Украсть твое сердце

Пытаться встретиться с Ястребом — задача трудная, ведь днем тот не появляется, а ночью с Тойей находятся стажеры, и, черт возьми, он мог доставить этим детям неприятности. К счастью, у него уже есть план, как сбежать, без проблем для мелких. — Свидание, — повторяет Старатель ровным голосом. — Тебя преследует злодей, и ты хочешь пойти на свидание в эти выходные? — Я знаю, это звучит тупо, но я проиграл пари, поэтому не могу сказать «нет». — Ставки — это глупость, ты можешь и откажешь. Он мрачно смотрит на отца, засунув руки в карманы: — Мне двадцать пять. Технически ты не можешь запретить мне идти на свидание. Послушай, я знаю, что не могу пойти один. Отлично, пусть кто-нибудь приглядывает за мной. Только не отправляй Шото и других детей. — Очевидно. Им разрешено оставаться в твоей квартире лишь потому, что Сотриголова возит их туда и обратно. Но это неважно. Твоя идея ужасна. Почему сейчас? Ты раньше никогда не ходил на свидания, — Старатель щипает себя за переносицу. — О которых ты знаешь, — по сути, он не ходит на свидания. Но он бывает в клубах и, как правило, приводит кого-нибудь домой. — Это всего лишь один ужин, я обещал ему. — Ему? Дерьмо. Конечно то, что Тойю преследует мужчина не значит, что его тоже привлекают мужчины. Ну, теперь он точно не сможет выкрутиться, поэтому он разжимает челюсть и бросает на отца вызывающий взгляд: — У тебя проблемы с этим? — Конечно, нет. Просто я не знал, вот и все. Ты можешь встречаться с кем хочешь, Тойя, — Старатель сильнее нахмурился. Честно говоря, Тойя почти желает самой худшей реакции, чтобы он мог ненавидеть своего отца. Ведь так легче, чем наблюдать за его жалкими попытками стать лучше. Он не знает, что чувствовать по этому поводу, поэтому давит свои эмоции и сосредотачивается на своей стратегии. — Хорошо, тогда я пойду на свидание с Таками в пятницу вечером. Мы идем в ресторан, так что не беспокойся, там будет место для телохранителей. Он не дает отцу и шанса возразить. У Тойи есть план. Он, признаться честно, не очень хороший, но постоянный контроль и ограничения сводят его с ума, и ему нужно что-то делать, пока он не поджег свою квартиру. Он развлекается, подтрунивая Мидорию. Тот встречается с Шото уже несколько недель, но они ведут себя так повседневно, что Тойя почти не замечает этого. Он даже не видел, как они целуются, хотя может они еще этого не делали. Но всякий раз, когда Мидория и Шото взаимодействуют по любой причине — передача пульта, общие занятия и домашнее задания, либо же они сидели рядом — Тойя одаривал Мидорию понимающей ухмылкой, из-за которой Мидория быстро отскакивал от Шото с ярко-красным лицом. Шото, в свою очередь, часто брал Мидорию за руку, глядя при этом на брата. Тойя, честно говоря, не возражает, он рад за парня и ему нравится Мидория, но у него есть Права Старшего Брата, и он, черт возьми, будет ими пользоваться, чтобы поприкалываться над парнем своего младшего брата. — С хуя ли ты переключаешь канал, двумордый? Хочешь умереть? А еще есть Бакуго. Тойя говорит себе, что Бакуго — ребенок, что у него, видимо, много проблем, но, Боже, какой же он шумный. Из-за его поведения Тойя борется с желанием извиниться перед отцом за свой подростковый возраст, но затем он вспоминает, кем является его отец. Есть три причины, по которым Тойя не просит Старателя отстранить Бакуго от этой миссии. Первая: в отличие от Шото и Мидории, Бакуго действительно умеет готовить. Вторая: Бакуго, скорее всего, плохо воспримет это, учитывая его ярость при любом намеке на то, что он, возможно, не самый подходящий человек для всего на свете. И третье: Бакуго пиздецки здоровый, и даже без своей причуды он, наверное, мог бы сломать Тойю, как веточку. Ну вот, он это сказал. Он боится, что семнадцатилетний подросток надерет ему задницу. Серьезно, чем они кормят детей в UA? Они до смешного мускулистые, и это выглядит