Зависть

Мы договорились с Зоей встретиться на следующий день, вот он и настал. Сейчас я прирабатывала в магазине женского белья продавцом-консультантом, и мне пришлось поменяться сменами с девчонкой-коллегой, чтобы высвободить время. Из ресторана быстрого питания я давно ушла (до сих пор в памяти адская кухня и проблемы с кожей), несмотря на карьерный рост (начинала-то я уборщицей). На кассу в фастфудной, правда, долго не хотели ставить: «слишком красивая», не по политике компании (а вдруг мужья у жен станут заглядываться — нехорошо). Но с наступлением пандемии всем стало как-то все равно. Большинство заказов получали онлайн и передавали в доставку. И все же из фастфуда я ушла. В магазине женского белья, как оказалось, предпочтение отдавалось симпатичным, но тоже чтоб не «слишком» (вдруг некрасивые клиентки почувствуют себя как-то ущербно и разбегутся — нехорошо). Меня спасла лопоухость и следы от прыщей, которые я тогда все еще мучительно лечила. Я поняла, что на собеседованиях не всегда стоит выглядеть как можно лучше. Вообще, если бы лет пять назад мне сказали, что я получу столько комплиментов и в таком ключе, я бы не поверила. Типа: «Мы не готовы вас взять, вы какая-то слишком симпатичная. А погодите-ка, у вас лопоухость, что ж вы раньше не собрали волосы в хвост поерундовей? И можно было не ретушировать следы от прыщей, вообще лучше заведите новые, вам та-ак идет.» По окладу в магазине было не густо, но товар дорогой, а я получала процент с продаж. Основная сумма по-прежнему утекала в семью, и все же личных средств я имела несколько больше, чем раньше. Девчонки говорили, что до пандемии было вообще супер, сейчас все страдали. ТЦ то закрывали, то открывали. И посетителей было мало, люди больше сидели по домам. В вузе тоже то переводили на дистанционку, то обратно. Помню, не успели проходить две недели, закрыли на карантин. * Пока я ехала в метро, как из рога изобилия меня поливало гневными сообщениями от Нелли с пожеланиями разного вида смерти и шедеврами вандализма с нашими совместными фото. Потом она написала «Все, ты в моем черном списке», и на этом все кончилось. Вообще ее начало колбасить именно тогда, когда я направилась на встречу — как будто пятой точкой чувствовала. Предварительно она, правда, уточнила, где я. В метро. И тут пошло-поехало: чтоб меня поезд переехал, чтоб я провалилась под рельсы, чтоб на меня рухнули своды, чтоб сожрали гигантские подземные черви (мне их надо где-то найти) и прочее. * Сидя за столиком в назначенном кафе, я приметила Зою еще в дверях. Надо сказать, Зоя имела несколько режимов общения со мной: деловитый холодный, придыхательно нежный и волнительно страстный. Причем два последних могли сочетаться, но чаще в природе наших отношений встречался первый. Когда рыжая только подходила к столику в своем светлом брючном костюме и на высоких шпильках, я загодя определила, что сегодня деловитый холодный. Но с любым режимом при ее виде случалось неотвратимое затмение в моем безнадежно больном мозгу. Я не могла оторвать от нее глаз и иногда забывала, как дышать. — Привет. — скупо поздоровалась Зоя и, не открывая меню, нажала кнопку вызова официанта. — Ты уже заказала? Я кивнула с чувством некоторой гордости. Хотя я знала, что счет за нас обеих оплатит Зоя (так повелось), оставался определенный риск (а вдруг не придет? ну вот вдруг?). Однако сидеть без заказа не хотелось, и в конце концов я могла себе позволить некоторое транжирство даже на случай всяких вдруг. Это был какой-то элемент самостоятельности, взрослости, что ли. Официант подошел, и Зоя спросила: — Что у вас быстрее всего готовится? — Салаты, может? — он что, реально у нее спрашивал, что там у них быстрее? — Вот салат и несите. Что-то с овощами. На ваш выбор. Главное побыстрее. Еще кофе. Капучино. Большой. — с тем Зоя перенесла взгляд на меня, улыбнувшись уголками губ и готовая к живой беседе. — Как дела? — С креветками, может? — официант все еще стоял. — А, нет, креветки уже надоели. — отмахнулась Зоя. — Могу предложить замечательный салат с телячьим языком. Новинка от шеф-повара! Подается с… — он не успел поведать все прелести блюда, Зоя его прервала: — Ой нет, не люблю субпродукты. Как подумаю, откуда их достают, тошно становится. — Есть салат с ростбифом. Все гости хвалят! — Что-то не хочется мясного… — задумчиво произнесла рыжая. — С курицей или индейкой? — перебирал бедолага. — Курицу я предпочитаю только фермерскую. И индейку тоже. — Тогда, может, просто овощной? — Нет, ну не просто же овощной! — возмутилась Зоя. — Тогда я даже не знаю, что вам предложить! — развел