Extinction

С кружкой мятного чая в руках я устроилась в одном из двух кресел в углу своей квартиры, рядом с камином, в котором уютно горел огонь. Квартира была крошечной, однокомнатная с небольшим количеством удобств, но это было всё, что мне нужно, и всё, что я могла себе позволить на министерскую зарплату. Это уже четвёртая квартира, которую я сняла за последние несколько месяцев, поскольку всё время была слишком беспокойной, чтобы осесть на одном месте. Эта квартира продержалась дольше других. Час спустя громкий стук в дверь прервал моё чтение. Я вздохнула, но с натянутой улыбкой встала и распахнула дверь. — Привет, красавица, — приветствовал меня Рон, крепко обнимая. — Привет, — ответила я, сжав его плечи, прежде чем отойти к своему креслу. — Решил заскочить и узнать, не хочешь ли ты куда-нибудь сходить. — Извини, мне нужно закончить читать это к завтрашнему дню, — ответила я, жестом указывая на обманчиво маленький свиток на кресле. — Это не займёт много времени, верно? Я могу почитать с тобой немного, а потом мы пойдём, — он подошёл к стопкам книг в другом углу комнаты и выбрал одну. — Тебе нужно сделать несколько книжных полок в своей холостяцкой берлоге. Это была небольшая шутка между нами, как будто я была холостячкой. Он всё ещё жил в Бэрроу, работая аврором вместе с Гарри, плюс подрабатывал в магазине квиддича, когда не был на задании. С тех пор, как мы начали жить нормальной жизнью, он стал решительно копить деньги, для чего — не знаю, но, возможно, для компенсации многолетнего ощущения, что ему их никогда не хватает. — Боюсь, это займёт у меня всю ночь, — сказала я, вытаскивая из свитка несколько метров бумаги и подтверждая свои слова. — Чёрт возьми, Гермиона, это для работы? — К сожалению, да. И ты ни за что не поверишь, кто дал мне это: Нарцисса Малфой! — Почему я не удивлён? Она дала тебе нечеловеческое количество материала для чтения, потому что хочет тебя помучить, — он закатил глаза и покачал головой. — Чёртовы Малфои. Думаю, я должна была рассмеяться, но замечание о пытках было слишком точным. Я снова вспомнила её глаза, наблюдавшие за моими мучениями без малейших эмоций, а затем почувствовала, как взгляд в воспоминании превратился в то, как она смотрела сегодня — настороженно, но без ненависти. — Я не знаю, — сказала я себе. — Она пришла ко мне за помощью и была… ну, в основном, уважительна. — Значит, она почтительно дала тебе прочитать этот нескончаемый свиток. Точно, — ответил Рон, уставившись на нескончаемые строки текста. — Я рассматриваю его только потому, что это для благого дела, — отчасти солгала я, сворачивая свиток обратно прежде, чем он успел прочитать хоть что-то из него. Не было никакого конкретного правила, запрещающего говорить ему, что это было, но я совсем недавно прочитала целый раздел о мудрости сохранения своего допуска к безопасности. Такими темпами я стала бы таким же параноиком, как Аластор Муди. Может быть, я когда-нибудь расскажу об этом Рону, но пока что хочу быть осторожной. И я не хотела, чтобы он знал, что я недовольна своей жизнью. Он бы принял это на свой счёт. — Я всё равно присоединюсь к тебе на некоторое время, составлю компанию, — предложил Рон, устраиваясь в другом кресле с книгой «Квиддич сквозь века». Я села обратно в своё кресло, довольная тем, что он научился не заставлять меня выходить на улицу. Несколько раз я очень злилась на него, когда он беспокоил меня, пока я пыталась заниматься, но, возможно, он наконец-то понял, что может наслаждаться спокойным временем со мной. Я улыбнулась про себя, читая следующую часть свитка. Затем я нахмурилась. Рон бормотал слова под нос. Я с ужасом вспомнила, что он так и не научился читать беззвучно. Я изо всех сил старалась не обращать внимания на шёпот фактов о бладжерах, барсуках и тому подобном, но почувствовала облегчение, когда минут через пятнадцать Рон встал и потянулся. — С меня хватит, — простонал он, положив книгу на аккуратно рассортированную стопку, из которой он её взял. Я положу её на место позже. — Хочешь чего-нибудь перед тем, как я уйду? Выпить? — Я в порядке, спасибо, что зашёл. Может быть, завтра у меня будет больше времени, — я сделала глоток чая, всё ещё наполовину полного, потому что напрочь о нём забыла. После того, как он вышел, я почувствовала себя немного виноватой. По правде говоря, я не проводила с ним много времени, даже когда не была загружена работой. Мы встречались, может быть, каждую неделю. Я уверена, что он хотел большего, но мне нужно было больше времени для себя, к тому же, я боялась слишком сильно поощрять его. Некоторые из наших друзей уже поженились с теми, с кем встречались в школе. Я даже представить себе не могла, что сделаю это.

