Обещание

— А как долго Эрен и Микаса будут сидеть за решёткой? — Ещё дней семь. Это необходимая мера. — Понимаю. А что там с теми дневниками, которые вы нашли в подвале Йегеров? — Ханджи и Армин их изучают. Эй, ты меня отвлекаешь. — Извините, капитан Леви.       Мия лежала на животе поперёк кровати капитана, беззаботно мотая ногами и наблюдая, как Леви что-то пишет в отчётах. С похорон товарищей прошло уже два дня. Проститься смогли все, но не оправиться от потери. Большим ударом всё ещё оставалась смерть бывшего командира разведки Эрвина Смита. С момента прибытия остатков разведкорпуса в Трост, Леви минимально контактировал со всеми. В первую же ночь он заперся в комнате, не позвав Мию к себе, как он это обычно делал. Девушка удивилась, но не настаивала, давая возможность капитану самому прийти в себя. — Ты всё ещё меня отвлекаешь, — Леви посмотрел на девушку. — Да я же ничего не говорила! — Ты лежишь на моей кровати. — Мне на ней постоять? У вас тут всего два стула, — Мия осмотрелась. — Где ваше спальное кресло? — Отсутствует. — Заметно. И что, неужели спите лёжа? — Последние ночи мы проводили вместе. Ответ очевиден.       Мия смущённо и мечтательно заулыбалась. Ей нравилось, как капитан раскрывался перед ней. Она любила моменты, когда перед сном он сгребал её в свои объятия, как его тёплое дыхание щекотало её затылок, заставляя подняться волну мурашек. Мия замечала, что капитану часто снятся кошмары. Бывало, что она просыпалась от того, что он дёргался и сжимал одеяло во сне. Тогда она легонько касалась его лица и шептала на ухо, что она рядом. Конечно Леви не мог этого услышать, но девушке казалось, что это помогает. И каждое утро она уходила, пока он ещё спал, возвращаясь к себе, точно вор, на цыпочках прокрадываясь по ещё тёмным коридорам. — Флок спрашивал, есть ли у меня кто-то, — как бы просто так бросила Мия. — Зачем? — безразличный голос не изменился. — Откуда мне знать? Может хотел с кем-то познакомить, может сам хотел что-то предложить. Рядом, как назло стоял Жан. — При чём здесь Кирштайн? — При том, что он не упускает возможности подколоть меня. Ну, из-за моих чувств к вам. — И? — И ничего. Жан чуть не сдох, пока смехом давился. — Вы с ним постоянно кусаетесь, — заметил Леви. — Я люблю Жана, он хороший парень. Сильно изменился с кадетских времён. Повзрослел, поумнел. У нас с ним, на самом деле, больше общего, чем кажется. Несмотря на его вечные едкие замечания, он всегда меня поддерживает. Просто язык у него такой — без костей. — Так что ты ответила Флоку? — Правду. Что у меня есть чувства к одному человеку. — И что у тебя уже кто-то есть? — с неким давлением уточнил Леви. — Этого я не сказала. Это ведь была бы ложь. Мы с вами не пара официально. — Ты же понимаешь, что общество не примет такой исход? — вздохнул капитан. — Да. Поэтому я и не стремлюсь афишировать. Мне-то плевать, но ваша репутация может пострадать. Хотя наши давно догадываются. Особенно после того поцелуя в лесу при всех. — Я не собираюсь оправдываться и сожалеть. — Вы всегда принимаете взвешенные решения. Мне это нравится. Ещё… — Мия, — прервал её Леви. — Да? — девушка посмотрела на капитана. — Много болтаешь. Если не замолчишь, я буду вынужден закрыть тебе рот силой. — Могли бы просто попросить меня уйти… — Этого я не хочу. Продолжай лежать, но тихо. Я скоро закончу.       Мия перевернулась на спину и уставилась в потолок. Через время смотреть в одну точку ей надоело и она прикрыла глаза, стараясь ни о чём не думать и просто слушать, как Леви шуршит листами бумаги. Послышались шаги капитана по комнате, что-то щёлкнуло. Кровать рядом прогнулась под весом опустившегося. Мия открыла глаза и повернула голову направо. Уставшее лицо капитана смотрело прямо на неё: — Ты всё-таки дьяволица. Ты знаешь? — Это почему? — Твоя одежда. — Что с ней не так? — Она всё ещё на тебе…       Тёплые, слегка шершавые ладони Леви гуляли по телу Мии. От каждого прикосновения капитана её словно бил озноб. Горячее дыхание Леви на шее девушки, прикосновения губ. Лёжа на боку, он прижал её к себе спиной и положил правую руку на промежность. Надавив, стал двигать пальцами, заставляя Мию прогибаться в пояснице, пока девушка не начала умолять: — Пожалуйста, капитан Леви… — Иди сюда…       Он усадил её к себе на бёдра. Мия неспеша поднимала и опускала ягодицы. Стоны срывались с губ, эхом отбиваясь от стен. Леви приподнялся на локтях, наблюдая, как девичья грудь подрагивает в такт движениям. И в этот момент в дверь постучали: — Леви, ты подготовил отчёт? — ручка двери нервно задёргалась. — И чего ты заперся среди бела дня? — Эй, четырёхглазая! — нарочито громко сказал капитан. — Я занят. Дверь заперта. Тебе это ничего не говорит? — Ты не один что ли? — прозвучал голос Ханджи, и дверная ручка перестала дёргаться.       Леви посмотрел на Мию, нежно коснувшись лица девушки, прошептал: — Поздоровайся с Ханджи. — Добрый день, командир Ханджи!.. — краснея выкрикнула Мия.       Из-за двери раздался удивленный голос: — Мия? Леви, вы охренели? День на дворе! Кончайте, а-а-а, в смысле, заканчивайте заниматься глупостями! Мне нужен отчёт! Через час он должен быть у меня на столе! Чёрти что…       Раздались шаги уходящего командира. Мия перевела взгляд с двери на Леви: — Капитан, а вы подготовили отчёт? — Мы не говорим о работе, пока я в тебе… И отчёт я сделал, я же не безответственный идиот.       Он приподнял корпус и прижал девушку к себе, впиваясь в её грудь. Когда Мия резко задрожала, Леви пришлось закрыть ей рот ладонью, чтобы она не закричала. Затем сняв её с себя, уложил спиной на кровать и накрыл собой. Мокрые, разгорячённые тела точно сливались воедино в этот момент.       Одеваясь, Мия спросила: — Мне же не влетит? — Нет. — Уже хорошо. Мне нужно в душ. А затем присоединюсь к ребятам. Если понадоблюсь — знаете, где меня искать. Разрешите идти?       Леви подошёл к девушке и обнял, будто оберегая самое дорогое, что у него было сейчас. Взяв за лицо, он притянул к себе и поцеловал, вложив в этот жест столько ласки, сколько он мог позволить: — Теперь иди.