руками несчастный. Зоя закатила глаза и раздраженно распахнула меню на начальных страницах. Там как раз шел перечень салатов. — Да вот его несите! — ткнула Зоя в первый попавшийся аппетитно смотрящийся. — С креветками. Замечательно. — На этот раз официант мудро решил не переспрашивать. — Что вы мне голову ерундой забиваете? — Но ты же сама не знаешь, чего хочешь. — аккуратно заметила я. — Его счастье, что это сказал не он, а ты. — Зоя игнорировала присутствие упоминаемого, смотря только на меня. — А то вместе с салатом я бы попросила администратора. — от греха подальше официанту стоило ускорить исчезновение, что он и сделал. Не так я себе представляла крутых женщин, болеющих за добро и справедливость. Паренек был вовсе не похож на отмывателя денег, растлителя малолетних или маньяка — для расправы и возмездия. Даже до случайного мудака не дотягивал. — Что он тебе сделал? — недоуменно спросила я. По опыту в сфере обслуживая не стоило труда поставить себя на его место. — Это не я такая, жизнь такая! — огласила Зоя. — Кто первым другого дураком объявил, тот и выиграл. Только что я собиралась с чем-то спорить, но уже сама забыла, с чем. — Да, кажется, я знаю эту игру. — Римма, у меня есть только сорок минут. — Зоя вскинула руку с часами. Вот откуда спешка. — Точнее, уже… тридцать. Давай не будем выяснять, кто виноват в глупом инциденте с официантом и тратить на это еще больше времени. Расскажи лучше о своей подруге, что у вас приключилось? — Полчаса? — ошеломленно промолвила я. — Я поменялась сменами (Зоя знала, где работаю, и дополнительных пояснений не требовалось), не говоря, что потратила час на дорогу, и час уйдет на обратную. Ради — перекинуться парой реплик? — да, мне было мало, и я не могла скрыть досады. — Ты не могла предупредить заранее? Я бы не поехала. — Вот оно как. — Зоя медленно откинулась на спинку стула, складывая руки на груди и не сводя с меня глаз. — И с каких пор ты стала такой гордой? — У меня перед глазами был хороший учитель. — я говорила про нее саму. Уж она-то имела огромное уважение к себе. — В общем. — Зоя поджала губы, чеканя слова и давая понять, что мы будем говорить о том, что интересно ей, а не о всякой пурге, которая занимает меня. — Что с подругой? — Тебе не все равно? — однако почему ее вообще так интересует ситуация с Нелли. Еще вчера она не помнила ее по имени. — Нет. Ты, кажется, была расстроена. Хотелось бы знать, что произошло. Нелла что-то выкинула? — Нелли. — поправила я. — Нелли-Нелла, какая хуй разница. — пробормотала Зоя, впрочем, без особой агрессии. Нецензурная лексика как-то легко и непринужденно слетала с ее губ без налета грубости. — Давай к сути. — Если ты помнишь, ты бросила ее. И она страдала. — Ну извините. — пожала плечами Зоя. — Долго, что ль, страдала? Я проигнорировала ее вопрос. По сути так по сути: — Я ее лучшая подруга. БЫЛА лучшая подруга. Теперь она узнала про… — нас? А есть ли эти МЫ? Я застопорилась, не зная, как назвать. — Она видела нас в клубе. Ей больно, для нее это удар. — Да уж надо думать. — себе под нос констатировала Зоя и громче спросила: — А ты к ней как относишься? Я хотела сказать, что люблю ее как самого дорогого человека, что это по-прежнему так, несмотря на все пожелания смерти и так далее (ее можно понять). Но вместо этого произнесла: — Я всегда ей завидовала. У нее все всегда было лучше, чем у меня. — Бред!… — вдруг зафыркала рыжая, и ее лицо исказилось недовольством. — Какой же бре-ед!… — Ну не настолько сокрушенно завидовала. — положительно внесла я. — Да я не про тебя вообще! — Зоя пронзила меня прожигающим взглядом. — По поводу меня ты тоже ей завидовала? Поэтому ты захотела…? — она явно имела на уме какое-то слово, которое не произнесла. — Нет! — пламенно опровергла я. — И да. Наверное. — вынужденно завершила. А как еще называется, когда ты хочешь женщину, с которой трахается твоя подруга? В Библии об этом конкретно и неусомнительно говорится в духе: не возжелай жену соседа своего, жилища его, осла его и так далее — все это из рода зависти. Еще там порицаются однополые связи, как и вообще блуд (секс призван для размножения и создания семьи, а не для плотских удовольствий). Короче: после этого я не верующая. Нет, я верующая, просто я настолько далека от идеала, что не хватит нескольких жизней, чтобы отмолиться за все грехи. За прошлые и за будущие. Особенно за будущие (а на них я имела планы, с которыми не готова была расстаться). Зоя вопросительно смотрела на меня. Потом вопросительность скрылась с ее лица, сменившись, видимо, утвердительными мыслями, хоть и возможно