Extinction

Кожа скользит по коже. Я намылила волосы шампунем, надеясь, что прохладный утренний душ успокоит меня. Мягкие прикосновения, твёрдые прикосновения, трение и жар. Скупые детали моих снов вернулись ко мне. Нарцисса. Моя память о них быстро угасала, но тело помнило. Было бы так легко просунуть руку вниз и снять напряжение. Я покачала головой, слишком нервничая. Если бы я отказалась от своих обычных смутных фантазий и подумала о ней, я не уверена, что смогла бы после этого смотреть ей в глаза, не покраснев. Я позволила мылу и воде смыть мой пот, моё желание. Насухо вытершись полотенцем, я потянулась за своей одеждой на стойку, куда обычно клала её. Там ничего не было; должно быть, я её забыла. А может, и нет. В голове промелькнули украденные шапка и сапоги. Она ведь не могла, правда? Я шагнула в главную комнату палатки, надеясь, что смогу взять другую одежду так, чтобы никто не увидел меня в одном полотенце. Гарри и Рон крепко спали, но Нарцисса сидела на нижней койке с серой книгой и делала вид, что читает. Моя одежда была аккуратно сложена у заднего края койки над ней. — Забыли что-нибудь? — тихо спросила она, позволяя своему взгляду медленно пройтись по моему телу, а затем снова подняться и встретиться с моими глазами. Я задрожала от её внимания и покраснела с головы до ног. Так вот какова была её расплата. Когда я подошла к ней, она отложила книгу в сторону и откинулась на руки, лениво наблюдая за мной. — Извините, — пробормотала я. Она не убрала ноги с дороги. Мне пришлось встать прямо перед ней, чтобы дотянуться до одежды, застенчиво сжимая полотенце одной рукой, а другую протянув через верхнюю кровать. Я сделала шаг ближе и замерла, когда почувствовала, что моя голая нога задевает её грубые штаны. Я схватила свою одежду и сделала несколько шагов назад, чувствуя, как кровь приливает к югу, пульсируя. Я увидела лицо Нарциссы как раз вовремя, чтобы заметить, как она прикусила губу, оторвав взгляд от подола моего полотенца. — Два — один в мою пользу, — она выглядела слишком довольной собой. Её взгляд всё время скользил вниз, к моей шее и плечам. Она действительно хотела меня спровоцировать или, может быть, ей действительно хотелось увидеть меня такой? Пока я стояла там, она насмехалась: — Если для Вас это слишком, не стесняйтесь отступить. — Я не отступлю, — вызывающе возразила я, заправляя одежду под мышку. — Я… замышляю свою месть. Мы сузили глаза друг на друга. Я повернулась на пятках и пошла обратно в уборную. Уединившись, я наклонилась над раковиной и схватилась за стойку, стараясь не задохнуться. Всё, что касалось её, задевало меня самым худшим образом. И лучшим. Застонав от разочарования, я как могла привела себя в порядок и стала готовиться к нашему дню.

***

Как только мы вышли на тропу, я постепенно смогла расслабиться. Рон снова был первым на страже, Гарри шёл рядом со мной, а Нарцисса смотрела на огромные ели вокруг нас, погрузившись в раздумья. Низкое солнце окрасило их стволы в золотистый цвет и отбрасывало длинные тени рядом с нами. Несколько зимних птиц щебетали над головой, давая мне ощущение, что всё хорошо. — У вас с миссис Малфой размолвка? — спросил меня Гарри. — Что? — уточнила я, вынырнув из своих размышлений. Я взглянула на Нарциссу, которая выглядела задумчивой, но не сердитой. — Почему ты спрашиваешь? — Ну, за завтраком вы двое выглядели так, будто оценивали друг друга перед дракой, — сказал он. Я опустила глаза, надеясь, что смогу придумать что-то близкое к правде. Я не знала, как объяснить нашу игру, а моё влечение к женщинам было таким новым и нежным открытием, что я ещё не была готова говорить об этом. — Я думал, вы ладите, — продолжил он. — Она ведь не издевалась над тобой? Ты не должна справляться с этим в одиночку. Я не могла удержаться от усмешки. — Она не издевается надо мной, Гарри. У нас дружеские, но бурные разногласия. — Хорошо, это облегчение. Я не хотел думать о