Звездам нужна тьма

      — Привет, незнакомец, — с озорными нотками в голосе поздоровалась Оотани, опустив сумку на соседний стул. Хитоши сразу же поднял на неё свои глаза цвета индиго, откладывая телефон в сторону, чтобы не мешал.       — Привет, красотка, — лицо парня озарила добродушная улыбка, когда тот встал со своего стула, чтобы обнять давнюю подругу.       — Встретила Айзаву, такой милый.       — Ты так говоришь просто потому, что давненько не была на его тренировках…       — Он наговорил мне много приятностей! — девушка настойчиво защищала своего любимого учителя, не желая преуменьшать его добрые намерения.       — Обычно он не очень щедр на нежные слова, но да, он действительно переживал за тебя. Сотриголова не раз спрашивал о тебе после выпуска.       — Как-то неловко, что заставила его волноваться.       — Ничего, справится. Будешь как обычно? — поинтересовался Хитоши, доставая из сумки банковскую карту.       — Да, спасибо. Мило, что ты помнишь.       — Ещё бы я забыл… — едва слышно ответил Шинсо. Больше себе, чем девушке.       — Что?       — Да так, забей. Сейчас приду.       Оотани проводила его взглядом до прилавка, чувствуя, как в душе расцветает приятное тепло. Подперев лицо ладонью, она стала наблюдать за делающим заказ другом, который смущался каждый раз, когда милая девушка-бармен ему улыбалась. Шинсо казался Нацуми очень хорошеньким, когда так застенчиво прятал свои глаза. Видимо, так до сих пор и не привык к повышенному вниманию.       Нацуми любила этого спокойного парня, как и всех своих хороших друзей, которыми так щедро одарила её жизнь. Только вот удивительно, как может поредеть список твоих знакомых, когда ты расстаешься с одним единственным человеком. Но Шинсо был важен для Бакуго. Неожиданно начавшееся общение, породило крепкую дружескую связь, которую Нацуми ни в коем случае не хотела рушить. Может, она и не понимала, почему обязательно рубить все мосты, но ребята решили, что так будет лучше. Значит, и она примет этот выбор.       Нацуми не жалела, что согласилась на встречу, хотя и понимала, что предстоящий разговор точно не сулил ничего приятного. Однако она давно научилась радоваться мелочам, потому что жизнь порой бывает довольно серой и тоскливой, если не видеть эти крохотные намеки на счастье. Именно поэтому она хотела взять от этой встречи максимум положительных эмоций, хотя повод и был весьма противоречивый.       — Ты ей понравился, — довольно защебетала Нацуми, когда Шинсо поставил перед ней чашку с дымящимся кофе и кусочек чизкейка. — Спасибо, котик.       — Думаешь? Наверное, это просто её работа, — неуверенно ответил парень, смущенно потирая затылок.       — Она однозначно строила тебе глазки, Шин. Иди и возьми её номер телефона. Давай-давай, — подтолкнула она друга.       — Ладно, пожелай мне удачи.       — Тебе она не понадобится.       И Оотани оказалась права, девушка с радостью внесла свой номер в его список контактов, вновь мило улыбаясь парню. Довольная своей работой свахи Нацу подняла чашку горячего напитка за приятные знакомства и чокнулась с Хитоши, вызывая у того легкий смешок.       Насладившись вкусным кофе и сладким чизкейком за согревающей сердце беседой, девушка решила, что пора содрать этот пластырь. Пора обсудить то, ради чего они, собственно, и встретились здесь в этот дождливый день.       — О чем ты хотел рассказать, Шин? О Бакуго? — спросила Оотани, резко став более серьезной.       — Именно о нём.       — А что тут ещё можно добавить? Это он порвал со мной, не я. Почему ты считаешь, что мне нужны какие-то пояснения? И почему этот умник тогда сам не может мне об этом сказать? Зачем отправлять посланника, что за трусость?       — Он не знает, что я здесь. Иначе бы давно оторвал мне голову.       — Тогда зачем ты приходил? — обреченно выдохнув, спросила Оотани.       Где-то в груди появилось неприятное щемящее чувство, грозящееся перерасти в новую волну душевной боли. Нацуми не была уверена, что справится, но пыталась об этом не думать.       — Понимаешь…истинные причины вашего разрыва немного сложнее, чем ты можешь подумать.       Хитоши старался быть аккуратным при выборе слов и интонации. Ему не хотелось снова сильно ранить чувства своей подруги, ведь он искренне ей сопереживал. Хотя Шинсо ещё не доводилось испытывать такой всепоглощающей любви, как у Бакуго и Оотани, он все равно понимал, что эти глубинные связи могут обернуться настоящей пыткой, когда судьба вносит свои жестокие коррективы. Он очень хорошо был знаком с последствиями разрушенных отношений, потому что выхаживал своего лучшего друга долгие месяцы. Но и у его терпения есть предел, Шинсо устал соглашаться с решением Кацуки, поэтому начал действовать против его воли.       — А что я могу подумать? Этот мудак разбил моё сердце! Жестоко втоптал его в грязь. Видимо, решил, что я буду обузой на его великом пути становления номером один.       — Это не так, Нац.       Все нутро девушки протестовало против его попыток внушить ей ложную надежду. Она не хотела больше цепляться за клочки того, что скорее всего разбито навеки. Поэтому Нацуми пыталась закрыться от его слов всеми возможными способами — и ментально, и языком тела, поэтому сложила руки на груди, сурово глядя на собеседника.       — Почему тогда передо мной сидишь ты, а не он, если это действительно не так?! Столько времени прошло, а от него даже паршивого сообщения не поступало. Один лишь раз свалился мне на голову, и то просто судьба решила надо мной посмеяться.       — Он считает, что не может с тобой видеться, что не может тебе всего рассказать. Он пытается защитить тебя, Нац.       — От чего?! От своей жестокости?       — Не будь так строга к нему. Кацуки любит тебя. Сильнее, чем я думал вообще можно любить.       — Брехня…       Его слова ранили. Как он мог любить её все это время, зная о взаимности, но держаться на расстоянии? Потому что сама она множество раз еле сдерживала себя от желания позвонить этому взрывному грубияну, даже понимая, что ей будут не рады, а в те раз, когда она сдавалась, её останавливал Ястреб.       Как Бакуго мог сказать те жестокие слова в день их расставания, если действительно любил её? Все это никак не хотело укладываться в голове, потому что Нацуми не могла придумать причину, чтобы можно было поступить подобным образом. Даже если он хотел защитить, это не повод решать все единолично. Она тоже имела право знать.       — Это правда. Если бы я не видел, как он медленно умирает внутри, я бы не пришел сюда. Тебе стоит простить его за тот день, за ту жестокость, которую он думал применяет во благо.       — Как я могу?..       — Попробуй с ним встретиться и просто поговорить. Скажи, ты же почувствовала что-то в день вашей встречи? Ты же видела, что твой Бакуго ещё здесь? Он никуда не уходил, он по-прежнему любит и сильно.       — Да, но…мне могло просто показаться, потому что я все еще надеялась. Наверное. Не знаю. Я не могу, Шин! Это все слишком.       — Его стены сломаются в ту же секунду, когда ты попросишь его быть честным. Он держится только потому, что избегает любых ваших встреч. Кацуки больше не сможет сдержать свои чувства. Все это время он наблюдал за тобой со стороны, из тени, в которую сам себя и спрятал, и где теперь тихо умирает от бессилия.       — Что же он скрывает?       — Я бы хотел тебе рассказать, но не могу предать его доверие. Я и так нарушаю его просьбу вообще ничего тебе не говорить.       — Смогу ли я?..       — Просто поговори с ним. Это все, о чем я прошу.       — Поверь, ты просишь о многом… Я подумаю, Шин, но не могу обещать, что решусь на это.       — Спасибо, — Хитоши протянул свою ладонь в надежде, что Оотани не станет и дальше от него закрываться, что она возьмет его руку. Её ладонь оказалась неожиданно холодной, когда она неуверенно согласилась принять его поддержку. Шинсо сразу же накрыл её второй рукой, мягко сжимая дрожащую кисть, чтобы передать ей свое тепло и свои чувства. — Вы оба мне дороги, поэтому мне больно смотреть, как вы страдаете. Я лишь хочу помочь.       — Я знаю, солнце… Знаю.

***

      Повернув ключи в замке два раза, Нацуми открыла входную дверь в дом Ястреба. Она не рассчитывала застать соседа дома так рано, но его ботинки уже аккуратно стояли возле выхода. Шагнув в теплое помещение, Оотани скинула с себя слегка промокший пиджак и разложила на полу зонтик, чтобы дать тому высохнуть. Сладко потягиваясь, из гостиной к ней вышел сонный Хлопушка.       — Привет, дружочек. Я тебя разбудила? — Оотани присела на корточки, чтобы подарить любимому питомцу немного ласки. — А где же наш воробушек? — спросила она у мурлыкающего комочка, размышляя о причинах раннего возвращения своего соседа.       Кейго сидел за столом на кухне, мысленно погруженный в какие-то документы. В последнее время на бедного парня свалилось слишком много бумажной работы, которую он так не любит. Подготовка к должности президента комиссии по общественной безопасности отнимала у него слишком много сил и времени, но Кейго был полон решимости создать мир, где героям не нужно было бы столько работать.       Соломенного цвета брови сошлись на переносице, пока глаза бегали по мелко напечатанному тексту, внимательно изучая содержимое.       — Ты скоро испортишь себе зрение, если будешь постоянно зарываться в свои бумажки, — Нацуми обняла его со спины, попутно вырывая у того листы из рук.       — У меня есть одна героиня, которая всегда защитит от этой гнусной макулатуры.       — Клянусь, что однажды я сожгу это всё дотла.       — Отличный будет костерок, пожарим мяса, — Ястреб нежно чмокнул её в щеку и поднялся со своего стула, чтобы заварить себе новую чашку чая, потому что прошлая давно опустела. Казалось, Таками уже на восемьдесят процентов состоял только из этой жидкости.       Нацуми внимательно осмотрела своего лучшего друга, пока тот наливал воду в чайник, и, к большому её сожалению, обнаружила тёмные круги под его уставшими глазами и не очень здоровый цвет кожи.       — Скажи-ка мне, давно ли ты питался чем-то нормальным?       — Кажется, позавчера я доел твой суп, — как и обычно, в шутливой манере попытался отмахнуться крылатый герой, но девушку это не впечатлило.       — Кей…       — Ну что? У меня было много работы.       — Если ты не будешь нормально есть, то и работать станет некому.       — Вот поэтому я так рад, что ты возвращаешься на службу. Я смогу доверить тебе свое агентство, когда займу новую должность.       — Боюсь, к тому времени тебя начнет сдувать ветром. Давай что-нибудь приготовим? Вместе. Давно мы так не делали, а я ведь скучаю по тебе.       — Хорошо, малышка, — его рука ласково обняла за плечи, чтобы он смог подарить ей ещё один нежный поцелуй, но уже в висок. — Я отнесу бумаги в комнату и на сегодня о них забуду.       