Был не прав

Чимин устало потягивается, медленно моргая, как сонный котенок. Набухшая грудь ужасно переполнена и болит. Сону ещё спит, его не покормить. Конечно же, он будет спать. На часах только полчетвертого утра. Чимин и сам не понимает, почему подскочил, как ужаленный. Казалось бы, сегодня суббота, долгожданный выходной, но нет же, организм бунтует. Прошедшая неделя была максимально некомфортной и странной для Пака. Хотя бы потому, что вечно недовольный математик больше не придирался к нему, лишь смотрел на омегу с ребенком со своего стола и хмурил свои густые брови. А ещё другие студенты, которые почему-то не приближались к Паку с начала учебы, разговаривали с ним и играли с Сону. Это слишком для нервной системы омеги. И именно поэтому молока в его бедной груди стало больше. Теперь сцеживать молочко приходится 3 раза в день вместо прежних двух. Благо, ему с этим помогает Тэхён. Повезло его будущему омеге — заполучит альфу, который знает про малышей и беременных омег больше, чем остальные альфы его возраста. Да он про Чимина и Сону знает больше, чем сам Чимин. Тот слишком невнимателен и забывчив в последнее время. Половину лекций в универе он пропустил, потому что малышу вдруг приходило в голову покапризничать, отвлекая преподов и других студентов от учебы. Зато с понедельника начинает работать сад, в который так любит ходить активный альфочка. Уж там-то не будет страшных дядек и постоянной болтовни на взрослые темы. К слову о страшных дядьках. Почему тот альфа так подозрительно смотрел на его папочку? Каков наглец. Был бы Сону постарше, с удовольствием бы навалял этому типу. Но в 2 года это сложно осуществить, поэтому приходилось делать то, что он умел идеально: в порыве ревности закатывать истерики и потом нахально смотреть на страшного дяденьку, который не отводил от них темный взгляд, когда маленькая семья в очередной раз покидала кабинет. Чимин смотрит на спящего сына и поверить не может в то, что он уже папа. Единственное, что его расстраивает — тот факт, что Сону будет лишён отцовского воспитания в полной мере. Скоро Юнги и Хосок захотят ребёночка, и у альфы совсем не будет времени на Сону. Тэхён тоже обзаведётся своей семьёй, и ему тоже будет не до Паков. Омега ласково проходится рукой по вихрам сынишки, решая приготовить его любимые банановые блинчики с карамелью, а заодно и сварить какой-нибудь суп на вечер, раз сон все равно не идет. Но для начала неплохо бы разобраться с ноющей грудью. За готовкой время пролетает слишком быстро, но это помогает омеге отвлечься от невесёлых мыслей. Он пританцовывает и напевает какую-то популярную песню, понимая по вкрадчивым шагам и мягкому запаху лаванды, что в квартиру заходит Тэхён. Альфа удивленно смотрит на своего друга, которого уж точно не назовешь жаворонком, и ставит на стол кучу пакетов с едой. — Пак Чимин-щи, ты меня удивляешь. С каких пор ты у нас рано встаешь? — Ким Тэхён-щи, вот уже… — блондин смотрит на настенные часы и продолжает: — 3 часа как. — Что-то стряслось? Тебе нехорошо? Тебя что-то тревожит? Ты даже в детстве так рано не вставал. Ты же знаешь, что можешь рассказать мне всё. И Чимин рассказывает. Он делится абсолютно всеми переживаниями, накопившимися за последние несколько недель, а альфа слушает, не перебивая, лишь сжимает лапку друга, таким образом оказывая поддержку ранимому омеге. Сегодня на пары к 10, поэтому парни могут позволить себе не торопиться, а спокойно собраться и даже прогуляться до садика вместе с радостным Сону, которому не терпится увидеть товарищей и поиграть с ними. Май. Природа преображается, примеряя то одно, то другое платье. В небе звонко перекликаются птицы, первые почки крохотными листиками тянутся к небу, поближе к ласковым лучам утреннего солнца. Благоухают душистые цветы. Сону замечает на дереве белочку и счастливо визжит, начиная что-то бурно рассказывать, отчего Чимин и Тэхён умиляются и пытаются записать лепечущего малыша для архива, но их прерывает звонок на телефон омеги. Он удивленно смотрит на имя и отвечает мягким голосом: — Юнги? Давненько мы не общались. — Привет, прости, что не звонил. На работе завал. Я что хотел… Мы с Хоби приезжаем в Пусан на следующей неделе. Не против прогулки с Сону на выходные? Устроим пикник, сводим на карусели и… что там ещё любят дети? Чимин радостно соглашается и подмигивает Тэхёну, который катает смеющегося ребенка на крепкой спине.    