***

На следующее утро я пришла на работу на тридцать минут раньше. Поэтому была немного взволнована; я ничего не могла с этим поделать. Атриум был почти пуст, и я оказалась одна в лифте, спускавшемся в Отдел тайн. Настроение омрачилось, когда я вспомнила, как спускалась туда в последний раз. Это была одна из худших ночей в моей жизни — но и одна из самых захватывающих. Я вошла на девятый уровень, сжимая в руках подписанный свиток и сумку, и вскоре оказалась перед круглой комнатой с неподписанными дверями. Я запоздало поняла, что миссис Малфой не дала мне никаких указаний, куда идти дальше. Комната мозга? Комната с аркой? Я очень надеялась, что нет. — Мне нужен кабинет миссис Малфой, — сказала я вслух. Ничего не произошло. Когда я потянулась к рандомной двери, чтобы посмотреть, смогу ли случайно обнаружить нужную, комната закружилась и прижала меня к полу. Я стояла, пошатываясь, когда она перестала двигаться, чувствуя тошноту и потерю в пространстве. — Это по-другому. Замечательный первый рабочий день, — простонала я. К моему облегчению, дверь передо мной открылась — на самом деле исчезла — и миссис Малфой вышла меня поприветствовать. Дверь снова материализовалась за ней. — Доброе утро, мисс Грейнджер. Я не ожидала Вас так скоро, но комната сообщила мне, что Вы прибыли, и мы могли бы начать. Надеюсь, Вы подписали договор? — Комната сказала Вам? То есть, и Вам доброе утро. Да, вот он, — ответила я, протягивая ей договор для ознакомления. Вместо того, чтобы открыть его, она подбросила свиток в воздух, где он распался, пока не осталась только моя подпись. Чернильные вихри на мгновение загорелись золотистым светом, затем распались и исчезли. — Теперь комната будет знать Вас, и можно будет приходить и уходить без этого ужасного вращения. Пойдёмте. Нам нужно многое обсудить. Я последовала за ней через исчезающую дверь в крошечный кабинет. Я была почти разочарована тем, насколько обычным он выглядел. В одном углу стоял письменный стол с маленькой фотографией её сына, а посередине лежала стопка пергаментов. Единственной загадочной вещью в комнате было шипастое растение в горшке в одном углу, которое не было ни одним из видов магловских или магических растений, которые я когда-либо видела раньше. — Держитесь на значительном расстоянии от Венериной мухобойки, — посоветовала миссис Малфой, когда я подошла поближе, чтобы посмотреть. Я сделала большой шаг в сторону от него. Она пояснила: — Он прекрасно справляется с уничтожением документов, но становится немного ворчливым, когда объём работы слишком мал. Присаживайтесь сюда. Я опустилась на один из двух стульев для посетителей напротив неё, гадая, кто же в мире может захотеть её навестить. Поставив свою сумку, я посмотрела на дверь позади себя. — Как это место работает? — спросила я. — Оно вращается ещё до того, как я до чего-то дотронусь, двери появляются и исчезают… в этом нет никакого смысла, — я протянула руку назад, чтобы коснуться гладкой стены. Не осталось даже шва. — Я думала о том же, когда начинала здесь работать, — ответила миссис Малфой, глаза её загорелись. — Ни одна из комнат не связана физически; это всё магия. Если Вам удастся открыть любую из дверей, она приведёт Вас обратно в Комнату Дверей. Она даже оповещает нас о вторжении. Это довольно сложное заклинание. Проектировщик не хочет говорить со мной об этом, но я немного покопалась. — Они использовали уравнение Мёбиуса? Это объяснило бы обратное удвоение, — предположила я, довольная тем, что наконец-то разговариваю с кем-то, кому интересно узнать о внутреннем устройстве заклинаний. — По крайней мере, для некоторых частей, но основная функциональность использует уравнение Рога Габриэля. — О, конечно, из-за дополнительных измерений. Ого, — вздохнула я, откинувшись в