ней плохо. Она мне немного нравится, — признался Гарри. — Вчера она казалась довольно дружелюбной, когда мы говорили о Тедди. Было бы здорово, если бы она была рядом на его дне рождения. Я улыбнулась. — Я рада, что она начинает тебе больше нравиться. Она действительно замечательная, — я прикусила щёку, чтобы не рассыпаться в комплиментах. Гарри засмеялся. — Что она сделала, чтобы так понравиться тебе? Дай угадаю, она тоже любит книги? Вы говорите о древних рунах? — Ну, она действительно любит книги, — я вспомнила тот день, когда она была в моей квартире, просматривая стопки. Сейчас было почти смешно от того, как мне было неловко. — О древних рунах мы не говорим, но обсуждаем другие увлекательные темы. — Значит, вы обе нашли себе коллегу-интеллектуала, — сказал он, понимающе кивнув. — Неудивительно, что ты светишься. — Я не светилась, — возразила я, смутившись. Не думаю, что я вела себя заметно иначе. — Это мозг Гермионы, — сказал он, подняв вверх сцепленные кулаки, — а это мозг Гермионы, когда появляются увлекательные темы, — его руки разжались, пальцы зашевелились. Я подняла свой собственный кулак. — А это сэндвич с костяшками для тебя, если ты не заткнёшь свой рот. Он одарил меня глумливой ухмылкой, но она угасла, когда он сказал: — Я рад, что ты получаешь удовольствие, но, возможно, тебе стоит немного сбавить обороты рядом с Роном. У него всё хорошо, в основном, но вчера он выглядел немного подавленным, когда ты выглядела такой счастливой. Вы только что расстались. Я посмотрела на Рона, чувствуя себя немного неловко из-за того, что не заметила ухудшения его настроения в течение дня. — Я не хотела быть бесчувственной. — Я уверен, что и дементоры не помогли, — ответил Гарри. — И я не говорю, что ты должна подавлять свои чувства. Я не знаю. Я постараюсь убедить его думать о будущем. И, возможно, ты всегда сможешь идти позади него, чтобы скрыть всё это сияние. — Тебе всё мерещится! — настаивала я. — Конечно, — сказал он, подталкивая меня. — Я проверю свои очки, когда мы будем дома. — Так и сделай, — твёрдо сказала я. — Кстати говоря, как продвигается поиск дома? Вы с Джинни нашли что-нибудь, что вам нравится? — Да, мы нашли несколько хороших вариантов, и всегда есть Площадь Гриммо. Но я всё время возвращаюсь к идее жить в Годриковой впадине, — ответил он. — Да? Чтобы чувствовать себя ближе к родителям? — спросила я. Он кивнул и начал рассказывать мне о поисках места, где они могли бы чувствовать себя как дома, и о том, как важно быть рядом с друзьями и семьёй. В итоге мы проболтали около часа, пока не настала моя очередь быть наблюдателем. Оставшись одна, я начала думать, как всё изменится, когда вернусь домой. Стану ли я встречаться с ведьмами? Поддержат ли меня мои друзья? Будет ли Джинни чувствовать себя странно рядом со мной? Волшебный мир был довольно странным в нескольких отношениях, так что, надеюсь, всё пройдет хорошо. Маглы не были столь же благосклонны. Я нахмурилась, вспомнив, почему Фиби больше не использует свою фамилию. После долгого дня сближения при переезде она рассказала мне, что родители отреклись от неё за то, что ей нравятся девушки. Мои родители так бы не поступили, верно? Мерлин, я надеялась, что нет. Мы только недавно воссоединились. Я опустила руку, когда поймала себя на том, что грызу ногти. Размышления об этом не принесли бы мне ничего хорошего. Я попыталась очистить свои мысли, практикуя беспалочковые заклинания, попробовала несколько разных видов заклинаний, и всё у меня плохо получалось. Это уже не было вопросом борьбы за то, чтобы заставить вещи происходить; это было вопросом того, что слишком много магии пыталось вырваться наружу. Без использования палочки мне требовались огромное внимание и контроль, чтобы остановить отброшенные ветки от глубокого вкапывания в землю или не позволить Агуаменти затопить тропу. Это было нелегко, но помогало скоротать время в карауле и отвлечься от забот.

