К океану, малыш...

За окном шёл дождь. Не шумный ливень, а тихий, спокойный, умиротворяющий дождь. Капли падали о металлическую крышу дома, издавая негромкие постукивания, деревья мягко шелестели листвой, а где-то далеко грохотал гром. В такой дождь приятно сидеть дома напротив камина, укутавшись в плед, и пить согревающий горячий чай с медом и лимоном. Однако, в доме было темно, холодно и сыро, на выбитых окнах и дверях кровь и клочки рваной одежды виралов, а среди всех уф-ламп осталась всего одна выжившая, та, что лежала возле пилигримов, как бы из последних сил защищая их своим еле живым фиолетовым светом. Товарищи умудрились уснуть ночью под весь этот кошмар. Лёгкий ночной джаз в сопровождении стонов и рычаний заражённых, а так же ломающихся деревянных оправ окон и двери, слабо бы подходили в качестве колыбельной. Тем не менее, Хакон лежал на спине, отвернув голову от товарища, Эйден же лежал на мужчине, точнее, чуть сбоку, закинув на него ногу и запрокинув правую руку ему под голову, левая рука была на животе старшего. Голова парня прилегала к груди мужчины, где был Лазарь. Эйден проснулся первым, приходя в себя и сфокусировав взгляд, медленно поднял голову и сонно осмотрел Хакона. Рваная, окрашенная в багровый цвет, кофта, в некоторых местах ткань прилипла к рваным ранам из-за запекшей крови. Следом, парень перевел взгляд на горло товарища и грудь. Дышал, значит ещё живой. И хотя он лежал на его груди, во сне это не было ощутимым Глядя на спящего пилигрима, Эйден загорелся острым желанием поцеловать его, несмотря на страх заразить друга. Слегка прикусив нижнюю губу, он подтянулся и едва докоснулся столь желанных губ Хакона, как вдруг, парень почувствовал, что его рот начал наполняться кровью. Тошнотворный, напоминающий сталь, привкус крови, от которого голова пошла кругом. Нет, слишком рискованно, может заразиться. Хотя старший и так был заражен, младший не осмелился так рисковать. Чтобы Хакон ещё и испытывал такие же муки… Ни за что. Вкус становился насыщеннее. Сморщившись от неприятных ощущений, парню пришлось сглотнуть поступающую кровь, чтобы она не выплеснулась на спящего мужчину. Конечно, он мог бы ее и сплюнуть, однако в любом случае он бы попал на Хакона, чего он не хотел. Немного мерзко, захотелось чистой и холодной воды, чтобы избавиться от это гадости. — не самый подходящий момент — прошептал парень самому себе, облизнув свои губы, и снова перевел взгляд на старшего. Осторожно вытащив руку из-под головы товарища, Эйден привстал и, сев на корточки рядом с другом, подталкивая его в плечо, начал будить мужчину — Хакон, вставай — неее, мне и здесь комфортно — сонным голосом ответил старший — только немного холодно — ещё бы, на полу спать. Вставай давай — встав на колени, Эйден наклонился к мужчине и попытался его приподнять, осторожно придерживая одной рукой голову товарища, а второй его правый бок. И как только он начал его поднимать, Хакон тихо простонал и зажмурил глаза. Эйден почувствовал, как его рука становилась мокрой и немного липкой. Повернув немного ладонь к себе, он увидел, как она окрасилась в багровый цвет — твою мать — нервно сказал парень, закинув себе на плечо руку Хакона, всё-таки поднял его на ноги и повёл к кровати — сейчас все исправлю. Я тебя подлатаю, согрею, сделаю чай и… — эй, эй, парень, ты чего? — осознав, что младшего начала охватывать паника, мужчина приложил ладонь к щеке парня и большим пальцем слегка погладил её — это всего лишь царапины, я не собираюсь умирать Дойдя до кровати, Эйден осторожно уложил на неё товарища, после этого стремительно отошёл на зону кухни. Там он взял чайник и чистую жестяную миску, а так же маленькое полотенце. Вернувшись обратно к старшему и разместив предметы на столе, он налил в миску воды и обмакнул в ней полотенце, следом обмакнув кофту Хакона с запекшей кровью, чтобы ткань отошла от ран. От холода Хакон вздрогнул, что ещё больше напрягло Эйдена — прости, я… — Эйден, не суетись. Ты прям как моя вторая Парень кивнул головой, сделал глубокий вдох и с