Extinction

Утро среды прошло гораздо быстрее, чем обычно, пока я работала над уроками по контрактному праву, которые придумала вечером накануне. Я отвлеклась около девяти тридцати и решила поскорее уйти, пока окончательно не потеряла счёт времени. Я оставила мантию в кабинете и отправилась на улицу, добравшись до квартиры Фиби немного раньше. Глаза девушки загорелись, когда она увидела меня, но затем её лицо опустилось. — О, привет, Гермиона. Заходи, — сказала она, оставив дверь открытой и отвернувшись. Я шагнула внутрь и закрыла дверь за собой, снова устроившись на диване. Фиби молча стояла на кухне, наполняя чайник. Я прочистила горло. — Извини, что пришла так рано. — Нет проблем, у меня всё готово, кроме чая, — ответила она ровным голосом. — Что-то случилось? — поинтересовалась я. Она вздохнула, прислонившись к стойке и скрестив руки. — Нет, я просто… я не знаю. Иногда я будто немного забегаю вперёд. Это ничего не объяснило, но я всё равно кивнула. Когда между нами повисло молчание, я пожалела, что не подождала до десяти часов. Фиби принесла чайный сервиз и наполнила две из трёх чашек. — Как прошёл ужин с твоим парнем? — спросила она, размешивая сахар в чае. — Это было больше, чем я ожидала, — призналась я. — Он почти сделал предложение. Ты меня спасла. Она уставилась на меня. — Ладно, вернёмся назад. До прошлой ночи я и не думала, что у тебя есть парень, а теперь ты говоришь мне, что у вас всё настолько серьёзно? — Почему ты не думала, что у меня может быть парень? — спросила я, немного обидевшись. — Это не то, что ты подумала. Любому бы повезло быть с тобой. Ты такая умная, добрая, любопытная и красивая, — она торопливо глотнула из своей дымящейся чашки и поморщилась. — Ой. Ой. — Я не очень хорошо разбираюсь в подобных вещах, — я чуть помедлила, — но заметила, что, кажется, я тебе… нравлюсь. Я не хотела тебя обманывать или что-то в этом роде. Она застенчиво улыбнулась и потёрла затылок. — Я такая глупая. Думала, тебе нравятся женщины. — Почему ты так думаешь? — Мелочи. Я не знаю. Может быть, я просто приняла желаемое за действительное. Я пожала плечами, одарив её застенчивой улыбкой. — Прости, что разочаровала. — Да? Тогда что у тебя с Нарциссой? — поинтересовалась она, растягивая имя ведьмы. — В каком смысле? — Ты не могла оторвать от неё глаз. — Что?! — воскликнула я, чуть не расплескав свой чай. — Нет. Нет, мы же обе смотрели на неё. Она говорила. Я внимательно слушала. — Мммм, — сказала Фиби. — Очень внимательно. Мой рот открылся. — Ты смеёшься? — У меня очень хороший гей-радар, Гермиона. Я нахмурилась. — Ну, я думаю, тебе нужно перекалибровать его, чтобы уменьшить количество ложных срабатываний, потому что специфичность сильно влияет на вероятность… В дверь раздался сильный стук. Фиби вскочила, чтобы открыть дверь, а я затаила дыхание. — С возвращением! — Фиби поприветствовала Нарциссу, больше похожую на себя обычную теперь, когда мы немного поговорили. — Мы как раз говорили о… — Об условной вероятности, — перебила я. — Точно, — сказала Фиби, одарив меня озорной улыбкой. — В любом случае, заходите. — Спасибо, Фиби, — Нарцисса вошла в чёрной юбке и шёлковой зелёной блузке — ответ на мой вчерашний бордовый? Я выдохнула, когда она села рядом со мной. Фиби села обратно и подмигнула мне, заставляя меня застесняться своей реакции. Моя соседка не знала о нашей истории. Она не знала, что я чувствую. Я должна внимательно следить за ведьмой, потому что ей нельзя доверять. — Доброе утро, мисс Грейнджер, — поприветствовала меня Нарцисса с натянутой улыбкой. — Доброе утро, миссис Малфой, — ответила я, заметив лёгкую припухлость вокруг глаз женщины, как будто она плакала или плохо спала. И тут же я