На краю весны

Он очень устал за ночь. На операцию его отправили одного, но все усложнил Намджун, который предоставил неверные данные. Тэхён еле скрылся от хвоста. В квартиру возвращаться было небезопасно, в штаб - тоже, поэтому пришлось снять номер в отеле и попытаться переждать там несколько дней, ничем не выдав себя. Ким влетел в номер и быстро запер дверь. После он ринулся к окну и задернул шторы, так и не включив свет. Спрятав винтовку в шкафу, он вновь подошел к окну и, аккуратно оттянув шторку, оглядел улицу внизу. Ничего подозрительного не обнаружив, Тэ присел на кровать и начал пересчитывать пули, одновременно заполняя магазин. Покончив с глоком, он принялся сооружать из запасных подушек из шкафа подобие человеческой фигуры на расправленной постели. Накрыв все одеялом, он обошел вокруг кровати и, удостоверившись, что ловушка вполне сносна и похожа на спящего человека, закрылся в шкафу, оставив маленькую щель, и до самого утра просидел с заряженным глоком. Проснувшись ближе к вечеру, он обнаружил, что так и уснул, сидя в шкафу в верхней одежде. Тэ встал и попытался размять затекшие мышцы шеи и спины, но ногу тут же свело судорогой. Тихо ругнувшись себе под нос и наконец справившись с очередной проблемой, он направился в ванную комнату и принял холодный душ, чтобы хоть как-то привести свои мысли и тело в порядок. Но одна единственная мысль все не давала покоя: слишком тихо вокруг. Уже выходя из душевой кабины, Тэ заметил черный синяк на бедре и ссадину на локте. Он неплохо вчера приложился, уходя от погони. Тэ тяжело вздохнул. Он так устал. Подняв взгляд, в отражении зеркала он вновь увидел незнакомца с осунувшимся лицом и едва заметной щетиной, что смотрел на него с отвращением. В последнее время Тэхён уже не мог выносить этот взгляд. Сам того не понимая, он занес руку и нанес удар кулаком, пытаясь избавиться от этого незнакомца. Хруст, треск. Зеркало вдребезги разбилось, рассыпаясь кровавыми осколками на раковину и пол. Бордовая кровь быстро стекала с руки, пачкая белоснежное полотенце, ступни и серый кафель. Тэхён стоял в ступоре, уставившись на свою руку и окончательно потерявшись в мыслях. Жгучая боль и тошнотворный запах железа вскоре вывели его из оцепенения. Через несколько минут он окончательно пришел в себя и, вытащив из руки осколки, а затем перебинтовав руку, он упал в постель. Он хотел лишь полежать, а потом выкурить пару сигарет, но сам не заметил, как уснул. - Хей, доброе утро, - Чонгук лежал на боку и без толики сна в черных глазах глядел на только проснувшегося Тэхёна. Тот сонно смотрел в ответ, все еще ничего не понимая, а затем, недовольно нахмурившись, прикрыл глаза. Солнце уже стояло в зените: в комнате было душно и светло. Как же Тэхён ненавидел солнце… - Как ты? - Чонгук медленно провел костяшками пальцев по щеке парня. - Не знаю… - Тэ устало посмотрел на Чона, а потом снова закрыл глаза, - наверное, я не пойду в школу. - Тогда я останусь с тобой, - Гук запустил пальцы в волосы все еще сонного и недовольного Тэхёна и мягко оттягивал пряди. - Я не маленький ребенок и не инвалид, не нужно за мной присматривать, - Тэ так и не открыл глаза, - тебе разве еще не надоело находиться со мной сутками в одной комнате? Уже три дня прошло. Сходи, проветрись. Тем более, не хочу, чтобы у тебя возникли проблемы с учебой из-за меня, - он хотел было отвернуться и спрятаться под одеялом от ненавистного солнечного света, но Чонгук повернул его к себе, крепче прижав к своей груди, и оставил легкий