Хранители четырёх ветров

Подслушивать было чисто технически нельзя. Нельзя, но видит пламя, Мурата больше не могла сидеть и ждать, пока Великий совет что-то решит. Они могли решать долго, а делать что-то нужно было прямо сейчас. И хотя вряд ли сама Мурата могла бы что-то сделать, она хотела попытаться. Мурата не была глупой и глухой, она знала, что в пустыне, ближе к границам Сумеру, происходила какая-то чертовщина. В пустыне жили люди, да, немного, но жили. И они также умирали, потому что совет очень долго думал о решении и в итоге ничего не решал. Совет проходил в одной из комнат главного дворца, в той, у которой были высокие потолки и куча коридоров во втором этаже. А Мурата в этом дворце жила уже очень и очень долго, она знала в каких комнатах звук из большого зала были прекрасно слышны. — Это территории того… самозванца? — произнёс Феникс. Мурата насторожилась. Самозванца? Война, окрещённая войной Архонтов, уже закончилась, какие самозванцы? — Да, мой лорд, он зовёт себя королём драконов, — ответил кто-то. Мурата недостаточно хорошо знала советников Феникса, чтобы различать их по именам. Да чего уж там, она советников от остальных отличала только по нашивке на одежде. — Его имя Шлабланке. — Плевать мне на его имя, — хмыкнул Феникс. Мурата сдержала желание закатить глаза. Учитывая насколько важны были имена на родной земле, то даже к имени врага стоило бы проявить уважение. — А что до короля… Пусть зовёт, посмотрим, понравится ли ему быть королём ничего. — Заражение Бездны может перекинутся и на другие территории, — тревожно произнёс другой советник. Мурата решила, что этот нравится ей больше остальных. — Монстры не люди, определённой территории не имеют… — Поставьте посты на основных дорогах, — предложил кто-то, вероятно связанный с армией. — Монстры не люди, но они потянутся за людьми, когда те неизбежно начнут бежать. — И сигнальные огни, — уточнил Феникс. — Если начнётся более масштабное нашествие, мы должны узнать как можно скорее, — от советников послышалось согласное бурчание. Мурата решила, что самое время сыграть. Она вышла на балкончик, улыбнулась и помахала Фениксу рукой. Сегодня у него был хороший день, так что он не только не прикрикнул, но и даже помахал ей в ответ. Мурата улыбнулась, сложила руки лодочкой и послала Фениксу воздушный поцелуй. Советники зашикали, но Феникс отмахнулся от них. Мурата вела себя искренне так в начале, когда только пробилась в реальные фаворитки Феникса. Учитывая, что именно он привёл её во дворец, тогда ей казалось, что это хорошая идея. Она была действительно в него влюблена. Она боялась, что её опять бросят в пустыне. Но видят небеса, любить Феникса было тяжело и она не была уверена, что хотела пытаться его любить. Мог ли кто-то приказать леди Родников убраться с дороги просто потому, что до этого пришли неприятные вести? Мог ли кто-то указать на неправильно уложенные волосы леди Грома? А чем Мурата от них отличалась? А, точно. Тем, что она фактически ничего не делала для страны. Леди Родников была судьёй, самой важной судьёй в своей земле. Леди Грома была главой армии за спиной леди Молний. Мурата была фавориткой Архонта и ничем больше. — Госпожа? — Мурата выплыла из собственных мыслей и посмотрела на служанку. Агемо, девушка, которую Феникс обязал делать всё, что Мурата прикажет, была конечно больше подругой, чем служанкой, но они обе побаивались переступать черту. — Да? — бездумно отозвалась Мурата. Агемо едва заметно закатила глаза. — Разогреть вам ужин? — спросила она. Мурата коротко кивнула. Они уже много раз спорили насчёт этого — разогреть что-либо Мурата вполне могла сама, на это её сил вполне хватало. Но Агемо была упорна. — Как я могла бы помочь родной земле? — выпалила Мурата. Потому что ближе Агемо у неё всё равно никого не было, разве что Феникс. А Феникс вряд ли сказал бы что-то кроме «успокойся и просто будь украшением столицы». — И не говори мне, что я уже помогаю своим присутствием, это не так. Агемо покачала головой. Мурата могла точно сказать, что она улыбается, несмотря на то, что она стояла спиной. Наконец, Агемо ответила, протягивая Мурате тарелку фруктов. — Не буду, госпожа. Но я не уверена, чем конкретно, если вы позволите мне быть совсем уж откровенной. Вы могли бы стать гласом простых людей, — она слегка понизила голос и Мурате пришлось напрячься, чтобы услышать. — Супруг прежней госпожи этим занимался. — И ты думаешь, я смогу что-то поменять? — Агемо улыбнулась. — Разумеется, госпожа. Наш Лорд слушает вас, пусть ему и нравится притворяться, что нет. Вы смягчали многие его решения, — Мурата покачала головой. Да, возможно, но по сравнению с другими леди за спинами Архонтов, она была… И что? Она собиралась стать такой же, как они. Такой же сильной. С чего-то надо начинать. — Если кто-то придёт, можешь сообщить им, что мне нездоровится? — произнесла Мурата. Агемо хитро улыбнулась и Мурата добавила, уже сильно понизив голос. — Я… пройдусь по городу. Посмотрю. — Хорошо, госпожа.