кресле. — Эта установка довольно сильно изменилась по сравнению с последним моим… э-э, посещением. — После серьёзного взлома несколько лет назад — думаю, Вы знаете, о каком взломе я говорю — они усилили здесь безопасность. Я посмотрела вниз на свои руки на коленях. — Понятно, — воспоминание о нашей безрассудной попытке спасти Сириуса вернуло меня на землю, где она была моим врагом. Или бывшим врагом. В любом случае, это не тот человек, с которым мне стоит вести приятные беседы. Миссис Малфой вытащила папку из стопки на своем столе и провела по поверхности кончиками пальцев. — Это файл проекта 404. Ваш последний шанс повернуть назад. Я не буду отвечать ни за какие кошмары, которые это Вам принесёт. — Кошмары? — скептически повторила я, открывая файл без колебаний и сканируя первую страницу. Я глубоко вздохнула, когда мои глаза пробежали по таким фразам, как «неудержимые дементоры», «огромные полчища» и «неизвестное место назначения». — После финальной битвы, — прошептала я, — куда они отправились? — читая дальше, я увидела кое-что, что знала — они больше не охраняли Азкабан и исчезли после убийства Волдеморта — и кое-что, чего не знала. Исследователи следили за дементорами на юге, но никто не выяснил их намерений. — Это лишь один из многих исследовательских проектов, которые могли бы выиграть от этого магловского изобретения, но именно его я считаю самым срочным. Честно говоря, я в ужасе от того, сколько времени понадобилось Министерству, чтобы начать беспокоиться о дементорах. Они никому не верны и могут навсегда повредить психику даже без поцелуя. Мы с Гарри и Роном лучше других знали, какую угрозу представляют собой дементоры. — Это очень тревожно, — согласилась я. — Значит, проводили расследование? — Да, и оно не займёт много времени, — сообщила она мне. — Тот файл, который Вы держите в руках, — это всё, что у нас есть на них. Они попросили меня подумать о более безопасных способах сбора информации после того, как пропали два исследователя. Поскольку, очевидно, маглы могут чувствовать дементоров и писать друг другу в Сети, я подумала, что есть шанс найти записи о близких встречах. — Это неординарный скачок, на который мало кто решится, — сказал я, наклонив голову. — Особенно люди, которые так мало думают о маглах. — Я способна мыслить шире своих предрассудков, — возразила миссис Малфой. — Конечно, — ответила я, не очень-то в это веря. — Значит, дементоры. Расскажите мне об исследователях. — Первый отправился сразу после окончания войны, напав на их след, когда тот был ещё горячим. Или правильнее будет сказать холодным. По свежим следам их было легко отследить. В течение нескольких дней он регулярно отправлял отчёты, которые включены в этот файл, — она кивнула на коллекцию в моих руках. — Но отчёты прекратились, и мы до сих пор ничего о нём не слышали. — Вторая отправилась на его поиски и завершить работу. Она тоже некоторое время посылала сообщения, но потом перестала выходить на связь. Тогда я начала работать здесь и стала участвовать в проекте. Их затея показалась мне очень рискованной, и я хотела найти альтернативные методы отслеживания и более надёжную защиту. — Но третий исследователь настоял на том, чтобы тоже поехать; он был мужем этой женщины и не мог отказаться от неё. Я предложила ему оставлять портключи через регулярные промежутки времени, как хлебные крошки. Таким образом, его след был бы чётким, и он всегда был бы близко к мгновенному спасению, даже если бы не мог безопасно аппарировать, — она посмотрела вниз. — Это не спасло его — ему удалось добраться до одного, но это произошло во время поцелуя дементора. Он сейчас в больнице Святого Мунго, без сознания. К тому времени, как она закончила рассказывать о случившемся, я оторвала ноги от пола из-за подсознательного