поцелуй на виске. - Думаешь, нагрубив, сможешь отвязаться от меня? - Чонгук внимательно рассматривал лицо старшего. Тэхён, почувствовав на себе пристальный взгляд, открыл глаза и посмотрел в ответ. - Тэхён, ты не надоел мне. О чем же ты думаешь, раз с каждым днем становишься все мрачнее и мрачнее? Поделись со мной, - Чонгук обнял Тэ и потянул его на себя, чтобы старшему было удобнее лежать на его плече. Он зарылся носом в его макушку и оставил еще один невесомый поцелуй. Может они были вместе всего четыре месяца, но теперь Чонгук и дня прожить не мог без Тэхёна. - Это просто у нас период такой в отношениях. Через пару - тройку месяцев пройдет. И мои “обострения” тебе надоедят. И я сам тебе тоже надоем. И в итоге ты покинешь меня. Вот и все. Вот о чем я думаю в том числе, - Тэ тяжело вздохнул и попытался отстраниться, но брюнет только крепче обнял его, не давая освободиться. От прежнего обаятельного Тэхёна не осталось и следа. - Перестань думать об этом. Твои, как ты их называешь, “обострения” - это часть тебя. А я люблю тебя целиком и полностью. Как они могут мне надоесть? - Чонгук наклонил голову и, приподняв лицо Тэ за подбородок, заглянул ему в глаза. Он не обижался на него за такие мысли. Он понимал, что сложно довериться, когда тебя из раза в раз предавали. Ему было больно, потому что больно Тэхёну. - Единственный способ избавиться от мыслей и перестать думать - это разорвать себя в клочья и умереть… - Тэ, поджав губы, неотрывно смотрел на Чонгука. Тот в глазах старшего увидел боль и смирение, что давно таились там, но теперь вырвались наружу. - Я знаю, что ты не из тех, кто сдается так просто. Это просто навязчивые мысли, и ты это знаешь. Ты ведь сам мне это говорил, - Чон медленно поглаживал парня по спине, а второй рукой убрал с лица мешающие пряди. - Говорил ли я тебе, что думаю о самоубийстве лет с девяти? - Тэ снова прикрыл глаза, его губы слегка задрожали, а голос в мгновение осип, - вот уже десять лет я думаю об этом. Смотрю на маленьких детей, и даже не верится, что некоторые из них, как и я в девятилетнем возрасте, думают о смерти… Всю свою осознанную жизнь я не живу, а просто существую. - Мне жаль, - Чон оставил еще один едва ощутимый поцелуй, мягко касаясь губами лба старшего, - но ведь это особенность твоей… психики. Если бы все люди были одинаковыми, однотипными, был бы наш мир таким удивительным и прекрасным, м? Как думаешь? - младший ловко сменил тему, стараясь отвлечь Тэхёна от тяжелых мыслей. Он знал, что хён любит много думать и рассуждать, поэтому надо было просто направить его мысли в более позитивное русло, иначе он сам себя закопает живьем. - Не понимаю, зачем миру такие бракованные как я? - Тэ с некой мольбой и грустью вперемешку уставился на младшего, словно ожидая, что тот наконец откроет ему тайну - смысл его жалкого существования. - Ты не бракованный, - Чонгук нахмурился, но быстро взял себя в руки и, шумно выдохнув, снова запустил пальцы в мягкую светлую шевелюру. Тэхён невольно приподнял голову, подставляясь под ласку. Чонгук продолжил, - сам посуди: ты ведь человек чувственный и чувствительный, не так ли? Разве твои обостренные эмоции и чувства не помогают тебе писать картины? Если бы ты был пустым и черствым, смог бы ты найти в себе созидательное начало? Искусство - синтез разума и чувств, порождение эмоций. Это пища для духовного в нас, понимаешь? Не все способны выплеснуть все то, что находится глубоко внутри, наружу, преобразовав это во что-то прекрасное и необычное. И