулся уже здесь. Глаза Паймон широко раскрылись. Так значит, не только у неё было ощущение, словно произошло что-то, о чём она забыла? — Но… Но разве это возможно, что мы оба забыли что-то важное одновременно? — пробормотала она, непонимающе хмурясь и приложив палец к нижней губе. — Погоди, то есть ты тоже? — приподнял бровь Сяо, вновь обращая на девочку внимание, — Совпадение ли? Как совпадение не выглядит… — Ничего не понимаю… Что могло такого случиться, чтобы мы, находясь вообще в разных местах, почувствовали одно и то же? Ответить на этот вопрос Сяо не мог. Есть некоторые существа, умеющие стирать память, но сказать об этом Паймон… Не то, чтобы я ей не доверял. Но мне кажется, что эта информация лишь сломает ей психику, она просто не сможет жить, как прежде. Посему он решил скрыть догадку, и ответил: — Не знаю. В любом случае, раз уж мы не можем это узнать — предлагаю просто забыть. Главное, что с тобой всё в порядке. Сяо поднёс ладонь к её макушке и аккуратно потрепал. Девушка тут же вздрогнула, покраснев и удивлённо глядя на собеседника. Само собой, многие так отреагировали бы, если бы объект их воздыхания, который раньше отверг и вообще не обращал внимание, вдруг стал столь мил и небезразличен. — Что? Ты так на меня смотришь, будто призрака увидела, — поддразнил он, издав небольшой смешок, — Бал ещё не окончен, я это слышу. Не хочешь вернуться туда? — А… Она была столь шокирована, что даже не смогла ничего внятного ответить. Только по множественным кивкам можно было понять, что та согласна. Темноволосый вновь посмеялся и переместил руку с макушки Паймон на её спину, после сначала погладив, и тогда подталкивая её вперёд, тем самым намекая идти вперед, и параллельно сам направился в сторону здания. Другая тут же зашагала следом. — Не думал, что мои слова могут наделить способностью говорить на языке другого измерения. Ты обязана меня научить, звучит интригующе. Ну ладно, не столь важно. Лучше скажи, ты вообще помнишь, почему ты ушла с бала? Потому что я как-то не припоминаю, что же именно послужило причиной. Ощущение, будто я пошёл за кем-то. Может, даже за тобой… — П-Правда? — удивлённо похлопала глазками та, даже не отреагировав на шутку Сяо в первой половине фразы, что парня немного даже расстроило, — У меня ощущение, словно я убежала, когда увидела тебя. Странно, с чего бы вдруг мне так делать… — Меня? Неужели я настолько страшный? — приподнял бровь темноволосый, — Даже как-то обидно. — Н-Нет-нет! Всё не так! Ты совсем не страшный, я сама не знаю, что на меня нашло тогда! — тут же принялась махать ладонями Паймон, интенсивно отрицательно качая головой. И вот, вроде бы ничего особенного в этой реакции не было, но сердце в груди Сяо почему-то болезненно кольнуло. Была какая-то… неудовлетворённость. Будто на самом деле реакция должна быть другой, более колкой. Что-то вроде ответной шутки, или хотя бы надутых от наигранной обиды щёк. Почему у меня вообще ощущение, словно подобное должно быть? Разве Паймон когда-либо так себя вела? Он не мог ничего такого припомнить, но даже так не мог отделаться от чувства, что чего-то не хватает. Однако чем больше он пытался об этом думать — тем сильнее голова его начинала болеть. Что за черт… Неужели… кто-то действительно…? Стоило ему подойти поближе к словам «стёр память», как острая головная боль вновь ударила по нервным окончаниям, заставляя прошипеть. Паймон тут же вздрогнула, обеспокоенно глядя на юношу: — А! Ч-Что случилось? Тебе плохо? Что-то болит? — Нет-нет, не думай об этом. Лучше пойдём скорее, иначе всё закончится прежде, чем мы туда доберёмся. Нельзя позволить ей догадаться… Но вот у меня уже начинает складываться общая картина произошедшего. Вряд ли кто-то ещё, кроме вампиров, был бы способен совершить нечто подобное. Нужно обязательно всё выяснить. Даже если мой разум защищен от прямых догадок…