облегчением выдохнул. Далее он взял свою сумку с другого края кровати и, достав недавно найденные аптечки, начал искать принадлежности, чтобы зашить раны. Наконец, он нашёл все необходимое: хирургические иглы и нити, а так же антисептик, чтобы обеззаразить раны — проклятье, здесь нет обезболивающих. Может у тебя есть? — дай-ка подумать… Не-а, у меня недавно закончились препараты — тогда… Придется тебе немного потерпеть, приятель — что ж… Приступайте, маэстро — смиренно ответил мужчина, расположив руки вдоль туловища. Парень взялся за нижний край кофты старшего и осторожно задрал её к шее, оголяя его тело с огромным количеством шрамов, синяков и ожогов. Он так же увидел единственный зашитный поперечный уже заживляющий шрам на груди. Увидев тело мужчины, лицо пилигрима побледнело и ему стало не по себе — в чем дело, парень? — спросил старший — просто… Я раньше не сшивал раны другим людям, немного переживаю — пытаясь унять смущение ответил парень — я знаю это взгляд, Эйден. Поговори со мной Парень молча указал на этот зашитый шрам — ах, этот… Ну, я здорово разозлил того парня — виновато сказал мужчина  — он мог убить тебя… — с надвигающейся тревогой ответил Эйден и медленно провёл пальцами по шву — Боже, я бы никогда себе этого не простил — так, ковбой, соберись — мужчина взял Эйдена за руку и немного потряс её — если не начнёшь, я умру от потери крови, забыл? —  ох, точно, прости Первым делом, он промыл и обработал большую кровоточащую рану, затем, вставил нить в иглу, протерев её антисептиком. После, осторожно вонзив иглу в близи от угла раны, парень начал сшивать её, предварительно завязав первый узел в начале шва. Захватывая с каждой стороны участки одинаковой длины так, чтобы места входа и выхода иглы совпадали, а после аккуратно натягивал нить до сближения краёв раны. Таким швом ещё обычно сшивают рваную одежду, если под рукой нет швейной машинки. Хакон тихо постанывал от боли, судорожно хватаясь за покрывало и то зажмурив, то закатив глаза. Тело горело от антисептика и входящей в плоть иглы. Эйден пытался не реагировать на всё это, хотя прекрасно понимал насколько сейчас невыносимо терпеть это всё. Тем не менее, Хакон вел себя довольно спокойно, чем ожидал Эйден. В попытках отвлечься от боли, мужчина хрипло спросил — что тебе снилось, дружище? Не сразу поняв вопрос, парень растерялся, но потом ответил — да так, наркомания какая-то — например? — что ж… Началось все с того, что я бегал по крыше и забрался на какой-то кран, там я обнаружил уф грибы. Я хотел их собрать, а они начали расти. Вдруг, я очутился на где-то на крыше и полетел на какой-то херне, как ведьма. Цветные летающие горы, деревья… — что за херню ты несёшь? — со смехом спросил мужчина, забыв про боль — а потом я нашёл говорящую курицу, которая утверждала, что она космический петух, и что он хочет уничтожить землю. Я так ахерел с этого… Эй, не дергайся! — это ж как тебя ночью побили, что тебе приснился такой пиздец? — Хакон не прекращал смеяться, напрочь забыв, что его на данный момент сшивали — знаешь, а ведь это был лучший сон из тех, что я видел. Обычно мне снятся кошмары… Ну, а тебе? Тебе что снилось? Успокоившись, Хакон ответил — мне снилось… Что мы всё-таки дошли до нашего места. Небольшой домик с камином, за окном такой же дождь, вечер… У нас трое детей. Старшего зовут Лейто, среднего Рахим и младшую… — Мия? — перебил его Эйден, с какой-то необоснованной надеждой глядя на товарища — о, прости — хех… да, её действительно звали Мия, малыш — с теплотой ответил мужчина, подведя руку к бедру Эйдена и погладив ее тыльной стороной ладони — но ещё троих Колдуэллов я не вынесу, мне и одного пиздюка хватает Эйден улыбнулся, приняв этот стёб. Наконец, парень закончил с большой раной и, прикрыв ее бинтом из нескольких слоёв, тут же принялся сшивать другие раны, которые требовалось подлатать. Остальные просто обрабатывал, смазывал препаратами и забинтовывал, включая недавнюю рану на плече от прыгуна на автобусе и тот проклятый Лазарь. Во время так называемой операции, друзья