Дитя Хаоса

7 сентября.

      — На сегодня хватит.       Громкий, словно грохот голос Клауса прервал тренировку, но Ллойд всё ещё держит на прицеле меч перед оппонентом, когда тот наконец признаёт поражение, то он убирает оружие в ножны. Он отвернулся от него, и солдат с каким-то двухзначным номером покинул додзе, поклонившись зашедшему мужчине.       — Долой броню, — скомандовал он, атакую парня одной тёмной сферой. Ллойд увернулся от неё в последнюю секунду, сглатывая и повинуясь своему мастеру.       Он прекрасно знал, в каком ужасном состоянии он окажется, если вновь позволит хотя бы одному удару задеть его. Следя за наматывавшем вокруг него круги мужчине, Ллойд избавляется от ножен и тяжёлых частей своей брони, размышляя, стоит ли ему атаковать первым. Но размышления прерываются ещё одной сферой, и Ллойд уворачивается и от неё.       — Используй свои силы, не трать моё время, — раздражённо выдаёт он, и Ллойд мысленно закатывает глаза. Он не любил так сильно полагаться на свои способности. Это приводило к меньшей пользе, приносило больше вреда, да и ему было безопаснее не светить своими силами.       Юноша пошёл в наступление, используя огонь. Его тёмные сферы поглощали пламя быстро, и Ллойд молниеносно обогнул его, коснулся земли и постарался направить лёд по тому маршруту, что ему было необходимо. Попытка была намного лучше предыдущих: линии были всё ещё неровны, они ответвлялись в разные стороны, но не поглощали своим слоем весь зал. Но это была бесполезная атака, так как Клаус исчез из его поля зрения, и тот ругнулся про себя. Он ненавидел, когда тот так делал.       Ллойд начал прислушиваться, ища глазами невидимого мастера, ему в плечо прилетел один удар, и его чуть не стошнило от сильно закружившейся головы. Он смог избежать ещё нескольких атак, но когда в грудь прилетел ещё один шар, и он свалился на землю, а над ним навис Клаус с одним из его мечей, Ллойд прикрыл глаза, морально готовясь выслушать ещё одну его дурацкую проповедь. Он тяжело дышал, злясь, что эта нечестная битва так измотала его.       — Избалованный мальчишка, то, что ты — сын Императора, не даёт тебе права быть неблагодарным лентяем, — прошипел он, почти плеваясь этими словами. Гармадон-младший привык к этому. Он знал, когда молчать, — Ты поздновато вчера вернулся в интернат, — неожиданно спокойно проговорил он, и Ллойд прикусил язык, чтобы не заглотить наживку и не ляпнуть чего лишнего.       — Мастер Металла заставил нас поднапрячься, — выдавил он.       Он не врал. Карлофф был очень силён, подступиться к нему было практически невозможно. Даже количеством. Поэтому пришлось прибегать к смекалке и заставить его потерять бдительность. Но синяков он получил достаточно. Клауса это не сильно убедило. Не то, чтобы Монтгомери ожидал чего-то ещё.       — Вставай, продолжаем, — убрал он его меч, безразлично бросая недалеко от его головы на каменный пол, и тот поднялся.       Они услышали шаги за массивными железными дверями и ждали, пока их не потревожат, не продолжая, по мнению Ллойда, бесполезные тренировки. Один из генералов-поручиков поклонился им, снимая маску и обращаясь к Ллойду:       — Нашли ещё одного мастера стихий, сэр.       Ллойд пытался сдержать ухмылку, радуясь, что он избавится от Клауса, который был настроен опять что-то выпытать у него. Всё же было хорошо несколько месяцев, и он снова взялся за своё. Ему опять стоит повременить с визитами к матери.       — Уже известно, кто это? Где он?       — Нет, сэр, но на один из наших отрядов в Стикс напали, и Император сказал, что это один из элементов.       Ллойд нахмурился. Слишком много их объявилось в последнее время. Подозрительно много.       — В Стикс? Ладно, готовь корабль, постарайтесь узнать о нём побольше, я прибуду через полчаса. Можешь идти, — кивнул он ему, и тот поспешно скрылся, неуклюже поклонившись и хлопнув дверями.       — Тренировка не окончена, — недовольно пробормотал Клаус, и Ллойд самодовольно выдал:       — Ты знаешь, как устроено. Отец будет злиться.       При упоминании его отца тот сжал за спиной кулаки и нахмурился ещё больше прежнего, и Ллойд покинул зал раньше, чем тот успел что-либо сказать. Почему Клаус так ненавидел его отца, сказать было трудно. Причин могло быть миллион. Но он был единственным, кто знал, что он — его сын. Значит, отец доверял ему достаточно, чтобы оставить его тренировать его непонятные способности.       Ллойд дотронулся до своего плеча, приводя конечность в чувства. Атаки Клауса туманили разум и сознание, выматывали мигом, и что с этим делать он не знал. Его магия была какой-то необычной, иной, и, насколько он знал, Клаус не был мастером стихий.       А сам он… Ну, он не знал, каким мастером стихий он сам являлся, но у него получается призывать огонь и лёд. Гармадон намекнул, что это не полный его потенциал, и с тех пор, как он открыл в себе обе эти способности, к нему поставили Клауса. Несколько лет уже он пытается как-то «помочь», но либо его отец просто ошибся, либо он делает что-то не так, и Клаус был прав в том, что он слаб. А если учитывать то, что его отец никогда не ошибается в таких вещах, то он со скрежетом зубов готовится к ежедневным столкновениям с Клаусом один на один.       Стикс.       Ллойд ещё никогда не бывал в этом городе, все его патрули ограничивались Ниндзяго, близлежащими деревнями, штабом отца на границе города Ниндзяго и интернатом-Даркли. Но он слышал об этом городишке. И если он не ошибался, то это и вовсе был не город, а деревня. Который из мастеров стихий там мог оказаться? В этом месте, где постоянные туманы, холода и сырость? Если там не объявился мастер воды или дождей, то предположений насчёт того, кто ещё там может быть, у него нет.       Ллойд вздохнул. Он ожидал, что миссий не будет ещё хотя бы несколько недель, но с этими мастерами, неоткуда пойми появляющимися отовсюду, у него остаётся всё меньше свободного времени. Парень собрал свою сумку с оружием и формой, дал команду подготовить экипаж на небольшом корабле и встретиться у причала.       По крайней мере, он ещё какое-то время не вернётся в Даркли.