***

Когда моя смена закончилась, я отступила назад, чтобы идти рядом с Нарциссой. Гарри теперь был наблюдающим, но всё ещё умудрялся поддерживать разговор с Роном, который застал меня врасплох. Рон засмеялся. — Перестань, Гарри! Это не она. И я не ищу других ведьм. — Ладно, я просто говорю. У нас небольшая разница в возрасте, но Сэвидж хорошо выглядит, не так ли? — спросил Гарри, на мгновение усмехнувшись Рону, после чего повернулся лицом вперёд и продолжил наблюдать за лесом. — Да, она определённо хороша, — признал Рон, — но не говори ей, что я так сказал. — Почему? — Она была аврором ещё с моих пелёнок! Наверное, она думает обо мне, как о ребёнке. Держу пари, ей будет неловко. Нарцисса наклонилась ко мне и спросила заговорщицким шепотом: — Как Вы думаете, они не будут против, если я вставлю свои два серпа? Я слабо улыбнулась и неуверенно пожала плечами. Сцепив руки за спиной, она молча шла вперёд, пока не оказалась прямо за ними. Гарри увидел её первым, когда оглянулся, а Рон подскочил, услышав, как она прочистила горло. Трудно было не рассмеяться, увидев панику на их лицах. — Миссис Малфой! Простите, надеюсь, мы не были неуважительны! — Гарри извинился, а Рон покраснел. — Как человек, скажем так, со взглядом изнутри, — пробурчала Нарцисса, — я могу сказать вам, что старшим ведьмам очень лестно, когда молодые считают их привлекательными. — Убей меня сейчас же, — простонал Рон. Она продолжила: — Не стоит бояться реакции этой женщины, если Вы когда-нибудь захотите сделать ей вежливый комплимент. Гарри кивнул, как болванчик. — Да, мэм, спасибо за совет. Очень признателен. Правда, Рон? Рон закрыл лицо руками, заглушая голос. — Конечно. Совсем не неловко говорить о старших ведьмах со старшей ведьмой. Гарри оглянулся и скорчил гримасу, когда увидел, что мои плечи трясутся от сдерживаемого смеха. — А как насчёт тебя, Гермиона, тебе нравятся парни постарше? Кроме Локхарта? Он был таким мечтательным, — поддразнил он. — Вам нравился этот дурак? — Нарцисса хмыкнула. — Я думала, он был умным! — воскликнула я, чувствуя себя неловко, когда всё внимание оказалось сосредоточено на мне. — Вы не можете винить меня за то, что я была одурачена. Мне едва исполнилось тринадцать! — Боже, Боже, — сказала она, усмехаясь. — Значит, Вы всегда обращали внимание на старших волшебников и ве… — она остановилась на полуслове, когда мои глаза выпучились. — Эм, а… мошенников, очаровывающих ведьм? Я сделала несколько успокаивающих вдохов и сказала: — Я не намерена снова быть так сильно одураченной, — я посмотрела на Рона, который начал выглядеть немного болезненно из-за всех этих разговоров о романтике и о том, кто мне нравится. Я провела рукой по горлу, чтобы дать ей знак замолчать. Она уступила, позволив Гарри и Рону убежать впереди нас. Когда мы снова смогли поговорить наедине, она извинилась: — Простите, я предполагала, что ваши друзья знают о вашем интересе к ведьмам. Могу я спросить, почему Вы им не рассказали? — Э-э, я только недавно узнала об этом. Нарцисса на мгновение замолчала. Оценивая меня. Интерпретируя. — Насколько недавно? Я огляделась вокруг, как будто могла найти путь к отступлению. — Ну, по сравнению с тем, сколько лет этому лесу, всё произошло недавно. Она подняла брови. — Значит, Вы не хотите говорить об этом. — Я не хочу об этом говорить. — Принято к сведению, — она больше ничего не сказала. Внезапно вдохновлённая тем, что она сказала Гарри и Рону, я решила посмотреть, смогу ли вызвать достойную конкуренции реакцию с помощью комплиментов, хотя мне потребовалось несколько минут молчаливого планирования, прежде чем я наконец сказала: — Когда Вы проходите мимо, все оборачиваются. Она оглянулась. — Простите? Я встретила её взгляд, надеясь, что не споткнусь на неровной тропе. — У Вас такая плавная, манящая походка. Она привлекает внимание ко всем нужным местам. — Конечно. Это вполне намеренно, — ответила Нарцисса. Всё шло не очень хорошо. Я уже подумывала отказаться от этой идеи, но тут она отвела взгляд, и её лицо окрасилось. Горло пересохло, я продолжила. — Неважно, что на Вас надето, если хотя бы намёк на изгиб прижимается к ткани, глаза будут следить за ним, гадая, как остальное выглядит под ним… — я сомневалась в каждом слове, но, по крайней мере, её глаза снова были на мне, полные удивления и, возможно, заинтересованности. Я