Страж призраков

      Это убийство оказалось простым в отличии от других. Конечно, было необходимо подтвердить с помощью собранных улик, что труп у бассейна и есть убийца, сам ставший жертвой, но это было уже только формальностью. Наметанный взгляд криминалистов быстро восстановил картину преступления, а улики лишь подтвердят их выводы. Дело можно было считать закрытым. Еще предстояло проанализировать действия психопата, разобраться в его мотивах, подробно все описать, систематизировать, настрочить рапорты, а также прошерстить круг общения маньяка, чтобы убедиться, что среди них не найдется восторженных подражателей, и сдать дело в архив, но это уже могло подождать и до утра. Дав отбой, Торн отправил команду отдыхать, велев раньше полудня в офисе не появляться. Народ спешно разбежался по домам в надежде на отдых. "Разбежался" и Дар.       Всю дорогу до дома он не мог отделаться от мыслей о Страже. Эта фигура, на фоне бликующей в свете фонарей голубой воды, не давала покоя. Она засела на подкорке, на внутренней стороне век, на сетчатке глаза. Торн снова и снова вспоминал ее, силясь понять, что же так сильно его привлекло, что настолько зацепило, что он не мог отделаться от этого образа. Он не вызывал ни тревоги, ни опасения, зато вызывал странное, сродни зависимости, желание увидеть его еще раз. Так в чем же дело?       Парень и парень, ничего ни экзотического, ни мистического в его внешности не было. Цветные пряди волос да фенечки на руке, два единственно ярких пятна в ничем не примечательном рутинном облике очередного спецагента, ну и что? Да, теперь Даррен знал, что это был Страж, но он обратил на него внимание еще до того, как ему озвучили, кто перед ним. Дар был криминалистом с огромным опытом и знал - раз не дает покоя, значит, что-то есть. Вот только ни опыт, ни холодный аналитический ум зацепок не выдавали. Все тонуло в каком-то странном мареве неопределенности. По всему выходило, что Страж привлек его именно тем, что просто не был человеком в полном смысле этого слова. Но до сих пор Торн никогда не ловил себя на том, что может как-то видеть призраков или взаимодействовать с ними.       Мужчина был настолько взвинчен, что, несмотря на раннее утро за окном, вынужден был плеснуть себе немного виски, в надежде хоть немного расслабиться, но это не помогло.       Приняв душ и улегшись в постель, Торн не думал, что удастся заснуть, слишком прочно мысли были заняты неожиданной и странной встречей. Но едва голова коснулась подушки, усталость взяла свое, погрузив его в крепкий спокойный сон, прогнав воспоминания о Страже.       Однако проснувшись утром, Даррен с досадой обнаружил, что Страж призраков прочно обосновался в его мыслях, продолжая возникать перед внутренним взором с завидным постоянством. Даже самая горячая и сексапильная красотка не оставляла в памяти столь яркие впечатления, как один этот образ, который он видел-то всего пару минут в жизни. Еще вчера Торн удивлялся, что никогда не видел Стража, и вот теперь не может выкинуть его из головы, как ни пытается. Не зря говорят: бойтесь своих желаний. ***       В их офис Даррен пришел уже сильно после полудня, успев заскочить в морг и лабораторию, забрать у них результаты первых анализов. Его агенты уже были на месте в полном составе. Едва взглянув на них, Даррен сразу понял - что-то происходит. Вся команда сидела, словно суслики на стреме, навострив уши и стреляя глазами. Мало того, здесь же был и Фокс, обычно предпочитавший обитать в своем компьютерном царстве и выползавший только в минуты серьезных потрясений. В воздухе отчетливо чувствовалось напряжение.       - Что такое? – спросил Торн, тоже невольно подбираясь.       Вся группа дружно перевела многозначительный взгляд на кабинет Дара, где сквозь жалюзи было видно две фигуры в костюмах.       - У тебя гости, - сообщил рыжий Фокс, тихарившийся в углу со здоровенной чашкой кофе. - И шеф Элвис сильно недоволен чем-то.       - Угу, даже изволил голос повышать, - подхватил вслед за ним Браен. - Они там сидят в ожидании тебя уже больше часа. Папа Элвис уже пару раз пытался выставить гостя прочь, мотивируя это твоим отсутствием, но визитер каждый раз любезно соглашался подождать. Вообще такое чувство, что шеф очень хочет избежать твоей встречи с этим типом.       