Система, драма, две принцессы

POV Миднайт Фул

      Развалившись на больничной койке, я разглядывал небольшую люстру в виде шара, висящую у самого потолка. Так как сейчас была ночь, она не горела, что, впрочем, не мешало мне прекрасно видеть каждую деталь планировки. Увы, планировка была невероятно скудной. Люстра, две кровати с мягкой обивкой и всё. Даже стола не было. Хотя лично меня больше нервировало отсутствие окон. Конечно, я понимал, почему их не сделали, но это всё равно сильно давило, заставляя чувствовать себя зверем в клетке. И задорный жёлтый оттенок стен с миловидными рисунками пони и животных нисколько не спасал ситуацию. Если поначалу это казалось забавным, то потом художества приелись и стали вызывать раздражение.       Шумно вздохнув, я встал со своего места и подошёл ко второй кровати в этой проклятой комнате-темнице. На ней лежал укрытый одеялом двуногий и спал. Также как и тысячу проверок до этого. Немного отодвигаю одеяло, чтобы убедиться в том, что удерживающие его упругие ленты на месте. Все в порядке, как и всегда. Не знаю, зачем меня заставляют проверять их на спящем, если такими можно удержать взрослого земнопони, который не только бодрствует, но и регулярно занимается спортом. После стандартной проверки, которую я провожу всякий раз, как мне взбредет в голову (часов то в комнате нет, а взять с собой что-то кроме посоха с усыпляющим кристаллом мне строжайше запретили), я подошёл к стене, встал на задние копыта и широко развёл передние. Удар громового рассвета! Мягкая стена в очередной раз отразила супер атаку минотавра-убийцы Райдерна, но так просто сдаться я не мог. Последовательно атаковав плоского врага Ревом мокрых небес и Сокрушением соломенного пони, я развернулся и добавил удар двумя задними ногами. Райдерн в книге так не делал, но и я в боевых искусствах не профан. Поскольку стене на такой напор ответить было нечем, мною было принято решение добить её одной ультимативно-смертельной атакой. Снова вскочив на задние ноги, я высоко поднял передние над головой, готовя сокрушительный удар, но враг был спасён прибывшей подмогой.       Звук открывающейся двери заставил меня отскочить от стены и едва не упасть в попытке принять адекватную позу. Восстановив равновесие, я спешно встал по стойке смирно мордой к двери. Забыл посох! Он сейчас наверняка валяется на кровати у меня за спиной. Если это проверка, то полчаса выговора мне точно обеспечено… Хотя, сам виноват. Минотавр-убийца, блин.       К счастью, это была не проверка. За дверью оказался крупный земнопони с коричневой шерстью и пшеничной гривой. Как и я, он был без брони, а в копыте держал посох с кристаллом, аналогичный тому, который я… посеял. Да, обернувшись, я обнаружил, что на кровати ничего нет. Земной пони же, проигнорировав мою неловкость, прошёл в комнату, благоразумно не захлопывая дверь. С внутренней стороны у неё не было подкопытника, из-за чего открыть комнату можно было только снаружи. Если же стражник по какой-то причине хотел выйти, он должен был коснуться кристаллом посоха специального плоского кристалла на двери, который подавал сигнал на ту сторону. С такой системой безопасности я вообще не уверен, для кого строится это здание. Для десятка вендиго или одного спящего придурка? Ни для первых, ни для второго, но суть возмущения понятна.       Я полез под свободную койку в поисках посоха. Где ещё быть немаленькой вещице в комнате, интерьер которой ограничен двумя кроватями, как не под одной из них? — Как звать? — Решил я поинтересоваться у сменщика. Поздороваться я уже забыл, но проявить хоть какое-то внимание стоит. «Дневные» стражи, как их стали называть после появления Ночных, не очень хорошо относились к нам. Что не мешало мне, успевшему измучаться в этой мерзкой комнате, попытаться получить крупицы живого общения с кем-то кроме самого себя и привязанного к кровати овоща. — Эпл Рок, — просто и сурово. Подходящее имя для земнопони. Надеюсь, он будет поразговорчивее камней. — Пришёл сменить? — Да, — да. Продолжать он явно не собирался. Тоже не любит бэтпони?       