тем самым пробудить мысли и чувства в других. Такие как ты, Тэхён, создают прекрасное, питают общество, насыщают его жизнью и красотой, - младший с умным видом смотрел на хёна в ожидании ответа. Но тот лишь спрятал лицо, уткнувшись Чону в шею, и буркнул: - Это не картины, а полное дерьмо, - Тэхён тихо посмеялся. - А мне нравятся, - Чонгук подтянул к себе хёна, укладывая на свою грудь, - если тебе не нравятся, отдай мне. Я их в своей комнате развешу на самых видных местах, чтоб все мои друзья видели. А когда они будут спрашивать, что это за художник и за сколько я их приобрел, я буду говорить, что это мой самый любимый художник, который отдал их мне за поцелуй, - он довольно улыбнулся и нежно поцеловал Тэхёна в губы. Тот начал смеяться и пытался вырваться, но Чонгук был настойчив, поэтому старшему пришлось сдаться. - Я ведь зубы не чистил, - Тэхёну наконец удалось отстраниться. Он положил обе ладони на лицо Чона, мягко очерчивая пальцами контуры лица, и смотрел тому в глаза. - Ну и что? Мне все равно, - хмыкнул младший, а потом несмело улыбнулся, приподняв брови. Будто упрашивая. Тэхён тут же уставился на шторы, что колыхались от легкого дуновения ветра, делая вид, что совсем не замечает вот этого его фирменного взгляда. Но по всей видимости созерцание штор никак не входило в планы Чона. Младший бережно уложил Тэхена на спину, нависая над ним. Он мягко коснулся его губ, постепенно углубляя поцелуй, но не напирая. Теперь он хотел быть нежным, хотел дать Тэхёну ощущение спокойствия и безопасности. Он переместил свою руку под шею старшего и продолжал медленно целовать его, в перерывах проводя кончиком носа по его щеке. Кончиками пальцев он едва касался лица, выводя только ему известные узоры на веках закрытых глаз, на обветренной коже щек и на припухших после поцелуя губах. Тэхён таял от ласки, которой так щедро Чонгук одаривал его. Казалось, Чонгук был наполнен изнутри бесконечной нежностью и любовью, которой он бережно окутывал Тэхёна целиком. - Что будем делать сегодня? - Гук уткнулся носом в изгиб шеи Тэ, слегка покусывая ее. - Давай продолжим то, что делали, - Тэхён гладил Гук-и по волосам и размеренно дышал. Через несколько минут он все же снова уснул. Тэхён проснулся, но не мог пошевелиться. “Только не это! Только не снова! ” - мужчина всеми силами старался открыть глаза или пошевелить хотя бы пальцем, но ничего не выходило. Сердце начало бешено колотиться, порываясь разорвать грудную клетку. Он уже чувствовал, как кровать прогибается под тяжестью кого-то неизвестного. Этот неизвестный медленно приближался, двигаясь с другого конца кровати. Послышался хрип, словно чьи-то легкие были наполнены кровью. Тэхён был готов кричать, но не мог раскрыть рта. Он все еще не оставлял попытки пошевелиться, но у этого “кого-то” были другие планы. Сначала Тэхёну показалось, что он оторвался от кровати и парил над ней, а потом резко приземлился обратно. Паника стремительно переросла в животный страх. Тэхён почувствовал, как неизвестный лег на него всем своим телом, почувствовал холодное дыхание на своей коже. Затем скользкий ледяной язык на шее, что медленно пробирался вдоль сонной артерии, оставляя мерзкий мокрый след. Укус. Тэхён начал кричать от ужаса и всеми силами старался проснуться, но не мог. Все, что мог услышать другой человек, находясь рядом с ним, это жалкие стоны. Казалось, что эта пытка будет продолжаться вечно. Но через несколько минут он все-таки смог вырваться, проснуться. Он резко сел на кровати, тяжело