ещё разговаривали, но уже на другие темы, в основном, они обсуждали кому какое время года нравится и погода. Так же Эйден внимательно изучал тело старшего, в основном высматривал есть ли на мужчине укусы. К счастью, он их не обнаружил, значит риск заражения минимален. В итоге, младший закончил сшивание, оставалось только полностью перебинтовать Хакона. Он попросил мужчину полностью снять с себя кофту и принять положение сидя, пока сам готовил бинты, и тот выполнил просьбу друга. Хакон принял положение сидя. Эйден приготовил бинты и, встав на колени перед приятелем, начал обматывать его тело. Два раза вокруг корпуса, один через правое плечо и ещё пару раз вокруг тела, каждый раз слегка натягивая из для лучшего прилегания. Закрепив бинты, Эйден сказал, положив ладони на чуть выше колен приятеля — всё, теперь я точно буду уверен, что твои органы не выпадут и ты не умрёшь Хакон провёл рукой по животу и с улыбкой ответил — спасибо, мой ангел-хранитель — вслед за этим он перевёл руку к голове Эйдена и, потрепав его волосы, слегка наклонил к себе, а следом поцеловал в лоб — а ты? Тебя бы тоже не помешало подлатать — всё нормально, приятель — парень упёрся руками в колени Хакона и медленно встал, после чего выпрямился и направился к кухонной зоне, прихватив тарелку и чайник с водой — к тому же, не хочу хвастаться, но я всё же выносливее тебя, старик В ответ на эти слова, Хакон поднял ладони на уровне чуть ниже своей головы и слегка развел их в стороны, с сарказмом ответив — ооооо, с Вами можно постоять, Мистер Крутой? Эйден усмехнулся, поставив чайник на плиту, вернулся к мужчине и подсел к нему, закинув руку на его плечо — да ладно тебе, «малыш», ты живучий как чёртов таракан — вслед за этими словами Эйден прищурил глаза и улыбнулся, тюкнув носом Хакона в висок, а после этого подтянулся к своей куртке и накинул её на мужчину, немного помассировав его плечи — посиди здесь, я хочу осмотреть чердак, и потом мы пойдем В ответ мужчина кивнул, и Эйден направился к чердаку, вход в который располагался сбоку у входа. По сырому полу были разбросаны щепки и пятна крови, а в стороне даже рука одного из виралов. Приняв это всё как в порядке вещей, Эйден дошёл до дверцы чердака и, открыв щеколду и дёрнув за ручку, открыл на себя дверцу. Подпрыгнув и забравшись на чердак, парень включил фонарик и начал осматривать помещение. Здесь тоже были выбиты стёкла и видны повреждения оконных рам. Похоже, виралы пытались пробраться и сюда. По углам много пыльной паутины, на некоторых из них сидели огромные пауки, старые вещи, мебель, несколько сундуков, к которым Эйден тут же подошёл. В одном сундуке так же были вещи людей, скорее всего, тоже убитых путников. Рядом был сундук меньше, как и на первом этаже. Там тоже были спички, одна зажигалка, куча часов, несколько раций и даже карта, что приятно удивило пилигрима. Взяв в руки какую-то куртку, из неё выпала небольшая бумажка. Парень поднял ее и увидел фотографию. Двое мужчин. Один был ниже другого, темные волосы, лёгкая небритость, потрёпанная рубашка. Он приобнимал высокого товарища за плечо, а другой рукой показывал большой палец вверх. Мужчина повыше стоял со скрещенными руками и скромно улыбался. Он был в потрёпанных джинсах и рубашке с рукавами 2/4, на плече фонарик, на правой руке перчатка, на левой часы. Так же у него на поясе была сумка с одной стороны, а с другой что-то вроде примотаного крюка-кошки. Сам мужчина спортивной формы, явно физически хорошо подготовленным, возможно, даже был неплохим паркурщиком. Волосы темного цвета, коротко стрижены, с правой стороны была небольшая выбритая полоска, глаза карие и так же присутствовала щетина. Вполне симпатичный мужчина. Эйден долго разглядывал это лицо и не мог понять, где же он его видел. Затем, он развернул фотографию и увидел надпись: «Благодарю за отличный уикенд!» И в нижнем правом углу подпись: «Дэмису от Кайла» — ничего себе… Хакон! Ты слышал о Кайле Крэйне? — это тот тип с Харрана? — раздался голос Хакона из-под пола — было дело, многие о нем