страха. Дементоры выглядели угрожающе, да, но меня пугало в них не это. Они не поддавались объяснению, бросали вызов естественным законам, казались неразрушимыми. Они представляли собой угрозу, которую я не могла оценить количественно. Я сделала глубокий вдох. — Если Вы не попросите меня отправиться в одну из тех злополучных экспедиций, я сделаю всё возможное, чтобы помочь. — Отправлять исследователей на верную гибель не входит в мои планы на сегодня, — ответила она раздражённо. — Именно поэтому я и привела Вас сюда. При этом напоминании у меня включились инстинкты решения проблем. Мой мозг прокрутил в голове то, что я только что узнала. Я достала из сумки перо и пергамент и начала писать. — Давайте подумаем, маглы могут обнаружить дементоров несколькими способами. Холод, туман, слабое эмоциональное состояние… Нам нужно найти эти слова… синонимы и родственные термины… — я записала столько, сколько смогла быстро придумать. — И всё это нужно замаскировать, чтобы запрос не вызвал подозрений у моей соседки. — Как она переведёт Интернет в формат, который мы сможем прочитать? — спросила миссис Малфой. — Можно ли перенести это на пергамент? — Да, можно распечатать с компьютера, но прочитать всё это невозможно и не нужно, — ответил я. — Там должны быть десятки тысяч сообщений. Это должен быть автоматический поиск. Фиби, моя соседка, знает, как это сделать. — Автоматический. Хм, — пробормотала она, задумчиво поглаживая нижнюю губу. — Это действительно напоминает колдовство. Ваша соседка может быть лучше, чем обычный магл. — Откуда Вы знаете, каковы маглы, если избегаете их? — спросила я, закатывая глаза. — Я вижу, насколько идиот среднестатистический волшебник, затем вычитаю магию, — ответила она. — То, что остаётся… мягко говоря, не впечатляет. Я сузила глаза. — Маглы — это не просто волшебники без магии. Они изобрели все виды вещей, которые мы даже не можем себе представить. Может быть, Вы измените своё мнение, когда мы пойдём к Фиби. — Вы полагаете, что будете сопровождать меня? — спросила миссис Малфой. — Конечно, — заявила я. — Она моя соседка. С Вами просьба будет выглядеть более правдоподобной, но она Вас не знает. И опыта общения с маглами у меня больше, — я просто не могла позволить кому-то работать над этой проблемой без меня. Она поджала губы. — Полагаю, Вы можете быть полезны. Не скажете ли Вы мне, что такое комм-пьютер? — Компьютер, — поправила я, но мой самодовольный вид потускнел, когда я поняла, что не знаю, как объяснить. — Это машина, которая… честно говоря, я не слишком много о них узнала. То, что я не могу им пользоваться, немного мешает. Но это устройства, которые маглы используют для доступа в Сеть. Немного похоже на камины, соединяющие вас с каминной сетью, я полагаю. — И как Вы объясните ей, почему сами не можете пользоваться компьютером? — спросила она. — Мне уже приходилось объяснять, — сказала я, смущение согрело моё лицо. — Я сказала ей, что у меня есть имплантат, который останавливает припадки, но испускает некоторое злополучное электромагнитное излучение. Не смертельное, конечно. Миссис Малфой издала негромкий смешок, потеряв свое обычное надменное выражение лица. С этой маской её можно было бы назвать даже красивой, я полагаю, если бы она не была такой ужасной внутри. — Это не так уж и надуманно, знаете ли, — сказала я, защищаясь. — Вы умеете думать, мисс Грейнджер. Вам это пригодится в этой работе. Я прикусила губу. — Сколько бы это ни длилось. — Вы можете быть удивлены. Я покачала головой. Правда, я не задумывалась о своей обычной работе с того момента, как проснулась утром. Но я знала, что отдел сможет справиться с моим отсутствием — моим временным отсутствием. Я была единственной, кто продолжал настаивать на расширении прав магических