Задать следующий вопрос я не успел. Позади послышался хлопок закрывшейся двери. Он назло что-ли? Достав голову из под кровати, я хотел было высказать всё, что думаю о таких шутках, но увидел своего сменщика у противоположной от двери стены, притом с моим потерянным посохом. Неужели сквозняком захлопнуло? Но какой сквозняк может быть в комнате без окон? Хотя, холодок-то чувствуется, хотя пару минут назад все было в порядке. Эпл подошёл ко мне и молча протянул оружие. Я, конечно, был благодарен ему за помощь, что и выразил словами, но это молчание придавало ситуации мрачноватый оттенок и даже слегка пугало. Холодная комната без окон, в которой я запрет с мрачным молчаливым пони и бессознательным существом неизвестного вида… брррр, только тревожной музыки не хватает. Тем временем мрачный молчаливый пони спокойно подошёл к двери и коснулся посохом кристалла. Похоже, моё общество утомило даже такого отпетого маньяка. Ну и ладно, у меня всё равно не было никакого желания оставаться здесь дольше необходимого, а уставной посох снова при мне.       Я подошёл к двери и сел напротив. Дежурство закончилось, а значит и стоять истуканом было больше не нужно. Не то чтобы я этим действительно занимался. Впрочем, встать мне пришлось довольно быстро – пол был очень холодным, а бегать в туалет каждые полминуты я не хотел. — Ты проверял пациента? — Эпл говорил не повышая голоса и почти не выделяя вопрос интонацией, но в безмолвном помещении его вопрос едва ли не прогремел, заставив меня подскочить на месте. Такими темпами у меня сердце накроется или сам на койку с ремнями попаду. — Да, конечно. А что с ним? — Даже интересно, ради чего этот кирпич разошёлся аж на три слова. — Он остыл, —в смысле, блин, остыл?! Я подбежал к двуногому и прикоснулся к его лбу. Холодный как арктическая пустыня. Мне доверили охрану спящего связанного чудика, а теперь он лежит не то мертвый, не то… О звезды, да на нем иней! — Рок, беги за врачом! И магом! И ещё кем-нибудь, а я пока постараюсь что-нибудь сделать, — права была мама, надо было больше книг читать. Наверняка в одной из них написано, что делать, когда лысая обезьяна леденеет на глазах.       К чести Рока, он был довольно расторопен. Повозившись с дверью и поняв, что это ни к чему не приводит (даже со своего места я видел тонкий слой льда, покрывший сигнальный кристалл), он развернулся и сделал ровно то же самое, что и я несколько минут назад – лягнул с двух ног. Уж не знаю, что сыграло решающую роль: сила ног, поставленный удар или хрупкость двери, но последняя с грохотом вылетела в коридор. Вслед за ней вылетел и сам Эпл, а я остался и попытался накрыть двуногого одеялом, взятым со второй койки. Тёплый воздух, конечно, устремился в промерзшее помещение, и находиться в комнате стало намного комфортнее, да и обезьянин стал понемногу отмерзать. Это не могло не радовать, хоть и было странно. Секунду назад он был холодным, как лёд (на нем буквально начала появляться корка!), а теперь он вернулся к нормальной температуре, из-за чего иней начал таять, стекая по изуродованному ожогом лицу. Сердце бешено колотилось в груди. С одной стороны, я понимал, что если он потеплел, значит жив. Но с другой, вокруг происходила настолько непонятная и пугающая хрень, что я уже ни в чём не был уверен.       Когда он наконец зашевелился, с плеч словно гора свалилась. Я со смесью страха, радости и облегчения наблюдал за пробуждением своего подопечного. Он широко зевнул, раскрыв не самую впечатляющую, но всё же зубастую пасть. Ведёт себя так, словно не лежит в этой койке четвёртый день, чудом пережив двухминутный ледниковый период, а мирно отсыпается у себя дома после плодотворной трудовой недели. Между тем, двуногий сделал попытку перевернуться, чего ему не позволили сделать фиксирующие ленты. Только после этого он открыл глаза и начал напряжённо озираться. В его глазах не было ни безумия, ни психоза. Во всяком случае, я их не