в другой стезе. — Знаешь, Нелла ведь была к тебе неравнодушна. Еще до меня. Она говорила, что плюнула, когда у тебя появился парень, и что все прошло. Но я думаю, все было глубже. Иногда мне казалось, единственное что она делает со мной — пытается вывести тебя на чувства или как минимум вызвать зависть. Чтобы ты посмотрела, как это может быть, и как это может быть хорошо. Конечно, относительно себя я никогда не воспринимала ее всерьез. Я слушала, затаив дыхание, не понимая, мерещатся ли мне все эти звуки, облекающие немыслимые значения, или все взаправду. Информация никак не укладывалась в моем мозгу. Нелли была ко мне не равнодушна? Она испытывала ко мне тягу? Сексуального характера? Или что это значит? Почему она никогда не показывала? Или показывала? Я попытаюсь вспомнить позже, но сейчас меня больше волновал другой вопрос: — А с кем-то у тебя бывает всерьез? Главным образом меня пугало, насколько серьезно у нее могло быть с Анжеликой. Ведь изначальные вводные теперь перевернулись с ног на голову. Не отменяло, что девушки при Зое не задерживались, но может, что-то просто не складывалось по другим причинам — вовсе не от того, что она априори относилась не серьезно? Даже с Анжеликой — я посчитала — они уже больше трех недель. И с другими… Я разве считала? Бывало и по два месяца — запоздало определила я. — Не особо… — уклончиво отвечала рыжая. — По-разному. — она улыбнулась, найдя удачную формулировку: — Скажем так, с разной степенью серьезности. Ну или НЕ серьезности. — уже совсем весело заключила она, забавляясь от собственной маневренности. Я бы хотела быть, как она. Такая уверенная в себе. Всегда знает, что сказать и как преподнести. Великолепная и будоражащая. Теперь я завидовала ей? Я завидовала себе — что могу коснуться ее. Или испытать ее пьянящее прикосновение к себе. Пусть не сию секунду. Но это случится. «Или не сегодня.» — эта мысль разрывала на части. Ведь полчаса — всего ничего, и они стремительно растают. Официант тем временем принес наши блюда с напитками и расставлял на столе. Вообще, с момента его ухода минуло не так много минут. Но теперь уже мне (до зуда) хотелось подгонять (пинками) этого парня, который украдкой улыбнулся мне как другу (мне пришлось улыбнуться в ответ). Как будто это что-то решало, как будто от его ухода появится прорва времени и откроются новые, запечатанные дотоле, возможности. Зоя не преминула очередной раз глянуть на часы. В отличие от меня, ей не терпится свалить? Или… она чувствует то же? Но именно она создала условия цейтнота, да и ничего не смутило спустить (целых!) несколько минут на официанта, чтобы рассказать ему всю жизнь (по крайней мере по гастрономическим предпочтениям). Отпив кофе, женщина принялась есть, хрустя салатом. Вместе с креветками в нем было много зелени и свежих овощей. Мое блюдо состояло, в основном, из риса с малыми кусочками рыбы. — Нелла что-то тебе предлагала? — вдруг прозвучало от Зои. Сдержанно, напряженно, сжато, от былого веселья не осталось следа. И она упорно коверкала имя моей подруги (впрочем, такое наблюдалось и в лучшую пору их отношений). — Да. — на меня взметнулся тревожный взгляд серо-синих глубоких глаз. — Убиться всеми возможными способами и желательно несколько раз. — Как мило. — Зоя сковано улыбнулась уголками губ. Тут я должна была обязательно найти остатки салата или хотя бы соус на ее лице, чтобы иметь причину провести кончиком пальца, но ничего такого, к моему сожалению, не обнаружилось. Чистоплюйка клятая: промокнула салфеткой еще до. — Я вообще не понимала, что с ней делала. — поделилась Зоя. — Наблюдать эти ваши игры… — Не было никаких игр. Зоя смерила меня неодобрительно и недоверчиво исподлобья. — А теперь еще выясняется, у тебя просто триггер, зависть к подружке… — словно сама с собой излагала она, будто не слыша меня. — Куда я попала? За что на мою седую голову? Какой же бред!.. Как позволила втянуть себя в секту? Она драматизировала или иронизировала? Я не могла понять. У нее был слишком серьезный тон. А я почему-то не могла избавиться от ощущения, что нахожусь на трапезе у огромной пантеры (хотя физически мы почти одного роста и габаритов), причем не иначе как в качестве блюда. И все что мне хотелось — это смешаться с ее слюной. Это была такая дикая мысль (что значит смешаться с слюной? и как с этим жить?), что напугало меня до чертиков. — Но у тебя нет седины, и мы не секта. — вероятно, Зоя ждала разубеждений в каком-то другом ключе, но у меня вышло только это. — Да что ты такое говоришь? Есть. Ты просто не замечаешь. — Зоя снова бросила взгляд на часы.