***

Рынок в столице всегда был оживлённым. Мурата понимала, что в самом сердце региона так или иначе сосредотачивалось абсолютно всё, но её всё время поражал масштаб. Рынок занимал два склона холмов прямо перед дворцом. Каждый раз, как Мурата проходила мимо окон, она видела яркие навесы, а запахи доносившиеся с рынка, нередко перебивали запах расставленных во дворце цветов. Рынок был и оставался центром столицы для всех, кто не жил во дворце Феникса. Оставаться неузнанной оказалось неожиданно легко. Мурата натянула платок поплотнее. Самой яркой её чертой всё ещё оставались красные волосы, которые редкостью пусть и не были, но внимание привлекали только так. На рынке было людно. Одежды мало чем отличались от одежд, которые носили во дворце, разве что ткани были чуть менее яркими и плотными. Мурата скользила между людьми от прилавка к прилавку, то поднимаясь, то опускаясь по склону холма. От одной улицы одуряюще пахло фруктами, от другой — мясом и кровью. Продавали цветы к скорому фестивалю в честь Феникса — будто налитые кровью гибискусы. Они были как-то по особенному высушены и не теряли ни формы, ни цвета и ломались сложнее. Она купила горсть гибискусов и спросила, как их сушат. Маленькая продавщица, девочка лет восьми с иссиня-чёрными волосами, выбивавшимися из-под платка, с энтузиазмом принялась рассказывать об огне и специальной печке. И рассказывала бы ещё долго, если бы её не позвал кто-то. — По вам видно, что вы из высших, госпожа, — улыбнулся ей старик — явно дедушка девочки. — Ваши держатся по-другому, уж поверьте, — он всучил ей в подарок горсть лантанов, ярко-рыжих с проблесками красного, едва не заставив Мурату уронить гибискусы, которые она уже взяла. Она завернула их в кусок ткани со своего пояса и спрятала так, чтобы их не заметно было со стороны. Она поклонилась старику на прощание, краем глаза отметив добродушный блеск жёлтых глаз. Феникс считал старость слабостью, поскольку она означала неспособность сражаться. Он признавал мудрость старости, опыт в боях и стратегиях, но за закрытыми дверями хмыкал на своего самого старого советника. Сам он практически не старел, а если и старел, то у него всегда был ритуал возрождения, возвращавший его в наилучшее состояние. Темнело. На рынке из-за его расположения темнело ещё и стремительно. — Не пропустите! — раздалось со стороны. Мурата оглянулась на глашатая в цветастом платье. — Не пропустите огненное шоу! В честь нашего лорда только в этот вечер! Уже сейчас! Мурата искренне сомневалась, что «только», как и, судя по глазам, половина улицы. Но любопытство победило и Мурата свернула в толпу зевак, плотнее запахивая платок. Шоу было в самом разгаре. — Какую историю ставят? — спросила она. Маленькая девочка в одеждах со звёздами, явно одна из актёров местного театра, тут же расплылась в улыбке. — Наш лорд и пламя жизни! Это легенда, моя госпожа, — с улыбкой пропела предсказательница. Её фиолетовая шаль волочилась по земле, пока она кружила вокруг Мураты, весело подскакивая. — Жизнь посреди моря пепла… Весьма романтично, не правда ли? Тот, у кого в руках пламя жизни, у того в руках и всё пламя нашей земли! — Мурата посмотрела на танцоров, подкидывавших разноцветные огненные шары. Один из них, в самых ярких одеждах, изображал сражавшегося с чудищами Феникса. Те танцоры, чья одежда была чуть более блёклой — его воинов. Монстров никто не изображал — с этим вполне справлялась спустившаяся на рынок темнота. — Не правда, — произнесла она. Предсказательница даже в ногах запуталась — с неё слетела напускная таинственность и теперь рядом с Муратой кружила обычная темноволосая девочка. — Всё пламя нашей земли должно быть у людей нашей земли. — Вы странная, — насупилась девочка. Мурата рассмеялась. — У вас очень красивое шоу, — ответила она. — Вот, возьми, — и она протянула девочке лантан, который привязала к маленькому мешочку. В мешочке было немного янтарных камушков, которые на рынке часто ходили по рукам вместе с официальными деньгами. От драконов, если она правильно помнила. — Купи себе сладостей, — Мурата подмигнула девочке и начала пробираться к лестнице. Девочка проводила её странным взглядом и заглянула в мешочек. Глаза у неё слегка комично округлились. Камешки светились мягким красновато-оранжевым светом.