существ. — Какой подход мы должны применить к вашей магловской подруге? — спросила миссис Малфой, возвращаясь к обсуждаемой теме. Я опустила взгляд на свои записи. — Конечно, — пробормотала я, увидев очевидную историю прикрытия. — Давайте скажем ей, что мы изучаем влияние местных погодных условий на депрессию, проводим небольшое исследование, чтобы выяснить, есть ли какая-нибудь взаимосвязь, которую стоит изучить, — увидев её ободряющий взгляд, я продолжила. — Мы не можем позволить себе профессиональную исследовательскую группу, потому что мы всего лишь небольшая некоммерческая организация, занимающаяся… — я подняла руку в воздух, как будто там можно было найти программное заявление, — …эмоциональным благополучием, важной частью человеческого здоровья, которой слишком часто пренебрегают. Я закончила размышления и вернулась к реальности. Миссис Малфой опиралась подбородком на руку, выглядя удивлённой и довольной. — Молодец. Я никогда не верила в шумиху вокруг Вас, но, возможно, мне следовало привлечь Вас к этому раньше. — О, не преувеличивайте, — сказала я, стараясь не чувствовать себя слишком гордой. — Любой мог бы додуматься до этой исследовательской проблемы. — За считанные мгновения? И придумать целую фиктивную организацию для её поддержки? — Если бы они приложили усилия, то да, — настаивала я. — Когда мы должны поговорить с ней? — Чем раньше, тем лучше. Она сейчас на работе? — Она работает из дома. Я могу позвонить ей и узнать, свободна ли она. — В кабинете этого неуклюжего дурака Уизли есть телефоны, — предложила она, морща нос от отвращения. — Тогда пойдёмте, — сказала я, радуясь возможности продвинуться в проекте несмотря на то, что она всё ещё придерживалась негативного мнения о семье Рона. Комната Дверей оставалась спокойной, пока мы проходили через неё, и мои туфли не издавали ни звука, в то время как каблуки миссис Малфой щёлкали по тёмному полированному полу. Я посмотрела вниз, притягивая взгляд к её целеустремленной походке. Я сама не могла носить такие высокие каблуки, совершенно непрактичные и неудобные, но она шла в них легко, и это только добавляло ей грации. Я одёрнула себя за то, что заметила это. Также невозможно было не заметить, как все остальные отказывались смотреть на неё. Пока мы поднимались на второй уровень в переполненном лифте, другие сотрудники прижимались к стенам, чтобы не видеть её. Она смотрела прямо перед собой, подняв подбородок, не обращая внимания ни на кого вокруг. И, со своей стороны, люди смотрели на меня так, словно у меня выросла вторая голова, как бы безмолвно спрашивая меня: «Во имя всего святого, почему ты сопровождаешь Нарциссу Малфой?». Я не могла этого вынести. Когда мы проходили через штаб-квартиру авроров, люди смотрели на нас с откровенной враждебностью. Я нигде не заметила ни Рона, ни Гарри, но они часто бывали на полевых испытаниях. Когда мы прошли мимо, я краем глаза поглядывала на миссис Малфой, гадая, не беспокоит ли её отношение людей. Насколько я могла судить, ей было наплевать. Когда мы вошли в кабинет Отдела неправомерного использования магловских артефактов, мистер Уизли вскочил на ноги, готовый к драке. — Ты! — прорычал он с красным от едва сдерживаемой ярости лицом. — Правда, Артур, в этом нет необходимости, — сказала миссис Малфой, без приглашения усаживаясь в кресло напротив него. Я потянулась к другому стулу для посетителей и уселась на краешек, испытывая беспокойство. Мистер Уизли разжал кулаки, но остался стоять. — Чего ты добиваешься, Малфой? — Давайте будем цивилизованными. В наших интересах работать вместе. — Цивилизованными? Один из моих сыновей мёртв из-за тебя и тебе подобных. Её губы истончились, когда она сжала их вместе. — Я не участвовала в этом событии. — Независимо от этого, — сказал он, — ты… ты