ужасно странно с их детскими лицами. Он уверен, что Шото недавно подрос; Тойя и Шото были одного роста, когда тот поступил в UA, и теперь ему приходится приподнимать голову, чтобы посмотреть младшему брату в глаза. К счастью, у Тойи большой опыт в том, как заставить младшеньких делать то, что он хочет. — Бакуго, иди сюда и нарежь овощи, я не могу доверить это дело другим. Шото, переключи на новости. Мидория, если тебе так необходимы гантели, пожалуйста, держи их в сумке, когда не занимаешься с ними, я чуть не сломал шею, когда спотыкался о них, — Тойя с кухни сердито уставился на трех подростков. Мидория выглядит пристыженным, извиняется и спешит убрать гантели. Бакуго нехотя присоединяется к Тойе на кухне и начинает нарезать овощи, которые ему подают; он действительно хорош в кулинарии, знает, как быстро и безопасно нарезать, и умудряется получать красивые и ровные кусочки, идеально подходящие для приготовления пищи. Шото включает новости. — …совершенно неожиданно, — вещает репортер. — Мы пока не знаем, широко известный вор Ястреб оказался сегодня ночью на месте преступления случайно, или он активно сотрудничает с Лигой злодеев… Тойя чуть не роняет лопаточку. — Подожди, что? Сделай погромче. Шото молча кивает, и Тойя внимательно слушает. Кажется, Лига злодеев перехватила охраняемый транспортер, и Ястреб помог им что-то украсть — что именно было украдено, общественности неизвестно. — Это так странно, — Мидория задумчиво подносит руку к подбородку. — В последнее время Ястреб ведет себя странно, не так ли? Раньше он только воровал, но потом вдруг объявил о своем намерении похитить вас, потом он это делает, и все еще вас преследует, а теперь он в сговоре с Лигой злодеев? И он что-то украл, не заявив об этом заранее. Интересно, что заставило его так себя вести? Тойя испытывает искушение написать Ястребу и спросить, но он не отвечал ему с момента, как сообщил время и место их встречи; он пытается четко обозначить свою позицию: они будут играть по условиям Тойи, а не Ястреба. Он проверяет свой телефон. Кому: Надоедливая птица Вечер пятницы, 8:30 на крыше отеля Sky Plaza. Не опаздывай. От: Надоедливая птица Ты понимаешь, что это звучит как ловушка? Кому: Надоедливая птица Если ты хочешь меня видеть, ты придешь. Я не буду ждать больше 5 минут. До встречи. От: Надоедливая птица Вау, как холодно. От: Надоедливая птица Не то чтобы я жаловался. Ты горяч, когда холоден. Ты знаешь, чего хочешь, и я уважаю это. От: Раздражающая птица Я вижу, что ты читаешь сообщения, Тойя. От: Надоедливая птица Хорошо, я буду там. Теперь доволен? В течение следующих нескольких дней появлялось еще больше сообщений, начиная от нытья по поводу молчания Тойи и заканчивая обыденными вещами, типа сообщения Ястреба о том, что он вкусно поел. Он не давит, не так, как раньше, и это выглядит так, словно ему скучно. Подобный переход к внезапному вступлению в сговор с Лигой злодеев — это… слишком. Если Ястреб работает с ними, то стажеры не могут оставаться с ним. Лига злодеев уже столько раз нападала на студентов UA, и он точно не в состоянии их защитить. Он закрывает чат с Ястребом и вместо этого, впервые за долгое время, пишет своему отцу. Тойя выбирает ресторан Sky Plaza для свидания с Таками по конкретной причине: он очень эксклюзивный, расположен на верхнем этаже одноименного отеля, и имеет террасу на крыше с ограниченным доступом. Он договаривается с Нацуо, чтобы тот позвонил ему ровно в 20:25, и Тойя мог притвориться, что это важный звонок, и подняться на крышу на встречу с Ястребом. Кредитная карта Старателя позвоит ему провести пятнадцать минут в одиночестве на крыше. Все идеально спланировано. При составлении плана он не чувствовал угрызей совести, но глядя на приближающегося к их столику Таками, ему становится стыдно, что он его использует. Он явно старался: он одет в хорошую одежду, слаксы и рубашку на