***

— Это всё-таки произошло, ха… Кто бы мог подумать, что моя догадка окажется верна. Бал был в самом разгаре. Ученики уже успели выпить, посему явно раскрепостились, стали приглашать друг друга на танец куда активнее. Что уж там, многих это настолько разнежило, что доселе незнакомые люди уже во всю увлеклись друг другом, не стесняясь обилия присутствующих. Но всё это происходило в основном зале. О другом, что поменьше, большинство даже не подозревали, посему и людей там практически не было. А вот вампиров вполне себе достаточно. Так сказать, негласное помещение для ночных хищников. Именно там и находились сейчас Ангелы, а вместе с ними и Сора. На лице её была небольшая улыбка, она явно наслаждалась шокированными лицами старых знакомых. Они точно догадались, что к чему. И только лишь Аято совсем не выглядел удивлённым. Скорее наоборот, столь самодовольно, что аж тошно. — Ох, вот как? — издала игривый смешок она, потянувшись за галстуком обладателя светло-голубых волос, и после потянув за него, — И что же ты понял? Объясни, коль уж начал. Вампир с ухмылкой положил ладонь на талию чистокровной: — Что ж… Ты исчезла, совсем не давала о себе знать несколько человеческих лет. Однако я знал, что ты не могла погибнуть, только если ты сама этого бы не захотела. Да и слова твоего братца, что были сказаны им не так давно, подтвердили, что ты жива. Мне всегда казалось, что ты где-то рядом, я чувствовал аромат твоей чудесной крови, но не мог понять, где же именно. И вот, теперь ты снова с нами. Значит, я был прав. — Какой догадливый, однако… — шёпотом произнесла Сора, кладя вторую ладонь на щёку Аято, — И что же, теперь тебе полагается награда за смышлёность? — Я бы точно не отказался… Со стороны Альбедо раздался тактичный кашель для привлечения внимания. — Прощу прощения, что прерываю, однако я тоже хотел бы задать несколько вопросов. Сора, это ведь ты, верно? Ты изменилась. Неужели решилась на тот подозрительный ритуал? Чистокровная взглянула на него, и тогда отпустила как галстук Аято, так и в целом отодвинулась, будто моментально потеряв интерес. Видно, ей очень легко наскучивает происходящее, и она переключается с одной цели на другую со скоростью света. — Альбедо, ты никогда не разочаровываешь, схватываешь на лету, — улыбнулась та, — Ты обязан будешь показать мне рисунки за эти 4 года. Уверена, ты теперь ещё лучше, чем тогда. — Ты… Мне льстишь, — обычно холодный и безразличный Альбедо смутился от таких слов, хоть по нему сразу и не скажешь, — Но хорошо, если ты того желаешь. Однако я бы не питал стольких надежд в отношении моих способностей. — И почему только Альбедо удосужился признания? — недовольно скрестила руки на груди Ху Тао, — Я вообще-то сделала столько дизайнерских гробов за это время, а некоторыми искренне горжусь. Неужели не интересно? — Конечно, интересно. Твои работы хоть и необычны, но что-то в них однозначно есть. Глаза со зрачком в виде цветочка загорелись от радости. Она схватила ладошки Соры, и стиснула их: — Отлично! Тогда пойдём сейчас?! — Давай после бала, — посмеялась она, — Ценю твой энтузиазм, но, как известно, времени у нас предостаточно. Терпение. — Эх… — тяжело вздохнула брюнетка, отпуская ладони чистокровной, — Скукота. Ну ладно, делать всё равно нечего, я подожду. — Умница. Хорошая девочка… — та поднесла руку к макушке Ху Тао, и погладила, словно послушного пёсика. И тогда обратила внимание на оставшихся двоих знакомых. Они единственные, кто доселе не сказал ни слова, будто специально игнорируя. И если в случае с Кэ Цин это неудивительно, ведь она никогда не питала тёплых чувств по отношению к Соре, то вот Аяка… Странно, ведь раньше она сразу же начинала счастливо улыбаться и щебетать, как только её видела. А теперь совсем не реагирует. — Аяка, — тон голоса Соры заметно изменился с игривого на серьёзный, — Неужели ты не рада меня видеть, м-м? — А! Девушка тут же вздрогнула, рефлекторно раскрывая веер и прикрывая хорошую половину лица, а также увела взгляд. Её точно что-то тревожит. — Нет… Я очень рада, правда. Просто немного удивлена… Я думала, что ты уже… — Мертва? Ну что ты, ты же меня знаешь. Я буду жить ровно до тех пор, пока захочу. — В-Вот как… Судя по лицу Аяки, это было явно не последней причиной её беспокойства. Сора бы расспросила её ещё, если бы не Аято, ворвавшийся в разговор: — Почему бы нам не пойти потанцевать, в таком случае? Интересно, ты всё также невероятно вальсируешь? Или за это время уже успела разучиться? Не бойся, я тебя научу, если потребуется. К счастью, Сора весьма легко переключается, потому, словно разговора с Аякой вообще не было, улыбнулась вампиру и протянула ему свою ладонь: — Что ж, давай проверим. Смотри, чтобы мне не пришлось после этого тебя учить и успокаивать.