всё ещё… всё ещё… — Соучастница? — закончила она за него. Это разозлило его ещё больше, лицо приобрело багровый оттенок. Пополнение его словарного запаса не принесло бы ей никакой пользы. — Да, — продолжала она, — и я не смогу начать с чистого листа без поддержки таких хороших людей, как Вы. Моя челюсть сжалась, когда я услышала неприятную колкость в её словах, резко контрастировавшую с искренней похвалой, которой она одарила меня всего несколько минут назад. Её уважительный тон по отношению к мистеру Уизли не был искренним; это была попытка задобрить его, чтобы он пошёл на сотрудничество. — Гермиона, — мистер Уизли повернулся ко мне, — могу ли я что-нибудь сделать для тебя? — он, очевидно, решил проигнорировать миссис Малфой. — Простите, возможно, мне следовало прийти сюда одной, — сказала я. — Нам нужно только на минутку воспользоваться одним из ваших телефонов, а потом мы вас оставим. — Мы? — спросил он, глядя между нами. — Ты работаешь с ней? — долгое время никто не говорил, пока он не вздохнул. — Конечно, Вы можете пользоваться моими телефонами. Это что-то вроде «держи врагов ближе»? — Не волнуйтесь, я справлюсь. — Хорошо, я полагаю, — сказал он, всё ещё неуверенно, но, по крайней мере, желая мне помочь. Я встала, когда он подошёл к ближайшему комоду и выдвинул один из ящиков, показав пять разных телефонов из стольких же разных десятилетий. — Вот магловские артефакты. Только не злоупотребляй ими! — он сделал паузу. — Это была шутка. Я слабо улыбнулась, но не смогла рассмеяться. Он попытался объяснить: — Потому что это отдел для… о, неважно. Просто подними эту штуку и поверни, как там это называется… Я подошла к ящику и уставилась на телефон с вращающимся диском, надеясь, что вспомню, как правильно им пользоваться. Я почувствовала, что миссис Малфой подошла ко мне сзади и смотрит, как я снимаю трубку и набираю номер с удовлетворенным клацаньем и жужжанием. — Можно послушать? — пробормотала она, пока я ждала, когда пройдёт звонок. Я кивнула, и она наклонилась ближе, пристроив своё ухо рядом с моим. Я очень старалась не отстраняться от неё слишком явно, отвлекаясь при этом так сильно, что почти забыла, зачем звонила, когда моя соседка подняла трубку. — Алло? — голос Фиби прозвучал у меня в ухе. — Что? — спросила я. — Кто это? — Это Гермиона, — сказала я, сосредоточившись. Мгновение спустя мне пришлось убрать трубку от уха, когда она выкрикнула моё имя. — Гермиона! Ты никогда не звонишь! Ещё раз спасибо, что помогла мне переехать. Когда ты примешь моё приглашение на ужин? — Я знаю, знаю, я перезвоню тебе по этому поводу. Я хотела спросить, ты свободна прямо сейчас или когда-нибудь сегодня? — Ну, я работаю, — ответила она, — но я определённо смогу найти время для тебя. А что? — У меня есть к тебе предложение. — О, мне нравится, как это звучит. Я покраснела и нервно посмотрела на миссис Малфой, которая подняла бровь. — Ничего такого… э-э, я вообще-то хочу зайти, чтобы поговорить с тобой о работе по контракту, просто разовая работа, которая не займет много времени. Мой босс тоже хотела бы прийти. — О-о-о. Понятно. Ну, ты же знаешь, что работа мне точно пригодится. Дайте мне хотя бы десять минут, чтобы собраться для этой встречи, а потом вы можете прийти в любое время. Я взглянула на часы на стене кабинета и шёпотом уточнила время у миссис Малфой. — Отлично, мы придём в 10 часов. Когда я положила трубку и закрыла ящик с телефонами, мистер Уизли прочистил горло и сказал: — Кстати, о предложениях: как дела с Рональдом? Я почувствовала, как моё лицо побледнело от этого намёка. Неужели он знал что-то, чего не знала я? — Ничего нового, — ответила я, наблюдая за ним в поисках дальнейших подсказок. — Просто живу хорошей жизнью. — Хорошо, хорошо, — сказал он, многозначительно кивая. — Это