пуговицах, его волосы выглядят так, будто он потратил на них много времени (что было фантастикой), и он, кажется, был искренне рад увидеть Тойю. Он улыбается, подходя к столу, за которым уже сидел Тойя. — Что, не отодвинешь для меня стул? — Таками хлопает ресницами, но присаживается. Тойя пожимает плечами. — Ты бы мной интересовался, будь я хорошим и порядочным джентльменом? — Туше, — Таками ухмыляется. Тойя почти забыл, насколько невероятно очаровательно его лицо. — Итак… это, наверное, самый шикарный ресторан, в котором я когда-либо был. Даже в качестве официанта я не был в таком месте. Дай угадаю: папа платит? Он не может удержаться от усмешки. — Можешь не сомневаться, так что выбирай, что хочешь. Ты же совершеннолетний? — Двадцать три, — сообщает Таками. Хм, примерно ровестник Фуюми. Примерно то, о чем подозревал Тойя. — А тебе сколько, столько же? — Двадцать пять. Подошла официантка, протягивая им обоим меню. Они выбирают напитки, Таками заказывает полный обед из трех блюд. Тойя хорошо знает себя, так что берет только основное блюдо. Закончив с выбором, Таками снова заговорил. — Итак, где твои телохранители? — Снаружи ресторана. Таками хмыкает, и, черт возьми, даже голос у него привлекательный. Может, не так уж было сходить с ним разок на свидание; Таками симпатичен, да и болтать с ним забавно. — Ну, по крайней мере, они не подслушивают нас. Это было бы довольно неловко. Эй, ты всегда так мало ешь? Тойя моргает от внезапной смены темы. — Да, наверное. Я не любитель больших порций. Меня может стошнить. — Не могу представить, каково это, я просто обожаю еду, — Таками скользит рукой по столу, дотягиваясь до ладони Тойи. У него черные ногти. На мгновение его мозг настолько цепляется за эту деталь (черные, как у Ястреба, но немного длиннее, острее — это совпадение, верно? Когти — это часть причуды многих людей и не обязательно должны что-то значить), что он не осознает, что Таками переплетает их пальцы вместе. Когда же понимает, то медленно отдергивает руку и прячет ее под стол. — Не люблю держаться за руки, извини. — Нет, прости, мне казалось, что ты скажешь, если тебе это не понравится, — Таками отводит руку назад гораздо медленнее. Его улыбка обезоруживала. — Наверное, мне любопытно, ведь обычно ты в перчатках. Тойя пристально посмотрел на него, пытаясь разобраться в своих мыслях. — Шрамы уже не так заметны, но я не люблю, когда люди задают вопросы, так что перчатки. — Почему сегодня без них? Так я смогу использовать свою причуду, чтобы приготовить жареную курицу, если понадобится. Он не может сказать об этом Таками. Возможно, ему следовало просто надеть перчатки и снять их на встрече с Ястребом, но он не ожидал, что Таками будет таким внимательным. В будущем ему придется быть более осторожным рядом с ним. — Не захотел. Таками улыбается ему, когда приносят напитки, и они чокаются бокалами, прежде чем сделать первый глоток. Тойя наблюдает, как Таками оглядывает ресторан; он старается не подавать виду, но, видимо, ему здесь не слишком комфортно. — Прости, я просто… я уже говорил, что никогда не ужинал в таком месте? Я не очень-то богат — то есть, сейчас у меня все в порядке, но это… необычно. — Я понял, — Тойя проследил за взглядом Таками на богато выглядящую пожилую пару. — Это довольно чопорно, да? Я бы не выбирал подобное для свидания, не любитель изысканных ужинов, но я подумал, что ты хотел впечатляющее свидание, раз уж просил меня принарядиться. А еще ему нужно было где-то встретиться с Ястребом так, чтобы его телохранители не засекли, и это казалось лучшим вариантом. Таками смеется, показывая красивые зубы. — Серьезно, Тодороки, ты мог бы пригласить меня к себе на диван, чтобы посмотреть Нетфликс, и было бы здорово. Не пойми меня неправильно, я ценю твои старания и конечно, все остальное… — он делает неопределённый жест в сторону Тойи, одетого в черные брюки, белую рубашку с