Обещание

      Впервые за долгое время Мия была дома — мама суетилась на кухне, накрывая на стол; отец почитывал газету. Даже не видя дочь несколько лет, он был также холоден с ней. Нет, он был рад видеть её живой и здоровой, но выказывать этого не собирался. Мия не помнила, когда последний раз он по-отечески её обнимал. Он не применял к ней силу, не унижал, не умолял её способностей. Просто был не эмоционален. Может он хотел сына, а может дело было совсем в другом. Девушка этого не знала, но давно привыкла. Возможно именно поэтому, она и влюбилась во взрослого мужчину, идеализируя его и видя не только партнёра. Но в противовес отцу, Мия с детства была окружена заботой матери. Запах её волос девушка помнила с малых лет, а ещё красные следы на пальцах от постоянного шитья. Мама поставила тарелку с жареной картошкой перед девушкой и та невольно съёжилась. — Ну, Мия, расскажи, что тебя гнетёт? — женщина вытерла руки о полотенце и закинула его на плечо, присаживаясь рядом на стул. — Мы не виделись столько лет… — Я даже не знаю, с чего начать? — девушка сглотнула. — Начни с самого начала, — мать аккуратно погладила дочь по плечу. — Попробую, — аппетита не было. Но обижать мать девушка не хотела. Она взяла вилку и стала ковыряться в тарелке. — Три года назад мы захватили разведфлотилию Марли — первый корабль отправленный к нам на остров, после того, как их миссия по захвату титана-прародителя провалилась. Их задачей было выяснить положение дел на Парадизе. Некоторые из захваченных солдат до сих пор скалят зубы за забором лагеря для военнопленных, но другие… Другие пошли с нами на сотрудничество, некоторым выдали разрешение на работу. На втором корабле нас поджидал сюрприз в виде «добровольцев» — так они себя называли. Они предоставили все данные о составе армии Марли и их вооружении. Подарили нам новое оснащение и оружие. Единственное, что всех нас смущало — их приверженность ещё одному нашему врагу — Зику Йегеру. Елена у них главная. Такая высокая, светловолосая и чересчур спокойная женщина, что даже восхищает. Именно она восхваляла его, называя Богом. По словам Елены, Зик в тайне разрабатывал план по возрождению Элдийской империи, коему следовали его добровольцы. Естественно, что это за план, никто не собирался нам говорить. У Зика были определённые требования: за оставшееся ему время принять его на острове и предоставить его сводному брату Эрену. Взамен он гарантировал нам защиту, посредничество с дружественными странами и помощь в разведмиссии против Марли. Для осуществления плана требовались титан-прародитель и титан, в чьих жилах течёт королевская кровь. Конечно, военные верхушки стали возмущаться такой дерзости. Никто бы не стал так слепо доверять человеку, который всего за год до этого без зазрения совести уничтожил почти весь разведотряд. Но Эрен развеял их сомнения, рассказав, как он смог управлять чистыми титанами тогда, за стеной, когда Райнер, Бертольд и Имир сбежали. Я тебе об этом писала, ты помнишь? Я и сама не знаю, что там конкретно произошло, ведь меня там не было. Лишь по рассказам. Но суть в том, что, как оказалось, тогда Эрен случайно соприкоснулся с титаном, которым была Дина Фриц. Да, та самая, что была первой женой Гриши Йегера, та, что являлась матерью Зика и потомком королевской семьи. Видимо Зик каким-то образом понял, как можно обойти клятву «отказа от войны», увидев единственную надежду, оставшуюся элдийцам — «Гул земли».       Мать невольно содрогнулась после этих слов. Даже отец отложил газету и слушал предельно внимательно. Мия вновь ковырнула картофелину и продолжила: — Мы начали строить порт. Про него нам рассказал товарищ Елены — Оньянкопон. Признаться честно, мы даже сначала не поняли, что это за диковинное слово. Конни вообще думал, что это детская площадка, а Жан, что это бани. Мы точно дети в этом мире, которые не ведают ничего. Даже новорождённые котята знают, где у мамки титька, в отличие от нас. В общем, мир оказался очень сложен и полон неизведанного. Каждый марлиец, что был нами захвачен и шедший на сотрудничество, учил нас чему-то новому и восхищал этим. Мы тянулись к новым знаниям, жадно их впитывая — новые технологии, новые слова, новые блюда. Один из военнопленных солдат по имени Николо готовил для нас еду. Саше уж больно нравились его блюда…       Мия вновь замолчала, не в силах унять задрожавшие пальцы. Разговоры о Саше ей давались тяжело. Родители не торопили, понимая, что для осознания потери необходимо время. Но девушка нашла в себе силы продолжить: — В общем, через год, как порт был построен, мы принимали первых гостей с большой земли — клан Азумабито из Хизуру, что сто лет назад был союзником Элдии. Сын сёгуна ещё в то время приехал за стены вместе с королём Карлом, но после того, как король стёр все воспоминания жителей, семья Азумабито вместе с