отвела взгляд, боясь показаться чересчур любопытной. Однако не могла не обращать на неё внимание: на узком диване мы вынуждены были прижаться друг к другу. — Я сделала анализ и карту, которые вы хотели, — начала Фиби, переходя сразу к делу. Она протянула нам небольшую стопку бумаг, а затем налила третью чашку чая. Нарцисса приняла чашку с кивком, но её внимание было приковано к карте, которая лежала на стопке. Я тоже взглянула на неё и увидела очертания Великобритании с беспорядочным количеством точек. Фиби наклонилась ближе и потянула за бумагу прямо под ней.  — Здесь несколько карт с разным масштабом. Проверьте узоры на следующих двух. Я думаю, что у ваших исследователей будет несколько серьёзных материалов для изучения. Мы взглянули на вторую карту, на которой была изображена северная половина острова. Я быстро нашла не отмеченную область Шотландии, где находился Хогвартс. По всей карте были разбросаны точки, но по направлению к югу от Хогвартса они расходились, образуя чёткий маршрут. Третья карта показывала южную половину Британии, и скопления точек вели вплоть до Уэльса. Мы с Нарциссой закончили изучать карту в один и тот же момент. Она перетасовала следующие несколько карт, пока не нашла одну, на которой был изображен Уэльс. Конечная область точек охватывала небольшую деревню под названием Гросфорд. Моё лицо побледнело. Деревня, заражённая дементорами? Я напряглась, желая немедленно вскочить и послать помощь, но Нарцисса положила руку мне на колено, как сигнал успокоиться. Нога непроизвольно дёрнулась, заставив её отступить. — Расскажи мне об этих точках. Что они обозначают? — спросила она, не отрываясь от изображения. Фиби объяснила: — Это места, которые я смогла извлечь из сообщений с более чем одним из ваших ключевых слов. Знаете, люди говорят что-то вроде: «Кто-нибудь ещё чувствует себя таким подавленным в эти прохладные дни?». Я думала, что можно найти какую-то закономерность, но такой чёткой линии я не ожидала. Может ли это быть вызвано погодным явлением? — Нам придётся провести расследование, чтобы выяснить это, — ответила Нарцисса, оторвав взгляд от карты. — Я уже могу сказать, что эти данные будут нам очень полезны, Фиби. Я не могу не поблагодарить тебя, — она встала, с трудом удерживая мой вес на диване, и пожала руку Фиби. Моя соседка выглядела испуганной. — Уже уходите? — Боюсь, у меня впереди напряжённый день, — ответила Нарцисса. Она потянулась в карман юбки за сложенным конвертом. — Вот чек с суммой, о которой мы договорились. На случай, если вы придумаете что-то ещё или у вас возникнут проблемы с чеком, вот моя визитка. Нарцисса протянула Фиби самую настоящую магловскую визитку со своим именем, номером телефона и выдуманным логотипом. Я удивилась, откуда она её взяла, пока не вспомнила, что в Министерстве есть целый отдел, занимающийся сокрытием магической деятельности от маглов. Из этого следовало, что у них должно быть какое-то коммерческое прикрытие, которое могло бы предоставлять подобный реквизит. — Наверное, мне тоже пора, — протянула я с извиняющейся улыбкой, пытаясь подняться с глубокого дивана. Если бы я не знала наверняка, сказала бы, что он заколдован. — Спасибо за чай. И за разговор до этого. Она усмехнулась и помогла мне подняться, наклонившись, чтобы прошептать мне на ухо: — Ты подумаешь о том, что я сказала? — Да, да, — проворчала я, отмахиваясь от неё. Её близость меня нисколько не беспокоила, но я не хотела, чтобы мне напоминали об её беспочвенных впечатлениях. Она только хихикнула в ответ. Мы вежливо попрощались и покинули квартиру Фиби. На этот раз Нарцисса не стала спешить вперёд. — Это очень тревожно, — сказала она, понизив голос, когда мы проходили мимо