***

Друзья только подходят к университету, как Кима уводит какой-то миловидный омега «по очень важному вопросу». Чимин ободряюще улыбается альфе и спешит в аудиторию. Около кабинета он останавливается, слыша, как одногруппники обсуждают омегу и его раннюю беременность. Кулаки непроизвольно сжимаются от злости, но Пак лишь глубоко дышит, как его учил Тэхён, он же личный психолог, он же лучший друг и так далее по списку, который альфа сам же и придумал, поднимает голову и уверенной походкой заходит в кабинет. Сегодня он пришел раньше самого Дьявола, который всё это время стоял сзади него, видел ссутуленную спину, стиснутые кулачки и борьбу омеги с гневом. Удивительный омега. Чонгук выжидает полминуты, после чего заходит в аудиторию широким шагом, ослепляя всех своей белозубой улыбкой, на которую тут же ведется омежья половина группы, радостно улыбаясь в ответ. Все омеги кроме одного. Чимин что-то быстро печатает в телефоне, не обращая внимание на математика, улыбка которого предназначалась только ему, и забавно дует щёки. Чонгуку хочется их потискать и, возможно, немножечко, ну самую малость, укусить, однако он держит себя в руках и пытается вести предмет.

***

Конец рабочего дня. Все ужасно вымотаны. Пак еле волочит ноги, а ведь ему ещё забирать Сону с садика. Тэхён хотел пойти с ним, но тот его прогнал, наказав пригласить утреннего омегу на свидание. Да и Чимину не помешает прогуляться в одиночестве, проветрить голову, однако его планам суждено было не сбыться. Около своей навороченной тачки стоит расслабленный математик и кого-то ждёт. В солнечных очках, стильном пиджаке он похож на Винченцо Кассано, консильера мафиозной семьи из нашумевшей дорамы (это Тэхён его подсадил, Чимин не виноват). Пока омега пытается незаметно улизнуть из поля зрения препода, чтобы не напороться на очередные поддразнивания, тот уверенно (хотя внутри всё трясётся от волнения) шагает к неудачливому студенту и предлагает подвезти до дома. — Вы, конечно, очень добры, но мне сейчас не в ту сторону, — говорит омега и обходит Чона, но тот резко хватает его за локоть, отчего Пак с обидой шипит и пытается выбраться из стальной хватки. Когда Чонгук осознает, что сделал больно тому, о ком не может перестать думать, то сразу же отпускает чужой локоть и начинает извиняться и корить себя за такой тупой поступок. Молодец, Чон, минус сто очков Гриффиндору. Так держать. Ещё немного и от тебя начнут шарахаться, если не уже. Чимин тем временем становится всё меньше и меньше с каждым шагом, но Чонгук даже не думает сдаваться. Он запрыгивает в машину и, нагнав Пака, снижает скорость, чтобы ехать с ним наравне. — Запрыгивай. — Нет. Что вам вообще надо от меня? — Чтобы ты сел в мою машину. — Вы похожи на мафиози, — бурчит Чимин и ускоряется, чтобы не получить по шапке за такое сравнение. Чонгук в недоумении. Ему, конечно, говорили, что он очень хмурый и не похож на того, кто любит заводить друзей, но не до такой же степени. — Но я не мафиози, а преподаватель по математике, — спорит Чонгук. — Одно другому не мешает. Чонгук начинает хохотать во всю. Какой же Чимин забавный и милый. Однако тот смотрит на альфу и молит всех богов, чтобы тот уже поехал по своим делам. — Залезай уже. Если бы я был маньяком— — Я не говорил про маньяка, — взвизгивает Чимин. — Вы сейчас сами всё подтвердили. Я так и знал. Тэ теперь должен мне. — Вы спорили на меня? — возмущению Чона нет предела. — И я не договорил. Так вот. Если бы я был мафиози или маньяком, я бы замочил тебя раньше, когда ты, например, оставался после пар. Возможностей куча. Но я этого не сделал, потому что я не насильник. — Насильник?! Чонгук вздыхает и пытается в последний раз (по-хорошему, потому что он не сдается). — Садись же. — Ладно, — легко соглашается Чимин. — Мне просто нравится доводить людей и преподавателей. — То есть преподаватели — не люди? — Неа. Чимин садится на заднее сидение, отчего альфа внутри Чонгука скулит, потому что ему срочно необходимо вдохнуть карамельный запах, но имеем то, что имеем. — Куда нам, капитан? — Но капитан же вы… А нам в детский сад. Сейчас скажу адрес. — Я думал, ты уже вырос из садика, — шутит Чон, на что получает прищуренный чиминов взгляд, и счастливо визжит в душе, как пятнадцатилетний омега, которому краш признался в любви. Когда они подъезжают к учреждению, то видят группу малышей на прогулке с пожилым омегой. Сону, завидев папочку, бежит с криками и улыбкой от уха до уха к Чимину, совершенно не замечая страшного дяденьку, но когда радость от встречи с папой стихает, и маленький видит альфу, то не скрывает недовольного фырка. Чимин же целует сына в макушку и просит Чонгука подержать Сону, пока он сходит к воспитателю и заберет вещи. Альфочка чувствует соперника, который отберет у него папу, поэтому кусает его с милым выражением лица и делает простодушное лицо, будто бы не он сейчас хотел оттяпать Чонгуку полруки. Через несколько минут возвращается омега, и оба альфы ликуют по этому поводу слишком бурно. Чимин непонимающе смотрит на них, на что математик машет здоровой (серьезно, из-за укуса двухлетнего ребёнка может остаться шрам, Чонгук уверен) рукой, мол, ничего серьезного, но эта ментальная (и не только) вражда длиною в пять минут нервировала его больше, чем должна была. Нервировала его даже больше, чем Сону, который не отлипал от своего папочки всё то время, что они ехали до дома Паков. Чонгук понимает, что влип.