говорят, что он отличный парень, а что? — да так… Я скоро спущусь зачем-то закинув фотографию к себе в карман, парень продолжил обыск. В другом большом сундуке было много походных вещей, но Эйдена привлекали больше аптечки, снаряжение и небольшие предметы самообороны. В одной из аптечек он обнаружил обезболивающие. Так же он покопошился по углам и другим залежам, набрав кучу металлолома. Найдя старое одеяло, все нужные вещи он закинул на это одеяло и, собрав его в узелок, обвязал одним канатом и спустил вниз. Так же он обнаружил один крупный рюкзак и, прошерстив его, тоже скинул вниз, а после и сам спустился. Хакон за это время успел подшить свою кофту и надеть ее на себя. Хоть она и была мокрая и холодная, ему она была привычнее, чем вещи умерших людей. На тумбе уже стояли полные кружки с ромашковый чаем. За окном всё так же шёл дождь. Хакон взял кружку и, сделав глоток, спросил — как думаешь, дождь скоро прекратится? Но в ответ ничего не услышал. Эйден копошился в вещах, скидывая найденное в «новый» рюкзак. Он не заметил, как Хакон подошёл к нему и стоял на душой, и лишь когда старший наклонился и, взяв парня за подбородок, развернул к себе, парень перевел своё внимание на него, вздрогнув от неожиданности — Эйден, хватит. Ты слишком зациклен на этом — немного раздражённо сказал старший — да… Прости, Хакон, просто я… — нам некуда торопиться, парень. Не суетись — мужчина убрал руку с подбородка и отошёл обратно к столу — и хватит каждый раз извиняться — прос… — Эйден тяжело вздохнул, встал с пола и направился за товарищем. Они взяли в руки кружки и вышли на крыльцо, чтобы осмотреть двор. Снаружи был дождливый тоскливый лес, на земле валялись мертвые заражённые и их разбросанные конечности, лужи крови, мертвый прыгун, чья голова была впечатана в камень, разбитые УФэшки. Хакон сделал ещё глоток, а после усмехнулся — это пиздец Эйден с недоумением посмотрел на друга и снова перевел взгляд на двор. Простояв в тишине несколько минут, слушая шум дождя, младший сказал — обещай, что убьёшь меня, когда я стану таким же — посмотрим — с неодобрением ответил мужчина, возвращаясь обратно в дом — давай, собирай барахло и пойдем. Тошнит уже от этого места — сам сказал, что торопиться некуда — ехидно ответил парень, последовав за другом — ты уж определись чего ты хочешь Хакон резко развернулся к Эйдену и, схватив парня за талию прижал к себе, едва касаясь губами левого уха пилигрима — тебя хочу. Что ты на это скажешь? — ебанный в рот, Хакон, иди выпей таблеток, дед — вздрогнув произнёс Эйден, пытаясь оттолкнуть от себя старшего — или передёрни и успокоился — видел бы ты свою рожу — рассмеялся мужчина и отпустил парня, поцеловав его в крупный шрам на правой щеке — извини, ничего не могу с собой поделать — может потому что ты мудак? — м-да? Я как-то об этом не подумал. Хорошая версия, многое объясняет Наконец, спустя какое-то время, пилигримы собрались, чтобы отправиться дальше. Хакон снова надел на себя свои вещи, Эйден накинул куртку и рюкзак с ещё большим барахлом. Эйден показал Хакону карту, на что тот ответил, что без нее намного интереснее, однако Эйден настоял, что раз они хотели бы побывать в других странах, им следует проложить маршрут — судя по всему, мы находимся вот здесь. Хм, а мы не так далеко ушли от Вилледора — смотри — ткнув пальцем в карту и проводя по ней сказал старший — вот бывший Вроцлав, а Вилледор ближе к границе Германии — можем пройтись вот здесь, а там уже и Франция. А вот тут как раз Бискайский залив и выход к Атлантическому. Что скажешь? — что ж… Вперёд, Mein lieber! — бодро сказал Хакон и только сделал шаг, резко схватился за бок и вскрикнул от боли. Эйден тут же подхватил его, закинув его руку себе на плечо — эй-эй, ты чего? Может, тогда подождём? — неее, всё хорошо, малыш, всё хорошо… Я справлюсь! — если ты умрёшь по дороге, клянусь, Хакон, я найду способ воскресить тебя и затем убью нахуй В ответ мужчина ехидно прохохотал ещё раз поцеловал Эйдена в щеку — мы справимся, родной. Вперёд. Следующая остановка: Германия!