глубоким вырезом и черный блейзер. — …Но в конце концов, все, что имеет значение, это то, что мы оба здесь, — его нос мило морщится, когда он улыбается. — Я выберу место для нашего следующего свидания. — Смело с твоей стороны предполагать, что будет еще одно, — отвечает Тойя, пытаясь скрыть подрагивающие уголки губ в бокале с вином. — Я согласился только на одно свидание, помнишь? Таками ухмыляется. — О, не волнуйся, к концу вечера я тебя очарую. — Мне бы очень этого хотелось. Он щебечет и смеется, зарабатывая злобный взгляд от соседнего столика. Тойя отвечает тем же, прежде чем вернуть свое внимание к Таками, который все еще ухмыляется. — Как насчет того, чтобы сначала узнать друг друга получше? Например… как ты начал работать на своего отца? Они разговаривают, и Тойя рассказывает Таками о том, как он не знал, в каком направлении двигаться после окончания школы, о начале учебы и уходе из университета, о дерьмовой работе, на которую он устроился перед предложением отца. Таками рассказывает Тойе о том, как трижды менял курсы в университете, прежде чем сдаться и устроиться на обычную работу, не требующую высшего образования. Приносят его закуску, которую он предлагает разделить с Тойей, но тот отказывается. Они заказывают еще вина. Когда приносят основное блюдо, они общаются об увлечениях — Таками любит бейсбол, но играл с окончания школы, ходить в клубы и проводить время с друзьями, Тойя любит концерты, готовить и критиковать плохие фильмы ужасов. Он узнает, что Таками — единственный ребенок в семье и всегда хотел завести домашнее животное, но так и не смог. Это мило. Таками забавный и красивый, а также самоуверенный до невозможности. Тойя наслаждается его компанией, и когда его телефон гудит от входящего звонка от Нацуо, ему даже не нужно притворяться немного разочарованным. — Извини, я должен ответить, это мой младший брат. Я вернусь через минуту, — он принимает вызов и выходит из-за стола, направляясь к лестнице, ведущей наверх. Сентябрьским вечером на крыше прохладно и ветрено, и Тойя чувствует как замерзает. — Спасибо, что позвонил, Нацу. Свидание проходит хорошо, мне просто нужно было выйти на секунду. Я позвоню тебе, когда вернусь домой. Пока. Он кладет трубку и едва не роняет телефон, когда вдруг возле его уха раздается голос: — Свидание, хм? Тойя резко оборачивается, свирепо уставившись на Ястреба. Он снова был одет в ту же толстую куртку, на этот раз с перчатками и ботинками — летать уже довольно холодно. — Не подкрадывайся ко мне. — Значит, в ресторане сидит какая-то бедная душа и ждет, когда ты вернешься, да? — Ястреб… не кажется веселым. Он вроде как ожидал, что мужчина будет дразнить его из-за этого, но тон его голоса балансировал на грани гнева. — Скажи мне, дорогой Тойя, что мешает мне украсть тебя прямо сейчас? Ты совсем один, и некому тебя защитить. Тойя отказывается поддаваться запугиванию. Он вдыхает свой страх и на выдохе обращает его в ярость. Его ярость поддерживала его все эти годы, и он будет использовать ее, чтобы подпитывать себя до тех пор, пока сможет. — Ты же хотел, что я сам желал, разве нет? Ты говорил, что хочешь, чтобы я влюбился в тебя. Не заставлять меня, а чтобы я отдался добровольно. Ястреб качнул головой. — Ты не ошибаешься. — Хорошо, — теперь он чувствует себя спокойным — немного напряженно, да, но может сохранять хладнокровие. — Я хочу, чтобы ты перестал выставлять меня на всеобщее обозрение. Я ненавижу это. С твоего объявления моя жизнь находится под постоянным наблюдением. Я никуда не могу пойти без телохранителей. И, блять, не будь придурком. Мне не нравится стокгольмский синдром. — Воу, а ты не церемонишься, — несмотря на легкие шутливые нотки в голосе в Ястребе чувстовалось неестественность. — Итак, ты говоришь мне оставить тебя в покое. Не ново. Но как же мои чувства, Тойя? — Твои чувства — твоя проблема, не моя, — глаза Тойи сердито