Зависть

— Рима-а! — кричала откуда-то извне Нелли. Я только вылезла из джакузи и спешно вытиралась. — Мура, выходи! В моей семье все кричали, но это не было свойственно Нелли. Не может оторваться от чего-то гиперважного, чтобы подойти? Ну конечно, от тисканий Зои. Я даже думать не хотела, чем они там занимались, пока меня не было. Расторопно одевшись, быстрыми движениями теребя влажные волосы полотенцем, я потянула свободной рукой за ручку. И чуть не лицом к лицу столкнулась с Зоей. Я представляла ее локацию где-то рядом с Нелли, хотя с момента, как смолки крики подруги, прошло около минуты. У Зои очень красивые глаза, и смотрят чувственно и хищно. Я была не способна шелохнуться под ее взглядом, а от близости губ подгибало ноги. Не знаю, где была Нелли (я вообще о ней перестала помнить), но мне остро казалось, рыжая вот-вот поцелует меня. — Зая, ну как там? — раздалось громкое со стороны. Только теперь я обнаружила невдалеке подругу, стоявшую с черной лентой на глазах. Вряд ли она понимала отделявшее нас расстояние. — Римма вышла? То ли от громкости, то ли от прозвища у Зои мимолетно покривилось лицо. Это случилось на доли мгновения и тут же исчезло, но я заметила. Неужели второе имя давно набило оскомину? Нелли не была столь уж оригинальна, и Зою вполне могли называть так раньше. Меня словно обухом стукнуло по голове, и ее неприятность почему-то передалась мне. Но что ей мешает сказать прямо, что не нравится? Ну конечно. Если собирается бросить на второй день, то зачем говорить? Легче переждать. — У меня для вас обеих сюрприз. Но нужно завязать глаза и тебе тоже. — сказала Зоя, не допустив особой паузы. Она не сочла нужным индивидуальные ответы для Нелли, та все слышала и вроде была в курсе. — Ты готова? — Не люблю сюрпризы. — перспектива меня несколько перенапрягла. — Ты же не привяжешь нас к столбу и не будешь хлестать? Зоя мелодично рассмеялась: — Нет, глупенькая! Хотя идея неплохая. — добавила женщина. — Для твоего спокойствия пообещаю: ваши руки всегда будут свободны. Я только завяжу глаза. — Ну. — она подняла свои руки с лентой к моему лицу. Сглотнув, я кивнула и позволила завязать себе глаза. Я едва дышала. Потом она взяла меня за руку, и я ощущала ее пальцы в своей ладошке. Странное пьянящее невозможное ощущение. Мы прошли в сторону Нелли. Нам с подругой вручили еще одну ленту, чтобы мы держались за нее. — Держитесь за нее, я поведу дальше. — курировала Зоя. — Так. Мы подошли к лестнице. — раньше мы видели эту лестницу, но почему-то считали, что она никуда не ведет. Хотя вверху был люк. — Вот перила. — Нелли шла передо мной, и я почти уткнулась в ее тело, когда мою руку направили ухватиться за перила. Видимо, Зоя плотным паровозиком цепляла нас к перилам друг за дружкой. — Так, теперь ступеньки, поднимайте ноги. — Зоя, твои обещания как обещания правительства: исполняются лишь на некоторую часть. — позволила я себе капельку остроумия. Она же этого ждала? — Кто-то говорил, что наши руки всегда будут свободны, но они постоянно заняты! Я рассчитывала как-то поразвлечь Зою, но у судьбы были другие планы. Споткнувшись о ступеньку, я едва не полетела кубарем, панически сжимая перилу и дергая ленту на себя. — Лучше следи за тем, как поднимать ноги. — послышался Зоин голос спереди и много выше. Вскоре мы одолели лестницу. Почувствовав на коже ветерок и втянув ноздрями воздух, я поняла, что мы оказались где-то под открытым небом. — Идем дальше, — прозвучало распоряжение спереди, и лента в руке двинулась. Когда нам наконец разрешили снять повязки, у меня резко закружило голову. Мы стояли всего в метре от края крыши. Хотя небольшая оградка теоретически не позволила бы упасть, сердце у меня осело где-то в пятках, и звенело в ушах. Была какая-то такая картина, где нескольких слепцов вел к обрыву другой слепец, и они, держась за палку, как мы за ленту, непременно должны были утянуть друг друга в пропасть. Если бы Зоя пожелала исполнить какое-нибудь коллективное харакири, ничто не помешало бы ей это сделать с нами. Слава богу, у нее вроде не было подобных намерений, и она случайно не завязала себе глаза. В форме солидарности или чего-то там. Потому что объяснение можно придумать всегда и всему. А кто же знал, что на уме у этой женщины? — Вау! Какая красота! — воскликнула Нелли. Действительно, открывалась великолепная панорама города. — А это что там, Красная площадь?! Меньше чем через минуту, пока