Не доверять его суждению оснований не было. И чтобы шеф Элвис выходил из себя, повышая голос, должно было произойти нечто и впрямь очень неприятное.       - А кто это? - спросил Даррен, пытаясь разглядеть второго мужчину сквозь жалюзи.       - А черт его знает, - отозвался Раф, - могу только сказать, что он из БНБ и, судя по всему, какая-то шишка, но мне этот перец незнаком. А вот Элвис его знает и его это знакомство не радует. Хотел бы я знать, что происходит?       Команда уставилась на Торна.       - Пойду, выясню, - хмыкнул Даррен. - Мы вроде нигде не провинились. ***       - Добрый день, господа, - поздоровался Дар, входя в свой кабинет и окидывая обоих визитеров внимательным взглядом.       Джон Элвис, их шеф, и в самом деле был раздражен, причем при появлении Торна это раздражение только усилилось, отчего усы над его верхней губой топорщились щеткой, отражая всю степень гнева. Второй же посетитель, напротив, был безмятежен и обрадовался при виде вошедшего, хоть и не явно. Это был молодой мужчина, чуть старше Торна. Стройный, подтянутый, облаченный в строгий костюм и со значком Особого отдела на поясе брюк. От обычного агента его отличало лишь наличие еще одного небольшого значка БНБ, на котором значилось «Особый отдел», прикрепленного к лацкану пиджака.       - Позволь представить, - мрачно буркнул Элвис, даже не пытаясь скрывать своего неудовольствия. - Заместитель директора Особого отдела Марк Гамильтон.       - Старший спецагент Даррен Торн, - представился Дар, протягивая руку.       - Рад знакомству, - Гамильтон крепко пожал его ладонь, на губах мелькнула слабая улыбка. - Наслышан о работе вашего отдела. У вас блестящая репутация.       - Благодарю, сэр, - улыбнулся в ответ Торн, похвалу всегда приятно слышать. - Чем могу быть полезен?       Спросил и с удивлением услышал за спиной возмущенное фырканье Элвиса, на которое Гамильтон отреагировал той же едва уловимой улыбкой.       - У меня есть к вам разговор, спецагент Торн, - произнес особист. - Присядем.       Они опустились в кресла напротив стола, шеф Элвис остался стоять по другую сторону, сунув руки в карманы и сверля Даррена таким взглядом, словно очень надеялся, что тот облажается.       Градус недоумения в душе Дара неуклонно повышался, чтобы достичь своего максимума, когда Гамильтон озвучил свой вопрос:       - Спецагент Торн, сегодня ночью вы находились на месте преступления на Редроуз 38, - замдиректора устремил на Даррена пытливый взор. - И там вы видели Стража призраков. Я хочу, чтобы вы описали мне, как он выглядит. Во всех мельчайших подробностях.       - Но я видел его только со спины, - произнес Торн, уже отчаиваясь понять, что же здесь творится.       - Не важно, - живо отозвался особист. - Опишите то, что видели. До мельчайших - повторяю, - подробностей, которые вы запомнили.       Торн перевел растерянный взгляд на шефа Элвиса, тот кивнул, сделав рукой жест: «Давай».       Прищурившись, Даррен постарался припомнить ночную встречу, что не потребовало усилий. Этот образ так и маячил перед глазами. Агент заговорил:       - Шесть футов с небольшим, худощавый, длинноногий. Серые треккинговые ботинки, черные джинсы, кожаный полуплащ. Не черный, скорей темно-серый, но в том освещении трудно точно определить цвет. Волосы спереди длинные, сзади короткие, открывают шею, черные, «рваная» стрижка, концы некоторых прядей выкрашены в малиновый и синий. На левой руке смарт-браслет и несколько разноцветных фенечек, плюс два серебряных кольца на безымянном и указательном пальцах. Двигается легко, гибкий, ступни и кисти рук небольшие, рискну предположить, что он азиатских кровей. Скорей всего, молод, не старше двадцати пяти.       Договорив, Дар посмотрел на обоих начальников. Замдиректора выглядел весьма довольным, на лице шефа Элвиса раздражение уступило место разочарованию. Даррен подумал, стоит ли ему начинать волноваться прямо сейчас или подождать еще?       Гамильтон же поднялся на ноги и заявил:       - Спецагент Торн, помнится, вы несколько раз подавали прошение о переводе в Особый отдел. Рад сообщить, что ваша просьба удовлетворена. Приказ о вашем переводе уже подписан. Вот ваш временный пропуск. Завтра получите постоянный. Добро пожаловать в Особый отдел. Успехов в новой работе.       