Седьмая кровь. Книга 1: Пленники обмана

Уходят годы в бесконечность

Дарует новые творец

Всегда, везде — живая вечность

Одно начало и конец...

Александр Блок

      «Бесцветная пустота словно закрывала глаза руками, больно сжимая уже полные слёз глазницы. Я не чувствовала практически ничего, будто смерть настигла меня значительно раньше, чем я могла себе это только предположить. Да я вообще об этом не думала, разве что порою читала о смерти из старых рукописей. А сейчас, я будто почувствовала её. Почувствовала, как сердце сжимается в груди, а в лёгких иссякают последние пузырьки кислорода и они будто трещат, а тело постепенно немеет.       Мне страшно, и очень. Но ещё страшнее, это было всё это чувствовать и при этом быть в сознании. Да, быть, но не иметь возможности пошевелиться и вдохнуть полной грудью. Будто я, собственных похорон безучастный свидетель. Я всё понимаю и чувствую, но не вижу кругом ничего, кроме очень яркого света, что слепил. Неужели, это тот самый свет в конце тоннеля, о котором многие говорят? Неужели, это правда, и я на деле умерла? Может быть, и тогда, я могу сказать только одно, что это скорее всего плата за мои грехи. Все, до единого...»

***

      Прохладный ветерок окатил тело, а уши залил посторонний шум города. Перед глазами всё ещё рябило, но дыхание понемногу приходило в норму, хоть в носу всё ещё стоял запах метала. Рамона глубоко вдохнула горячий воздух и попыталась подняться, но действия пока выходили неуклюжими и больше походили на попытки подняться ребёнка. Всё тело пронзила дикая слабость и боль.       — М-м-м... — протяжное мычание набатом ударило по слуху. С трудом, но советница всё же поднялась и села на землю, подобрав ноги под себя.       Голова трещала по швам, а перед глазами плыло. Рамона сузила их лишний раз, чтобы вернуть миру четкость, но не выходило. Зажмурившись и мысленно отсчитав до десяти, дама снова глубоко глотнула воздуха, после открыла глаза. Стало немного лучше, и теперь, она наконец смогла оглядеться, и стоило ей это сделать, как её ждал «приятный» сюрприз. Советница явно, больше не находилась в той пещере, где ещё была минуту назад.       — Где я? Ч-что это за место? — голос был предательски тихим, но чувства внутри бушевали и были подобно вулкану или гейзеру с горячей водой. Были готовы вырваться наружу в любой момент. — Как я тут оказалась? — продолжала шептать Рамона и поднявшись на ноги вскинула голову, посмотрела вперёд себя.       Карие глаза тут же ослепило обеденное солнце, заставляя поморщится и отвернуться на какой-то миг.       «Соберись, тряпка», — встряхнув головой и снова отсчитав до десяти, Рамона немного успокоилась и положив руку ко лбу в виде козырька, всё же осмотрелась.       — Этого не может быть... такого просто не бывает... — дух перехватило, а зрачки расширились до невозможного.       Сглотнув большой ком, девушка точно малому и любопытному ребенку, ошарашенно разглядывала неимоверной красоты город и людей, что беззаботно ходили по его улицам. Это зрелище захватывало дух, дыхание рвалось не то от восторга, а не то от страха, ведь это дивное место не её родная Александрия. И не один из тех городов, которые известны Рамоне. Это было что-то параллельное, магическое... если так можно сказать.       — Ты кто такая? — за спиной раздался страшный шум и грохот, а после и чьи-то шаги в сторону перепуганной дамы. Та дрогнула и резко обернулась. Но едва она успела это сделать, как тут же встретилась с «приветливыми» взглядами двоих вооруженных стражников, что шагали к ней.       — Я... — голос снова комом остановился в горле. Хотелось сказать хоть слово, но всё было тщетно. Эти мужчини, что хоть и выглядели почти также как и меджаи Египта, не внушали ей доверия и спокойствия, а напротив, наводили ужас и панику.       — Ну? — сгрозился мужчина, что был постарше, а его товарищ посильнее сжал рукой своё копьё.       — Так кем ты будешь? Или так и будем играть в молчанку? — гневно подтянулся к допросу другой стражник и нагло дёрнул Рамону за рукав платья. На это девушка только убрала руку и интуитивно закрыла то место где её касался мужчина другой рукой.       — Я — Рамона, — промямлила в ответ воинам темноволосая девушка. — И я советница царицы Египта — Клеопатры, — собеседница решила признаться, хоть где-то глубоко в душе задавалась вопросом, не выставляет ли она себя полной дурой? Возможно стоило промолчать и попросить их отвести её к правителю этого города, чтобы тот объяснил всю ситуацию.       — Кто? — спросил старший охранник вопросительно покосившись сперва на своего напарника, а затем на Рамону.       — Слышишь, ты нам зубы не заговаривай, — огрызнулся на неё другой мужчина, что в отличии от товарища не был настроен на дружелюбную беседу.       — Но я сказала правду, — начала оправдываться молодая особа и нервно зажевала нижнюю губу.       — Правду? Думаешь мы проверим в это? — девушка дрогнула и сделала несмелый шаг назад.       — Да погоди ты, Ашэй, чего кричишь раньше времени. Успокойся. Она и так напугана, — заступился за неё мужчина, велев оставить её в покое. — Может она из другого государства? Ты об этом не думал? — Ашэй нахмурился и продолжил, но тише:       — Откуда ты? С какого города?       — Александрия, — голосу всё ещё не хватает храбрости. Хрипы исказили его практически до неузнаваемости.       — А ты юмористка, а если правду? — заулыбался старший воин.       — Но это и есть правда, я из Александрии.       — Быть его не может, Александрия пала много десятилетий назад, ты что-то путаешь, — Ашэй перебрал пальцами, поудобнее взял копьё.       — Это вы что-то путаете, и... — Рамона осеклась так и не сказав основного: что ещё несколько минут назад она была в своем родном городе и ни о чем не подозревая, готовила отчёты для Клеопатры, а после и искала девочку Наю.       — Что с ней делаем, Гахиджи? — обращение последовало в сторону старшего воина. — Тут её оставлять нельзя. Нужно сообщить властям Золотого города об этой чужеземке. Или отвести к другим.       «Золотой город? Это наверное название этого места, где я оказалась. Кричащее оно, однако. Но кто тут правитель?» — из-за размышлений Рамона пропустила часть диалога между двумя стражниками, а когда же она опомнилась, то Ашэй уже схватил её за руку и холоднокровно развернул в сторону города, а не городских ворот.       — Эй, отпусти меня, немедленно! — закричала дама вырывая руку.       — Не брыкайся, сумасшедшая, я тебя не обижу, — призвал её успокоиться младший воин опустив кустистые черные брови к переносице.       — Послушай его, мы тебе не враги, — более спокойно попытался урезанить так званную советницу Гахиджи.       — Куда вы собрались меня вести?! — не отпускала руки Рамона, хоть и понимала, что эти незнакомые ей досель мужчины, возможно, правда не враги, но и не друзья. А её попытки вырваться — простой инстинкт самосохранения.       — К Золотой пирамиде, на площадь, к остальным людям. Не бойся, — отозвался напарник Ашэя.       — Зачем? — недоверчиво произнесла девушка вновь дёрнув рукой. Но мужчина ничего не позволил и посильнее сжал пальцы, сминая ткань белоснежного калазириса Рамоны.       — Там тебе всё смогут объяснить, — вмешался товарищ. — Только прошу, во имя Ра, успокойся ты, сумасшедшая Александрийская.       — Ашэй, добирай выражения! — рявкнул на него командир.       Это Рамона поняла по его солидному виду, что показывал его статус и сильно отличал от младшего Ашэя. Широкое ожерелье выложенное из толстых пластин, позолоченные наплечники со странными рисунками, золотые браслеты, головной убор и традиционный хопеш с изогнутым лезвием, когда же в его напарника, или вернее будет сказать подопечного только копьё.       — Ты помнишь, что велел Ра? — нижий за рангом воин цокнул языком. — Потому будь так любезен, давай по вежливее. Знаю, тебе уже надоело, но нужно, — в ответ ему только последовал кивок и порицательный взгляд в ту же сторону.       — С самого утра, одно и тоже, — огрызнулся Ашэй, и послабил хватку, будто бы позабыв о советнице.       «Друзья они или нет, но оставаться я тут не собираюсь, они точно психи, — фантазия дорисовывала их образы самостоятельно, едва Рамона мысленно обозвала их психами, а хотя могла и в слух. Только посчитала это не этичным, да и не вежливым, а хотя Ашэй, за этим не особо следил, в отличии от его командира. — Но, Ра? О ком они говорят? Неужто о боге?» — мысленно спросила себя девушка.       — Идём, не будем зря время терять. Веди её, — властно скомандовал Гахиджи и уверенно пошагал вперёд.       — Есть, командир, — всё же Рамона не ошиблась в своих домыслах, и Гахиджи правда командир, а возможно и капитан, кто знает. — А ты, как тебя там... Мона?       — Рамона! — прикрикнула дама делая ударение на первый слог «Ра», акцентируя это тем, что как раз эти две буквы и забыл стражник.       — Как скажешь, Рамона, — сгрозился он и снова сжал руку дамы. — Пошевеливайся давай, — Ашэй слегка толкнул её, заставляя шагать.       Девушка стисла зубы, когда тело снова пронзила странная боль, а слабость не давала возможности передвигаться нормально. Но она молчала, и послушно шла только вперёд, при этом разглядывая сперва спину идущего спереди командира, а после и сам город, что поразил её своим величием едва она открыла глаза.       Эти необычные статуи, что говорили, казалось, сами за себя, эти бьющие холодной водой фонтаны, на чьей глади прытко бегали бисеренки солнечного света и отображалось чистое без облаков небо. Эта растительность: цветы в клумбах, высокие и низкие кустарники, интересные дома, где из открытых окон выглядывали жители этого так званного Золотого города, эти сооружения, что не сыскать в родном городе Рамоны. Эти обелиски и обплетеные цветами и выстроенные в два ряда колонны, что чем-то напоминали две стоящие паралельно друг другу ротонды. А между них сделанная площадь залитая водой.       От всего этого Рамона не в силах была отовать глаз. Уж больно ей всё это нравилось. Нравилась эта архитектура и скульптура. Нравился этот хоть и горячий, что не чудо для пустыни, но чистый воздух. Нравилась эта округа города и его жители, хоть пока большая часть из них, что проходили мимо, смотрели на неё как на подсудимую. Как на какую-то преступницу. Ну, а как могло быть иначе? Девушку ведут двое воинов, что ещё тут можно подумать? Эта реакция людей вполне естественная. Но, люди ли, они?..       «Вау... — неожиданно во взгляд Рамоны упала большая пирамида, что была будто отлита из чистого золота. — Так вот почему Золотая пирамида»       Её строение, как и сам город, было выполнено в весьма интересном стиле. Нет, его нельзя было назвать странным, скорее необычным и непривычным, так как такое девушка видит впервые. И это при том, что как советница царицы, она будучи как в коротких отездах, так и в длинных за своей продолжительностью командировках, повидала многое.       «Нет, этого не может быть. Его не существует. Этого города нет... Он не реальный...»       — Не стой столбом, иди, — девушку окликнули, а после Ашэй снова слабо толкнул её в спину и сам подался чуть вперёд. Темноволосая будто вернулась из далёких странствий обратно в серую реальность, и почти сразу одарила своего спутника гневным взглядом.       — Да иду я, иду, — возмутилась дама передёргивая худыми плечиками. Да, она правда виноватая что замедлила ходьбу, тем самим задерживая воина в исполнении его обязанностей, но с другой стороны, Ашэй тоже мог бы быть не таким заносчивым и придирчивым.       — Что у вас за шум? — на эти вопли обратил внимание и командир.       — Ничего, тормозим, — намек был в сторону Рамоны.       — Ну, знаешь ли, — советница который раз заёрзала, стараясь убрать руку наглеца.       — Так, ты, Рамона, успокойся наконец-то, иначе и вторую руку словлю и заломаю за спину. Поняла?       — Ашэй, ты опять за своё? Оставь её в покое и не смущай. Она ведь впервые в Золотом городе, прояви милосердие, — взывал к совести Гахиджи, стараясь говорить максимально спокойно, но в его голосе всё же промелькнуло что-то ещё. Что-то, что заставило услышать... волнение?       — Да, командир, — снова обещание исполнить приказ, но, сомнительно, что стражник его выполнит, а если и выполнит, то с большим трудом, ведь по его реакции можно судить что он не в восторге от всего этого. Ровно как и сама дама.       — Ам... Господин Гахиджи, верно? — вдруг, после затяжной паузы начала советница царицы. Мужчина глянул через плечо назад, едва услышал своё имя.       — Верно. Ты, что-то хотела, или просто решила уточнить?       — Хочу кое-что спросить, можно?       — Смотря какой вопрос у тебя возник. Но я догадываюсь, о чем ты хочешь сказать.       — Ам... Не знаю, о чём вы подумали, но скажите, что это за город?       — Это Золотой город, один из городов царства Египтуса. Первый сепат, — кратко ответил командир не оборачиваясь.       — Е... Египтуса? Может быть Египта? — недоумевала девушка. — Хотя я не препоминаю такого города в Египте, — Гахиджи заулыбался и тут Рамона почувствовала себя дурой, ведь скорее всего он смеялся с её рассуждений.       — Нет, я всё правильно сказал. Царства Египтуса. Ты всё поймёшь, уж поверь мне.       — Надеюсь на это, — тихо пробормотала себе под нос она, при этом мысленно ругая себя за то, что вообще спросила об этом.       Выдохнув, Рамона снова глянула вперёд себя и неожиданно, или наоборот, этого стоило ожидать, но она увидела большую толпу людей, что говорили между собой и кого-то ждали. И, были они такими же потерянными, как и сама девушка.       «Кто они, чего ждут? И о чем говорил командир? Какой Египтус? Что за город? Как я вообще тут оказалась?» — непроизвольный вздох вырвался изо рта, а паника сдавила горло. Вопросы один за другим рисовались в голове, но ни единого должного ответа на них не было, только пустота и звенящая тишина разума. Но она только в голове, в реале же, слух заливал шум и разговоры людей.       — Нужно её потом отвести к Осирису, — вдруг напомнил Ашэю командир. Услышав это, Рамона как ошаренная дернулась.       «Осирис — бог мёртвых, правитель загробного царства. Куда она хотят меня отвести? Убить?!» — всё чувства внутри завопили, вещая что-то не хорошее, если не ужасное.       — Передам её кому-то, — хмыкнул младший, сразу дав понять, что не будет этим заниматься.       «Да они точно психи! — тревога и страх жаром разлились по плечам, и спускалось всё ниже по позвонкам. — Нет, не хочу ничего! Никаких объяснений! Хочу домой!» — и это было песледним, о чём подумала девушка, прежде чем инстинкт самосохранения не сработал вновь.       Рамона нарочно наступила Ашэю на ногу, и последствия этого действия были примерно такими, какими она хотела их видеть. Воин споткнулся, подался чуть вперёд и был готов упасть, и в это самое время дама резко выдернула свою руку из его западни и оттолкнула мужчину от себя подальше, опосле принялась бежать от них куда очи глядят.       — Дура, ты что творишь? — крикнул ей в след гневный от такого Ашэй. — Вернись!       — За ней. Иначе она может что-то натворить. Город ей чужой, а Амир, как и Ра, нам этого не простит, — на полном серьёзе отдал команду Гахиджи. Напарник только кивнул и вместе они бегом последовали за ней.       «Проклятие, они бегут за мной! — Рамона на миг обернула голову назад и запреметив двух мужчин, ускорила бег, на сколько могла. — Нужно слиться с толпой и затеряться, там они меня не найдут, — нехитрый план почти за секунду созрел в голове. — Сволочи», — мысленно обозвав их, девушка как та игривая кошка начала пробираться сквозь толпу потерянных людей, при этом постоянно оглядываясь, не видят ли её те меджаи Египтуса. И к её счастью, она их не наблюдала.       — Нужно выйти и куда-то спрятаться, понадежнее, — шепотом сама себе отдала приказ советница озираясь и слегка толкая людей, чтобы протиснуться.       — Осторожнее, — крикнули ей следом. Это был какой-то мужчина с короткими волосами.       — Простите меня, я просто спешу, — виновато отрапортовала Рамона ни на миг не прекращая идти. Вперёд, только вперёд, пока она не выбралась из этой толпы.       «Так, куда же теперь?» — она огляделась по сторонам, желая отыскать хоть одного нормального человека, что смог бы ей всё пояснить, а то возвращать обратно к тем стражникам никак не хотелось, да и после её бегства было бы стыдно смотреть им в глаза.       — Вот она, Гахиджи! — в дали раздался до боли знакомый голос Ашэя. Рамона как ошаренная обернулась и ужаснулась, когда вновь увидела тех мужчин. Они двинулись к ней.       — Чёрт, чёрт, чёрт... — голос становился всё тише. — Нужно бежать, но куда? — думать было некогда и девушка снова принялась бежать. Быстро, как только могла. — Это пирамида! — только сейчас она поняла что находится на площади перед Великой золотой пирамидой.       Рамона задрала голову к верху, осмотрела сооружение снизу от основания и вверх, до сверкающего как многокаратная драгоценность пирамидиона. Это было по правде величественное строение, но её больше привлекла чья-то фигура. Кто-то стоял на балконе, но образа нельзя было разобрать.       «Может правитель? — предположила советница сворачивая вправо от себя и заходя в широкую улицу. — Снова стража?»       Впереди опять показались вооруженные с ног до зубов мужчины с копьями в руках, что охраняли какой-то вход. И у Рамоны были сомнения, что они среагируют на неё как-то иначе, чем Ашэй и Гахиджи. Тоже назовут сумасшедшей. Если, она не сыграет по другому. Не сыграет грязно.       — Эй, помогите мне, пожалуйста! — завопила девушка максимально соезливым голосом. — Прошу вас.       — Что случилось? — отозвался первый стражник, когда незнакомая им личность подбежала поближе.       — Там двое мужчин, они... Они гонятся за мной. Прошу, помогите, — темноволосая показала в ту сторону откуда прибежала. Охранники переглянулись и второй продолжил диалог:       — Идём, посмотрим. Вы, никуда не уходите, — он отдал приказ, нежели попросил, после чего оба быстрым и широким шагом пошли туда, куда показывала им дама.       — Нужно спрятаться, и побыстрее, — советница понимала, что этот её обман, или вернее недоказанность раскроется слишком быстро, потому, нужно действовать как можно скорее. Иначе она может сильно проплатиться за всё это. — Может сюда, — мигом поднявшись по небольшой лестнице, она скрылась за тем самым дверным проёмом, что сторожили те мужчины. — Главное, чтобы мне это потом боком не вылезло.       Нервно выдохнув, Рамона прошла дальше, чтобы не топтаться на пороге, и почти сразу в нос ударил запах эфирных масел, а взору показался широкий освещённый коридор с красивыми коллонам со странными синими струйками, что поддерживали потолок, а между них находились небольшие, подобные столикам выступы на которых стояли вазы с цветами.       —...