видел. — Мид? — В его голосе слышалась небольшая хрипотца. Если подумать, он вообще звучал иначе. — Да, с добрым утром. Ответишь на пару вопросов? — Нужно попытаться узнать про лёд. Вряд ли, конечно, но вдруг это стандартные спецэффекты при пробуждении его вида. — Что ты прыгаешь с места в карьер? Я только что проснулся связанным, и тут ты со своими вопросами. — что ж, думаю, я могу позволить себе небольшую задержку. Да и в случае чего, мой вопрос можно и перед доктором задать. — Во-первых, где я? Нет, не так. Во-первых, почему я привязан к кровати? — Всё очень просто: буйных больных обычно связывают, чтобы они не могли навредить себе или окружающим. — Это когда меня успели в буйных записать? — Отличный вопрос, парень, просто чудесный. — Ты разглядывал шлем принцессы и рисовал что-то на земле. — Пока звучит не очень буйно. — Согласен, но потом ты начал кричать, бить по земле, упал и оторвал себе нос. А когда все переполошились и попытались с тобой поговорить, ты замер, что-то пробормотал и поджёг свою морду. Так что скажи спасибо, что тебе кляп в рот не вставили. — Справедливо. Спасибо. Должно быть, я действительно не производил впечатление адекватного человека, — да, тут ты абсолютно прав, — хорошо, что вы меня прям там не прибили. — Поверь, были желающие. Ну, не убить тебя, конечно. Просто бросить у дороги хотели. Но принцесса запретила. Сказала, что ты просто перенапрягся во время лечения и сорвался. — И что, кто-то поверил? — Вряд-ли, но спорить не стали, — на самом деле были те, кто попытался возмутиться в открытую, но капитан Райт быстро поставил их на место. Не уверен, закончилось бы все так просто, если бы «псих» успел навредить кому-то кроме себя.       Двуногий задумался. Я не торопил его, так как сам прокручивал в голове тот день. Проблемы сыпались на нас одна за другой, а странный двуногий становился то избавлением, то их причиной. — Почему у меня на лице вода? — Вопрос вырвал меня из воспоминаний. — Об этом я и хотел тебя спросить. Перед твоим пробуждением сильно похолодало. Обледенело всё, что могло, в том числе и ты сам. Но когда мы (не думаю, что Эпл будет против, если я примажусь) выбили дверь, все очень быстро вернулось в норму. Есть мысли на этот счёт? — Надеюсь, что у него найдётся этому объяснение – я не из тех, кто любит загадки. — А, такое иногда случается, когда псионик использует слишком много энергии за раз. Я вытягиваю энергию из окружающей среды, когда использую свои способности, из-за чего температура падает. На открытых пространствах и при незначительных тратах сил это вовсе не заметно – охлажденный воздух быстро заменяется тёплым и смешивается с ним. — То есть, ты «подзаряжаешься», устраивая внеплановую зиму? Прости, но это звучит странно. Я, конечно, не учёный и не единорог, но знаю, что магия черпается либо из потока, либо из внутреннего резерва заклинателя… — Но я же не маг, — перебил меня двуногий, — черпаю откуда могу. И вообще, это нельзя назвать подзарядкой – я не аккумулирую энергию, если не считать жира, конечно же, а сразу пускаю её в ход. — И на что же ты её потратил? — На… — Он сбился на полуслове и снова начал озираться. Только не говори, что ты и этого не помнишь. — Я не знаю. Может ты заметил что-нибудь странное? — Да! Гребаную зиму в палате! И не надо на меня смотреть как на дурака, не я тут…

POV Безымянный

      Дослушать тираду нервного жеребца я не смог и не сильно жалел об этом. Единственным источником света в комнате была выбитая дверь, через проем которой он проникал из соседнего помещения. Видимо, это был больничный коридор, хоть я и вряд ли понял бы это, не зная, что меня упекли в психушку. Всё же, даже после потери памяти больницы ассоциировались с чистотой, стерильностью и, внезапно, бегом. Коридор с голыми кирпичными стенами и валяющимися у них досками не выглядел ни стерильным, ни даже чистым. Похоже, что ремонт здесь был в самом разгаре. А вот палата у меня забавная. На стенах нарисованы всякие пчёлки, бабочки и цветочки, среди которых