хорошо. Напоминает мне мои первые дни с Молли. Как бы то ни было, это так замечательно, что ты есть в нашей жизни. Джинни всегда хотела иметь ещё одну сестру. Я начинала чувствовать себя нехорошо. Неужели Рон действительно собирался сделать мне предложение? — Да, так замечательно, — повторила я, оглядываясь на дверь. — Извините, мне нужно идти работать. Вы же знаете, что такое работа, — я вышла из комнаты так быстро, что даже не услышала, как он попрощался. Миссис Малфой догнала меня, казалось, не торопясь. — Нервничаете из-за свадьбы? — Я не собираюсь выходить замуж, — процедила я сквозь стиснутые зубы. Её брови удивлённо вскинулись. — Его отец, похоже, считает это само собой разумеющимся. Вы планируете порвать с этим парнем или продолжать с ним отношения до бесконечности? — Я планирую сосредоточиться на своей работе, а Вам нужно держаться подальше от моих дел. Она вежливо пожала плечами. — Просто поддерживаю разговор. Я сдержала недоверчивый смешок. Она специально нажимала на болевые точки. Обманывать его? Рон знал, что для меня на первом месте стоит моя карьера в министерстве. Он тоже был сосредоточен на своей карьере. Или он копил деньги на кольцо? И на воспитание семьи? Я внутренне застонала. Я не обращала внимания, пока мы поднимались на лифте в атриум, и чуть не столкнулась с миссис Малфой, когда она остановилась. — С Вами всё в порядке, мисс Грейнджер? Я никогда не была в Вашем районе, так что Вам придется аппарировать нас обеих туда, но я не намерена сегодня расщепляться. Я провела рукой по волосам, чтобы успокоить нервы. Аппарирование было тем, что я умела делать хорошо, тем, что я понимала. Чувствуя себя более уверенно, я направилась к точке аппарации, сказав ей: — Самое безопасное место — моя квартира, — но, опять же, я не хотела, чтобы она видела, насколько грязной была моя квартира, поэтому добавила: — Я так же знаю хороший переулок, где мы можем появиться незамеченными. — Возможно, я предпочту Ваш дом, мисс Грейнджер. Он звучит более уединённо и менее… публично. — Эти две черты обычно имеют обратную зависимость, — пробормотала я. Она сказала «публично» как эвфемизм для «полный грязных маглов». — Ещё кое-что, — сказала она, подняв палец в знак того, что нужно подождать. Она сняла с плеч тяжёлую волшебную мантию и перекинула её через руку. — Это должно быть более подходящим для нашей аудитории, верно? — под ней оказалось удивительно обычное на вид платье с вырезом-лодочкой, сшитое из какого-то светло-серого материала, на вид такого мягкого, что мне почти захотелось его потрогать. Увидев, что я восхищаюсь им, она пояснила: — Оно сделано из шерсти детёныша единорога. Разве я сказала, что хочу его потрогать? Я определённо этого не хотела, потому что его надела самая отвратительная женщина в мире. Я отвернулась от ужасного платья и пошла вперёд, надев туфли из искусственной кожи, ради которых не умерла даже обычная корова. — Это была шутка. Я замерла и повернулась, чтобы посмотреть на неё. Она ухмылялась — выражение, которое я хорошо знала по её сыну. — Вы бы видели своё лицо. Вы, гриффиндорцы, поверите чему угодно. Я пыталась сдержать свой гнев, но теперь, когда знала, что он беспочвенный, ярость улетучилась. Вместо этого я удивила и миссис Малфой и саму себя, издав смешок. — Ладно, Вы меня раскусили, — призналась я, снимая мантию и застенчиво разглаживая несколько складок на своём тёмно-красном свитере, действительно гриффиндорском, и чёрных брюках. Я протянула руку. — Готовы идти? Она шагнула ближе и взяла меня за локоть с лёгкостью, свойственной долгой практике сопровождения джентльменов. — Серьёзно, детёныш единорога? — пробормотала она, недоумевая. — Вот, должно быть, как вы думаете обо мне. Я покачала головой, стараясь не думать о ней вообще, и исчезла.