я лихорадочно и незаметно крестилась (трижды), Нелли буквально парила по открытой площадке крыши с вытянутым вперед айфоном. Ее полет кукушки напоминал известный монумент «Колхозница и рабочий», но если мне предназначалась роль второго, я тормознуто застыла в альтернативной реальности скорее писающего мальчика. И все же трудно не поддаться мечтам, глядя на необыкновенный вид с высоты. Я вдруг вдыхала полной грудью, испытывая неземные надежды на жизнь. — У нас есть пятнадцать минут. — явно довольная собой, но в сдержанной манере огласила Зоя. В духе какой-нибудь великосветской англичанки, надев на голову шляпку с широкими полями от солнца, она присела за столик. На нем обнаруживались три чашки и френч-пресс с чаем. Впрочем, ее личная чашка наверняка наполнена кофе, в чем я почему-то не сомневалась. — Наслаждайтесь! — Зая, давай совместное селфи! — подбежала к ней Нелли. — Посмотри: на фоне Красной площади. Ни у кого такого нет! — За исключением разве что каждого туриста и гастарбайтера. — Зоя улыбалась, но было видно, что тема селфи не пришлась ей по душе. — Давай ты это без меня. Я не люблю селфи. — Римма нас щелкнет. Ну пожалуйста! Ради меня! — не унывала Нелли. — Тебе что-то не понятно в слове «нет»? — негромко, но очень разборчиво отчеканила рыжая, чуть склонив голову, и это имело какой-то пугающе отрезвляющий эффект. Ясно же: она не хочет иметь совместные фото ни в каком виде. Слегка насупившись, не получив желаемого, Нелли отошла и резко вспомнила про меня. — У нас будут лучшие кадры в соцсетях! — распоряжалась она, и я не могла ей сопротивляться. — А теперь сними только меня, но так, чтобы ракурс был удачный. Если Нелли запросто демонстрировала свой айфон, то я была счастлива, что мой скромный и потасканный гаджет остался внизу. Далеко не айфон. Мне было бы стыдно его доставать. Для селфи распростиралось непаханое поле, но уже через пару минут Нелли словно опомнилась и решила все же вернуться к Зое. — А вот и мы! — А вот и ваш чай, который можно вылить, потому что он остыл. — весело откликнулась рыжая. Сразу после этого она устремила взгляд мимо нас, словно продолжая самолично наслаждаться видами, что говорило само за себя: «я без вас не скучала». — Сколько кофе ты пьешь? — поинтересовалась я, украдкой заглянув ей в чашку. — Много. Не считала никогда. Чашек десять в день, думаю, выходит. — неторопливо и довольно приветливо ответила Зоя с видом рыжей пантеры, млеющей на солнце. — И ты нормально спишь? — удивилась я. — Плохо спят не из-за кофе. По крайней мере на меня он не действует. Или привыкла, или уникальное свойство организма. — Ты невероятно особенная. — Нелли причмокнула чаем. — Я больше склоняюсь к первому. Люди ко всему привыкают. Я вдруг ощутила неимоверную пропасть, разделяющую меня и Зою. От сокрушающего чувства разрывало сердце. Хотелось одновременно взлететь ввысь (оставляя позади все это) и разбиться насмерть (так же оставляя позади все это). Если представить нас с Нелли как единый организм, думаю, она была сердцем — беспечно пьяное и радостное в обществе Зои. Возможно, именно поэтому я так любила свою подругу. Ведь она отвечала тайным желаниям моего собственного сердца — она была им. Я же занимала невзрачную функцию жандарма — разума. Но у Нелли все же кое-чего не хватало. Она настолько упивалась собственными чувствами и желаниями, что совсем не замечала (и даже не задавалась вопросами), какие могут быть желания и чувства у самой Зои. На месте Нелли я была готова, если б пришлось, съесть ежа, лишь бы узнать о внутреннем мире этой женщины как можно больше. * В лифте, не успели мы отъехать, на следующем этаже к нам присоединился новый пассажир. Пижонистый дяденька лет сорока. — Привет, Зоя. — поздоровался он. — Привет! Зоя теперь стояла к нам с Нелли спиной, вероятно, в попытке показать соседу, что нас как бы не существует. — Нянькой опять запрягли? — спросил мужчина. В некотором замешательстве рыжая скосила на нас из-за плеча. Как же это мы не испарились и не стали прозрачными? В одно мгновение ока Зоя переменилась в лице и весело подтвердила: — Ага! — И швец, и жнец, и на дуде игрец! Молодец, Зойка! Тебе хоть доплачивают? — Хочешь жить, умей вертеться! — вместо ответа забабахала Зоя очередной пословицей. Представляю, если бы я с друзьями начала общаться сплошными поговорками. Они бы покрутили у виска. Но видимо, у Зои с ее соседом это был один из вариантов нормы.