Пока Ястреб убирал свои документы, Оотани успела достать из холодильника все необходимые продукты для ужина. Приятные звуки музыки наполнили пространство, когда явно повеселевший Кейго вернулся на кухню, чтобы приступить к домашним делам, которые после появления в его жилище Нацуми стали нравится ему в разы больше. Теперь сюда точно хотелось возвращаться.       Прежде чем с головой погрузиться в готовку, Ястреб, озорно улыбаясь, закружил подругу по кухонному кафелю. И даже маленькому Хлопушке достались веселые догонялки с ярко-алым пером.       — Мне нравится твой настрой, дружочек, — проворковала ведомая парнем Оотани, совершая очередной пируэт.       — Это ты меня вдохновила, малышка Нацуми.       Когда веселье подутихло, пара друзей приступила к приготовлению вкусного и сытного ужина.       — И что это было утром? — поинтересовалась Оотани, тщательно промывая рис.       — Ты о моей маленькой шалости? Ну, подмогнул немного бедному влюбленному пареньку, что такого? Он приходил ко мне на той неделе, слезно просил помочь ему устроить вам встречу, потому что кое-кто нагло игнорировал все его звонки и сообщения.       — Но он не очень-то ожидал моего появления сегодня утром.       — Потому что действительно не ожидал. Я хотел, чтобы он заслужил твое внимание без занудной подготовки, поэтому и устроил все довольно спонтанно. Так и что там у вас произошло? Все сложилось как надо?       — Прибила бы тебя, засранца, если бы не любила так сильно, — поместив чашу с крупой в рисоварку, Нацуми принялась резать овощи, пока ухмыляющийся на её милую угрозу Ястреб разделывал мясо. — Да прекрасно все сложилось. Похоже, что мы теперь вместе.       — Ну, не чудо ли я? Помог бедным влюбленным.       — А давно ли ты за мои отношения с Шото? Мне казалось, ты злился на обоих парней.       — Ты же знаешь, что у меня особенно теплые чувства к семье Тодороки, да и парнишка-то неплохой. Правда, накосячил пару раз, но несмертельно, — прямо из-за спины соседки он потянулся туда, где лежали приправы, заодно своровав у девушки несколько кусочков нарезанного перца, за что получил хлесткий шлепок по пальцам, как в старые добрые. — Бакуго тоже мне нравился, но после его выходки, лучше бы ему не попадаться мне на глаза, — с набитым ртом добавил парень, довольный своим уловом.       — Кстати, о последнем…       — Что там ещё?       — Я же сегодня встречалась с Шинсо.       — И? — протянул Ястреб, подозрительно прищуривая глаза.       — Тот утверждает, что Бакуго все ещё любит меня, что никогда и не прекращал. Якобы он пытается защитить меня от чего-то, о чем ни один из них мне рассказать не может и не хочет.       — И ты веришь?       — Я не знаю, — бросив нарезать продукты, Нацуми уперлась локтями в столешницу, чтобы уронить лицо в свои ладони. Её бедная голова уже устала мусолить эту загадочную головоломку Кацуки Бакуго. — Скорее да, чем нет, — глубоко вздохнув, ответила Оотани. — Какой смысл для Хитоши неожиданно приходить и говорить мне все это? Но даже если все это чистая правда, я очень зла! Если надо мной действительно повисла какая-то угроза и Бакуго надеялся спасти меня своим уходом, я бы хотела принять это решение совместно. Но он эгоистично лишил меня права голоса.       — Что ещё за угроза такая?! Если тебе действительно что-то грозит, я предприму все необходимые меры.       — Успокойся, герой, я не в курсе.       — Ты так невозмутимо об этом говоришь…       — А что мне остается? — вскинув руки, обреченно спросила Нацу.       — Я найду этого идиота и все узнаю, — заявил Ястреб, будто бы собирался сделать это сию же секунду.       — Стоп-стоп-стоп, — она похлопала его ладошкой по груди, в надежде сбавить его вдруг подскочившую решимость. — Если кто и поговорит с ним, то это буду я. Но для начала мне нужно как следует переварить весь этот бред.       — Похоже, ты стала более спокойно реагировать на темы, касающиеся твоего взрывного бывшего.       — А какой смысл? В жизни полно всего и помимо запутанных взаимоотношений. Тем более я уже поистерила при Шинсо…       — Ты заслуживаешь быть счастливой, кроха. Все наладится. Так или иначе.       Решив закрыть избитую тему, парочка друзей вновь переключилась на позитивный лад, пританцовывая с лопатками и другой кухонной утварью в руках под зажигательную музыку.       Их вкусный ужин был съеден в зале за просмотром фильма. Однако в чем точно не были сильны эти ребята, так это в выборе интересного сюжета, потому что включенное кино опять привело к тому, что они оба уснули на диване, не дождавшись финала. Нацуми тихо посапывала на груди героя, укутанная мягким и теплым крылом, пока во сне проигрывались радостные воспоминания из детства.       «Надо будет встретиться с братом», — подумала девушка, очнувшись ото сна рано утром.       Следующие несколько дней прошли довольно продуктивно, с интенсивными тренировками, одной погоней и двумя пойманными ворами. Общество тепло встретило героиню Призрака, немного подзадержавшуюся на точке старта. Но люди не забыли, как это хрупкая на вид девушка отважно сражалась против Шигараки вместе с Деку и остальными детишками, получив угрожающие жизни ранения. Да, это поколение детей прозвали золотым. Слава о многих из них прокатилась по всему земному шару, вселяя в души людей надежду на светлое будущее, но кидая большую тень на прошлый уклад геройского сообщества. Поэтому-то Ястреб скоро и возглавит комиссию по общественной безопасности, чтобы усовершенствовать эту весьма подгнившую систему.       