сузились. — Я не обязан давать тебе шанс. Ты не имеешь права на мое внимание. Тем не менее, я позвал тебя, чтобы заключить сделку. Трудно понять мысли Ястреба, не видя его лица — эта раздражающая птичья маска все еще была на месте. Но тот молчал, поэтому Тойя продолжил: — Не веди себя со мной как Ястреб. Веди себя как обычный человек — без похищений, без слежки, без лжи, без пересечения моих границ — и я подумаю — подумаю — стоит ли давать тебе шанс. Пока мы не в равных условиях, я буду бороться с тобой до последнего. Ястреб постукивает по клюву своей маске так, как другие обычно дотрагиваются до подбородка, размышляя. — Так ты просишь меня отказаться от тайны моей личности? Знаешь, ты мне очень, очень нравишься, но это не знак того, что я тебе доверяю. Ты буквально сын Номера один. Откуда мне знать, что ты не работаешь с полицией или героями? Слишком большой риск для «подумаю». — Но сейчас я говорю с тобой лично, — он скрещивает руки на груди. — А мог бы написать тебе сообщение, чтобы ты отвалил, или игнорировать тебя. — Это еще подозрительнее. Сейчас здание могут окружать герои. — Как и Лига злодеев. Ага, я слышал об этом, — Тойя смотрит на Ястреба в надежде хоть на какую-то реакцию. — Какого хрена, Ястреб? — Я не состою в Лиге, так что расслабься, — злодей пожимает плечами, строя непринужденный вид. — Мне нужна была от них услуга, поэтому они попросили кое о чем. Почему тебя это волнует? — Ты что, издеваешься? — Тойя чувствует, как у него закипает кровь. — Украсть несколько картин у богатых придурков — это одно. Сговор с Лигой Злодеев — совершенно другое. Если ты присоединишься к ним, мое предложение аннулировано. — Думаю, мы уже выяснили, что они меня не интересуют, так что вернемся к текущему вопросу: к сделке. Верно. Тойя делает вдох, чтобы успокоиться. — Либо так, либо никак. — Не так быстро, — Ястреб выпрямляется. — Как уже обсуждалось, я пока не собираюсь раскрывать свою личность. И это слишком слишком болезненный кнут за маленький пряник. — Я прошу тебя только не быть ужасным человеком, Ястреб, но так уж и быть. Чего ты хочешь? — Закрой глаза. Это тест. Тойя в этом уверен. Но у него мало времени, ему еще нужно вернуться к Таками и телохранителям. Он вспоминает, как Ястреб целовал его раньше, мягкость его губ, то, как Тойе это понравилось, и идет навстречу Ястребу. Он закрывает глаза. Раздается шорох одежды, и он слышит, как Ястреб подходит ближе, прежде чем почувствовать руки в перчатках возле своего лица. Он наклоняет голову в ожидании поцелуя, слегка сжимая губы… Ястреб движется вслед. К его груди прижимается что-то маленькое и прохладное, перчатки смыкаются на его шее. Затем Ястреб раздраженно цокает и, судя по звуку и ощущению, снимает это. Ястреб надевает на него кулон? Кажется. Это… совсем не то, чего ожидал Тойя. Он испытывает искушение открыть глаза, но нужно показать Ястребу, что он тоже сдержит свое слово. Ястреб отходит назад, обходя его. Слышится вдох, искаженный маской, и тихая усмешка. — Я знал, что он будет смотреться на тебе великолепно. Можешь открыть глаза. Тойя… почти разочарован. Он мысленно обругивает себя и смотрит вниз. И вправду, на его шее висела тонкая цепочка, на ней, на уровне груди, висел крошечный голубой драгоценный камень. Выглядело элегантно и со вкусом, хотя и не совсем в его стиле. — Что это? — Подарок в честь ухаживания, — он практически слышит улыбку в голосе Ястреба. — Голубой бриллиант и белое золото. Тебе нравится? Оно очень красивое. А еще очень дорогое, черт возьми. Тойя потерялся в своих чувствах. — Ты украл это? …Вообще-то, нет, не хочу знать. Мне нужно возвращаться. Я свяжусь с тобой. — Даже не поблагодаришь? Ладно, тогда мне придется постараться, чтобы произвести на тебя впечатление. Тойя думает о Таками, сидящем в ресторане и ожидающим его. Просмотра Нетфликс на диване было бы достаточно. — Может нужно стараться