Кошмар Бряк

75-тые голодные игры. Это произошло слишком быстро, Эффи даже не успела понять что происходит. Она вытянула имя Хеймича, и приложила все усилия которые могла для того, чтобы не расплакаться на месте. Пиита вызвался добровольцем. Хеймич пытался его остановить. Катнисс пыталась его остановить. Эффи чувствовала себя подло, потому что она почувствовала облегчение. Их всех насильно затащили на поезд, не дав никому возможности попрощаться. В поезде стояла гробовая тишина. Хеймич пил прямо из бутылки. Катнисс сидела свернувшись калачиком, пытаясь не плакать из-за того, что она наверное больше никогда не услышит голос Прим. Пиита смотрел на Катнисс влюблёнными глазами, думая что он сделает всё, абсолютно всё что в его силах, чтобы спасти её. Эффи пялилась в одну точку не думая, она знала, что если начнёт думать то сломается. Она не могла, не при детях которым и своих проблем хватает. Внезапно какой-то Авокс положил на стол напротив Эффи большую белую папку. Все смотрели на неё с ожиданием. В папке – поправки к правилам и расписаниям обычных игр в связи с изменениями, напечатанные на дешевой бумаге с небольшими заметками почерком Плутарха Хевенсби. Хеймич беззвучно подсел к ней и взял часть с пометкой «Для Ментора». Они встретились взглядом и обменялись понимающими улыбками – хоть что-то в этом году ей казалось нормальными и безопасным. Той ночью Эффи не спала. Она так и осталась за этим столом с папкой инструкций – уж слишком много информации слишком поздно упало на её плечи. Пришлось менять уже привычные расписания, менять адреса для водителей и найти время заехать к себе домой за дополнительной одеждой. Дети ретировались в свои комнаты ещё давно, когда поняли что от старших ничего сегодня не дождаться, а Хеймич ушел, когда Эффи достала невесть откуда агрессивно розовый, наполненный и потрепанный пенал, вооружившись бутылкой ликёра. Эффи провела эти тихие тёмные часы мирно аннотируя новую папку с правилами – важные вещи обязаны быть выделенными, текста для интервью написаны и все новые правила должны были отскакивать от идеально белых зубов Тринкет. Когда она захлопнула папку, с гордой улыбкой на губах, дверь в вагон открылась и Катнисс неохотно появилась на горизонте в надежде что там никого не будет. Эффи лишь напомнила ей что скоро они прибудут в Капитолий и направилась к себе, чтобы обновить вчерашний макияж и образ. По прибытию в тренировочный центр её трибутов забрали стилисты, а Хеймича увели на предыгровые интервью (это было одним из нововведений Хевенсби, о котором Эффи бы не жаловалась в любой другой год) и Тринкет осталась наедине со своими планами. Нужно было съездить домой за дополнительной одеждой, список которой нужно составить по пути, организовать браслет для Хеймича (на всякий случай в двух экземплярах ибо первый он с вероятностью 99.9% потеряет) и колье для Пииты, договориться со спонсорами о встречах и подготовить Хеймича к данным встречам и понадоедать своим знакомым, которые возможно могут подсказать что может ожидать её трибутов и аккуратно передать эту информацию Хеймичу и перечитать те заметки которые она для него сделала и проверить, переварил ли он информацию из того буклета и узнать насколько стабильно он себя чувствует от одного до десяти, ибо Эффи кажется, что она может слететь с катушек в любую секунду и единственное, что держит её на плаву, это дети и Хеймич. Оставив свои вещи Авоксам, Эффи организовала себе такси (точнее пару неохотных Пискиперов) домой, где за рекордное время она собрала себе дополнительный чемодан (точнее, что-то больше похожее на огромную коробку) вещей и позвонила своим знакомым, которые пообещали что закончат золотые украшение к тому времени, как трибутов отправят в арену, за приличный гонорар и бумажную копию эскизов, за которыми они приедут к небольшому ресторану недалеко от тренировочного центра через полтора часа, что дало Эффи достаточно времени, чтобы собрать деньги и начать обзванивать спонсоров, которые любезно соглашались на встречи с ней и Хеймичем, заставляя её руку болеть от количества раз когда ей нужно было корректировать их расписание на ближайшие несколько дней и рождая ещё одну проблему под названием «Отсутствие вариации в костюмах Хеймича, или же осознание того, что если Хеймич насвинячится хоть один раз то Эффи кого-то придушит и не факт что не себя» которую можно решить одним звонком в магазин, который периодически доставляет ей эти чёртовы костюмы. Когда Эффи вернулась в пентхаус её ожидала тишина и она буквально упала на диван в прихожей. То ли от волнения, то ли от боли в ногах, то ли от того что она не спала больше 36 часов Эффи провалилась в сон. Она снова оказалась в 12. Снова на той самой сцене. Снова в том самом платье с бабочками. Снова доставала бумажки с именами дорогих