закончила: — и хотят увидеть больше, уверенные, что это будет так же восхитительно, как и те части, которые уже видны. — Откуда это? Я… — она запнулась, голос стал неуверенным. — Вы преувеличиваете. Восхитительно. Правда, как будто я какое-то блюдо, которое Вы хотели бы попробовать. Набравшись храбрости, я выдержала её взгляд и ухмыльнулась, давая ей попробовать её же лекарство. Внутри у меня всё перевернулось при мысли о том, чтобы попробовать её. На что это было бы похоже? Я могла бы захватить её рот, затем опуститься ниже, к обнажённой коже её живота, и ещё ниже. В памяти всплывали страницы из книг, которые я читала, с описаниями, схемами и терминами вроде орального секса, который вдруг показался мне чем-то, что я очень хотела бы попробовать. Когда-нибудь. Только не с ней. Даже не думай об этом, не надо… Мерлин, наверняка это было бы здорово. Нарцисса натянула пальто и вздрогнула. — Гермиона Грейнджер, если Вы и дальше будете так на меня смотреть, клянусь, даже птицы покраснеют. Вы сравняли счёт — 2:2, ясно? Прилив уверенности взял верх над моим размышлением. Я выиграла этот раунд! Мало того, я смогла повлиять на неё гораздо больше, чем я думала раньше. — Ого, «вежливый комплимент» был хорошим советом. — Похоже, я сама стала причиной своей гибели, — посетовала она, сдерживая улыбку. — Вы мысленно прорепетировали всё это, пока мы шли? — Хм, да. В основном. Она легкомысленно рассмеялась. — Я видела, как крутятся шестерёнки, но понятия не имела, что из них получится. Я думала, это будет очередной бессмысленный комментарий о том, сколько лет деревьям. — Бессмысленный? Временная шкала лесов должна вызывать благоговение, — ответила я. — Только подумайте, как давно они были всего лишь семенами, выброшенными в сосновой шишке, упавшей с какого-то дерева, которое росло ещё дольше. — Мне нравятся леса, — согласилась она. — Просто у меня было не так много возможностей научиться ценить их. — Вы когда-нибудь раньше ходили в походы? — спросила я. — До этого, я имею в виду? — Нет, это не совсем то, чем занимаются чистокровные. — Жаль, — сказала я, подняв глаза на раскидистые ветви над головой. — Обычно это приятный опыт, быть на природе, чувствовать связь со всем. Тебе даже не нужна магия. Маглы постоянно разбивают лагеря без неё. Нарцисса сморщила нос. — Без возможности помыться? Я закатила глаза. — Люди могут прожить без ванны несколько дней. Если нужно, можно протереться губкой или искупаться в реке, если она не слишком холодная. — Это абсурд. Неужели маглы хотят вернуться в Средневековье? — спросила она. Когда я попыталась ответить, она добавила: — Это был риторический вопрос. Совершенно очевидно, что хотят. Мы начали спорить о плюсах и минусах кемпинга. Я была уверена, что смогу убедить её в его привлекательности, ведь я так любила его в юности. Но прежде, чем я успела выиграть спор, Гарри прервал его предупреждением. — Дементоры. Теперь, умея реагировать на нападения, наша группа собралась вместе и повернулась лицами наружу, вытянув палочки, сканируя лес в поисках признаков их скорости и направления. Вернулось слишком знакомое чувство тупого ужаса. — Там, — сказал Гарри, указывая на туман вдалеке. Мы ждали наготове, когда дементоры заметят нас, но они не приближались. Они мчались по тропе вперёд на максимальной скорости. — Похоже, они… убегают от чего-то, — сказал Гарри. — Я не хочу встретиться с тем, что может напугать дементора, — ответил Рон, его голос дрожал. — Давайте уйдём отсюда. Как раз когда я подумала, что это хорошая идея, я увидела что-то яркое и серебристое. Патронус, похожий на толстого борова, пробегал рядом, неторопливо отгоняя дементоров. Мой рот был открыт, когда я смотрела на комичное животное, фыркающее и шмыгающее в листве через каждые несколько шагов. Никто из нас не разговаривал, пока патронус и дементоры не скрылись из виду. — Похоже, мы в хорошей компании, — сказал Гарри, убирая палочку в ножны. — Мы, должно быть, приближаемся к городу. Там может быть магическое сообщество, — предположила я, надеясь, что дементоры не уничтожили всех. Рон потёр живот. — Может быть, в этом городе есть пекарня. Мы обогнули поворот тропы и вышли на опушку леса. На открытой местности за ним виднелись десятки зданий, выстроившихся вдоль улиц небольшого городка. Я прищурилась от солнца, слишком яркого