После трудовых будней, ощущая радостное предвкушение даже на кончиках пальцев, Нацуми отправилась в академию UA по просьбе Айзавы вместо своего первого законного выходного.       — Волнуешься? — спросил бывший классный руководитель, когда они вместе шли по просторным коридорам к родному сердцу кабинету.       — Есть такое.       — Ничего, это пройдет. Если сегодня все получится, я бы хотел включить тебя в состав учителей-помощников. Если, конечно, ты будешь не против. У тебя есть особый талант вести за собой, и мне бы хотелось, чтобы наших студентов направлял такой человек. Что скажешь?       — Скажу, что вы слишком размякли, Сотриголова. Никогда от вас не слышала столько добрых слов за один раз.       — Я должен был держать вас в узде, но это не значит, что я вас не ценил, Оотани.       — Я же шучу. Конечно, я буду рада помочь вам. Люблю сложные задачки, тем более что вы говорите, там есть проблемные студенты.       — О да. Ты сразу поймешь, о ком я говорил.       — Не поделитесь информацией?       — Лучше тебе узнать об этом случайно, чем перед уроком, — произнёс мужчина, останавливаясь возле большой двери, ведущей в класс 1-А, где уже собрались шумные ученики.       — Не знала, что вы такой любитель сюрпризов, учитель Айзава.       — Подожди тут, пока я не приглашу тебя внутрь.       — Хорошо.       Оставшись один на один с тишиной пустынного коридора, Нацуми посмотрела на залитый солнцем двор академии, вспоминая все те наполненные эмоциями дни, проведенные в стенах этого заведения. Все надежды и мечты, что стремились быть реализованными. Эти школьные классы и тренировочные залы помнят много счастливых улыбок, а может, даже слезы разочарования. Здесь ребята учились жить, дружили и влюблялись, ругались и спорили, но те три года безусловно были значимыми для каждого из них. Поэтому так приятно вернуться в это место, чтобы вновь ощутить то голодное желание стать героем.       Подойдя поближе ко входу в класс, Оотани прислушалась к голосам за дверью.       — Сегодня к вам на урок заглянет моя бывшая ученица. Прошу вести себя прилично. Слышишь меня, Такаги? Тебя это больше всех касается.       — А я-то что сразу?! — возмутился один из голосов.       «Видимо, это и есть тот проблемный студент, о котором говорил учитель», — подумала Оотани, продолжая внимательно прислушиваться.       — Это Уравити? Я её обожаю!       — Креатив?!       — Призрак? Пусть это будет Призрак!       — А я бы хотела увидеть Шото! Может, позовете в следующий раз кого-то из парней? — мечтательно пропел девичий голосок.       Возбужденные предстоящей встречей с героем из известного золотого поколения школьники шумно загалдели, вынуждая своего лучшего, на субъективный взгляд Оотани, классного руководителя повысить голос, чего он крайне не любил. Айзава быстро усмирил это волнующееся безумие первогодок, потому что в гневе он мог стать сущим дьяволом. Очевидно, новоиспеченный класс 1-А очень хорошо это усвоил, ведь уже через секунду в кабинете воцарилась оглушающая тишина. Девушке, что по-прежнему скрывалась за дверью, даже показалось, что она может услышать учащенное биение своего взволнованного сердца.       — Класс, поприветствуйте Оотани Нацуми, геройское имя — Призрак.       Хотя она и испытывала легкий мандраж, но тем не менее зашла внутрь уверенной походкой и с высоко поднятой головой. Двадцать пар глаз уставилось на неё, пока она любопытно осматривала каждого из учеников, большее число которых выглядело очень заинтригованными, но выражение лица одного из них казалось скучающе надменным. Его глаза, похожие на тлеющие угольки, испытующе смотрели на юную героиню рядом с учителем. Этот притягательный лисий взгляд следил за ней с того самого места, где раньше сидел Кацуки. Не удивительно, что именно эта парта, вторая в четвертом ряду, первой привлекла внимание Оотани.       — Здравствуйте, приятно с вами познакомиться. Рассчитываю на плодотворную работу, — вежливо проговорила Оотани, отвлекаясь от того высокомерного первогодки, но он быстро оттянул внимание обратно, громко фыркнув ей в ответ.       — Чему нас может научить девчонка, которая даже героем-то работать не пошла после выпуска?! Зачем она вообще здесь? Пусть катится обратно, — выкрикнул тот самый ученик с красивыми глазами цвета лавы.       — Такаги, перед тобой герой войны! Если бы не она, то…       — Не надо, Сотриголова, — обратилась к бывшему учителю Нацуми, моральный дух которой слова этого паренька даже не задели. — Спасибо за беспокойство, но я и сама справлюсь.       Самодовольная ухмылка на лице Такаги разожгла сильный интерес внутри Нацуми, которая любила спускать с небес на землю таких несносных парней. Воспоминания о её первом дне в академии вспыхнули сами собой, отдавая немного горьковатым привкусом печали. Она всегда любила поспорить с Бакуго, а теперь этот огненно-рыжий чертенок до жути напоминал ей о нём и их вспыльчивых стычках. Его непослушные волнистые волосы имели слегка небрежный вид, дополняя своим хаосом бунтарский прокол на губе и татуировку, что тянулась вдоль шеи куда-то вниз за ворот форменной рубашки.       Лисий взгляд цепко держался за Оотани, когда она медленно шагнула в его сторону.       — Давай попробуем ещё раз, — заговорила девушка, приближаясь к парте. — Меня зовут Оотани Нацуми, приятно познакомиться, — она протянула ему свою ладонь, всем видом изображая дружелюбие.       — Такаги Акио, — ответил школьник приторно сладким голоском, пожимая руку девушки. Но стоило только Оотани ослабить хватку, как ладонь обожгло и откинул в сторону слабым взрывом. Недоумевая, Нацу перевела взгляд на учителя.       «Серьезно?!» — прокричала она у себя в голове, шокированная схожестью их характеров и причуд. Айзава лишь понимающе пожал плечами.       — Твоя причуда — взрыв? — не обращая внимания на неприятное жжение в ладони, спросила она у своего обидчика.       — Впечатлена? — горделиво задрав нос, ответил Такаги. — Динамит бы гордился мной, правда? У нас похожие причуды и я отлично управляюсь со своей. Моя способность — это мины, и когда мы соприкоснулись, я оставил небольшую на твоей ладони. Это тебе прощальный подарок, нам не нужны уроки от такой, как ты.       — Ты настолько в себе уверен, что кидаешься подобными словами в человека, которого даже не знаешь?       — Мне достаточно и того, что ты сбежала, поджав хвост. Ты лишь занимала чье-то место в этой престижной академии, раз решила так просто все бросить. Так что нам нечему у тебя учиться. Могу любезно проводить до выхода.       Акио встал из-за своей парты, и тогда Оотани осознала насколько же парень был высоким. Он превосходил её в росте как минимум на голову, а то и больше. Но это нисколько не смутило девушку-героя и не заставило чувствовать себя немощнее. Она знала себе цену и была полностью уверена в своих силах, поэтому не стушевалась.       — Откуда тебе знать, что просто, а что нет, парниша? — она легко вспорхнула с пола, поднимаясь на уровень глаз заносчивого школьника. — Когда-нибудь тебе сильно прилетит за твое высокомерие.       — От тебя-то? Очень сомневаюсь, — Акио снова показал свои острые клыки, скалясь в хищной ухмылке, и Нацуми вдруг сильно захотелось осадить этого шкодливого лисенка.       — Хорошо, если ты такой крутой, то ответь на пару моих вопросов. Приходилось ли тебе хоть раз смотреть, как умирают твои друзья? Как несвоевременно уходят из жизни твои учителя? Союзники? Простые люди, которых ты не смог спасти, потому что переоценил свои силы? — девушка заметила, как его лицо потеряло прежнюю уверенность, но повинуясь своей упертости, он крепко держал маску «мне нет до твоих слов никакого дела, жалкая девчонка». — Я буду только рада, если та мощь, о которой ты так высокомерно треплешься направо и налево, окажется правдой. Я буду счастлива, если ты окажешься сильнее и умнее меня, потому что это будет означать больше спасенных жизней, больше счастливых улыбок людей. Но если ты проиграешь, будучи таким самоуверенным, это лишь разочарует. И, в первую очередь, это разочарует тебя…как там тебя зовут? Такаги, кажется. Так вот, Такаги, тебе стоит поменьше трепать своим ядовитым языком и пойти в зал, чтобы как следует потренироваться. Потому что я сомневаюсь, что ты хоть пальцем сможешь меня задеть.       — Динамит не думал, он…       — Да что ты вообще знаешь о Динамите?! Этот человек не вылезал из зала для тренировок, отдавая все свои силы, чтобы стать номером один. Он всегда оценивал риски и попутный ущерб, который может нанести его причуда. Ни один его взрыв не был произведен наудачу. Не тебе говорить о том, какой он. Я уверена, что твоей самоуверенной заднице ещё пахать и пахать до его уровня, пацан.       — Миленько ты о нём отзываешься однако, если учесть, что он тебя кинул, — безжалостно бросил задетый парень, даже не представляя, на какую болезненную мозоль он наступил.       — Хватит, Акио, — в их разговор неожиданно вмешалась девушка с густыми васильковыми волосами, заплетенными в пышные косы. Она занимала парту прямо позади Такаги.       — Отстань, Сэки! Я и без тебя решу, что мне делать.       — Сядь, придурок. Она тебя по стене размажет, — одноклассница схватила парня за предплечье и сильно дернула, чтобы тот занял свое место, но Акио не поддался. Тогда она встала рядом с ним и низко поклонилась Оотани, — Простите, пожалуйста, за его непристойное поведение. Он у нас немного туповат.       — Слышь, Аямэ, я тебя сейчас на боковую отправлю.       — Утоплю, сволота, — огрызнулась на него в ответ высокая и стройная одноклассница, пока вокруг её рук уже закручивались струйки воды, словно затаившиеся хищники, готовые сорваться вперед.       — Такаги, Сэки, я что-то не понял. Я, по-вашему, здесь для мебели стою?! Я для вас такие адские тренировки устрою, что вам больше никогда в жизни не захочется раскрывать свои грязные рты!       — Простите, учитель, — снова поклонилась Аямэ, так сильно ударив Такаги локтем в живот, что тот даже согнулся от боли.       — Простите, — прохрипел рыжеволосый наглец и темнее тучи уселся за свою парту.       Глядя на эту словесную перепалку двух одноклассников, на душе почему-то стало теплее. Акио точно не пропадёт, когда рядом есть такая бойкая девчонка. Сэки сумеет остудить его буйную головушку. Оотани кинула последний заинтересованный взгляд на наглого лиса и проследовала обратно на свое место возле Айзавы.       — Прости, — тихо шепнул мужчина, прежде чем обратиться к классу. — Если ещё хоть один из вас проявит свое неуважение, исключу без права восстановления! На вашем месте я бы не стал переходить дорогу Оотани, она была одним из самых выдающихся выпускников нашей академии. Ваше счастье, что она любезно согласилась потренировать вас, жертвуя своим выходным.       — Еще раз приносим наши извинения за поведение Такаги. Я прослежу, чтобы наш одноклассник впредь был более вежливым, — из-за парты, что стояла перед Акио, вдруг поднялся зеленоглазый парень. — Староста класса 1-А — Хаяси Широ, — представился он, поправляя свою шоколадную челку.       — Да за что ты изви… — начал было Такаги, но староста быстро сжал руку в кулак, вынуждая парня заткнуться. Бедный лис резко схватился за горло, но Хаяси уже расслабил руку, позволяя кислороду вновь скользнуть в легкие Акио. Тот сильно закашлялся, но староста даже глазом не повел, продолжая смотреть на наставников.       — Что ты только что сделал, Хаяси? — поинтересовалась Оотани, внимательно изучая парня своими разноцветными глазами.       — Я управляю потоками воздуха, поэтому украл немножко кислорода у нашего болтуна.       — Занятные вы ребятки, — заключила Нацуми, довольно ухмыляясь.       — Сэки, Такаги и Хаяси получили наивысшие баллы при поступлении. Но вот дисциплина у этих троих хромает, — пояснил Айзава.       Оотани не удивилась, услышав такой отзыв о Широ, хотя он и был старостой. Этот зеленоглазый красавчик совсем не выглядел паенькой, но однозначно излучал ауру лидера. На его шее, так же как и у Акио, она заметила татуировку, да и в брови красовался прокол. Этих троих явно связывает что-то большее, чем статус обычных одноклассников, но выяснить это Нацуми ещё успеет.       — Итак, ребятки, сейчас мы с вами немного познакомимся и отправимся на шестой полигон, чтобы провести тренировку, — радостно хлопнув в ладоши, сообщила наставница, получая в ответ волну воодушевленных возгласов.       Новое поколение класса 1-А произвело на Оотани сильное впечатление. Помимо главной тройки там оказалось немало удивительных причуд, способных при должном внимании развиться в поистине геройские силы. Остальные ребята оказались гораздо более сговорчивыми, чем упрямый колючка Такаги, который все оставшееся время дулся, глядя в соседнюю стену.       Шестой полигон представлял из себя несколько больших поместий, спрятанных в гуще деревьев, перед которыми выстроились в ряд двадцать первогодок. Айзава и Оотани встали напротив, держа в руках планшеты, содержащие списки учеников.       — Итак, задача нашей сегодняшней тренировки — засада. Вам будет предоставлено десять минут, чтобы сориентироваться, расставить ловушки и спрятаться. Оотани будет играть роль злодея, который намеревается пробраться в поместье, чтобы выкрасть некую ценную вещь. Главная цель — научиться действовать не в лоб, а используя различные уловки, которые помогут вам одолеть врага, значительно превосходящего вас по силе. Задание считается выполненным, если вы сможете надеть на неё вот эти наручники, — Айзава сразу же продемонстрировал инвентарь. — Наш Призрак, как вам всем, наверное, известно, — всесторонний боец, поэтому будет довольно сложно. Оотани сильна как в дальнем бою, так и в ближнем, а также обладает способностями сенсорного типа. Поэтому, чтобы победить, вам нужно максимально её запутать или создать помехи для силового поля. И ещё одно. Согласно её геройскому имени, Призрак умеет скрывать свое присутствие, становясь полностью невидимой.       — А можем ли мы вообще что-то этому противопоставить? — спросил один из двадцати, очевидно, высказывая сомнения большинства.       — Выходы есть даже из самых мрачных ситуаций. Включите свои мозги и действуйте слаженно. Не бойтесь импровизировать с комбинациями ваших причуд, — посоветовал им классный руководитель.       — Я бы хотела проверить командную работу нашей проблемной троицы. Что скажете, Сотриголова? — ещё раз просматривая списки отрядов в планшете, предложила Оотани.       — Я не против.       — Отлично. Тогда Такаги Акио, Сэки Аямэ, Хаяси Широ и Нагаи Ичиро, вы в команде номер один, — сообщила всем присутствующим Нацуми. — Распределение на остальные четыре отряда огласит учитель Айзава.       Когда с расфасовкой учеников было покончено, первая команда осталась стоять на месте, в то время как остальные ребята проследовали в пункт наблюдения.       — У вас есть десять минут, прежде чем я войду в эту рощу. Начали! — скомандовала Оотани, и все четверо тут же скрылись среди густой растительности. — Эти ребята в самом невыгодном положении. У них нет преимущества во времени, как у других, обладающих возможностью продумать план особо тщательно, основываясь на опыте предыдущих сражений, — размышляла Оотани, стоя в ожидании рядом с Айзавой.       — В реальности часто так бывает, когда приходится действовать в стесненных временных рамках. У жизни нет кнопки «повторить запись», поэтому пусть учатся реагировать на ситуации моментально.       Ровно по истечении указанного времени девушка шагнула за линию старта. Деревья встретили её приветливым шелестом листвы на пушистых кронах, пока солнышко проникало сквозь них, рисуя золотой пятнистый узор под ногами. На первых шагах вглубь не было видно ни намека на чье-то присутствие, одни только птицы красиво щебетали над головой.       «Игра началась, малыши, — хищно произнесла она у себя в голове, прежде чем отпустить волну силового поля с поводка. — Первый балл в вашу пользу. Видимо, Нагаи пустил в ход своих теневых волков, чтобы одноклассники смогли затеряться, — Оотани сделала ещё несколько уверенных шагов вглубь леса. — А их тут довольно много», — подумала она, пытаясь отделить детей от весьма крупных животных.       Пройдя ещё с десяток шагов, она увидела первых темных как ночь хищников. Они кровожадно скалили свои зубы, прижимая морды ближе к земле, словно вот-вот сорвутся вперед. Волки были крупными, но казалось странным видеть их хищный оскал, но не слышать ни звука, ни единого рыка, ничего. Они ступали по земле совершенно бесшумно, словно их и не было вовсе. Но, может, это и не являлось ложью. Чтобы проверить свою догадку, Оотани попыталась стереть эти темные пятна, прячущиеся среди деревьев, но как она и подозревала, ничего у неё не вышло. Она не смогла разделить их на атомы, потому что они не были материальными. Но раз они бесплотны, значит и урона нанести не смогут. Сделав этот вывод, она уверенно шагнула дальше, не страшась получить укус. Однако не пройдя и пары метров, резко остановилась.       «Если они бестелесны, мое силовое поле бы их не заметило. Тогда что же я ощутила? — подумала Нацуми, пуская новую волну. — Есть и другие?»       Пока девушка замешкалась, сзади подкрались новые волки. В самую последнюю секунду она успела взлететь над землей, услышав, как щелкнули острые зубы упустивших добычу зверей. Черные волки метались по земеле прямо под девушкой, злясь на расстояние.       Оотани снова попыталась применить разделение, и на этот раз теневые волки тут же обратились в пыль. Проделав то же самое и с теми, что держались на расстоянии, она двинулась в сторону поместья.       По мере приближения к дому видимость окружающего пространства становилась все хуже, пока Нацуми полностью не окутала мутная дымка тумана. Очевидно, Сэки подняла уровень влажности до максимума, наполнив воздух капельками воды, чтобы Хаяси пустил этот туман в сторону наставницы.       Ощущая силовым полем крадущихся хищников, Нацуми снова запустила в них расщепление. Однако волки нужны были лишь для того, чтобы своим нюхом проложить путь к наставнице-злодею, ведь туман лишал зрения обе стороны. За каждым зверем, словно змеи, струились потоки воды, неся на себе небольшие бомбы. Стоило только волкам кануть в небытие, как со всех сторон к Оотани устремились взрывные устройства.       Услышав шум бурных водяных потоков, Нацуми закрылась защитным силовым полем, хватая причудой каждый появившийся в поле зрения снаряд, чтобы направить их туда, где она ощущала большие скопления противников. Немного не донеся их до толпы, Оотани сжала каждую бомбу, вызывая самопроизвольный взрыв без личной команды Такаги. Наверняка наглое использование его же оружия против него самого позлит самоуверенного школьника.       Череда шумных взрывов пронеслась по лесу, оставляя после себя едкий серый дым, ухудшающий и так ужасную видимость. Уставшая из-за отсутствия зрения Нацуми расширила свое защитное поле, повалив вокруг себя несколько рядов деревьев. Получив пространство для движения, она отделила причудой часть покрытых листьями веток от упавших стволов, сплетая их между собой в огромный веер, чтобы затем с его помощью поднять вокруг себя внушительной силы ветер, который унесет все следы дыма и тумана, позволив наконец осмотреться.       Оглушенная взрывом Сэки лежала на земле в нескольких метрах севернее от Нацуми. На всякий случай девушка поместила её под купол защитного поля, чтобы исключить возможность нападения.       Выйдя наконец из леса, Оотани оказалась на свободной от густой растительности лужайке, ведущей к большому поместью. У входа в дом её поджидал, словно сторожевой пес, огромный трехметровый волк, демонстрируя свои острые клыки.       «Наверное, это сам Нагаи. Айзава говорил, что он имеет внушительный вид в образе зверя», — подумала Оотани, не торопясь двигаться дальше.       Нацуми показалось странным, что Ичиро ходил из стороны в сторону, но не делал ни шагу дальше определенной невидимой линии. У девушки вдруг появилась интересная теория, которую она тут же взялась проверять. Подняв в воздух большой булыжник своей причудой, она бросила его на середину ровной зеленой лужайки. В ту же секунду, как камень коснулся бархатной травы, новая волна взрывов прокатилась по округе, разбрасывая куски земли во все стороны.       Отвлеченный этим грязевым фейерверком и новой завесой дыма Нагаи не сразу заметил, как земля под его массивными лапами начала трескаться. Пустившись бежать, он надеялся опередить рассыпающуюся поверхность, но трещина неслась ровно туда, куда и он. Черный дымчатый волк решил отпрыгнуть в сторону, но, словно по мановению палочки дирижера, полетел четко в западню, подготовленную Оотани. Массивная туша упала на дно глубокой ямы, которую уже успело накрыть защитным полем, поэтому сколько бы волк ни бился об него своим телом, сколько бы ни царапал когтями, выбраться не удавалось.       Выведя из строя двоих из четверки школьников, Нацуми позволила себе приземлиться возле входа в здание, но не спешила двигаться вперед. Просканировав поместье, она обнаружила оставшихся парней на втором и третьем этажах. Чтобы не попасть в ловушку, которую они точно установили на входе, девушка решила проложить себе личный проход. Стена на торце здания любезно рассыпалась под действием причуды Нацуми, приглашая девушку войти в уютную столовую. Скрыв себя от посторонних глаз, она полетела искать лестницу на второй этаж.       «Такаги, а твои хлопушки довольно шумные», — обратилась она мысленно к парню, надеясь немножко позабавиться.       «Это не хлопушки!» — гневно огрызнулся Акио, впервые ощутив на себе телепатию.       «Тебе стоит использовать их не так прямолинейно, а то раскусить тебя не составляет большого труда».       «Тогда покажись, трусишка, и мы посмотрим, как я умею сражаться на самом деле», — Такаги осмотрелся по сторонам, опасаясь, что девушка уже может быть совсем близко.       «Прости, лисенок, но мы с тобой поиграем в другой раз. Сегодня у тебя была совсем иная задача. А теперь поспи немного», — Нацуми, которая успела прокрасться к нему за спину, вырубила парня одним четким ударом в нужную точку.       Заключив и этого вспыльчивого школьника в свою невидимую тюрьму, Оотани отправилась за последним. Хаяси стоял в конце коридора, охраняя нужную девушке дверь. Когда Нацуми полетела вперед по длинному проходу, она не заметила крошечные подарочки, что приберег для неё хитрый Акио. Чтобы суметь распознать приближение невидимой наставницы, Широ поддерживал в воздухе десятки мельчайших бомбочек, которые тут же срабатывали при соприкосновении с твердой поверхностью.       Мощь этих малышек приятно удивила Нацуми, но жгучая боль сбила концентрацию, заставив невидимость слететь с тела девушки. Не теряя ни секунды, Хаяси украл у неё такой необходимый для функционирования кислород. Легкие обожгло, рот попытался вдохнуть, но безуспешно. Она запустила в Широ все, что было под рукой, но каждый снаряд отлетал под действием встречных потоков воздуха. Он приближался. Еще несколько шагов и он сможет надеть на неё наручники. Но Оотани никогда не любила проигрывать, поэтому собрала в себе силы, широко раскрыла руки и с размаху хлопнула в ладони, заставляя стены по обе стороны от Хаяси резко сомкнуться под действием её телекинеза. Сопротивление его причуды смягчило удар, но парня все равно вырубило, и тогда хватка на горле Нацуми сразу же пропала, заставляя жадно глотать вновь появившийся воздух. Она позволила себе упасть на пол, пока грудная клетка быстро вздымалась и опускалась, ненасытно поглощая кислород.       — Ну что, возьмешься за наставничество? — поинтересовался Айзава, шагая вместе с Оотани в сторону академии после того, как она провела ещё несколько тренировочных боев.       — С удовольствием! — радостно согласилась уставшая девушка. — Мне очень понравились ваши новые студенты, Сотриголова, да и по академии я, оказывается, очень скучала.       — Отлично, я рад.       Через неделю Нацуми вновь стояла возле площадки для тренировок, спокойно ожидая своих подопечных, когда из-за угла неожиданно вышел человек, которого там и вовсе не должно было быть. Во всяком случае, её об этом предупредить забыли. А может, сделали это намеренно.       — Что ты здесь делаешь?! — ошарашенная она смотрела на него с широко раскрытыми глазами, не в силах поверить, что он стоит прямо перед ней.       — Нацу?! — казалось, что Бакуго и сам испугался, случайно наткнувшись на свою дорогую бывшую. Не похоже, что он был готов к этой встрече. — Меня пригласил Сотриголова, — рассеянно ответил парень, пытаясь собрать себя в кучу.       — Ну, спасибо ему! — прорычала Нацуми, закипая. Девушка ни секунды не сомневалась, что виноват в этом хитрый жук по имени Хитоши Шинсо. Наверняка проехался любимому наставнику по ушам, чтобы тот пригласил Кацуки на её уроки. Прелестно, ведь она всегда мечтала выяснять отношения на глазах у школьников. — Не хватало же мне тут одного взрывного засранца, прислали главного…       — Что? О чем ты?       — Сам скоро увидишь.       И тут, словно по заказу, с другой стороны показалась толпа студентов во главе с огненно-рыжим Акио.       — Да это же наш любимый учитель — Оотани-трусиха-Нацуми. Так рад вас видеть, что аж хочется блевать, — любезно поздоровался парень, не замечая Кацуки, который был скрыт от его взгляда высоким кустом.       — Заткнись, Такаги. Тебе в прошлый раз позора не хватило? — раздраженно ответила наставница, отмахиваясь от приставучего школьника.       — Слышь, рыжий, тебя с девушками общаться не учили?! Так я тебе быстро растолкую. Начинай копить на вставные зубы, — пригрозил показавшийся Бакуго, инстинктивно отгораживая Оотани от Акио своим телом.       — Динамит?! Простите, вы не так поняли! Мы так шутим. Правда же, Оотани-сенпай? — его испуганные лавовые глаза умоляюще посмотрели на девушку в надежде сохранить свое лицо перед героем, которого он почитал.       — Как мило. Слышал, Динамит? Я —Оотани-сенпай. Как же ты быстро переобуваешься, малыш Такаги. А знаешь что, будет забавно посмотреть, как твой кумир надерет тебе зад. Тебе так не кажется? — Нацуми была не в настроении, чтобы спасать наглые задницы грубых учеников, поэтому решила не подыгрывать его спектаклю.       — Он всегда так себя ведет? — осведомился Бакуго, все еще хмуро глядя на парня.       — Такаги? Каждый божий раз, когда меня видит. Но знаешь, мне даже нравится. Всякий раз представляю, что посылаю не его, а твою наглую рожу. Отвали, Кацуки, мне не нужна твоя защита, тем более от этого бесстыжего щенка, — Нацуми показательно отодвинула парня, выходя из-под его охраны, и отправилась к остальным ученикам, чтобы больше не видеть ни того, ни другого.