***

      Кай плюхается на диван, оставляя пакеты у входа, и кивает Зейну, который здоровается с ним. День задался с утра отвратительный. В мастерской нужно было пополнить запасы, он обжегся там, выехал в город, в него врезалось несколько придурков, бегущих от Сыновей Гармадона. И как бы Смит не пытался избежать их, он все равно столкнулся и с ними, они стали проверять все его пакеты, одежду, карманы и не выпускали из города какое-то время, пока в город не прибыл главный охотник на мастеров стихий, приказавший оставить граждан и готовиться к миссии. Кай не хотел быть ему благодарным, но если бы не этот выскочка, то он бы остался там ещё на несколько часов.       Он ненавидел такие дни. Люди страдали больше обычного, их обкрадывали, лично у Кая, что он считал везением, лишь заняли много времени и заставили волноваться Зейна и Ву дома из-за его долгого отсутствия.       Кай задержался у пристани, наблюдая за тем, как отплывает грузовой корабль. Он крепко стиснул зубы: они убьют ещё одного мастера стихий, а он ничего не сможет с этим сделать. Только стоять, наблюдать из тени и осознавать, что не смог сдержать обещание отца. Его ноги унесли его оттуда, когда мозг начал возвращать ужасные события ушедших дней.       В такие дни ему особенно казалось, что больше нет причин идти дальше.       Он потерял отца и мать во время атаки Сыновей Гармадона, когда он был совсем маленьким.       Он потерял Нию несколько лет назад, хотя он обещал отцу и самому себе всегда защищать её.       Он потерял Джея.       У него остались только Зейн и сенсей Ву.       В дверь настойчиво постучали, и Зейн позвал Кая, свалившегося от усталости. Тот тяжко выдохнул и подошёл к другу. Нахмурившись в ту же секунду, когда он увидел перед собой запутавшегося ниндроида и быстро удалявшегося почтальона, Смит выхватывает письмо, которое вытащил из конверта Жульен. Кай прочёл содержимое, и смял концы бумаги, которые он держал. Быстро повернув конверт в поисках отправителя и не найдя ничего, он посмотрел на Зейна.       — Откуда письмо?!       — Наш почтальон был напуган, сказал, что вооружённый в форму Сыновей Гармадона просил найти нас и передать письмо.       Кай посмотрел на прикрытую другом дверь, потом вновь перечитал письмо.       — Надо сказать об этом Ву, — предложил Зейн, вырывая бумагу из рук Смита, пока тот не порвал их.       Зейн вновь неверяще посмотрел на письмо, в котором было аккуратным почерком выведено:       «Ния жива. Через неделю встретимся в закусочной Чена.»       Внутри всё перевернулось от одной мысли, что это может быть правда.