дыша и хватаясь за шею. Быстро встав и включив везде свет, он начал судорожно натягивать свои черные джинсы и черною водолазку. Наспех накинув сверху косуху и еле как зашнуровав ботинки, он выбежал из номера и, позабыв о всякой осторожности, направился в ближайший бар. И только сев за барную стойку и сделав заказ, он вспомнил свой сон. Точнее, это было одним из его воспоминаний, что становились снами. Порой Тэхёну снилось время, проведенное с Чонгуком. Возможно, сознание хотело как-то облегчить себе свое существование, поэтому подбрасывало такие картинки, чтобы Тэ чувствовал себя счастливым хотя бы во сне. Но по утрам после таких снов Тэхён чувствовал себя особенно разбитым. “Ты ведь не из тех, кто сдаеьтся так просто…”. Чонгук всегда повторял эту фразу. Только поэтому Тэхён все еще жив и пытается идти дальше. Через некоторое время в бар вошли Хосок с Сокджином. Они начали поздравлять какого-то парня с днем рождения, а потом только заметили Тэхёна, который заказал виски и дополнительную стопку текилы и теперь смешивал все это в одном бокале. - Привет, Тэ! - Джин улыбнулся и протянул руку для рукопожатия, с интересом разглядывая бывшего однокурсника. - Здравствуй, - Тэхён пожал руку и продолжил пить, сверля взглядом стеллаж с алкоголем. - Давно не виделись… Кстати, это мой брат, Сехун, - Джин сел между ними. Тэхён из вежливости кивнул пареньку, который дружелюбно улыбался ему. Хосок же устроился с другой стороны от Сехуна. Говорить с другом ему сейчас совершенно не хотелось. - Я пожалуй пойду. Завтра много дел, приятного вечера, - Ким положил купюру на барную стойку, накинул косуху и двинулся к выходу, попутно доставая сигареты. - Не останешься? - Джин было хотел сказать что-то еще, но Тэхён уже вышел из бара. - Он сильно изменился. Он, что, так и не отошел после смерти Чонгука? - Ким пытливо смотрел на Хосока, надеясь развязать тому язык. - Как видишь, - все, что смог выдавить из себя Чон, опрокидывая уже пятый шот. Сегодня ему снова захотелось напиться к чертям собачьим. - Кто такой Чонгук? - теперь Сехун смотрел на Джина так же, как старший минуту назад на Чона. - Это его парень. Они вроде со школы были вместе. И поступили в одном году, только на разные направления. Я часто Чонгука видел. Он даже иногда приходил на наши лекции и сидел рядом с Тэхёном, отнимал у того телефон, чтобы он лектора слушал. Девчонки просто с ума сходили от этой пары, - Джин усмехнулся и продолжил, - они выглядели так, словно самой судьбой предназначены друг другу, как чертова парочка из яойного аниме. Приезжали в универ на крутом спорткаре Чона, пили кофе только вместе, сидя в библиотеке. В общем, идеальная парочка нашего универа. Любимчики девушек и некоторых преподавательниц. Но в середине третьего курса Чонгук пропал. И тогда Тэхён перестал приходить на занятия. Помню, когда весной стало известно, что тело Чона нашли за городом, Тэхён пришел в универ, чтобы забрать их документы. Я его тогда в последний раз видел. Я его сначала даже не узнал, он был сильно истощен и измотан, поглощен горем. Думал, что со временем он придет в себя. Но, кажется, четырех лет для него мало. - Твою мать, - все, что смог выдавить Сехун. - Я же просил не ругаться, - Джин укоризненно смотрел на младшего брата, подкуривая сигарету. Я тут вспомнил кое-что, - Сехун допил коктейль, - он заменял у нас препода по эконометрике. Ворвался в кабинет, был таким расслабленным и харизматичным. Классно шутил и материал понятно объяснял. Он тогда всем понравился.