маглов то тут, то там в коридоре. — Все в этом городе в опасности, — согласилась я, сжимая кулаки от беспокойства. Мы вышли на площадку, где я читала вчера вечером, и встали под полузасохшим деревом. Какой-то благонамеренный ландшафтный дизайнер, должно быть, не понял, как много тени отбрасывают эти здания. — И это наверняка магловская деревня. Бедняжки не поймут, что с ними происходит. — Это немного покровительственно, — возразила я. — Может, они и не видят дементоров, но маглы не настолько беспамятны. Если бы вся их деревня вдруг замерзла и сошла с ума от отчаяния, они бы поняли, что что-то тут не так. — Сейчас ноябрь, — ответила она. — Холод может не казаться настолько тревожным, и люди часто впадают в депрессию в зимнее время. Но Вы и так знаете об этом. Возмутились только потому, что думаете, будто я считаю маглов неполноценными. — А разве нет? — спросила я, действительно ощетинившись. Она посмотрела вдаль. — Моё мнение по этому вопросу не имеет значения. — Нет, вообще-то имеет, — возразила я. — Вы считаете, что жизнь магла стоит столько же, сколько жизнь волшебника? — Я считаю, что убивать их неправильно, — ответила она, снова встретившись со мной взглядом. — Я не разделяю полного презрения Тёмного Лорда к ним. — Вы думаете, они заслуживают нашей защиты от магических опасностей? — продолжила я, повернувшись к ней лицом. Её уклончивые ответы подстегивали мой пыл. — Магические опасности — такая же часть жизни, как и природные. Разве каждый заслуживает защиты от всех опасностей? Как этого можно добиться? — возразила она, сверкнув голубыми глазами. — Как насчёт неестественной опасности, когда Пожиратели смерти убивают их? Вы бы сами этого не сделали, но разве Вы хоть раз пошевелили пальцем, чтобы остановить их? — моё тело горело от гнева. Я старалась говорить тише, не обращая внимания на окружающую обстановку. — Мы всё ещё говорим гипотетически? — спросила она, напрягаясь. Я проникала ей под кожу, и это распаляло меня ещё больше. — Ничего из этого не является гипотетическим, — сказала я, и моя мысль стала очевидной. — Вы даже не представляете, насколько пагубно такое отношение. Когда люди, облечённые властью, придерживаются такого рода предрассудков и узаконивают их, это позволяет жестоким и склонным к насилию людям оправдывать своё поведение, — теперь я дрожала, подчёркивая свои слова пальцем, — они будут рассчитывать, что им сойдут с рук более серьёзные преступления против жертв с низким статусом, потому что они знают, что общество не будет судить их так строго! К тому времени, когда я закончила свою тираду, я была уже слишком близко к ней, но отказалась отступать, как и она. Так мы и стояли, глядя друг на друга в нескольких сантиметрах друг от друга, пока я гадала, кто же сломается первым. Ни одна из нас, похоже. Она схватила меня за локоть и потащила через площадку. Мне всё ещё хотелось поспорить, и я вырвалась из её хватки, не заботясь о том, причиню ли ей боль в процессе. Мы молча промаршировали в зону технического обслуживания, где огромные кондиционеры закрывали нас от посторонних глаз, пока мы исчезали: по отдельности, но одновременно. — Мы должны сообщить министру Кингсли о наших результатах, — сказала Нарцисса, когда мы появились в атриуме. «Она что, сошла с ума?» — подумала я. Как будто она оставила весь наш спор позади. Мне пришлось бежать трусцой, чтобы не отстать, пока она спешила к лифтам. — Именно он решит, что делать в этой ситуации, — продолжала она. Я поняла, что было бы ребячеством снова начинать нашу ссору, поэтому кивнула: вопрос был снят, но не забыт. Мы быстро добрались до кабинета министра, но у него уже была встреча с кем-то. Я устроилась на одном из стульев возле его