меньше. Увидимся, Ястреб. Тойя чувствует себя полным мудаком из-за того, что оставил Таками одного так надолго. Выражение его лица при возвращении Тойи за считанные секунды сменяется с беспокойства на облегчение, а затем на злость. — Это был долгий разговор, Тодороки. Я думал, ты меня бросил. — Мне очень жаль, мой брат был немного не в себе из-за ссоры со своей девушкой. Сейчас ему уже лучше, — если теперь Таками думает, что он теперь мудак, то это сыграет на руку Тойе. И хоть его план в этом и заключался, он все равно чувствует себя неловко. — Я могу это исправить? Таками бросает на него задумчивый взгляд. — Может быть. Посмотрим. Я уже съел десерт, — его давно принесли — и ты все равно его не заказал, а он был очень вкусным, так что я прощаю. Сейчас мне бы хотелось уйти из этого помпезного заведения. Тойя кивает и подзывает официантку. Он отдает кредитную карточку своего отца. И когда та возвращается, они уходят. В момент, когда они покидают ресторан, двое его телохранителей следуют за ними, ничего не подозревая о маленькой встрече Тойи с Ястребом. Они спускаются на лифте и сталкиваются локтями — сначала случайно, потом намеренно, и Тойя не может удержаться от легкой улыбки. — Если повезет, в следующий раз мы встретимся без лишнего сопровождения. Глаза Таками загораются, и, черт возьми, Тойя не хотел этого говорить, оно само вырвалось. Он чувствует, как краснеет, и засовывает руки в карманы, радуясь, что дверь лифта открывается, и он может быстро выйти. Таками приходится быстро нагонять Тойю, но он благоразумно ничего не говорит о промашке. — Хочешь прогуляться? Я могу проводить тебя до дома, если хочешь. Тойя наконец замедляет шаги, чувствуя, что расслабляется от предложения. — Далековато, чтобы идти пешком. Как насчет того, чтобы я проводил тебя до дома? Таками усмехается: — Боюсь, тоже придется слишком далеко идти. Просто прогуляемся? Не хочется заканчивать на этой ноте. Он кивает и придерживает дверь для Таками, позволяя ей захлопнуться перед его телохранителями. Они идут неторопливо, чувствуя неловкость из-за близости телохранители, и болтали на случайные темы. Казалось, будто они находятся под присмотром. Когда они возвращаются на площадь, водитель Старателя уже ждет их. Один из телохранителей, должно быть, позвонил ему, и Тойя посылает им обоим мрачный взгляд, поворачиваясь к Таками: — Я могу загладить свою вину, отвезя тебя домой? Нос Таками очаровательно морщится, когда он улыбается. — Нет, я возьму напрокат велосипед. Мне бы сейчас не помешали физические упражнения. Загладишь вину другим способом. Они стояли довольно близко к друг другу, но Таками каким-то образом умудряется подойти еще ближе, вторгнувшись в личное пространство Тойи. Он надеется, что у телохранителей и водителя хватит порядочности дать им хотя бы иллюзию уединения, когда он подхватывает пальцем подбородок Таками, слегка приподнимая его. — О? И что это за способ? Взгляд Таками на мгновение опускается на губы Тойи, и большего ему не нужно. Он целует Таками так, как, по его мнению, тому бы это понравилось — медленно, почти дразняще. Он хочет отстраниться после одного поцелуя, но Таками дергает его назад. Таками целуется совсем не так, как ожидал Тойя, но в хорошем смысле — не медленно, а требовательно. На загривке Тойи находилась рука с намеком на когти, прижимающая его к себе, и Тойе это нравится. Сильно. Он полностью забывает, что они не одни, опуская руки на бок Таками, и теряется, пока кто-то не прочищает горло. — Мистер Тодороки, нам пора. Тойя медленно убирает руки с Таками и отстраняется. Тот открывает глаза, и его лицо можно было бы использовать в качестве эталонного изображения щенячьих глазок у человека. Он не может устоять, наклоняется для последнего поцелуя, позволяет ему продлиться на две, три, четыре секунды и, наконец, полностью отстраняется. — Спокойной ночи, Таками. Напиши мне, как вернешься домой.