без навеса, заслоняющего нас. Дети играли на грунтовой площадке между двумя домами. Увидев нас, они остановились и помахали руками. При виде их я вдруг почувствовала себя слишком напряжённой, чтобы улыбнуться им, а Гарри и Рон помахали в ответ. Такие же дети, как эти, разоблачили меня как ведьму в предыдущем городе. Когда один из них вышел из игры и побежал в соседний дом звать свою маму, меня прошиб пот. Затем Нарцисса вложила свою руку в мою. Я дёрнулась от неожиданности, но она не отпустила её. Она подняла другую руку и погладила мою, крепко прижимаясь к палочке в моём рукаве. То, что случилось в прошлый раз, больше не повторится. Этот простой жест помог мне расслабиться, и я благодарно сжала её руку. Она отпустила её всего через несколько мгновений, но этого было достаточно. Когда мы продолжали идти, из ближайшего дома вышли три женщины средних лет и подошли к нам с широко раскрытыми глазами. — Вы в порядке? — спросила одна из них. — Конечно, почему бы и нет? — ответил Гарри. Она указала в ту сторону, откуда мы пришли. — Вы были в лесу, где водятся дементоры. Вы должны быть осторожны там. — О! — воскликнул Гарри. — Да, мы видели их, но боров-патронус прогнал их. Чей он был? Женщина нахмурилась. — Не знаю, что вы имеете в виду под «патронусом», но вы должны благодарить нашего мэра, сэра Хоппенса. Его духовное животное охраняет нас уже несколько месяцев. — И он никогда не даёт нам забыть об этом, — проворчала другая женщина. Мои брови сошлись в беспокойстве. — Тише, ты просто скупердяйка, — перебила первая женщина, шлёпнув свою подругу, а затем снова повернулась к нам. — Так вы тоже знаете о дементорах? Я думала, они есть только в нашем городе. Мои родственники в Ливерпуле не верят мне, когда я рассказываю им об этом, но мы все чувствуем их, когда они рядом, причём отчетливо. Третья женщина добавила: — Мой муж говорит, что однажды он был очень близко, когда дементоры пришли на лесопилку. Чуть не кончил, как тот бедняга Арчи Тейлор. Поэтому они повесили там ещё один предупреждающий колокол. Теперь у нас везде колокола, чтобы сэр Хоппенс знал, куда послать своего ангела-хранителя. — Я уже говорила вам, это духовное животное, — возразила первая женщина. Гарри оглянулся на нас с Роном, выглядя нервным. Эти женщины говорили о дементорах, но мы слышали достаточно, чтобы понять, что они могут быть не ведьмами. Нам придётся действовать осторожно. — Э… — он замешкался. — Мы слышали только некоторые слухи о дементорах. Кстати, меня зовут Гарри Поттер, — он наблюдал за реакцией женщин, но они, казалось, совсем не узнали его имени. — Спасибо за информацию. Мы больше не будем отнимать у вас время. Мы вежливо попрощались и пошли дальше в город. Дома среднего класса, мимо которых мы проходили, выглядели так, будто их владельцы пережили тяжёлые времена. У них была потрескавшаяся штукатурка и сломанные ставни, а машины стояли на обочинах. — Мы будем искать этого Хоппенса? — спросил Рон. — Я думаю, мы должны, чтобы услышать, что происходит, от того, кто знает больше, — сказала я. — Нам нужно будет разместить здесь авроров? — Да, иначе они могут эвакуировать город, — ответил Гарри. — Придётся поработать и с памятью, так как похоже, что Хоппенс использовал магию в присутствии маглов. — Они ведь не арестуют его за нарушение устава? — спросила Нарцисса. — Скорее всего, нет, поскольку он сделал это, чтобы защитить их, — ответил Гарри. — Но мы всё равно должны это выяснить. Мы забрели дальше в город, где по обеим сторонам улицы выстроились ряды маленьких магазинчиков. Рон обрадовался, увидев, что в одном из них была пекарня. — Как насчёт того, чтобы остановиться здесь на ранний обед? — спросил он, сцепив руки перед собой. — Пожалуйста? До моего носа донёсся запах хлеба, от которого у меня пересохло во рту. Мы с готовностью согласились зайти внутрь, и нас встретила сияющая улыбка пожилой женщины за прилавком. — Здравствуйте, дорогие! Нечасто к нам заходят посетители! Как насчёт свежих булочек? Или мягких кренделей? — предложила она. — Буханку хлеба, достаточно большую для всех нас, пожалуйста, — попросил Рон. Он копался в своем рюкзаке, пока не достал горсть фунтов, пересчитав их с некоторым трудом. Я была единственной, у кого под рукой были маггловские деньги, поэтому мы разделили расходы. Пекарь дал нам огромную буханку, и мы