кабинета, а Нарцисса осталась стоять и постукивать ногой. Складывалось впечатление, будто она не привыкла, чтобы её заставляли ждать. Я потянулась к стопке бумаг в её руке, желая просмотреть данные, пока мы ждём. Она рефлекторно отдёрнула руку, нахмурилась, а потом смирилась. — Полагаю, я забрала все бумаги. Джеминио, — она щёлкнула своей палочкой, дублируя их, и протянула мне оригиналы, а не копии. Мы обе молча читали, не то чтобы вернувшись к прежним отношениям, но, по крайней мере, достаточно спокойные, чтобы снова оказаться в вежливой компании. Данные подтверждали выводы, которые мы сделали на основе карт. Вскоре после битвы за Хогвартс произошёл всплеск количества «постов» с нашими ключевыми словами, а вскоре после этого оно снова снизилось. Судя по скорости, которую я наблюдала в прошлом, этот промежуток времени был достаточно большим для того, чтобы дементоры достигли Уэльса. — Всё сходится, — подытожила я, продолжая сканировать взглядом цифры и графики, которые предоставила Фиби. — Да, — пробормотала Нарцисса. — Путь из Хогвартса в Уэльс — самая сильная закономерность, которую я нашла. На севере концентрация больше, что меня не удивляет, но эти точки более случайны. Дверь министра Кингсли открылась, и он выпустил кого-то, а затем увидел, что мы ждём, и махнул рукой, приглашая нас войти. — Как идут исследования, дамы? — спросил он, когда мы все уселись в его кабинете. — Есть какие-нибудь открытия? — Да, у нас есть карта их вероятного пути, — сказала я, когда Нарцисса передала ему самую поразительную карту. — Похоже, он заканчивается в валлийской деревне под названием… Я собираюсь исказить это. — Гросффордд, — подсказала Нарцисса, тщательно выговаривая буквы. Я была впечатлена; эти двойные буквы и тому подобное обычно ставили меня в тупик. Она добавила: — Мы подозреваем, что они могли обосноваться там, и что безопасность жителей деревни находится под угрозой. Кингсли нахмурился и поднёс карту к глазам, чтобы изучить. — Насколько свежи эти данные? — В течение этого года, — сказала ему Нарцисса. — Мы знаем, что они ушли с поля боя в Хогвартсе, который находится недалеко от одного из концов этого пути. Он положил карту на стол. — Почему вы думаете, что это их путь? Возможно, они рассеялись вдоль всей этой линии, распределившись по всем деревням, чтобы иметь большой запас эмоций для питания. Огромная концентрация дементоров маловероятна. Я сглотнула. Он может быть прав, что может быть ещё хуже. — Возможно. Мы только что получили эти данные, — сказала я, — так что мы ещё не рассмотрели все варианты. — Мы не можем послать ещё одного исследователя в одиночку, — выпалила Нарцисса, слова словно вырывались из неё. — Мы ещё не зашли так далеко, Нарцисса, — спокойно парировал Кингсли. — Ваш отдел предоставляет разведывательную информацию, а не принимает политические решения. Она выпрямилась, убирая беспокойство со своего лица. — Тогда я прошу вас иметь это ввиду, когда придёт время. Мы уже потеряли одного при мне и двух до меня. — Они вызвались добровольно, зная о риске. Если нам придётся послать ещё троих или дюжину или даже сотню, мы это сделаем. Оценка угрозы дементоров является главным приоритетом, что Вы ясно дали понять в прошлый раз, когда посетили мой кабинет. Щёки Нарциссы порозовели, и она опустила взгляд. Я не могла поверить своим глазам — она казалась слишком правильной, чтобы когда-либо смущаться из-за чего-либо. Что-то в этом вопросе заставляло её реагировать слишком бурно. Или, возможно, это был вполне адекватный уровень реакции, а остальные из нас прятали голову в песок. — Хорошая работа по поиску данных, — заключил он, кивнув нам обеим. — Теперь у нас есть чёткое представление об их ареале, о