органично разместились улыбающиеся изображения местных жителей. Хоть эти лошадки и отличались от встреченных мною недавно, родственное сходство отчётливо прослеживалось. Первое, на что я обратил внимание – отсутствие кожистых крыльев. Некоторые аборигены со стен красовались оперенными, как у принцессы, но большинство из них не имело крыльев вообще. Бескрылых можно было разделить на рогатых и безрогих. Первые, вероятно, местная элита. Принцесса пускала лучи и молнии исключительно с рога. Думаю, будет логично предположить, что он необходим для использования магии, которую я продолжал называть так за неимением более подходящего термина. Да и Сайлент, когда рассказывала о ситуации, именно так окрестила способности своего патрона. Те же, кому не досталось ни рога, ни крыльев, выглядели как обычные пони. Конечно же с поправкой на причудливую внешность местных разумных. А ещё от моих условных знакомых нарисованные аборигены отличались тёплыми и яркими расцветками, обладавшими значительно большим разнообразием, чем серо-синяя палитра бэтпони. В целом, уровень цветастости стен, а кроме них и кроватей тут ничего не было, вполне соответствовал месту. Вот лежишь ты, связанный, с кляпом во рту, мычишь что-то не очень членораздельное, но очень злое, а смотришь на милых насекомых и понях. И сразу так спокойно и тепло на душе становится, что…       Что-то я отвлёкся. Я всё таки не буйный, ничего не мычу, да и кляпа нет. Спокойствия, к сожалению, тоже. Найт ведь не просто так заткнулся. В комнате вспыхнуло чем-то голубым. Притом достаточно резко и неожиданно, чтобы я не успел зажмуриться. То ли вспышка была слишком яркой, то ли глаза не успели нормально привыкнуть к свету, не знаю, но резануло весьма болезненно. Отчаянно хотелось протереть глаза, я даже попытался это сделать, но чёртовы ремни крепко держали руки, заставляя меня в очередной раз мысленно помянуть местных санитаров в не самом лестном ключе. — Что здесь произошло? — Поинтересовался мелодичный женский голос. Кажется, я его уже где-то слышал, а учитывая то, что за недолгое время пребывания в этом мире, я успел поговорить всего лишь с двумя «девушками»… Блин, и ведь даже монетку не кинуть из-за этих ремней… и отсутствия монетки. В общем, вопреки моим надеждам, требуется больше пары секунд слепоты, чтобы вывести слух на принципиально новый уровень, а значит, мне всё же придётся открыть глаза, чтобы увидеть новоприбывшую. — Резко упала температура. Из-за невозможности подать сигнал стандартным методом, нами было принято решение самостоятельно открыть дверь изнутри и позвать на помощь. Вскоре после вскрытия помещения пациент пробудился и температура пришла в норму. По его словам, падение температуры связано с необходимостью восстанавливать энергию после применения способностей, — довольно чётко и ёмко отчитался Миднайт. Уж его голос я без проблем узнаю. Открыв глаза я только убедился в очевидном – пришла принцесса, и мой единственный неформальный собеседник теперь стоял на трех ногах, смешно вытянувшись и приложив правое переднее копыто к груди. Без своих доспехов он напоминал ребёнка, играющего в солдата. Большого и лошадеподобного ребёнка. — Поняла. Оставь нас. — Есть!       Мид быстро выскочил в проем и свинтил куда-то влево. Даже не попрощался. Принцесса проводила его взглядом, после чего её рог окутала голубая аура и проем затянула непрозрачная пелена. Вновь лишившаяся и без того скудного освещения палата погрузилась во мрак, в котором были видны только два больших бирюзовых глаза. Смотрели они прямо на меня, и весьма сосредоточенно, из чего я сделал вывод, что пришло время более серьёзного и обстоятельного допроса. Надеюсь, у них тут не в ходу паяльные лампы. Наверное, мне стоит хотя бы попытаться разрядить обстановку – учитывая то, что я связан, хуже не будет. — А можно свет оставить? А то я не опытный. — Да-да, сейчас, — совершенно не в духе старой доброй инквизиции ответила мне Луна, и на потолке загорелась люстра. После того, как я в очередной раз проморгался, тихо шипя всё, что думал об этих ремнях, и тех, кто их завязывал, послышалась серия щелчков и путы ослабли. Похоже, шипел я не так тихо, как следовало бы.       