Он вручил Торну пластиковую карточку пропуска, после чего пожал руку Торну, кивнул шефу и убыл, оставив Даррена в полном охренении. Такого потрясения начальник Отдела особо опасных преступлений еще никогда не испытывал.       - Что это, блять, было? - выдохнул Дар, растеряв субординацию и таращась на шефа обалделыми глазами.       - На меня не смотри! - крайне раздосадованный Элвис только отмахнулся от него. - Меня ни о чем не спрашивали. Просто поставили в известность, что если ты пройдешь какой-то тест, то они тебя забирают. И похоже, ты этот тест только что прошел! Вот оно надо было тебе пялиться на этого Стража?!       Шеф несколько раз прошелся по кабинету.       - Забирают они! Ишь, нашлись, хозяева! - прорвалось его раздражение наружу. - Экий пустяк, прийти и в наглую угнать моего лучшего профайлера! На кой черт ты им там нужен, в этом их Особом отделе?! Здесь ты нужен, здесь!       Он гневно потыкал пальцем в пол.       Торн снова сел в кресло, из которого встал, провожая замдиректора, и уперся локтями в колени, уронив руки. Конечно, он всегда мечтал работать в Особом. Но, получив три отказа, уже давно смирился, а успехи на его нынешней должности убедили, что он там, где должен быть, и что это его место. Последние года два Дар уже не помышлял ни о каком переводе, его все устраивало, в том числе и отличная команда, которую он сам подбирал. И тут пожалуйста, его переводят, да еще так внезапно и бескомпромиссно.       - Я могу отказаться, - произнес Торн, чувствуя, что искренне хочет отказаться.       - Не можешь! - отрезал шеф Элвис, совсем мрачнея лицом. - Я уже узнавал. Какой-то высший приоритет, и это назначение не обсуждается.       Словно в подтверждение этих слов смарт-браслет на руке чирикнул, оповещая о сообщении. Коснувшись браслета, Даррен развернул голографическй экранчик. В сообщении говорилось о присвоении нового статуса спецагенту Даррену Торну.       Дар поджал губы. Странная была ситуация. С одной стороны, это значительное повышение. В том числе и в жаловании. С другой — его согласия никто не спросил. Нравится, не нравится, спи, моя красавица.       При виде его лица Элвис растерял свой гнев. Вздохнув, шеф уселся напротив него.       - Нету у нас с тобой выбора, - произнес он. - Не знаю, что уж такого там произошло, сегодня ночью, но Гамильтон обрывал мой телефон с утра, в ожидании, когда же ты явишься, а потом просто сам прискакал в твой кабинет. Что там было?       Торн, как мог подробно, описал события прошедшей ночи.       - Я с ним не контактировал, - сказал он в конце рассказа, имея в виду Стража призраков, - даже спереди не видел. Не понимаю, почему они вдруг в меня вцепились.       - Значит, что-то все же было, - снова вздохнул шеф. - Разберешься.       Помолчал, барабаня пальцами по столу, потом спросил:       - Кого назначишь вместо себя?       - Еще не знаю, - хмыкнул Дар. - Скорей всего, Росса.       - В команду нужен будет еще один человек, - сказал Элвис. - Есть идеи?       - Есть, - кивнул Даррен. - Крис Морган из Центрального полицейского.       - Почему он?       - Большой опыт, подходит по складу ума, сейчас проходит курс в академии БНБ, попутно изучает криминалистику и психологию, - ответил Торн. - Хорошо знаком с моей командой, они сработаются.       - Окей, - ответил шеф, вставая, - иди, передавай дела.       Он ушел.       Даррен еще посидел молча, пытаясь уложить в голове последние события, а потом встал и направился к своей команде. Грустно было сообщать им о том, что придется уйти. Ребята поздравляли и даже искренне радовались за него, помня, как ему всегда хотелось попасть в Особый отдел. Но по глазам Даррен видел, что они тоже очень расстроены. И это грело душу. Все-таки они были уже не просто коллегами, а крепкой дружной семьей. ***       Замдиректора Гамильтон, покинув кабинет Торна, направил свои стопы в Особый отдел. Идти ему было недалеко. Особый отдел располагался в соседнем корпусе-небоскребе, возвышавшемся над всеми другими корпусами БНБ и соединенным с главным зданием стеклянным крытым переходом. Выудив из кармана смартфон, Гамильтон нажал кнопку быстрого вызова. Едва канал включился, произнес, не дожидаясь, пока с той стороны заговорят:       - Этот парень описал тебя до мельчайших подробностей. Даже я не вижу тебя настолько четко, - он подумал о серебряных кольцах, упомянутых Торном, и силился вспомнить, правда ли Страж носит их, но смешно было бы предполагать, что спецагент стал бы выдумывать несуществующие мелочи. - Так что с завтрашнего дня у тебя снова есть Напарник. Утром встречай. ***       Страж сидел сидел в кафе с гигантским пончиком на крыше, вращающимся с мелодичным позвякиванием и расцвеченным разноцветными огоньками. Когда-то это было его любимое кафе. Он приходил сюда почти каждый день, на завтрак или полдник, брал донатс с голубой или карамельной глазурью, заварной кофе и долго сидел, заряжаясь калориями и наблюдая за проходящими по площади перед окнами людьми или читая журнал с комиксами. Честная и вкусная передышка.       