***

8 сентября 2015.

      Ллойд не мог игнорировать тревогу, растущую с приближением к деревне. Он был обучен доверять своему чутью, всему своему телу и интуиции. И это никогда его не подводило. Это один из немногих уроков, которые он получил от отца лично. И прямо сейчас казалось, что эта поездка ничего хорошего из себя не представляла. Он вздрогнул, когда услышал, как к нему обращаются.       — Сэр, информация про того мужчину, который вчера помогал преступнику.       Убедившись, что земля наконец была видна сквозь туман, он повернулся к солдату, который ждал его одобрения продолжить. Когда он наконец вспомнил мужчину, которого вчера неудачно задел лезвием, он плотно сжал фальшборт, кивая, чтобы тот продолжил.       — Его зовут Ронин, мужчина средних лет, у него нет семьи, только некоторые не частые связи. Он — вор, обкрадывал музеи, магазины — что угодно. Последние несколько раз был задержан, но все обвинения были сняты, и он сбегал. Особо часто он работал в Стиксе.       Чёрт. Это был недобрый знак.       — Скорее всего, торговал. Здесь отличное место, чтобы вести подпольный бизнес.       Ллойд попросил оставить его одного, и он вновь повернулся к морю, закрывая глаза и вспоминая вчерашнюю битву. Недалеко от свалки было засечено использование элемента, и стало скоро ясно, что это был мастер Металла. Бой был не самым лёгким, но у него точно были и посложнее, и поопаснее. С мастером стихий был Ронин, и Ллойд лишил его жизни, когда от ударов Карлоффа начал обрушаться заброшенный склад. Мастер стихий сейчас в темнице, а теперь, сразу после произошедшего, объявляется ещё один мастер, информацию о котором они не смогли получить.       И эта неясная связь с деревней Стикс… Ему стоит допросить Карлоффа, когда они вернутся. Он лишь надеялся, что встреча вслепую с этим мастером будет недолгой и скорой. И что впервые его чутьё подводило, и просто этот туманный, заброшенный участок земли лишь наводил смутное сомнение. Он натянул маску, когда они приблизились к берегу.       Ллойд дал указания оставаться большей части отряда на корабле или недалеко от него, беря только четверых с собой. Когда они только пересекли деревянный мост и двинулись вглубь деревни, то сразу встретили на пути огромное количество торговцев, рыбаков и мелких лавок. При виде их люди расступались, и Ллойд осмотрел местность. Подозрительного, помимо того, что эти лавочники могли продавать не только сырьё на выживание, наживку для ловли рыб, инструменты и материалы для судна, вроде бы ничего не было.       Этот мастер стихий должен быть недалеко, он явно пытался покинуть это место.       — Охрана говорит, что их смело очень сильным ветром, — доложил один из солдатов, оставшихся у берега.       — Координаты, — потребовал парень, скорейшим образом получая их. И всё же он был благодарен Боргу, обеспечившим их хорошей техникой.       — Они в баре, недалеко отсюда.       — Веди, — приказал он, следуя за побежавшим вперёд мужчиной с панелькой в руках. Он пару раз останавливался, пытаясь поймать сигнал и разобрать, куда идти, но уже по шуму и сильному ветру, достигнувших их, Ллойд знал, куда двигаться.       Вскоре его взору предстала необычная картина. Молодой парень с чёрными, как смола, волосами, не позволял ни одному человеку подойти близко к нему. Вокруг были люди, бежавшие в укрытие — в их случае, в бар, находящийся ближе всего.       Ллойд дрогнул от холода, но быстро скрылся за одним из домов, наблюдая, что он делал. Несколько солдат уже были серьёзно ранены тем, что ветер снёс их с ног и повалил куда попало. И никто ещё не смог подвинуться к нему ближе, чем на два или три метра. Примерно. Он посмотрел на одного из подчинённых, кивнул ему, и тот аккуратно вышел из-за его спины и достал цепь из Местикамня.       Монтгомери пытался прислушаться к его словам, но ничего путного он ещё не сказал. Разве что имя своё назвал. Морро. Этого имени он не слышал ранее, так что оно ему ещё ничего не говорило.       Моргнув пару раз, он вышел вперёд и убрал оружие в ножны.       — Хей, ты, — темноволосый остановился, как и весь его отряд, и Ллойд отозвал жестом всех, и те неохотно подчинились.       