собрались вокруг одного из столов в пекарне, собираясь развернуть её и отломить куски, чтобы съесть. Он был настолько свежим, что таял во рту, с идеально хрустящей корочкой. — Это так вкусно. Неудивительно, что ты хотел остановиться здесь, — сказала я, хмыкнув в знак благодарности. — Это напоминает мне о маме, — ответил Рон. — Комфортная еда, наверное. На миссиях я скучаю по её еде. Свежий хлеб, сыр, любые овощи, созревшие в саду… Нарцисса посмотрела на него с удивительной нежностью. — Звучит чудесно, очень похоже на мои поздние завтраки с Драко. Кажется, я видела вывеску сыроварни на другой стороне улицы. Гермиона, можно мне одолжить немного денег? Я найду нам что-нибудь хорошее и верну Вам позже. Её необычно доброе отношение к Рону вызвало во мне прилив симпатии. Я наклонилась и поцеловала её в щёку. — Конечно. Скажите им, чтобы оставили сдачу, — сказала я ей, засовывая немного денег в карман её пальто. Нарцисса одарила меня снисходительной улыбкой и вышла из булочной. Я наблюдала за ней через окно, пока она шла к сырной лавке, надеясь, что ничего плохого не случится, пока она будет одна. Мои пальцы рассеянно потирали друг друга. Шерсть под её новым пальто выглядела довольно неоднородной. Я смутно помнила, что вчера часто видела её руки в карманах, но она сильно истёрла материал. Нервная привычка? Я обернулась, чтобы съесть ещё немного хлеба, пока мы ждем. Рон и Гарри уставились на меня. — Что? — спросила я, вытирая лицо на случай, если там остались крошки. — Миссис Малфой ведёт себя как порядочный человек, — сказал Рон. — Она заколдована или что? — Не будь смешным, — ответила я. — Ты просто не успел увидеть её милую сторону. Они обменялись взглядами. Рон пожал плечами и вернулся к хлебу, а Гарри ещё мгновение смотрел на меня. Я постаралась не обращать на него внимания, решив не замечать ничего странного в нашем общении. Минуты пролетели незаметно, и мы лишь немного поговорили друг с другом. Как раз когда я повернулась, чтобы снова выглянуть в окно, в пекарню вошёл человек, одетый как дворецкий. — Вы, я полагаю, остальные трое туристов? — спросил он. — Мэр попросил вас присутствовать в его особняке. Приглашаем вас присоединиться к сэру Хоппенсу за полуденной трапезой. — Спасибо, — ответил Гарри, отвечая за нас. — Мы принимаем его приглашение. Вы не видели нашу… подругу? Слуга наклонил голову. — Добрый хозяин нашёл её возле лавки и послал меня за её спутниками. Булочник вышел из-за прилавка с корзиной, накрытой тканью. — Мистер Бигглби, не могли бы вы принести эти сладкие булочки сэру Хоппенсу? Если у него будут гости, я хочу убедиться, что их хватит до конца дня. Слуга принял корзину с вежливым поклоном. Он повернулся, чтобы выйти из магазина, но оглянулся на нас, чтобы сказать: — Сюда, пожалуйста. Рон завернул наш хлеб обратно и упаковал его, а мы вслед за Бигглби вышли из лавки. У меня сложилось впечатление, что сэр Хоппенс может быть немного самовлюблённым, но мне всё равно было интересно познакомиться с человеком, который в одиночку обеспечил безопасность почти всем.

***

Особняк мэра находился недалеко от пекарни, и его было легко заметить. Он был намного выше и старше всех окружающих зданий, но выглядел недавно отремонтированным. Бигглби пропустил нас через замысловатые ворота, открыв пышный зелёный двор, засаженный зимней пшеницей, который совершенно не соответствовал скудным грязным дворам других домов, мимо которых мы проходили. Под пустым взглядом каменных горгулий на крыше мы подошли к паре огромных двустворчатых дверей. — Заходите, — пригласил Бигглби, открывая перед нами одну дверь. — Вы можете оставить свою верхнюю одежду здесь, — его взгляд был устремлён на нашу грязную одежду, что ясно говорило о его смысле. Я незаметно сунула палочку под футболку, когда мы снимали рюкзаки, пальто и сапоги, оставляя их висеть или складывая у скамейки в фойе, где аккуратно лежали вещи Нарциссы. — Очень хорошо, — Бигглби махнул рукой, чтобы мы прошли в соседнюю комнату. — Повар должен приготовить для вас закуски и напитки. Гарри первым вошёл в большой вестибюль с парадной лестницей в конце. Повсюду стояли статуи, а стены покрывали портреты, на которых был изображён один и тот же довольно среднего вида человек. Мы прошли через проход направо, в столовую со столом, накрытым яствами. Золотые кубки и подсвечники