туда, она не могла далеко уйти, — из улицы послышались шаги и странный свист.       «Проклятие», — спохватившись, молодая особа в миг сорвалась с места и побежала по коридору, при этом совершенно не понимая, куда это может её привести, и кто её может ждать впереди. Но это был единственный шанс спастись от толпы охранников, ибо если они сейчас её поймают, то на милосердие рассчитывать будет весьма глупо.       Забегая всё больше в глубь коридора, тело всё сильнее сковывало дурацкое ощущение, будто она даром сюда пришла. Да и всё её действия точно несоответствующие действиям нормальной зрелой девушки, которая давно не ребёнок. Рамона это признает, что поступает крайне не рассудительно и глупо, но сейчас ею руководит только страх, адреналин и полная потерянность, что не позволяет мыслить здраво. Не позволяет рассуждать логично. Да что там, не позволяет даже опомниться. А не то, чтобы что-то рассуждать, воспринимать и предпринимать. Крайне сложно сохранять холодный ум и обычное безразличие и холоднокровие, когда ситуация морально добивает сразу со всех сторон.       Очередная каменная арка осталась где-то позади. Наконец ощутив себя в безопасности, девушка остановилась возле одной из коллон, чтобы если не отдохнуть, то просто перевести дыхание, что давно сбилось. Казалось, она ощущала как сильно трещат лёгкие, как подобно отбойному молотку бешено колотиться сердце, готовое в любой момент вырваться из груди. Ощущала дикую слабость: органы будто сдавливало, мышцы были тяжёлыми, в боку кололо, а ноги ныли и болели. Но это скорее с не привычкы бегать. Но это мерзкое чувство, что вечно сводит всё тело, а порою, даже сотрясает мелкой дрожью.       Глубоко дыша, Рамона прислонилась спиной к стене и медленно сползла вниз. Села на холодный пол, вскинув голову и прижимая её к гладкому камню. В висках снова стреляло болью, а на глаза наворачивались слезы. Откуда не возьмись появилось дикое желание сдаться и просто принять неизбежное, ведь, вечно бегать она не будет, нужно что-то делать. Но, что? Куда идти, и к кому? Что говорить, и на что можно надеятся? Ни на один из этих вопросов не было ответа. Только тишина. Мягкая, дарующая спокойствие и утешительный покой, пустой и мимолётный. Или, это была отнюдь, что пропахла неизвестностью и... странностями?       Эта тишина была тут гостей частой, если не хозяйкой. Наверное, это было первым, что заприметила дама, пока какое-то время просто сидела на полу. Практически неподвижно. Разве что, сменив позу, на более удобную — прижав колени к груди и устроив голову сверху. Кругом было тихо, и даже очень, никто никуда не ходил, разве что изредка что-то ухкало и шарудело, заполняя коридор еле уловимым шорохом. Пока в один момент, всё не изменилось.       Где-то неподалеку послышались шаги. Рамона не отнимая головы от колен, выглянула одним глазом, заподозрив что-то нехорошее. Этот шум, скорее всего исходил из другого коридора, где рядом с входом в него как раз таки и сидела советница. Насторожившись и прислушавшись, она поняла, что идут к ней, пускай пока и далеко. Сердце пропустило удар, а тело на миг онемело. Темноволосая особа резко подняла голову, опосле и сама встала на ноги, прижалась обратно к стене. Было чертовски страшно, но больше всего пугала эта неизвестность.       «Уходи», — тихо сказал внутренний голос, и Рамоне больше ничего не нужно было, только начать действовать.       Торопливо, стараясь лишний раз не шуметь, она стала шагать вдоль стены, ведь понимала, что её бег привлечёт не нужное внимание. Но с другой стороны, так её поймают быстрее, если она не поторопиться. И она ускорила шаг. Одно из-за страха, а второе... Оно ей надо? Встречаться ещё с кем-то. Результат всё равно будет одинаковым, с какой стороны не глянь — скажи она правду и её снова примут за сумасшедшую, а после начнут куда-то вести, «как и других людей». И что это ей даст? Да, возможно она бы правда узнала больше, но пока сложно кому-то доверяться в особенности, если ты с «закрытыми глазами» и не видишь никого и ничего.       —...возможно, он и прав, — отрывок диалога коснулся мочки уха. Это где-то впереди.       «Гадство. И куда теперь? — бежать больше некуда. И вот теперь девушка по правде растерялась, думая, как ей лучше поступить. Сдаться или продолжать свою игру дальше? — Что же делать?» — на ватных ногах молодая дама попятила назад, при этом не сводя глаз и слушая этот шум. Шла, пока неожиданно для себя не упёрлась во что-то, или вернее в кого-то. Рамона дрогнула.       — Ты что здесь делаешь? Тебя кто пустил? — сурово начал говорить воин и положа руку на плечо девушки, развернул её чтобы взглянуть на её лицо, решив, что это может быть кто-то из новых служанок.       Советница занервничала, шаря по лицу воина влажными глазами. Изучала, и как в тумане видела эти черты: широкий лоб, прямой нос, низко посаженые кустистые черные брови, что гневно опустились к переносице, делая взгляд миндалевидных, ярких индиговых глаз, что манили больше всего, острым как бритва. На них произошла осечка. Рамона сглотнула, продолжая спускаться глазами по выраженных острыми скулами щеках ниже к бледным, но пухлым, непривычным для мужчины губам. Потом по волевой линии челюсти, что переходила в мощную шею с острым кадыком и, на удивление, изящные плечи, что сейчас спрятаны под сверкающим доспехом, который показывал высокий статус этого мужчины. Он был красив, и эти чёрные вьющиеся волосы, что небрежно спадали водопадом вниз по спине и плечам и, обрамляли лицо, дополняли его образ.       — Ты кто такая? — всё же на прямую спросил мужчина, чуть наклонив голову в бок. Прицениваясь.       — Никто. Я заблудилась, — почему-то решила признаться девушка, оборачиваясь.       — Одна с тех людей, — прошептал про себя воин опуская свою ладонь ниже к её руке.       — Отпустите! — прикрикнула дама и тут же прикусила язык. Она забыла, что этим пренебрегает своей осторожностью. — Я случайно тут отказалась.       — Так, не кипишуй, — он дёрнул Рамону за руку, слегка потряс. — Что-то слабо вериться мне, что ты тут случайно забрела. Охрана бы не пустила. Идём ка со мной, будем разбираться со всем.       — Да не пойду я с вами! — снова сработал инстинкт самосохранения и советница который раз попыталась вырваться, но хватка этого незнакомца была словно железная.       — Нужно, моя хорошая, нужно, — холодно продолжил он, насильно подталкивая Рамону вперёд.       — Да отпустите вы меня! — уже гневно рявкнула на него темноволосая.       — Успокойся, я не не сделаю тебе ничего плохого, — его верхняя губа чуть дрогнула. Видать он сдерживался, чтобы не закричать на Рамону тоже. Хоть желание и было, но либо характер не позволял, либо статус. И что-то подсказывало, что скорее второе.       — Отпустите!       — Вот же несносная, — воин свободной рукой схватил её за талию, желая закинуть себе на плечо, но Рамона, хоть и казалась безобидной и хрупкой на первый взгляд, имела ужасный характер, где её упрямство, настойчивость и не умение проигрывать не раз её спасало. И примерно столько же раз подводило.       «Сложить от бессилия руки я всегда успею, а сейчас...» — без каких мыслей и слов молодая дама ударила воина по руке и подобралась к стене насколько могла и тут же схватила белоснежную вазу, что из личных рассуждений, что досель были мутными, она была ей нужна.       Пальцы аккуратно обвили тонкое горлышко, после чего Рамона резко перевернула её. Пять белоснежных лилий вместе с водой упали на пол. Ваза была пустой, и сейчас послужила как орудие.       Одним махом девушка ударила высокого стражника по голове. Не особо сильно но достаточно чтобы оглушить. Мужчина отпустил её и колебаясь отошёл от неё и попутно хватаясь за голову прислонился к стене. Похоже от удара он будто потерялся в пространстве.       Он промычал что-то несвязное, после чего медленно сполз по стене вниз.       «Дура, идиотка!» — расслабив руки, девушка выпустила вазу, из-за чего хрупкая вещица упала на пол и разбилась.       — Что я натворила?.. — она дрожащими руками закрыла рот, медленно отошла назад.       —...там какой-то шум, — снова чей-то голос вывел советницу из собственных странствий обратно в реальность.       — Чёрт... — испугавшись того, что сейчас будет, Рамона быстро забежала в тот коридор из которого вышел высокий воин, которого она благополучно огрела вазой. И из-за чего? Из-за своего необоснованного страха? Нервов? Злости, что с ней поступают как с тряпичной куклой? Да...       — Туда! — за спиной раздались голоса стражников и шаги. Нет, бег. За ней бежали и мало того, её догоняли гораздо быстрее.       Её силы были уже на исходе. Тело и мышцы жутко ныли, голова болела и кружилась, а к горлу поступала тошнота. И сложно было сказать из-за чего всё это. От обстановки? Жары? Возможно. Но от этого не лучше.       — Держи её, — голос исказился. Всё кругом поплыло, и эти стены коридора будто сжимались.       — Не дайте ей уйти, — снова крики, что набатом ударили по ушам. Громко. И это было последним, что Рамона услышала, перед тем как силы не покинул её окончательно, и она не упала на холодный пол, теряя сознание.

***

      На дворе уже стояли вечерние сумерки. Небо медленно окрасилось нежной пастелью и уже целовало кривую кромку далёкого горизонта, а густые, но рваные облака трепал ветер. Город потихоньку засыпал: людей на улицах было не так много, в основном только дети, что радуются вечерней прохладе и вязким теням, что как живые окатили землю.       В тронном зале было светло и от части прохладно. Большие колонны с резьблениями и синими нитями струящейся по ним магии поднимались до самого потолка. Шаги слуг эхом пускались и скользили по стенам, глянцевом полу и извилинах расписанных цветной росписью фресок. Правитель свернул большой свиток, который буквально десять минут назад, ему передал писарь.       — Так, думаю, что с этим вопросом нужно будет подойти к министрам. Похоже возникли какие-то проблемы с отчётами, — ровно произнес фараон, подняв глаза на женщину стоящую рядом, беря с её рук очередной свёрток.       — Вот, это последний, — отрапортовала она. — А по поводу отчётов, то я с твоего позволения сама схожу. Я всё равно хотела ещё зайти в библиотеку.       — Хорошо, будь по твоему, — улыбнулся мужчина открывая свиток, как дверь в зал открылась. Находящиеся в помещении супруги удивлённо переглянулись и взглянули на широко открытый проход.       — Может слуги? — предположила женщина. Но её домыслы в одно мгновение развеялись, когда на пороге появился запыхавшийся стражник.       — Мой господин, — начал говорить молодой парень шагая ближе. Фараон нахмурился и отдал свиток обратно жене, что стояла рядом по правую руку.       — Видать случилось что-то важное, раз уж ты посчитал необходимым нагло отвлечь меня от дел, — хмуро произнес фараон когда воин упал перед ним на одно колено.       — Простите, я... Я бы не посмел...       — Говори, — холодно перебил юного парня правитель.       — Слуги и некоторые воины, что осматривали пирамиду, несколько часов назад наткнулись на одну особь... Её нашли в западном крыле Великой пирамиды... Одну. Такого ещё не было, — кое-как пояснил охранник нервно перебирая пальцами, и сжимая длинную рукоять боевого копья.       — Девушка? Одна из тех людей с Земли? — с недоумением упросила жена фараона.       — Неизвестно, госпожа Санера, в списках она не значиться. Возможно чужеземка с другого государства, — отрапортовал воин.       — Но почему вы не привели её раньше, когда нашли? — вновь спросила царица.       — Она была без сознания, потому воины отвели её к Осирису в лазарет, госпожа. И сейчас, когда она очнулась, стражники решили сообщить об этом Вам, мой фараон, — вторая часть речи была адресована правителю.       — Приведите её сюда, после этого можете быть свободными, — равнодушно продолжил мужчина.       — Да, мой господин, — парень в миг поднялся на ноги, скрылся за дверями и подозвал к себе кого-то.       — Ра, я тогда пойду и отнесу свитки, за одно и разузнаю о той проблеме, — Санера бегло свернула манускрипт и подняла глаза на мужа. Бог солнца выдохнул.       — Конечно, маликати, ступай. Я тут сам разберусь, — мягко улыбнулся он жене.       — Скажешь мне потом, — фараон только утвердительно кивнул в ответ.       Собрав все нужные рукописи, царица торопливо вышла из тронного зала, как в тот самый час, двое других стражников, помимо того, что сообщил новость завели девушку, держа под руки. Сама она практически не шла.       — Оставьте её и пока не тревожьте меня, — попросил Ра, едва его подданные остановились возле небольшого возвышения перед троном.       — Да, Ваше Высочество, — воины отпустили незнакомку на пол и отклонившись, поспешно удалились с вида, оставляя правителя наедине с девушкой.       С хлопком двери, зал в миг наполнился зыбкой тишиной, что нарушал лишь тихий стук. Ра перебирал пальцами, постукивая ими по подлокотникам трона, наблюдая, как темноволосая особа приходит в себя.       — Ммм... — опираясь на руки девушка медленно наднялась и села на колени, вскинула голову и потирая лоб ладонью, всё ещё смотрит в пол.       Мужчина с интересом наблюдал за гостьей, но молчал, решив дать ей время на раскачку. Всё же она не была похожа на воровку или преступницу. Ра узнал её сразу. Узнал эту землянку.       Рвано выдохнул, молодая дама снова промычала не то от боли, а не то от своего состояния, в которое она сама себя завела и подняла глаза. Почти сразу, она встретилась с суровым взглядом сидящего на троне мужчины. Оцепенение сковала тело, ужасом наполнился её взгляд.       «Это же, он... Он был тогда в пещере, — она могла поклясться, что уже видела этого незнакомца. Это он был тогда на собрании богов. Он был тем главарём, которого все слушали и боялись возразить хоть словом. — Это точно был он и, если все другие были богами, то, неужели он тоже бог?» — ловила себя на мыслях Рамона, не опускаясь глаз с лица мужчины.       — Очнулась? — после промедления запросил ответ правитель.       — Д... Да... — промямлила девушка.       — Хорошо, значит поговорим с тобой, — Ра говорил тихо, чтобы не напугать свою гостью. — Как тебя зовут и откуда ты? — первые несколько секунд прошли в молчании. Советнице всё ещё слабо верилось во всё это.       — Ра... Рамона. Я из Александрии, — представилась землянка и медленно поднялась на ноги. — А вы? — как то неуверенно продолжила она.       — Я — бог Солнца Ра, правитель всего царства Египтуса, — властно проговорил Ра, наклоняя голову чуть вперёд. От этого Рамона немного растерялась, не зная как правильно на это реагировать. И неизвестно, сколько эта тишина продолжалась, если бы мужчина не заговорил первым. — Так, перейду к сути, ты знаешь для чего ты тут?       — Амм... Полагаю, из-за стражников? — почему-то решила сказать правду дама.       — Верно. И мне вот любопытно, что ты делала одна в пирамиде? Почему ты не была с другими людьми на площади?       — А почему это я должна была быть там?       Злость и обида вулканом вырвались наружу, и советница в одно мгновение закрыла рот руками. Испугалась собственного тона и того, что посмела заговорить так с правителем и богом. Хоть ей пока слабо верилось в это. Но, с другой стороны, держать всё в себе тоже было глупо, да и по правде говоря сложно: всё искажало её холодный разум. Никто ничего не говорит толком и не поясняет, а только тычет пальцем, что и когда она должна делать.       — Простите, Ваше Высочество, — девушка опустила руки, сцепила их в замок на поясе. Взгляд карих глаз поник, упал под ноги.       — Скажи, что ты знаешь об этом месте? — вдруг смягчил правитель.       — Ничего, клянусь вам. Я ничего не знаю. Не знаю как тут оказалась, кто все эти люди и что хотят от меня. Я не знаю абсолютно ничего. Я просто хочу домой, — горячие слёзы всё же скатились по щекам вниз. Рамона и сама не поняла как подала эту слабину, но, скорее всего из-за того, что сейчас, она как никогда прежде хочет вернуться домой, к своим родным и друзьям.       — Значит, ты одна из последних. Что ж, это многое поясняет.       — Одна из последних? Что это значит?       — Я поясню тебе всё, но сперва я хочу знать, как ты пробралась в пирамиду, — девушка успела открыть рот, чтобы начать говорить, как её тут же перебили. — Но учти, советую тебе сказать правду, ибо я всё равно узнаю всё от меджаев. Так что врать, тебе нету смысла, Рамона, — брови монарха снова опустились к переносице, будто этим он намекнул, что в случае лжи пощады ожидать не стоит. Только наказание или даже плаху.       Гостья фараона выдохнула, и нервно потирая большой палец левой руки, рассказала обо всем: как искала девочку Наю, как случайно забрела к богам, как встретила Анубиса и как оказалась в пирамиде. Рассказала всё, за исключением того инцидента с вазой, надеясь, что хоть это как-то обойдет её стороной. Но, теперь, после чистосердечного признания, может ли она рассчитывать на милосердие?       — Это, всё? — уточнил Ра.       — Да, Ваше Высочество. Я сказала всё, и это чистая правда. И я готова понести любое наказание за это.       — Наказание? — монарх тихо засмеялся чем вызвал у своей слушательницы неподдельный шок. — Я прекрасно знаю, что ты за личность, Рамона, поэтому, на первый раз я войду в твою ситуацию и не стану выдвигать какие-либо обвинения, но, я надеюсь, что в следующий раз от тебя больше не будет подобного. Впредь будь осторожна со своими действиями, они ведь тоже имеют свои последствия. Не забывай об этом.       «Следующий раз? О чём он?» — дама растерянно хлопала ресницами, пытаясь понять про какой следующий раз идёт речь и почему её помиловали.       — Ну пугайся так, — заметив потерянность своей гостьи, фараон поднялся на ноги, подошёл поближе. — А сейчас, я хочу тебе всё пояснить. Ступай за мной, — Ра направился в сторону стены, землянка пошла следом, неотрывно смотря за спину монарха. Только сейчас девушка заметила на стене между коллон рисунки и фрески.       «Война между богами...» — бегло прочитала надпись Рамона, едва они остановились, а Ра тем временем продолжил:       — Как ты уже могла заметить, ты не находишься в своё родном городе, а это место где ты сейчас оказалась — Золотой город, один из сепатов великого царства Египтуса, чьи грани ты можешь видеть перед собой, — фараон обратил внимание своей гостьи на своеобразную карту на стене, а сам стал рассказывать дальше: — Когда-то, все люди, как и боги, пускай их никто и не видел, жили на Земле в мире и благодати и правили бок о бок. Это было время процветания и великих свершений, что никого не оставляли равнодушным. Боги помогали смертным, а те в свою очередь чем могли, тем помогали нам, и пускай мы не нуждались в этом, люди всё равно продолжали это делать. И, казалось бы, всё прекрасно, и жизнь стала отражением рая. Только, там где есть свет, всегда будет и тьма.       — А что, произошло?.. — девушка глянула на правителя.       — Апофис. Мой вечный враг — бог мёртвых, хаоса и порождение самой тьмы, — голос затрещал от злости и бог Солнца на время замолчал. Рамона тем временем вновь отвернулась к фрескам. — Апофис, не хотел так просто мириться со всем. Он считал, что всем обделён, ведь был уверен в том, что люди больше нуждались в свете, нежели в темноте. Думал, что они больше почитали меня, как бога Солнечного света, а его, вечно оставляли только в тени, и это его злило больше всего. Он не понимал, что тьма и свет равны, и имеют одинаковую ценность, потому каждый раз он пытался подтоптать под себя Египет и стать его единогласным правителем. Каждый раз мы сражались, и каждый раз он терпел поражение, но всегда, как феникс воскресал из пепла. Но, однажды, он решил сыграть по другому и подписал договор с одной из лика святых. С принцессой Изис, девяносто лет назад.       — Одджит... — выдохнула Рамона вспоминая старую легенду о тьме, что выбравшись однажды, захочет уничтожит мир.       — Да, она. И, этот феномен был предсказанный, боги Египта знали, что рано или поздно Апофис выполнит задуманное, заставит богов сражаться против своих, — громко подтвердил слова собеседницы правитель Египтуса.       «Против своих? Да... Фараоны и их семьи ведь были посланниками богов. Их приспешниками. Это, многое поясняет, например почему Изис была своей, и была так важна для Апофиса. Об этом также говорилось в пророчестве. И именно потому боги выбрали Избранную», — мысленно разъяснила для себя Рамона, хоть пока не понимала главного: как она оказалась в этом... Золотом городе.       — Простите, но к чему всё это?       — Давай всё по порядку. Как я и сказал, в один момент, Апофис решил сыграть по другому. Боги попытались свергнуть его, но Одджит, в которой течет кровь двоих, кровь святых и темных не позволила навредить «любимому». И этот момент, стал переломным не только для всего Египта. Тогда грань мира пошатнулась и вся вселенная, всё живое и неживое было под угрозой и боги пантеона, как и я, не могли допустить этого. Пришлось вмешаться вновь, — Ра без объяснений пошагал чуть в бок, к другой фреске, где в этих тонких линиях, Рамона узнала сцену суда.       — И что вы сделали? Ну, чтобы одолеть Апофиса?       — Апофиса нельзя одолеть, Рамона, вернее, его нельзя убить, он всегда возвращается. Вот почему и Одджит возвращается каждые двадцать лет, она подписала договор с тем богом, которого невозможно убить, даже ударом в солнечное сплетение. Это его сила, его кровь и она течет в ней. Возвращается он, возвращается и она. Понимаешь?       — Удар с солнечное сплетение? — удивилась Рамона.       — Так убивают богов.       — Разве бога можно убить, как обычного человека? Я думала, что они бессмертные и могут перерождаться.       — Да, боги перерождаются, но при определённых условиях, их тоже можно убить, и тогда они не смогут переродиться вновь, — пояснил монарх. — Но я отвлекся, — Ра вернулся к преждней теме рассказа, — Так вот, ты спрашивала, что сделали боги. А вот что, приняли решение, чтобы сломать грань прошлого настоящего, и перенести царство Египта в другое измерение, в надежде, что это спасет мир от той гибели, о которой так жаждет Апофис. И это место, должно было бы стать домом для каждого жителя Египта.       — И вы... Сделали это? — ещё больше удивилась такому советница.       — Тогда, почти столетие назад когда Одджит напала впервые, мы этого не сделали. Так как стоит понимать, что дело это не лёгкое и такое влияние на мировую основу имело бы свои последствия. Также стоит понимать, что в таком нужно решение всех богов, и большая часть, тогда была против того, чтобы это делать. Они желали оставить всё как есть. Но это было рискованно, и потому, боги, вынуждены были прийти к одному решению, как лучше поступить в данной ситуации. Они решили, что перенести царство они всегда успеют, и что это будет как крайний вариант на тот случай, если противостояние Апофису и Одджит станет невозможным.       — Им... Обоим?       — Да, в этом кроется вся тайна: большую опасность несёт не Одджит, а Апофис. Ибо Изис, или же сейчас Одджит, коим именем она себя назвала, только игрушка в руках власти. Поверь, может мой враг и даровал ей силу, но он также может её отнять. Поэтому, люди, как и боги, в самом начале допустили ошибку, когда легко списали Апофиса, решив, что он больше не навредит им, и что Одджит стоит бояться больше. И, наверное, этого добивался Апофис. Что о нем забудут, чтобы снова напасть.       — То есть, Одджит как марионетка в его руках?       — Да, и эти нити что повязали её, может быть и тонкие, но только Апофис в силах разрезать их, — перевернул эту медаль Ра.       — Как всё сложно, — навязчиво выдохнула девушка.       — Эта система уже десятилетия заводит один и тот же механизм. Всё повторяется: Избранная и Одджит возвращаются, сражаться, но всё всегда заканчивается одинаково — смертью обоих. Эти сражения, всего лишь разные версии одного и того же финала...       — Это одна и та же песня рождения и смерти, — Рамона озвучила мысль в слух. Монарх кивнул. — Но, вы так и не сказали главного, что случилось с Египтом? Вы же хотели перенести его, так?       — Тогда, я и перенёс его. Вернее, только его часть, чтобы люди вместе с богами смогли создать для своего народа условия для проживания. Только, этот перенос был с очень большим скачком во времени вперёд. Примерно две тысячи лет.       — То есть будущее? — кивок послужил ответом. — То есть, если я правильно вас поняла, то часть царства жила в будущем, в другом измерении, а вторая часть в прошлом? — Ра снова только кивнул. — Но, почему так? Разве не лучше было перенести всё, раз уж вы решились на этот шаг?       — Как я сказал, это бы сильно изменило мир, и его прошлого, больше бы не было. Понимаешь? — теперь кивнула уже Рамона.       — И тогда, был построен этот город?       — Да, когда часть царства перенесли в Египтус впервые, то тогда был построен Золотой город.       — А, как люди отнеслись к этому? Ну, что их жизнь изменилась так кардинально? — удаленный взгляд карих глаз землянки досель блуждал по граням фрески, что ни капли не изменились за года.       — Каждый по разному. Одни с пониманием, одни с гневом и непониманием, а были и те, кто оставался по ту сторону добра и зла. Но всех объединяло то, что у них не было другого выхода, как повиноваться богам.       — А сейчас, вы перенесли людей во второй раз? — наконец поняв всю суть, Рамона продолжила расспрашивать, хотя ей до сих пор слабо верилось во всё это.       — Нет, этот перенос уже третий и последний. Второй раз мы переносили людей около двадцати пяти лет назад, и то из тех городов, где ситуация была самой напряжённой. А сейчас, всё царство Египта было перенесено сюда полностью.       — Но, что случилось с Египтом на Земле, если вы перенесли его сюда, но с таким скачком во времени?       — Сейчас на Земле только руины царства, что разбросанные по всему миру. Цельного царства больше нет. Теперь оно тут, со многими городами, но к сожалению, не со всеми жителями, — заключил Ра.       — То есть, как не со всеми жителями?       — Видишь ли, Рамона, — вдруг тише начал правитель Египтуса, будто специально выдерживая эту паузу. — Некоторых людей пришлось оставить на Земле для того, чтобы не изменить ход истории. Иначе, многое могло бы больше не существовать. Как к примеру Клеопатра, её история подошла к концу и её больше нет. На ней закончилась история царства Египта на Земле. Также, не каждый человек смог пережить этот перенос. К примеру ты, молодая девушка, тоже не перенесла его без последствий. Ты несколько часов не приходила в себя. А теперь представь, что случиться с пожилыми людьми и больными.       — Нет... — глаза в миг наполнился влагой, от осознания того, что настигло этих людей. — Смерть...       Рамона озвучила в слух то, что носила в своей голове долгие годы. Только тогда она думала о смерти не из-за этого переноса, а из-за Одджит. Она вспомнила сколько людей погибло по вине тьмы, и от этого сердце обливалось кровью, а тело сотрясала дрожь.       — Боюсь, на это так. Тут боги бессильны, ибо вернуть человеческую жизнь слишком дорого стоит, как бы цинично это не звучало. И порою эти жертвы, не стоят всего этого.       Рамона всхлипнула, вытирая со щёк солёные слёзы. Это этого разговора все внутренности будто сжались тугим узлом, а в груди, за ребрами словно был тяжёлый камень.       «Папа...» — в воспоминаниях вдруг показался образ отца.       — Ваше Высочество, то есть мне глупо надеяться на то, что я встречу тут кого-то из своих родных? — советница нарочно не упомянула отца и решила спросить об этом как в общем. А что, если его больше нет? А что, если они не встретятся здесь, в Египтусе?       Воздух между ними стал тяжелым и напряжённым. Пауза. Ра обречённо выдохнул. Уголки его губ дернулись, а досель горделиво расправленные плечи, чьи лопатки были вместе сейчас поникли, когда он ответил:       — Да, — это и боялась услышать Рамона. Боялась, что её мысли станут реальностью. Неужели, она правда может так легко потерять единственного родного ей человека?       — И вы так легко говорите об этом? — тело прошибло болью. — Гибнут невинные люди.       — Рамона, я понимаю тебя, и знаю что ты чувствуешь сейчас, но поймы, в мире, к сожалению, есть те вещи, которые даже богам не под силу изменить. От этого, никто не застрахован.       — Я понимаю, но и вы поймите, что сейчас я осталась не только без дома, но, возможно, ещё и без единственного родного мне человека. Осталась совершенно одна и...       — Хватит! — вдруг крикнул Ра меняясь в лице. Девушка дрогнула, испугавшись такой перемены эмоций своего собеседника. — Думаешь, мне это нравится? Нравится смотреть как гибнет мой народ? Поверь, если бы у меня была возможность, то я бы сделал всё, чтобы предотвратить эти бессмысленные смерти, — холодно высказался фараон. — Возможно мои слова прозвучат странно, но не я один заведую всем этим. Да, я — Бог-создатель, Творец, но есть вещи что не зависят от меня, и над ними я не властен. Но это решение, чтобы перенести царство... Я понимаю, что подобное принять сложно, но хочешь ты того или нет, ты должна смириться с тем, что это теперь твой новый дом. Пускай и не такой, о котором ты мечтала, Рамона.       — Да, я понимаю, это ведь единственное, что мне остаётся, — обиженно подметила девушка. — Но что мне теперь делать? В чужом городе? — монарх нахмурился.       — Подожди, — тут мужчина вдруг развернулся и пошагал к большим дверям, после чего отворил их и обратился к страже: — Позовите сюда генерала Амира, мне он нужен.       — Есть, Ваше Высочество, — последовало в ответ, опосле Рамона услышала торопливые шаги. Подданные пошли исполнять приказ.       «Амир, где-то я это слышала, — вытирая хрупкими ладошками слёзы, Рамона ловила себя на мыслях, что это «Амир» ей знакомое. — Точно, Гахиджи его упоминал», — вспомнив тот краткий диалог двух мужчин, девушка безошибочно отметила тот факт, что эту личность тут почитают. Его имя ставили на равные с Ра. Но, кто же он? Тоже бог?       — Сейчас, мы со всем разберемся, — из размышлений молодую особу вывел грубый голос бога Солнца.       — А? — девушка вскинула голову, удивлённо хлопая ресницами.       — Говорю, что мы разберемся с твоей проблемой.       — Спасибо, вы очень добры, Ваше Высочество, — голос поник, выдерживая паузу. Она была рада, но тот час сгорала от чувств стыда и обиды, и даже злости. — Но почему вы мне помогаете? Простой смертной.       — Я связан с твоим миром даже больше, чем ты можешь себе это представить, поэтому хочу помочь тебе, — Ра сделал акцент на последних четверых словах, будто, они интересовали его больше всего.       — Вы же Создатель, — сказала Рамана, решив, что именно на это намекает монарх. Но она ошиблась.       — Не только. Ты всё поймёшь, а пока, я советую тебе не нагружать себя прочей информацией и просто отдохнуть, — на лице собеседника появилась загадочная улыбка. Дама только кивнула, и ровно в тот момент в дверь постучали. Фараон окинул её взглядом и выдал краткое: — Входите, — дверь разошлась в стороны и на пороге появился воин.       — Вызывали, мой фараон? — начал незнакомец.       — Да, Амир, вызывал, — подтвердил бог Солнца, а воин шагнул ближе. Рамона застыла столбом, вглядываясь в лицо мужчины.       «Ток вот кто ты, Амир... Что ж, здравствуй, Сатана. Похоже, я попала в Ад...»