В целом, уже было понятно, что допрашивать с паяльником меня никто не собирался, а это не могло не радовать. Ведь дело было не в том, что я боялся расколоться, а в том, что я действительно ничегошеньки не знал. Перспектива пыток до смерти никогда не казалась мне радужной. А вот принцесса выглядела так, будто её этим самым пыткам подвергли. Без доспеха она выглядела не так впечатляюще, словно бы меньше того, что я ожидал увидеть. Впрочем, нет, рост почти не изменился. Изменился объем – принцесса напоминала среднестатистического человека, решившего схуднуть к лету и не успевшего вовремя остановиться. Не укрытые броней, её ноги казались ещё длиннее и тоньше, а талия разительно выделяла её на фоне бэтпони и тех скудных образов лошадей моего мира, которые я с трудом вспоминал. В целом, она оставляла впечатление подростковой нескладности, будто какие-то части её тела уже выросли, а какие-то ещё не успели. С этим резко контрастировали вполне себе взрослый, пусть и высокий, голос и полосы более светлой шерсти на боках и ногах, бывшие напоминанием о недавней битве. Также возраста ей добавляли солидные мешки под глазами и отчетливый кофейный запах – вряд ли она совмещает правление со студенчеством. Ей бы поспать часиков 10-12, может и полегчало бы, но вряд ли моих прав хватит на то, чтобы отправить принцессу отсыпаться. Между тем, сама принцесса заметила, что я её разглядываю. — Прошу прощения за неподобающий внешний вид. Сообщение об аномалии застало меня в постели. — Я ещё и разбудил Вас? — Нет, я ещё не успела заснуть, — довольно странная смесь раздражения и тоски в голосе. Ей точно нужно отоспаться. — Из-за одного любителя пошвыряться молниями, Император грифонов изволит выражать недовольство гибелью своего графа.       Во время последней реплики её голос изменился, и она покачала головой, явно кого-то передразнивая. И что за любитель пошвыряться молниями? Она одна ими раскидывалась так, что на целый грозовой фронт бы хватило. Ну зацепил какую-то шишку, с кем не бывает. И вообще, грифоны же на неё первые напали, я не прав? Как можно предъявлять претензии тому, кого только что пытался убить? Я озвучил этот вопрос, а в ответ получил многозначительное «политика». Больше спрашивать я не стал, так как все равно ничего бы не понял. Я ж даже карты мира ни разу не видел. Понятно только одно – с графом я накосячил, да и в принципе лезть в воду, не зная броду, не стоило. Зато принцессу спас, как настоящий рыцарь, блин. Ну, хоть определённость есть: грифоны мне явно будут не рады, а вот принцесса, в свою очередь, не рада им. А для меня это значит что? Правильно. Надо держаться принцессы, в идеале будучи ей нужным или хотя бы полезным. Враг моего врага, как говорится… — Ладно, глупо обвинять тебя в этой ситуации, и во всей той кутерьме, что за ней последовала, — вот вроде мысль правильная, но все равно обвинением отдаёт, — Судя по твоим глазам, правильные выводы ты сделал.       Чую, сейчас последует предложение, от которого невозможно отказаться. Я успел продемонстрировать только навыки исцеления и разрушения защищенных камней. Очень надеюсь, что предложение будет связано с первым пунктом, потому что заниматься вторым мне не особо понравилось – всякие психи так и норовят продырявить. Сейчас нужно быть крайне внимательным, как никак, моя судьба решается. Или правильнее будет сказать «озвучивается»? Не важно. Впервые с момента пробуждения выпускаю сознание за границы тела, раскидывая сферу искажения. Возможность улавливать даже обрывки мыслей сейчас может быть полезна и пренебрегать я ей не собираюсь. — Поскольку ты ничего не помнишь, объясню: после победы над вендиго, народы пони объединились. Не все, конечно, но мы над этим работаем. — Несёте мир всему миру путем насилия? — Дипломатические методы в приоритете, но ты прав. К