усеивали промежутки между тарелками, а над головой висела украшенная драгоценными камнями люстра. По сравнению с этим я чувствовала себя довольно обычной и грязной. Гарри сел за один из сервизов, а мы с Роном устроились по обе стороны, судорожно ожидая, когда войдет хозяин. Из другого коридора, ведущего в столовую, до нас донесся рокочущий голос. — Вот и вся экскурсия, леди Малфой, теперь давайте не будем заставлять Ваших спутников ждать. — Многоуважаемый сэр Хоппенс, а также гость, — объявил Бигглби, отодвигая стул во главе стола. Сэр Хоппенс вошёл из зала, одетый в мантию волшебника и на нём было больше нарядов, чем я когда-либо видела на одном человеке. Это был точно тот же человек с портретов и скульптур, но гораздо, гораздо тяжелее. Обе его огромные, усыпанные перстнями руки сжимали руку поменьше, когда он тащил Нарциссу за собой в столовую. Нарцисса, как обычно, смотрела на комнату, пока не нашла мой взгляд и не позволила своим плечам слегка расслабиться. Возможно, она была более напряжена, чем могла предположить. — Он даже толще, чем его патронус, — прошептал Рон. Мы с Гарри шикнули на него. — Добро пожаловать в мой город! — приветствовал нас сэр Хоппенс. Он отпустил руку Нарциссы, чтобы отодвинуть для неё стул рядом с собой во главе стола, а затем сел. Он махнул рукой в сторону Бигглби. — Оставь нас. Скажи повару, чтобы нас не беспокоили, пока я не позвоню, чтобы принесли следующее блюдо. — Да, сэр, — сказал Бигглби, поклонившись, — сию минуту, — уходя, он закрыл все двери в комнату. — Налетайте! — сказал сэр Хоппенс, размашистым жестом обводя стол. — В этом городе редко можно встретить гостей, тем более колдунов и волшебников! Этот человек был слишком громким для меня, а всё здесь было слишком вычурным. Мне хотелось, чтобы мы вернулись в пекарню с простым хлебом и сыром, который выбрала для нас Нарцисса. Я начала есть закуску с супом без особого энтузиазма. Он продолжал, обращаясь в основном к Нарциссе и игнорируя остальных. — Представьте себе моё удивление, когда один из моих слуг сказал мне, что из леса появились путешественники. Кто они? Как им удалось выжить после дементоров? Я должен был знать, поэтому я решил лично пригласить вас на обед. Но всё стало ясно, когда я пересёкся с изысканной Нарциссой Малфой. Член такой уважаемой магической семьи здесь, в моём городе! Какая честь! То, как он смотрел на неё, заставило мою кровь закипеть. Я мгновенно возненавидела его. — Для меня тоже большая честь познакомиться с вами, — сказал Гарри. — Мы очень впечатлены тем, как вы защищаете город. Сэр Хоппенс сосредоточил внимание на нас троих впервые с момента прихода. — Подождите, вы…? Этого не может быть. Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил! Я читал о вас в газете. Чем занимается Золотое Трио после победы над Сами-Знаете-Кем? — Гермиона выступает в защиту магических существ, — сказал Гарри. — мы с Роном теперь авроры. — Авроры! Как интересно. В моём городе нет никаких проблем! — воскликнул Хоппенс, покраснев. — Кроме дементоров, конечно! — он хлопнул по столу и рассмеялся. — Я имел в виду, что нет таких неприятностей, с которыми я не могу справиться. Нет необходимости оставаться здесь надолго. Я уверен, что вы заняты, — он громко позвонил в колокольчик рядом со своей тарелкой. Мгновением позже из кухни за другой боковой дверью появился повар с тележкой, на которой стояли различные блюда. Он поставил их на стол перед нами, с пышностью сняв крышки. Хоппенс хлопнул в ладоши. — А, наше первое и единственное блюдо, — сказал он, бросив многозначительный взгляд на повара. — Единственное? Но сэр… — ответил повар, указывая назад на кухню. — Да, действительно, наше единственное блюдо. Та-та-та, — сказал Хоппенс, снова хлопая в ладоши. Он что-то пробормотал себе под нос, когда повар ушёл. — Разговаривать в ответ? Наглость! В этот момент дверь, ведущая в прихожую, распахнулась, и молодая женщина в форме горничной поспешила внутрь с корзиной яблок и апельсинов. — Свежие фрукты для ваших гостей, сэр Хоппенс. Простите за задержку. — Спасибо, мисс Тейлор, — он принял от неё корзину и сжал её задницу, заставив подпрыгнуть. Я встала и приготовилась начать лекцию, пока Гарри и Рон громко возражали. — Ой, это… — Вы не можете просто взять… Молодая женщина прервала нас. — Пожалуйста, не суетитесь. Сэр, позовите