Был не прав

— Чонгук, нет. — Чонгук, да. — Нет. — Ну, пожалуйстапожалуйстапожалуйста, — ноет альфа. А ведь казалось, что такой взрослый. Ещё бы лег на пол и ногами подрыгал. Намджун вздыхает. Он вообще не понимает на кой черт младшему понадобилась «хоть какая-то! хоть милипусечная (откуда у Чонгука вообще взялось это слово?)» информация о Чимине. Жил же себе спокойно, никого не трогал, но нет же — драму ему подавай. Намджун снова смотрит на альфу, который водит вокруг него хоровод в одного, и понять не может, как подружился с ним. Наверное, Чонгук сделал какой-то приворот. Намджун задумывается и пропускает тот момент, когда его друг, решивший вдруг стать коалой на двадцать восьмом году жизни, залезает тому на спину и валит его на пол. — Чонгук! — рёв альфы слышно издалека, и оба надеятся, что Сокджин, муж Намджуна, внезапно стал глухим. Но нет. Мечты, конечно, имеют свойства сбываться, однако не в их случае. Топот беременного омеги невозможно спутать ни с чем (да и никого кроме него в квартире больше нет как бы), поэтому альфы резво встают и стукаются лбами. И именно такую картину застаёт Джин. Впрочем, он уже не удивляется. Привык. — Итак, молодые люди, — слишком спокойный тон не сулит ничего хорошего, мужчины заранее готовятся к худшему. Сокджин тем временем любовно поглаживает живот и злобно зыркает на них. — Что стряслось в этот раз? Что, блять, было настолько важным, что вы решили прервать наш с малышулей сон? — Хён, мы- — Чонгук запал на студента! — выкрикивает Намджун в попытках спасти свою задницу. Он знает, что муж не терпит лжи так же, как любит быть свахой, шиппером, называйте, как хотите. Глаза омеги загораются от такой новости. Несмотря на то, что он на пятом месяце беременности, омега подлетает к опешившему от такого предательства со стороны друга Чонгуку и заговорщически улыбается. Альфе даже как-то страшно становится от вмиг подобревшего хёна. Что ж, обращаться с просьбой к Намджуну было не самой лучшей его идеей. — Я не запал, — отбивается Чонгук. — Просто интересно стало, сколько лет ему было, когда он родил. — Так ты запал на замужнего омегу?! Джин визжит, и Чонгук проклинает тот день, когда он впервые встретил Кимов. А что он собственно хотел? Это же Джин. Тому подавай сплетен и интриг. Большего и не надо для счастья. — Вот именно. Замужний… Ещё и студент. Так что нет смысла западать на него. Кстати. Только сейчас заметил, какие у вас занавески зелёные. Прям глаз не оторвать. Можете сказать, где брали? Такие зелёные, прям ух. — Джин решил, что если в доме будет много зеленых вещей, то у ребенка будет запах свежескошенной травы. Чонгук глупо моргает. — А почему не лайма? Или огурца? Намджун вздыхает. Одному омеге плевать на занавески, огурцы и лаймы. Есть дела понасущнее. — Так когда ты ему признаешься? — Кому? — как же младший любит притворяться дурачком. Прям чувствует себя в своей стихии. Словно рыба в воде. Словно рамен в желудке. Словно- — Ну не лайму же, — закипает Джин. Он-то знает альфу как облупленного. Понимает, что тот специально ведет себя, как идиот, лишь бы с темы соскочить. Ну, ничего. И не такое проходили. Безумный и максимально странный план возникает в голове омеги со скоростью света, поэтому пара секунд и Сокджин оседает на пол. — Рожаю, Намджун, я рожаю! Воды отошли. Не проходит и секунды, как вечно собранный и серьезный альфа подскакивает к своей паре, прижимая хрупкое тело к себе, а уж потом осознает. Пятый месяц. Никаких детей в ближайшие дни. Только он и Джин. Джин, который стукает его по лбу и шипит. Почему шипит — непонятно. Чонгук наблюдает за этим цирком уже добрые пять минут и хихикает от друзей-балбесов. — Не сработало, хён, — добродушно подмечает альфа. — И без тебя заметил, мистер Очевидность. Всё, Джуни, неси меня в комнату, я устал. А то устроили мне тут. Приходят всякие Чонгуки и доводят меня. Под такие причитания и ворчания супруги уходят в спальню, а потом младший слышит слишком уж громкие чмоки и стоны и спешит ретироваться домой. Джин специально. Чон уверен в этом. Он ещё отомстит. И мстя его будет ужасна. Уж он-то постарается.

***

Когда альфа приходит домой, уже за полночь. Чонгук вдыхает родной запах квартиры и идет на кухню. Смотрит содержимое холодильника и полок и вспоминает, что должен был заехать в супермаркет. Рамен так рамен. Не впервой. Мысли снова возвращаются к Паку. Точнее Пакам. Почему его так тянет к ним? Казалось, информация о ребенке должна была оттолкнуть Чонгука, но всё совсем наоборот. Она только сильнее заинтересовала его. Хотелось узнать о Чимине больше, и, боже, это всё так неправильно! Но альфа не может остановиться. Омега манит словно магнит. Вода закипает, и Чонгук подскакивает, отправляя лапшу в кастрюлю. Интересно, кто отец ребенка? Красив ли он, как и сам Чимин? Да ну нет. Прекраснее омеги нет никого. Даже запыхавшийся, с помятым лицом и гнездом на голове он похож на самого милого котенка во всем мире. Размышления альфы о том, кто прекраснее всех на свете, прерывает уведомление от KakaoTalk. Намджун. Альфа ухмыляется и открывает диалог с предателем. [00:48] мой недруг: @cutiepie_jm Это его ник в инстаграме

[00:49]

я:

Я искал его там, но ничего не нашёл

[00:51] мой недруг: Но ты мог? посмотреть? у меня??? в подписках? потому что я подписан на каждого студента у себя группе.

[00:51]

я:

Не умничай, зануда

[00:54] мой недруг: Это твоё СПАСИБО ОГРОМНОЕ НАМДЖУНИ ХЁН ТЫ САМЫЙ ЛУЧШИЙ?

[00:56]

я:

СПАСИБО ОГРОМНОЕ НАМДЖУНИ ХЁН ТЫ САМЫЙ ЛУЧШИЙ

[00:57] мой недруг: Серьёзно? Ты просто скопировал мой текст? Чонгук ничего не отвечает на это. Он заходит в приложение и забивает ник милашки. На аве его сын. Теперь понятно, почему он не мог найти его аккаунт в подписках у Тэхёна, которых, к слову, больше, чем у Чонгука нервных клеток. Альфа просматривает каждую фотографию и умиляется каждой. Вот они в парке кормят уточек. Тут они в уютном кафе, где подают прекрасные молочные коктейли. По крайней мере, так подписал фото Чимин, а ему хочется верить. Вот Тэхён с малышом на детских карусельках. Чонгук не удивлён ни капли. Только вот больше никого и нет, собственно. А где фотографии с подписями типа «мой любимый» или «отец моего ребенка»? Чон листает дальше и доходит аж до 2018 года. А вот тут самое интересное. Какой-то альфа. Слишком много какого-то альфы. Он буквально в каждой публикации. И подпись одна и та же. «Suga daddy». У этого Пака кинк, что ли, на папочек? Чонгук может им стать, пусть только попросит. От таких мыслей становится душно. А нет. Это рамен. Альфа переварил его. Что ж, придется есть кашу. Зато Чонгук может с уверенностью сказать, что сидит на правильном питании. Каши же есть полезно.