том, где их искать. Мы не будем следовать вслепую, как раньше. Она прикусила губу, явно желая сказать что-то ещё, но сдерживаясь. — Могу я посмотреть остальные бумаги? — спросил Кингсли. Нарцисса молча протянула ему свою стопку, временные копии. — Вам ещё что-нибудь нужно, министр? — спросила я. — Пока нет. Ваше исследование закончено, но если вам интересно, я буду информировать вас о предстоящей миссии по мере её выполнения. Он попрощался с нами, и мы покинули его кабинет. Я почувствовала внезапную пустоту. Загадка, которая приковывала моё внимание последние несколько дней — действительно ли она была такой короткой? — уплыла из моих рук. Я прижала стопку бумаг к груди. — Можно мне? — неуверенно спросила Нарцисса, протягивая руку. Мне не хотелось расставаться с бумагами, но я знала, что она была главным исследователем и действительно должна была их получить. Я передала их.  — И так бывает всегда? — спросила я. — Что… — её голос прервался. — Да, думаю, я знаю, что Вы имеете в виду. Мы доставили наши результаты, и теперь мы можем только ждать и наблюдать за происходящим, — она закрыла глаза и медленно открыла их. — Так это и работает. — Это невыносимо, — проворчала я. — Как можно вот так запросто отпустить такой проект? Мы подошли к лифту, и она нажала на цифру девять для своего уровня. Я не стала нажимать свою. Она не отвечала всю дорогу вниз, даже когда другие люди входили и выходили, и я подумала, что она отмахнулась от вопроса. — Я не знаю, — сказала она наконец, повернувшись ко мне лицом. — Дайте мне знать, если найдёте способ, — она отступила назад в тускло освещённый Отдел тайн. Глаза её выглядели затравленными, когда она нажала на кнопку моего этажа и позволила дверям между нами закрыться.

***

До конца дня я с головой погрузилась в работу, надеясь полностью забыть обо всём. Но казалось, что произошло нечто необратимое, как будто завеса приподнялась и показала, что я стою на огромной, безликой равнине. — Я могу продолжать, — бормотала я про себя, снова и снова перечитывая один и тот же абзац и не понимая его. — Я люблю учиться. Мне нравится моя работа. У меня хорошая жизнь. В моей жизни нет ничего плохого. День близился к концу. Мне нужно было продержаться ещё несколько минут, прежде чем я смогу пойти домой и… и что? Читать больше книг, пока однажды не умру от старости? Что, если моя жизнь оказалась пустой без борьбы, без цели? Что, если я по-настоящему была на высоте, только когда сталкивалась с угрозами? — Чёрт возьми, Грейнджер, даже не думай об этом, — укоряла я себя, собирая вещи, чтобы отправиться домой. Вместо этого я снова оказалась перед кабинетом министра Кингсли, ведомая каким-то глубинным побуждением. Мне нужно действовать, наконец признала я. Мне нужно выбраться оттуда, чтобы снова думать, как выкрутиться из неприятностей. Я не могу оставить проблему дементоров на кого-то другого. Я сильно постучала в дверь. Кингсли приоткрыл дверь, чтобы выглянуть.  — Ваше время не… — Министр, я должна отправиться на задание, которое вы планируете. — Мисс Грейнджер… — Пожалуйста, выслушайте меня. Я уже имела дело с подобными вещами. У меня есть ценные навыки и знания, которые могут послужить на благо миссии. Я могу помочь защитить того, кого вы посылаете… — Мисс Грейнджер! — воскликнул он, открывая дверь до конца. — Я хотел сказать, что вы подоспели как нельзя вовремя. Моя лучшая команда авроров уже запросила вас. Я заглянула в его кабинет и увидела, что внутри сидят мои лучшие друзья. Гарри слегка помахал рукой, а Рон неуверенно улыбнулся. Я села между ними, потеряв дар речи, и так рада была видеть их обоих, что не придала значения четвёртому стулу рядом с Гарри, который ждал своего хозяина.