меня, если вам понадобится что-нибудь ещё, — она вышла из столовой через заднюю дверь в коридоре. Я села обратно, ненавидя сэра Хоппенса с каждой секундой всё больше. Нарцисса заговорила в первый раз. — Вы, должно быть, очень богаты, чтобы позволить себе столько горничных. Остальные наверху тоже были восхитительны. Как вы приобрели такое впечатляющее богатство? — она наклонилась вперед, глядя на него с неприкрытым восхищением, и я поняла, что он хорошо видит её рубашку. Я посмотрела вниз и осознала, что сжала скатерть в кулак. Одно дело, если бы он был заинтересован в ней; как он мог не быть заинтересован? Но то, что она так смотрит на него, вызвало у меня тошноту. Я была такой наивной, думая, что наш флирт был чем-то особенным. — Мои слуги — охотные добровольцы, — Хоппенс надул грудь под её вниманием. — Я оказываю большую услугу горожанам, видите ли, и они ужасно благодарны мне за защиту. Они помогли восстановить состояние моей семьи. Боюсь, я немного переборщил с их продуктами, но было бы невежливо отказываться. — Тейлор, — неожиданно выпалила я. — Та женщина с фруктами была вдовой Арчи Тейлора? — Ну, он не совсем мёртв, — проворчал Хоппенс. — Жаль, что я не смог спасти его от дементоров, но он всё равно никогда не подходил ей. Подозрения закрадывались в мой разум. Что, если он мог спасти человека? Почему он не хотел, чтобы мы оставались надолго? Почему казалось, что вся деревня беднеет, а он богатеет? Неужели он заставлял всех изгибаться, чтобы выслужиться перед своим защитником? Он никогда не даёт нам забыть об этом, сказала нам та женщина на улице. Если мне и было плохо раньше, то это ничто по сравнению с тем, что я чувствовала сейчас. Столько всего казалось странным, но у меня не было никаких доказательств правонарушений. Нарцисса заговорила снова. — Такие жертвы, как мистер Тейлор, так неудобны. Вы бы хотели, чтобы несколько авроров были здесь в качестве охранников? Я думаю, вы заслуживаете того, чтобы расслабиться и насладиться своим огромным состоянием. Или вы достаточно опытны, чтобы справиться со всем этим? — она облокотилась руками на стол, прижав свои груди друг к другу. Мой рот открылся, когда я поняла, что происходит. Нарцисса флиртовала не потому, что он ей нравился; она что-то замышляла. Пытается получить признание? Тошнотворное чувство исчезло, сменившись восхищением. — Я более, чем достаточно опытен, чтобы справиться с этими надоедливыми дементорами, — похвастался он, глядя прямо туда, куда она хотела. — То, что случилось с тем человеком, было прискорбно, но это больше не повторится. — Ах, возможно, вы не очень старались? Я вас не виню, — ворковала она, проводя большим пальцем по низкому воротнику рубашки. — Она прекрасна. Со всем вашим богатством и обаянием, я уверена, вы сможете позаботиться о женщине гораздо лучше, чем он. Мужчина переместился в своем кресле. — Да, но иногда усилия, необходимые для защиты такого человека, как он, оказываются… кхм, слишком большими. Он пренебрегал ею, видите ли. Не ценил то, что имел. Здесь, со мной, ей живётся лучше. — Да, ты просто продолжаешь говорить себе это, — сказал Рон, отбрасывая вилку. — Неужели ты бросил её мужа на растерзание дементорам только для того, чтобы получить её в своё распоряжение? Хоппенс встал и покачал на нас пальцем. — Не вам меня судить! Где вы были, когда пришли дементоры? Праздновали свою «победу»! Кто защищает этих людей день и ночь? Я! Я хороший человек! Я заслуживаю иметь её! Я заслуживаю хороших вещей! — Женщина — это не вещь, ты, свинья! — заорал Рон, хлопнув руками по столу. — Она не какой-то приз, который раздают героям! Чертовски верно, подумала я про себя, гордясь им. Он так далеко продвинулся с тех времён, когда он просто хотел взять самую красивую девушку на Святочный бал. Гарри вытащил свою палочку из-под стола и начал шептать длинное, незнакомое заклинание. Из услышанного я поняла, что это чары против аппарации, которые должны охватить всё поместье. Я немного позавидовала всем интересным заклинаниям, которые изучали авроры. — Мы собираемся привести его сюда, — сказал Гарри нам с Роном под дых. — Приготовьтесь. Я сжала в руке свою палочку, мысленно готовясь на случай, если всё пойдет плохо. Конечно, этот человек не будет настолько глуп, чтобы попытаться сразиться со знаменитым Золотым Трио, да ещё и с гостьей.