Хвостатые обстоятельства

      В тихой комнатке царил полумрак, нарушаемый лишь сонным дыханием хозяйки. Приоткрытая форточка впускала робкий ветерок, что, словно любопытный гость, скользил по ковру из плюшевых игрушек.       Посреди комнаты, словно оазис, возвышался стол, усыпанный декоративными цветами, — хрупкий островок уюта в море творческого беспорядка.       На фоне этого пестрого великолепия, раскинувшись вольготно, дремала рыжая лисица. Во сне она то и дело перехватывала лапами большого плюшевого человека, словно боясь упустить драгоценную добычу. Погрузившись в сладостную дрему, девушка, тихонько посмеиваясь, сжимала свою мягкую жертву.              Плюшевый бедняга видывал и лучшие времена: швы разошлись, виднелись следы зубов и потертости в самых неожиданных местах.       На прикроватной тумбочке, словно верный страж, замер будильник, выжидая свой час. Его корпус, испещренный «шрамами» от прошлых полетов в стену, хранил безмолвную историю утренних бунтов. Несмотря на потрепанный вид, он продолжал самоотверженно служить неблагодарной хозяйке, чьи биоритмы не совпадали с его пунктуальностью.       Рядом, нагло ухмыляясь, лежал его извечный соперник — сенсорный телефон, решивший взять бразды правления в свои руки.       Пронзительная трель разорвала тишину, настойчиво требуя внимания. Звук, отражаясь от стен, словно звуковая волна, обрушился на чуткий лисий слух.       Встрепенувшись, Дэш сонно моргнула, недоуменно переводя взгляд с будильника на трезвонящий телефон.       — Век тебе икать, гнида поздно звонящая! — прорычала лисица, сжимая горло плюшевого человека. — Вот только узнаю, кто посмел!       Протирая слипшиеся от сна глаза, разгневанная фурия схватила телефон, пытаясь высмотреть имя дерзкого нарушителя спокойствия. Но гнев мгновенно сменился удивлением. На экране светилось общее фото с Джуди, сделанное в парке развлечений. Обе, измазанные сладкой ватой, сияли от счастья. Злые мысли улетучились, уступив место тревожному вопросу: «Что могло случиться, если Джуди звонит в такой поздний час?»              В голову заползла догадка, ледяным ужасом сковавшая сердце Дэш.       Прочистив горло, она нажала на зелёный значок, маниакально долго горевший на экране.       Минута тягучей тишины, пронизанная частым, взволнованным дыханием, исходившим от загнанной крольчихи.       — О! Привет, Дэш! — встревоженное пыхтение Джуди то и дело прерывалось треском связи, внося последнюю, раздражающую каплю в переполненную чашу лисьего терпения, истощившегося ещё на рассвете. — Как ты, подруга?       — Если ты сейчас же не скажешь, что случилось, я брошу трубку… — любопытство медленно уступало место желанию забыться в объятиях сна, вырываясь протяжным зевком. —… Джу, это правда так важно?       Переведя взгляд на истерзанную игрушку, Дэш бережно укутала её в одеяло, ласково поглаживая по обкусанной голове.       — Ну, знаешь… Мне кажется, Ник с Сашей снова решили «погулять». В общем… вот.       Услышав подтверждение своим самым мрачным предчувствиям, Дэш судорожно схватилась за длинные уши, вжимая их в макушку. Клыки застучали, а когти впились в прижатые к морде локаторы.       — Да чтоб у него хуй на пятках вырос: чтоб как ссать, так разуваться! — одним рывком сбросив одеяло, девушка вскочила на задние лапы, запуская ни в чём не повинный будильник в привычный для него полёт к деревянному шкафу. — Алё! Ты там на связи?       Зная не понаслышке взрывной характер своей «слегка» эмоциональной подруги, Джуди терпеливо ждала, пока та не придёт в состояние относительного спокойствия, необходимого для продолжения разговора.       — На связи, — тихо отозвалась поздняя пташка с кроличьими ушками. — В общем, надо их вытаскивать! В прошлый раз всё могло закончиться очень плохо, — поддавшись захлестнувшим её эмоциям, крольчиха прошептала: — Я не хочу, чтобы Нику снова было больно.       Услышав имя наглого лиса, Дэш скривила мордочку в гримасе отвращения, закатывая глаза.       — Мне плевать на эту шайку-лейку идиотов, — запнувшись, Дэш выпалила: — Абсолютно насрать!       