сожалению, не все проблемы можно уладить словами, — не поддержала шутку принцесса. Её голос звучал страшно усталым и немного печальным. Не знаю, искренне ли она так считает – её эмоции были невероятно тусклыми, а солидная часть размышлений была направлена на соседнюю пустую кровать. — Однако, проблема, из-за которой я трачу свое время на тебя, политики не касается. У твоих зубов характерная форма. Скажи, ты же ешь мясо? — Ну да, в том числе, — честно ответил я, все ещё не очень понимая, куда она ведёт. Может ли быть, что в государстве травоядных лошадок мясоедов принято сразу пускать на удобрения? Вряд ли. Иначе бы меня грохнули до того, как я проснулся. Может с меня хотят стребовать извинений за то, что всеядным уродился? — Это хорошо, — разговор принимает всё более странное направление. Чего хорошего в том, что я ем мясо, для травоядного? — Потому что моё предложение в некотором роде связано с… мм, как бы это назвать? С охотой, точно! Дело в том, что помимо разумных на Эквусе всегда жили очень опасные и не очень дружелюбные существа. Притом в немалом количестве и большом ассортименте. Чаще всего они не представляют угрозы, если не заходить на их территории, а если какой-нибудь одиночка забредал к населённым пунктам, его отгоняли местные. Конечно, бывали и жертвы, но они почти никогда не были масштабными.       Принцесса прервалась, чтобы подавить зевок. Даже интересно, сколько она уже не спит? Блин, самому теперь тоже надо зевнуть. Пока уставшая пони боролась с собой, я обдумывал неозвученное предложение. Есть какие-то монстры, которые и раньше были проблемой, но не особо значительной. А теперь, после победы над вендиго, очевидно бывших альфа-хищниками и приоритетной проблемой для расы разумных мини лошадей, эта монстра распоясалась и стала новой значительной трудностью на пути экспансии молодого государства. В целом, звучит логично. Сдерживающий фактор убрали, высыпались последствия, которые стали портить жизнь «тыловикам». А если «тыловикам» портят жизнь, те могут положить болт на армию и устроить бунт, который, в общем-то, никому тут не нужен. Им нужны те, кто будет мотаться по уже захваченным территориям и избавляться от проблемных тварей, освобождая от этой обязанности армию. Пока мне не понятны только две вещи. Во-первых, почему им нужен именно я? И во-вторых, а нужно ли это мне? Вдруг местные монстры опаснее этих несчастных грифонов? Хотя, вряд ли бы тогда их удавалось без проблем прогонять.       Тем временем, принцесса, кажется, справилась с зевотой и продолжила более сосредоточенно. Я впервые уловил от неё… нет, не страх, но серьёзное волнение. — Монстры стали встречаться чаще, из-за чего количество инцидентов увеличилось. Но не настолько сильно, как можно было бы предположить из количества сообщений о контактах. Учитывая характер сообщений, мы с наставником сделали вывод о том, что монстров стали вытеснять с их привычных владений. Эта версия подтверждается немногочисленными сообщениями о куда более пугающих случаях. Уже шесть очевидцев-выживших твердят об оживших кошмарах и чудовищах среди чудовищ. — Взгляд принцессы расфокусировался, она определённо что-то вспоминала. И воспоминание пугало её. Она снова сфокусировалась на мне и, явно не найдя на моем лице должной серьёзности, чуть раздражённо продолжила, — И я бы тоже не отнеслась к этому серьёзно, если бы не встретила одно из них в живую. Оно сожрало двух гвардейцев, а я даже не смогла его убить. Оно игнорировало мою магию, не полностью, но, вендиго его раздери, делало это. Прямо как ты.       