***

В неё врезался кто-то маленький и явно рыдающий. Мурата едва успела поймать тоненького мальчика в светлой тунике, так быстро он метался. Она присела, продолжая держать его за плечи. — Вот, возьми, — Мурата потянулась к поясу и протянула мальчику лантан. Мальчуган вытер слёзы краем рукава и осторожно взял засушенный цветок. Мурата мысленно похвалила себя. Отвлечение сработало! — Пойдём, найдём твою матушку, — и Мурата раскрыла руки. Поднять мальчика оказалось нетрудно, он был совсем лёгкий. — Вы тёплая, — сказал ей мальчик, когда Мурата пробиралась сквозь толпу к месту повыше. Она перехватила мальчика одной рукой поудобнее и улыбнулась. — Прикрой глаза, может быть ярко, — предупредила она. Подняв руку, она зажгла на пальцах слабенький огонёк, с каждой секундой становился сильнее. Вполне закономерно — её заметили и заметили быстро. Мурата оказалась права — в первую очередь заметили слегка обезумевшие от тревоги родители. — Спасибо, госпожа, — начала кланяться ей женщина. Мурата замахала руками и едва не уронила мешочек с купленными мелочами. Пока женщина её благодарила, а Мурата махала руками и выпаливала отнекивания, огненное шоу успело подойти к кульминации. Это Мурату и спасло — под предлогом желания посмотреть шоу она сумела ускользнуть из насквозь неловкой ситуации. На сцену вышла девушка в ярко-алом платье и закружилась в сложном танце. Танцор-Феникс кружил вокруг неё, хватая за руки и пытаясь не то остановить танец, не то вклиниться в него. В её руках сияла огнём корона. Танцовщица подкидывала её в воздух, звонко смеялась и носилась по сцене словно лань. Танцор-Феникс продолжал следовать за ней, но пока девушка не остановилась и не протянула ему корону сама сделать ничего не смог. — И так, с короной огня на голове, наш лорд возвратился из пепельного моря! — воскликнул глашатай и танцоры синхронно выдули огненные струи в сторону людей. Ни один отблеск не достал до ахнувшей толпы, а Мурата опустила руки, которые неосознанно подняла. Да, Феникс вернулся из Пепельного моря. Вместе с ней.