Вопреки словам, девушка яростно закусила нижнюю губу, и под натиском острых, словно бритва, клыков, на подбородке проступили кровавые капельки. Пушистый лисий хвост неистово метался из стороны в сторону. Уши, словно живые, пытались поймать неуловимую частоту. От нервного напряжения, готового вылиться в агрессию, девушка впилась когтями в кисть правой лапы.              В то время как в душе Дэш бушевала яростная буря, Джуди, словно тихая гавань, терпеливо ждала, не желая подливать масла в огонь своим напором. Последствия могли быть непредсказуемы.       Почувствовав себя беспомощной, словно ребенок, Дэш потянулась за будильником, но замерла, как громом пораженная, вспомнив его недавний полет в сторону стены.       — Чёртов идиот! Мы же договаривались… — Дэш, с силой массируя переносицу, страдальчески засопела, отказываясь верить в то, как легко поверила человеческим обещаниям. — …Лжец…       — Эм… Так ты поможешь? — зная ответ почти наверняка, Джуди, словно юркий зайчик, грациозно подскочила с кровати, направляясь к выходу из их скромной квартирки. — Ну, пожалуйста, Дэш!       — Ну, так уж и быть, — ровный голос лисицы не выдавал тех демонов, что терзали ее изнутри. Пылая от ярости, она признала свое поражение, стараясь сохранить хоть крупицу самоуважения в интонации. — Все равно хотела проветриться. Звякни, когда выберешь место!       — Отлично! — голос Джуди зазвенел, словно праздничный фейерверк. — И еще раз спасибо, подруга!       — «Спасибо, подруга!» — передразнила Джуди Дэш, чувствуя, как гнев постепенно отступает. — Не булькай, ушастик.       Ожидая координат, Дэш бросила взгляд на шкаф, смирившись с перспективой быть сонной мухой на работе.       Медленно направляясь к гардеробу, она наступила на останки злополучного будильника, разлетевшегося на осколки от силы удара. Острый кусок стекла вонзился в босую лапу, обжигая огнем, заставляя девушку на мгновение замереть от боли. Она рывком выдернула осколок, глядя на него, как на провинившегося щенка.       — Да-а, время явно играет против меня, — выбросив деталь в дальний угол, Дэш продолжила свой путь. — Надо будет новый будильник купить.       Шкаф Дэш был забит разнообразной повседневной одеждой. От пестроты красок у нее зарябило в глазах, и с губ сорвался тихий вздох. Раньше она перебивалась рваными футболками, чередуя их с днями, когда довольствовалась лифчиком и шортами. И хотя жизнь, казалось, налаживалась, шкаф долгое время оставался полупустым. Прошлые привычки, словно тени, преследовали ее, влияя на поведение и выбор. Но что-то изменилось, заставляя ее тратиться на вещи, которые раньше она бы и не подумала надеть. Тогда-то ее и осенило осознание, явившееся в лице появившегося в ее жизни существа: это осознание повергало бунтарку в негодование и легкий трепет. С тех пор каждый месяц шкаф пополнялся новыми нарядами, отчего Дэш чувствовала себя полной дурой.       Подводя итог, она тихо прошептала:       — Модница херова, — небесные очи скользнули по вороху футболок и маек, вынося новый вердикт. — Ну, хоть сидят неплохо…       Схватив джинсы и черную футболку, Дэш, словно молния, облачилась в них. Два полушария ощутили пьянящую прохладу свободы.       — Мать твою! Лифчик! — выудив из хаотичной груды белья приглянувшийся бюстгальтер, она занесла лапу, но замерла, услышав настойчивый стук в дверь. — Да что ж вы, издеваетесь?!       Удары в дверь повторились, отвлекая хищницу от сборов. Раздраженная переизбытком спешки и негатива, она, тяжело топая, направилась к двери, позабыв о злосчастном бюстгальтере.       Резко распахнув дверь, чуть ли не выбив ее с петель, Дэш испепеляющим взглядом окинула позднего гостя. В поле её яростного взора попал мышь, от неожиданности отшатнувшийся на пару шагов. Его очки съехали на кончик носа, а в лапах он нервно теребил подол ночной рубашки.       Растрепанные рыжие волосы лисицы торчали во все стороны, а взгляд из-под нахмуренных бровей обещал немедленную расправу. Тут мужчина понял, что нужно поспешить с речью.       — Добрый вечер, соседка! — на его морде дрожала неловкая улыбка, предательски выдавая неуверенность. — Простите, что отрываю от ночных дел, но не могли бы вы, пожалуйста, чуточку потише? Пожалуйста… — выпирающие сквозь тонкую ткань черной футболки соски, застывшие от холода, смутили его, взгляд заметался. — Просто мои дети проснулись и вряд ли смогут уснуть под этот грохот и крики. Еще раз извините!       Переминаясь с ноги на ногу, он чувствовал себя неловко под гневным взглядом соседки. Хотя еще минуту назад был полон решимости призвать к порядку шумную хулиганку, потревожившую его семью.       — А может, тебе еще и поебаться завернуть, дорогой? — сквозь зубы процедила Дэш, разворачиваясь к своей квартире, намереваясь поставить точку в этом затянувшемся, по её мнению, диалоге. — Мы закончили?       Голубые огоньки глаз, в которых бушевал настоящий шторм, выжидающе уставились на мыша.       От такой наглости сосед опешил, потеряв дар речи. Съежившись от страха, он казался еще меньше в глазах разъяренной фурии. Испепеляющий взгляд нахалки не на шутку испугал его, заставив отступить еще на шаг, но он все же попытался настоять на своем, не понимая, насколько хрупок лед, на котором он стоит.       — Простите, но что я вам такого сделал?       — Начнем с того, что ничего, — неожиданно Дэш захлопнула дверь прямо перед его носом, обдав бедолагу порывом ветра. — Закончим вот этим! — донесся приглушенный рык из-за двери.       Сконфуженный грубым и резким отпором, мышь пробормотал жалкое:       — Ладно, извините за беспокойство…       Несмотря на кипящую в душе злость на эту взбалмошную нахалку, воспоминания о её редких проявлениях учтивости и даже ласки к его детям — украдкой подсунутая конфета, доброе слово — давали ей крохотный карт-бланш на хамство.       Тяжело вздохнув, мужчина побрёл жаловаться жене на эту зловредную соседку, словно на занозу в боку.       Захлопнув дверь, Дэш торопливо натянула лифчик. Выскочив на лестничную клетку, она вызвала лифт. Цифра, застывшая на отметке «12» которая, словно издевалась над её спешкой. Яростный удар лапой по дверям не принёс желаемого результата, лишь вызвал противный скрежет застрявших створок.       Хвостатый самовар закипал, клокоча внутри. Гневный рык сорвался с губ, эхом прокатившись по лестничной клетке. Пальцы с остервенением впивались в кнопку вызова, лоб прижался к холодным, бездушным дверям лифта. И вдруг — надломленный, тоскливый всхлип. Предательские слезы обожгли дрожащие губы. Лишь недавно такая уверенная в себе, она в одночасье сбросила маску. Защитный механизм, годами работавший без сбоев, дал трещину, обнажив детские страхи и переживания.       Нежданный гость, словно свалившийся с луны, ворвался в её жизнь, перевернув всё с лап на морду, раскрасив серые будни яркими красками и чувствами. Тоска и уныние отступили, уступив место новым целям и давно забытым эмоциям. Он, настойчиво занимая место рядом, выводил её из себя, отвлекая от мрачных мыслей.       Услышав долгожданный сигнал приближающегося лифта, Дэш облегчённо выдохнула. Но стоило ей расслабиться, как кабина замерла этажом выше, сорвав с её губ сочное ругательство.       — Дерьмо! — Снова удар в дверь, и она, смирившись, выпустила из горла солёную волну слёз, растеряв остатки былой ярости. — Дыши, девочка… Просто дыши.       Звон колечек, продетых в длинные уши, отозвался тихой трелью на лестничной клетке, когда лисица мотнула головой, пытаясь унять дрожь. Эти колечки — странный каприз, рождённый из мимолетного комплимента человека. Тогда, польщённая, она украсила свои уши четырьмя блестящими кругами, по два с каждой стороны, наивно полагая, что это модно, увидев что-то похожее в глянцевом журнале, который толком и не открывала.       Задрав мордочку, она вновь упёрлась взглядом в ненавистный номер этажа, словно выжженный на сетчатке. Сверху доносился развесёлый гомон, подбрасывая хворост в и без того бушующий костёр её нервов. Представив себе возможное наказание, Дэш вдруг что-то вспомнила и пулей влетела в свою комнату.       Золотистые глаза лисицы впились в неподвижную фигуру, лежащую на кровати.       — Так, вроде уложила, — пробормотала она, заметив небрежно сбитое одеяло. Быстро поправив упущение, она накрыла «изделие» с головой. — Так-то лучше! Не скучай, Саша номер два!       «Саша номер два» — плюшевая игрушка, подаренная человеком на её день рождения со словами: «Смотри какая боксёрская груша!». Этот день стал первым по-настоящему счастливым днём рождения в жизни лисицы, и игрушка до сих пор хранилась почти бережно.       Постепенно вливаясь в обычную жизнь, Дэш познакомилась с отважной и невероятно чувственной крольчихой Джуди, чья доброта сияла ярче уличного фонаря. И с придурковатым прохвостом Ником, о котором она старалась даже не думать. Сегодняшний звонок нёс в себе клубок пробелов и недосказанностей. Что с ним случилось? Где? В каком он состоянии? Каждый прокручиваемый в голове вопрос, словно винт, затягивался всё туже, рисуя в воображении ужасные картины. Перед глазами вставали образы: человек, сбитый машиной, растерзанный таким же, как она, зверем. Зная о человеческой хрупкости не понаслышке, она была уверена, что этот дурачок и от собственного чиха мог погибнуть.              С каждой минутой, проведённой рядом с этим диковинным существом, зависимость оплетала её сердце, словно плющ старый дуб. Любовь нахлынула внезапно, безоглядно, как у девчонки, впервые увидевшей волшебство. Привычка вросла под кожу, стала второй натурой, и мысль о расставании казалась кощунством.       В неблагополучном детстве были выплаканы реки слез, перешагнуто через гордость ценой не лисьих, а крокодиловых слёз. Первый украденный кусок хлеба отзывался ночными рыданиями от осознания собственной низости. Первая драка — жалобными стонами от боли, утопающими в нескончаемом потоке слёз. Годы выковали сталь, научили экономить драгоценную влагу, но явился он — и перевернул её мир, словно тернистый путь оказался лишь кошмарным сном, у которого есть конец. Нужна ли теперь эта закалка? — вопрошала лиса, глядя на мир новым взглядом. Засохшая слезинка на щеке напомнила о тихих, пропитанных безысходностью вечерах, проведённых в компании пьяных и таких же отверженных, как она сама.       — К чёрту меланхолию! — резко хлопнув себя по щеке, девушка вскинула мордочку к потолку. — Только не хватало снова расклеиться, как сопливая девчонка.       Выйдя на лестничную клетку, она вновь увидела ненавистную цифру этажа, которая словно назло оставалась неизменной.       — Сука, ты чего там делаешь?       Стоявшая у своей двери мышка, словно парализованная, не могла выдавить из себя ни слова. Она случайно стала свидетельницей мгновенной слабости соседки. Замявшись, она робко подошла к ней со спины.       — Извините, — тихо пролепетала миниатюрная женщина. — С вами всё в порядке?       — Что? — некогда горевшие огнём глаза хулиганки померкли, став неразличимыми в полумраке лестничной площадки. — А тебе какое дело?       — Просто… может, что-то случилось с вашими родными? — испугавшись собственной бестактности, мышка поспешила исправиться: — Простите, что лезу не в своё дело. Можете не отве…       Но лиса перебила её поток извинений:       — Можно и так сказать, — неловко почесав затылок, Дэш виновато посмотрела в глаза соседки. — Извини меня за то, что наговорила твоему мужу и вам прямо сейчас. Я не всегда контролирую, что говорю и делаю. Вот…       — Да я уже простила!              Глубоко вдохнув, голубоглазая дерзила вернулась к жизни. Словно и не было той хрупкой тени, что жаждала сочувствия. На ее месте стояла воплощенная концентрация и наглая уверенность.       — Ладно! — выпалила Дэш, — Я понеслась!       Долгожданный звон лифта пронзил тишину, обещая освобождение. Окончательно стряхнув с себя остатки меланхолии, она юркнула в кабину, мысленно прощаясь с мышью.       Глядя в зеркало, Дэш изо всех сил старалась не встречаться взглядом со своим попутчиком, вся закипая от злости из-за задержки лифта. Им оказался мужчина пес средних лет с помутневшим от алкоголя взором. Его взгляд, словно примагниченный, скользил по выпирающим округлостям Дэш, игнорируя все остальное.       — Здравствуйте, мэм! Тоже любите ночные прогулки? — не встретив ответа, мужчина настойчиво повторил попытку: — Простите, я вас чем-то обидел?       С ледяным безразличием Дэш удостоила его мимолетным взглядом. В голове роились самые ядовитые слова, но, подавив импульс послать его куда подальше, она решила, что нужно учиться терпимости, пусть даже к подобным экземплярам.       — Нет, — замогильным голосом и с натянутой улыбкой ответила она, — Что тебе нужно?       Не обратив внимания на ее тон, пьяный мужчина сократил дистанцию, вторгаясь в личное пространство.       — Слушайте, а может, прогуляемся вместе! Вдвоем же веселее, правда? — его взгляд вновь похотливо ощупал ее формы, и на лице проступил хищный оскал. — Я знаю одно местечко, где нам точно не будет скучно!       Дэш на мгновение выпала из реальности. Слова, сорвавшиеся с губ незнакомца, отозвались в ней странным эхом, как будто давно забытая мелодия. «Вместе же веселее»: именно это говорил Саша, приглашая на прогулку, игнорируя ядовитое шипение лисицы во время протестов. В воображении голубоглазой девушки возникла теплая и немного наивная улыбка, заслоняя собой мерзкую гримасу собеседника.       На морде Дэш невольно промелькнула едва заметная полуулыбка. Пес, все это время неотрывно смотревший на нее, замер в восхищении. Ничего более прекрасного он прежде не видел.       — Так вы не против?       В его голосе звучало столько надежды и неподдельной радости, что не измерить никакими приборами. Но суровая реальность обрушилась на него мгновенно. Дэш ненавидела навязчивые ухаживания, особенно посреди ночи.       — Отвали, щенок.       От такого резкого отпора мужчина пришел в ярость. Вся доброжелательность как ветром сдуло с его лица. Схватив лису за плечи, он впился в ее глаза своими, в которых читалась грубая сила.       Из-за разницы в росте пьяный зверь почти упирался мордой в ее грудь, и, казалось, был не против такого развития событий.       — Не строй из себя недотрогу, детка! — прошипел разгневанный мужчина не дотягиваясь ей до ушей. — Давай по-хорошему!       Лучезарная полуулыбка-полуоскал навсегда отпечаталась в памяти горе-романтика. Не успел он и пикнуть, как кулак лисы обрушился на его нос с силой кузнечного молота. От оглушительного удара мужчина рухнул на дверь лифта, потеряв равновесие. Потирая нос, пульсирующий от боли, он не успел среагировать на удар в солнечное сплетение, который поставил жирную точку в их коротком «диалоге». Согнувшись от боли, он опустился на колени и попытался отмахнуться от разъяренного монстра, возникшего перед ним.       — Отвали, — алкоголь словно испарился, и его речь стала отчетливой. — Сумасшедшая!       Не обращая внимания на жалкие попытки сопротивления поверженного противника, девушка со всего размаху припечатала его кроссовкой в морду, отправляя в глубокий нокаут.       Бесчувственное тело пса не добавляло эстетики лифту, но Дэш было все равно. Сплюнув накопившуюся желчь, она, как ни в чем не бывало, продолжила ждать, пока лифт доедет до нужного этажа. На индикаторе загорелась цифра второго этажа. Не доехав до первого, лифт, скрипя старыми механизмами, остановился, и лисица от злости прикусила язык.       — Да, детка! — от переполняющей ярости длинноухая бестия ударила лежащего мужчину ногой, словно мяч. — Что может быть лучше, чем выводить меня из себя?!       Прозвучал сигнал открытия дверей. В лифт собирался войти молодой кот, но, увидев необычный лифтовой декор в виде трясущегося тела, замер на месте, застыв с поднятой лапой. В его глазах читался немой вопрос, адресованный девушке, которая делала вид, что ничего не произошло.       Дэш не стала вдаваться в объяснения.       — Он добровольно решил взглянуть на мир под другим углом, — тем не менее, ее нога, лежащая на трясущемся теле, говорила об обратном. — Ты заходишь? Или тоже хочешь прилечь рядом с этим дурачком?       Неуверенно взглянув на полуживое тело, юный кот поспешно отступил назад.             — Знаете, я передумал. Поезжайте дальше!              Отмахнувшись, девушка нажала на кнопку первого этажа. Ей ещё предстояло найти человека.