***

Итер сидел в полной тишине в этом непонятном закрытом помещении внутри собственной же головы. К сожалению или к счастью, часов здесь, само собой, не было, потому он понятия не имел, сколько времени успело пройти. Может, пару минут. Или несколько часов. Или лет. Он ни о чём даже думать не мог. Чувствовал себя настолько опустошённо, что хотелось просто утонуть в этой пучине отчаяния, чтобы избавиться от этого отвратного чувства. Было так больно и горько, что хотелось плакать, но слёзы уже высохли. Лучше бы я просто взял и исчез. Это хуже смерти… Вампиры ведь не умирают. А это значит, что Итер тут запечатан навечно. Будет утопать в страданиях всегда, и ничего ему уже не поможет. И вот, вдруг, откуда не возьмись, на стене напротив загорелся огромный экран. Столь яркий и внезапный, что привыкшая к темноте сетчатка глаза блондина обязательно была бы уже обожжена, если бы его оболочка была материальна. Он тут же уставился на экран, пытаясь понять, что же это. Помимо картинки, присутствовал ещё и звук. Поэтому теперь так называемое помещение заполнилось очень знакомой музыкой. Нечто подобное ведь играло на балу? И правда, стоило ему вглядеться, как он заметил не менее знакомые декорации, те же столики, такой же интерьер… Ошибки быть не может. Это совершенно точно место, где они с Сяо ещё совсем недавно танцевали… Неужели это… мои воспоминания? Странно. В прошлый раз он буквально переместился в то же место, где это воспоминание происходило в прошлом. А сейчас это просто экран, где картинка показывается от первого лица. Словно фильм в кинотеатре. Да и не выглядело это, как воспоминание. Ведь совсем недалеко можно было заметить, как никто иной как Сяо делает то, чего никогда не происходило за весь бал. Говорит с Паймон. К тому же, можно было услышать голос Аято совсем рядом. А когда голова повернулась — то и вовсе увидеть лицо. Но если это в реальном времени происходит, то… Почему всё выглядит так обычно? Как будто совсем ничего не произошло. Почему Сяо, что совсем недавно в любви признался, теперь так непринуждённо болтает с Паймон? Нет, не так. Почему он вообще с ней говорит? А Паймон что там делает, если она обиделась и убежала прочь? Что там вообще произошло? Выглядело так, будто его никогда и не существовало. Из стен проросли шипы, а сама комнатка сузилась, отражая душевное состояние Итера. Он даже сам не понимал, почему так больно видеть подобное: Сяо говорит с другой точно также, как раньше с ним. Эмоции были столь сильны, что он вовсе потерял возможность мыслить логически. Даже не подумал, что это могли быть проделки чистокровной, а память остальных была стёрта. Нет, он проглотил наживку Соры целиком, лишь помогая её плану. Теперь Итер был уверен, что все его предали, и теперь никому нет до него дела. А значит, он и так никому в итоге был не нужен. Не то, чтобы в голове и до импровизированного показа фильма не было таких мыслей, но теперь они окончательно подтвердились. И вот теперь надежда на что-то светлое была иссушена до дна.

***

— Я не умею танцевать, честно говоря… — тяжело вздохнула Паймон, — Вроде, выглядит легко, но я уверена, что с моей-то неуклюжестью я точно наступлю кому-нибудь на ногу. — М-м… Зато как, — пожал плечами Сяо, — Для людей с мазохистскими наклонностями ты — партнёр мечты. Сколько не говорил с Паймон, всё время складывалось впечатление, что чего-то не хватает. Он уже и так, и эдак пытается вывести её на ответную колкость, но пока был встречен лишь неудачей и неловкими покраснениями лица самой девушки. По правде, это наталкивало на мысли некоторые, но он их довольно быстро отметал. Ведь тогда думал, что вампиры могут лишь стирать память, а вот чувства и эмоции тем не подвластны. Тогда ещё не зная, как сильно ошибается. Пока говорил с девушкой, он решил оглядеть зал взглядом. Он чувствовал множество запахов крови, ведь людей здесь находилось более, чем достаточно. Однако один аромат был намного сильнее остальных, он так и ударил в нос. Внимание его глаз очень быстро было обращено в сторону кое-кого… Чей взгляд был адресован ему в ответ. Брови Сяо дрогнули, а сердце сначала пропустило удар, а потом забилось в несколько раз чаще. Дыхание сбилось. Это… существо было явно непростым. Это её кровь так привлекала внимание. Он просто не мог свести с неё глаз. Мы видимся впервые, но… почему же она мне кажется столь знакомой?