Тааак. А вот теперь мне уже не нравится то, куда ведёт этот разговор. Как бы и меня в опасные монстры не записали. — Там, на поляне, я почувствовала от тебя ту же кошмарную ауру. Когда ты рисовал на песке, она все усиливалась, но я решила не атаковать тебя до последнего. Подумала, что это приблизит меня к ответу, и, кажется, не прогадала. Когда ты вскочил, аура сильно ослабла, а после самоподжога и вовсе исчезла. Поэтому я подумала… — Так, прости, что опять перебиваю, но уж лучше я сразу поясню. Я к вашим монстрам отношения, скорее всего, никакого не имею от слова совсем, — Луна хотела было что-то вставить, но я не дал ей такой возможности, — та аура, которую ты могла почувствовать, принадлежала не мне, а принципиально иной твари. Я случайно вошёл с ней в контакт и чуть было не поплатился за это. Странные действия с моей стороны были следствием не одержимости или чего-то вроде, а попытки от чуждого влияния избавиться. В таких ситуациях мешкать нельзя, потому действовать пришлось радикально.       Принцесса не стала снова пытаться говорить, молча процокав к соседней кровати. Она запрыгнула на неё и села ко мне лицом, всем видом демонстрируя готовность слушать, поэтому я не стал тянуть с продолжением и поделился своими соображениями. — Не могу говорить за всех ваших «монстров», но встреченный, если так вообще можно выразиться, нами у дороги индивид, им не являлся. Я почти ничего не помню о себе и своей старой жизни, но кое что о них рассказать могу. У них есть множество различных названий, но я чаще всего использовал термин «нерожденные». Они не просто не имеют твёрдой формы, но и в принципе не нуждаются в любой «реальной» оболочке, из-за чего достать их крайне проблемно, но возможно. То пламя, которое ты видела, может сильно навредить им, но «попасть» им та ещё задачка. Сами нерождённые тоже ограничены в способах влияния на реальность, но, как и мы, могут эти ограничения обходить. Я подозреваю, что виденные вами чудовища – одна из форм обхода, которую они используют. На вопрос «зачем?» не отвечу - нерождённые не имеют разума в нашем понимании этого слова, из-за чего попытки понять их действия зачастую изначально обречены на провал. Также, они иногда используют более близких к реальности сверхъестественных существ в своих целях, из-за чего бывает трудно сразу понять, кто стоит за всеми проблемами. Пока это вся информация, что я могу дать.       Принцесса смотрела на меня не отрываясь, осмысливая сказанное. Сонливость полностью покинула её взгляд, из-за чего её внешность вернула себе часть той мощи, что ощущалась накануне. Я молчал, чтобы не мешать ей думать, и предавался воспоминаниям. Проблема была серьёзной, даже очень. Каждая мысль о них отзывалась холодком на затылке. Я помнил совсем немного, точно не всё, что знал раньше. Но этого было достаточно, чтобы напрочь лишить спокойствия. Пламя и кровь. Мегаполис, сровненный с землёй. Миллионы погибших, сотни познавших худшую участь. Нерождённые не были той проблемой, которую можно пустить на самотёк… — Я могу рассчитывать на твою помощь? — Её голос вырвал меня из плена тяжёлых воспоминаний. Конечно. Я не собираюсь ни бежать от поезда по рельсам, ни останавливать его в одиночку голыми руками. Теперь у меня появилась более вразумительная причина для объединения с ней, чем потенциальная месть грифонов, поэтому я кивнул. В ответ Луна удовлетворённо ухмыльнулась и добавила, — И при других давай всё таки на «Вы». — Прошу прощения, Ваше высочество, забылся, — тут же ответил я. Да уж, это косяк-с. Мало того, что перебиваю её уже в который раз, так ещё и тыкать начал. Повезло, что принцесса необидчивая попалась, а то бы уже давно проблемами обзавёлся. — Пустое, — легкомысленно отмахнулась она, — просто подданные не поймут. — Куда уж им вникнуть в тонкости отношений коллег по опасному бизнесу, — усмехнулся я, принимая обновлённые правила. Принцесса тоже хихикнула не смешной, в общем-то, шутке. — Я пойду, отдам распоряжения на твой счёт. Миднайт позаботится, чтобы у тебя не было проблем, поэтому смело обращайся к нему, если что-то понадобится.       Выдав это напутствие, если так можно сказать, принцесса исчезла в той же голубой вспышке, что и появилась. На этот раз глаза успели привыкнуть к яркому свету, поэтому слепоты не было. Но глаза я на всякий случай все равно протёр. Хорошо, что меня развязали перед уходом, потому что лежать мне уже надоело. Надо бы поискать попить чего-нибудь... и туалет.