Аккерманами отвернулась от него, в связи с чем их и пытались извести. И ведь почти удалось. По сути, Микаса Аккерман единственная в своём роде, в которой течёт кровь двух достойнейших когда-то семей. Ну, я отвлекалась, так вот, главу Азумабито зовут госпожа Киёми. У неё интересная внешность, я таких людей ещё не встречала, кроме Микасы. Как и у Оньянкопона, но у того отличный от нашего цвет кожи, что тоже очень интересно и необычно. Я опять отвлеклась… В общем, Азумабито прибыли к нам по наводке Зика, который обещал их свести с единственным оставшимся потомком за стенами. Но встреча с Микасой, на мой взгляд, лишь прикрытие своих истинных намерений. Им нужны ресурсы острова — это очевидно. У них также было три условия для сотрудничества: первое — нужно было довести наш остров до мирового уровня по вооружению, а для этого требовалось очень много времени, не просто месяцев, а многие годы; второе — высвободить часть силы «гула», чтобы показать миру его мощь; третье — пока Парадиз не достигнет успехов в вооружении, его будет защищать «гул земли», а значит, нужно поддерживать передачу титана-прародителя и титана королевской крови. А это означало лишь то, что Хистории пришлось бы рожать наследников, видимо, пока матка не отвалится к чертям собачьим.       Мать строго посмотрела на дочь, порицая ругательства при родителях. Мия не обратила внимание. В конце концов, она выражалась куда более крепкими словами: — Эрен был категорически против, да и не только он. Хотя Хистория согласилась на это условие. В общем, Азумабито дали нам время на поиск решения, а пока они продолжат сотрудничать с Зиком и помогать нам налаживать контакт с внешним миром. А мы начали строить железную дорогу до порта. На протяжении всех этих трёх лет, Марли не мешала нам по той простой причине, что сама была втянута в войну с Восточной коалицией. В итоге, Азумабито нам ничем помочь не смогли. Нас по-прежнему считали демонами с острова, которых нужно уничтожить. Очень удобно с их стороны, ведь это было отличным фактором для сплочения остальных стран. А если так, то нам не оставалось ничего другого, как содействовать плану Зика. Но это был, прямо скажем, крайний вариант, а пока Ханджи и Армин предложили съездить за море, инкогнито, чтобы посмотреть на мир и показать себя. К тому же, госпожа Киёми сообщила, что есть сообщество защитников элдийского народа и мы непременно должны были посетить их собрание, которое скоро должно состояться.       Отец налил чай в кружку и молча убрал из-под носа дочери тарелку с остывшей едой. Он всегда говорил: «Не хочешь — не ешь. Еда должна доставлять удовольствие, а не быть похожей на акт насилия над собой». Мия благодарно улыбнулась и отхлебнула горячий напиток. Продолжила рассказ: — Десять месяцев назад мы отправились в Марли. Как же глупо мы выглядели в собственных глазах. Совершенно дикие, познающие этот мир с широко распахнутыми ртами. Чуть ли слюни не текли. Нас удивляло абсолютно всё: люди, еда, технологии. Оньянкопон провёл для нас небольшую экскурсию, а потом мы встретились с госпожой Киёми, которая помогла нам попасть на собрание защитников. Мы ожидали услышать восторженные речи в сторону нашего народа, но услышали лишь ненависть, обрушенную на Парадиз. Выступающий в открытую агитировал уничтожить всех «демонов острова». Разочарованию не было предела. Наверное именно тогда Эрен всё решил. На этом собрании мы видели его в последний раз. Я ещё тогда подумала, что он уже сговорился с Зиком, чтобы привести его план в действие. Конечно, свои домыслы оставляла при себе, поделившись лишь с капитаном Леви. Но мысли у нас с ним были схожи, поэтому это не было навязыванием мнения. Я всё думаю, что можно было поступить иначе, что надо было заметить все эти изменения, происходящие с Эреном и вовремя его затормозить. Тогда бы мы вчера не оплакивали наших товарищей, предавая земле. И Сашу…       В горле неприятно засвербело от подступающих слёз. Мать подвинулась на стуле ближе, чтобы приобнять дочь за плечи: — Ни одна правда не стоит человеческой жизни. Ни одна война не стоит мира после. Все это знают, но продолжают кусать друг друга за ресурсы и собственную мнимую безопасность. Так было до нас и так будет после. Мы лишь пешки, чьё мнение стоит не больше камня на дороге. Мне жаль твоих товарищей, Мия. Но ты жива… И пусть я буду плохим эгоистичным человеком, но я этому рада.       Девушка шмыгнула носом. Даже отец, не выпускавший из рук столичную прессу, был удивлён рассказанному. Скрывать от них Мия больше ничего не хотела. Это был наказ Леви. Но о взаимоотношениях с капитаном она решила умолчать. Немного посидев, она засобиралась в штаб. Нужно было встретиться с ребятами и Леви, ведь завтра утром он с отрядом из тридцати солдат отправлялся с Зиком в тайное место содержания второго, чтобы держать его подальше от Эрена.