Мастер стихий выгнул бровь и хмуро оглядел Ллойда, который стоял перед ним в маске. Видны были лишь его глаза, и он не мог бы узнать его, даже если бы он пересекался с ним ранее.       — Как насчёт битвы один на один? Ты и я, — предложил он, и Морро неверяще усмехнулся.       — Ты в любом случае не позволишь мне сбежать.       — И то верно, — пожал он плечами, — Мечом владеешь?       Морро кивнул, и Ллойд вытащил один из них из ножен, кидая ему. Тот подхватил оружие в воздухе, полностью потеряв нить разговора.       — Без стихии, по-честному, — вновь предложил он, доставая второй меч, — Может, тебе удастся сбежать.       — Ты серьёзно думаешь, что я буду биться с тобой со всеми ними вокруг? — Морро показательно развёл руками, и Ллойд прищурился, но взвесив все за и против, приказал отступить к причалу. Если он разыграет свои карты как надо, то он сможет использовать свою силу и застать его врасплох.       Больше слов не потребовалось, и они вступили в бой. Стиль его был слишком знакомым. Ллойд должен был признать, что его владение мечом не было напускным хвастовством, и ему не стоило судить о том, что он слишком много полагается на свою силу. В отличие от него, Морро хотя бы умел её контролировать и правильно использовать, что незамеченным не осталось: он даже сейчас использовал её почти незаметно, тем самым получая экстренные две-три секунды рассудить и обдумать следующую атаку и успеть самому защититься.       Комментировать он это не стал. Он всё равно проиграет.       Ллойд опустился на одно колено, держа катану над головой и не позволяя себя задеть. Осторожно нагрев рукоять оружия, а потом остудив максимально незаметно, Ллойд убеждается, что всё сработает, и в одну секунду резко убирает меч, откатываясь в другую сторону. Морро на несколько секунд теряет равновесие, пока Гармадон-младший пробует вчерашний трюк с Клаусом, но, к его величайшему сожалению, он со стремительной скоростью уворачивается от ледяной атаки, которая ушла сама по себе ещё дальше, пока не столкнулась с первым, что можно полностью поглотить — мусорным баком.       Оба смотрели на сотворённое Ллойдом, Монтгомери — со страхом и оцепенением, а Морро — со смесью удивления и какого-то злорадства.       — Надо же, — между выдохами сказал Морро, что заставило блондина осторожно подняться с земли и следить за каждым его движением. Он, хоть и выдохся, но готов был сражаться с ним до конца, и Ллойд даже не знал, что хуже: то, что он его не задел и раскрыл свои силы, чего перед другими мастерами он ещё никогда не делал и не смел давать им понять, что их поразила сила стихий, либо то, что он был подозрительно знакомо обучен, — Вот в чём твоё преимущество. Самый лучший охотник на мастеров стихий сам является мастером стихий, — усмехается он.       И Ллойд уже не терпит, яростно нападая на него и нанося ужасно неточные атаки. Морро лишь защищался от него, и Ллойд чувствовал, что этим самым он только выматывает себя и так продолжаться не может. Он позволил противнику понять его страх и поддался гневу. Надо успокоиться. Надо заканчивать с этим делом. Морро почувствовал изменение в его тактике, и отошёл на достаточное расстояние, используя свою силу. Ллойд блокировал её ледяным щитом и наступал ближе.       — Как же ты жалок, — произнёс он, — А твои подчинённые знают, что ты — мастер чего? Льда, да?       Каким же наглым он был!       Остальные, хоть и могли быть сильными и упёртыми, но такими нахальными ещё не были.       Ллойд посылает в него два огненных шара, один из которых всё же задевает его плечо, и тот с криком хватается за ожог. Теперь уже Морро был напуган и удивлён. Ллойд достал выроненную одним из солдатов цепь, целясь и обвивая его руку. Мастер ветра теряет равновесие и падает, и Монтгомери уже вздыхает спокойнее, когда убеждается, что успел заморозить и обездвижить его.       Чутьё не подвело. Это было не очень хорошо. Но это кончилось. И без серьёзных инцидентов.       Дальнейший путь был как в тумане. Клаус был прав. Он должен уделять своим силам больше внимания.