Только теперь все изменилось. Он больше не ощущал вкусов. И приходил сюда разве что изредка, в какой-то сложный момент своей пост-жизни, с теплящейся все еще надеждой, что вдруг тут, в нагретом годами месте, все станет по-другому, вернется, хоть на мгновение.       Перед ним стыл кофе в большой чашке с надписью "Ван" и тоскливо лежал на блюдце надкушенный пончик. Чуда не случилось. Как он не смог обнаружить тварь, уйдя глубоко в сад на Редроуз, так и здесь не почувствовал никакого вкуса. Со временем даже воспоминания о нем стали истираться. В мыслях оставалось, что это было очень приятно и сладко, но что теперь значили эти понятия?       Он ответил на звонок смартфона. Выслушал шефа.       Почувствовал ли он что-то? Радость? Надежду? Наконец обретенную соединенность? Нет. Пока только легкое раздражение и даже страх. Опять следить за безопасностью Напарника, прикрывать, стараться продлить его жизнь и, главное, сохранить здравый рассудок. Может, проще было остаться одному?       - Я буду в пентхаусе релакса, - выдавил он, наконец, в трубку, понимая, что молчание затягивается.       Напарник. Когда-то у него был, точнее, была Напарница. Пару лет. Потом она попала в психушку. Он ее даже навещал несколько раз, но она уже не видела ничего, ни его, ни кого-то другого, уйдя слишком глубоко в Лимб, что краешком глаза заметила в их совместном расследовании одного преступления. Он не доглядел. А первый Напарник, который был до нее, погиб на втором же задании, когда Страж был совсем неопытен. По идее, Напарник должен был поддерживать его, быть его помощником, его опорой. Но рассудок людей на поверку оказывался слишком слаб, слишком хрупок, не выдерживая того, с чем приходилось сталкиваться в их работе. Да и тех, кто его видел, было слишком мало, а из Видящих лишь единицы могли работать с ним. Тот же Гамильтон вот не смог. Отказался, едва ощутив где-то очень близко невидимый для людей мир, проводником в который был Страж призраков.       Так что много лет уже он был один, все больше теряя нить, связывающую его с живыми, с миром.       Может, это было и милосердно. Подарок от Высших сил. Он уже не жалел о прошлом, не полнился воспоминаниями. Серая муть стирала все. Без сомнений, без привязанностей, без сожалений. Так же легче уходить. Осталось совсем немного. Может, это и есть прощение?       Кафе скоро закрывалось, но он, невидимый, мог оставаться тут хоть до утра. Среди заснувших кофемашин, витрин, поблескивающих в свете фар редких машин стальных столиков, покачивающихся шаров потолочных светильников. Сон ему был не нужен. Почти. И он до сих пор все еще испытывал страх перед сном. В прошлой жизни, в ее конце, он совсем не мог спать. Закрывая глаза, он там вновь и вновь проваливался в один и тот же кошмар. Опять оказывался на площади, опять видел пылающий вагон, опять примерзал пятками к камням мостовой, опять не мог решиться. А затем его окружали они, обугленные, изломанные, искореженные. Обвиняя, выстанывая проклятия, мольбы и оскорбления. Протягивая к нему скрюченные обгорелые фаланги пальцев. Хищно, пугающе, зло. Он даже был бы благодарен своему убийце, прекратившему этот ужас видений навсегда. Если бы тот не был так жесток. Если бы не убивал его так долго и болезненно. Хотя все равно был благодарен. Тот помог ему решиться. Все равно рано или поздно, он бы сам сделал этот шаг. Не в силах справиться со своим чувством вины и раскаянием.       Конечно, он ушел из кафе с последним посетителем. Отправился бродить по улицам ночного города, перебирать тонкими пальцами нити вибраций порядка и истончения слоев реальности. Бдить. Защищать. Искать нарушителей. Все, как всегда. Уже много лет. Оставалось недолго.