ей людей. Снова вытащила имя Катнисс. Снова перебирала между двумя бумажками думая какая из них к чему приведёт. Снова достала одну из них и развернула её. В душе появилось какое-то облегчение. На бумажке аккуратным шрифтом было написано Пиита Мелларк. Она почему-то не может заставить себя выговорить эти слова. Внезапно толпа леденящим голосом начала кричать. Эффи не знала что страшнее – то, что тихая толпа дистрикта 12 начала кричать, или то что они кричали. Бряк! Бряк! Бряк! Её кровь остановилась в жилах и леденящий ветер проникся до костей. Из всех возможных моментов чтобы начать кричать это ужасающие имя, почему они выбрали именно этот. Бряк! Бряк! Бряк! Слова покинули её уста против её желания. -Пиита Мелларк! Крики остановились. Пока через секунду не произошло необъяснимое. -Я вызываюсь добровольцем! – сорвалось с уст Хеймича так, будто он к этому готовился всю свою жизнь. Если Эффи до этого не хотела исчезнуть с лица земли, то в эту секунду существование прекратило свой смысл. Толпа молчала несколько секунд, а потом снова завела свою шарманку, которая била по ушам пока они не оказались на поезде. Там Хеймич посмотрел на неё с грустью и отвращением в глазах: -Это всё твоя вина, Бряк. Внезапно, Эффи проснулась. Сердце билось чаще чем мотор, дышать было сложно, всё лицо было мокрое от слёз и в глазах рябило. Эффи оглянулась вокруг – ночь, она до сих пор на диване и спина ужасно ноет. Света в пентхаусе нет, но запах бараньего супа с кухни намекает что она пропустила ужин. Внезапно, где-то в углу, что-то загорелось прохладным светом и Эффи издала странный писк. -Прости Эффи, я голодная была – сказала Катнисс, стоящая перед приоткрытым холодильником со странно-виноватым выражением лица. Эффи лишь ошарашенно смотрела на неё. -Эффи? Катнисс аккуратно подошла к ней – Эффи напоминала ей мать. Если после кошмаров Прим начинала кричать и звать Катнисс, то их мать просто сидела с пустым выражением лица пока кто-то не заставит её вернуться в реальность. Видеть Эффи в таком состоянии было удивительно – она выглядела как человек, который кричал бы настолько громко, насколько это было бы физически возможно, а не диссоциировался в пустоту. -Эффи ты меня слышишь? – Катнисс села напротив неё. Вопросы всегда помогали её матери. Эффи кивнула в ответ. -Эффи, ты можешь встать? Эффи кивнула и попыталась встать. На шатающихся ногах она обошла диван. -Эффи, можешь дойти до своей комнаты? Эффи попыталась идти, но чуть не упала. Катнисс моментально подхватила её и вместе они дошли до комнаты. -Эффи, можешь умыться? – Катнисс довела её до ванной комнаты оставив Эффи напротив раковины, а сама села на край ванной. Эффи трясущимися руками включила воду и попыталась умыть своё лицо. Белый макияж покинул её и Катнисс удивилась какой обычной она выглядела без него. Смотря на других жителей Капитолия, Катнисс ожидала чего-то необычного и странного, она даже не отрицала тот факт ,что макияж мог оказаться не макияжем, а модификацией. Эффи потянулась за полотенцем и чуть не споткнулась на своих же каблуках. Катнисс поймала её и подала полотенце. В глазах Эффи появилась небольшая тень этой её ауры, которая была исключительно Эффи, но всё-равно пустоты было много. -Мне переодеться нужно – голос Эффи был таким уязвимым и тихим, по сравнению с её обычной Капитолийской речью. Катнисс кивнула и помогла ей дойти до большого гардероба, из которого Эффи достала какой-то розовый халат. -Ты же вернёшься, да? Катнисс тогда направилась к выходу из комнаты чтобы дать Эффи уединиться. Она лишь кивнула и закрыла за собой дверь. Через несколько минут лицо Эффи появилось в щели между дверью и Эвердин последовала за ней. -Эффи, тебе принести еды? Хеймич договорился чтобы они тебе что-то оставили. -Хеймич? – в её голосе появилась нотка надежды. -Мне его позвать? Эффи лишь кивнула и осталась сидеть на кровати в полной тишине. Дверь открылась и на пороге стоял Хеймич. -Ну что, Принцесса, выспалась? – его голос был нестабильным, но вывел Эффи из ступора. Она вскочила с кровати и чуть не придушила его своими объятиями. -Ну что такое, соскучилась? В ответ он лишь почувствовал движение чужой головы на своей груди. Никто не знает сколько они так стояли, но когда Катнисс заглянула к ним в комнату, проверить как там они, они не сдвинулись с места. Уже начало светать, солнце пыталось просочиться через шторы. Они сидели на кровати в обнимку. Хеймич, на удивление, мирно сопел, а Эффи просто лежала на его груди и не было понятно, спала она той ночью или нет. -Мне тогда кошмар приснился. – начала она – Мне приснилось будто ты в играх оказался и они кричали.... Как в прошлый раз и я не выдерживаю. Я всё это не выдерживаю, там столько всего будет и нужно будет сделать и мы знаем как это закончится. Хеймич вздохнул и повернулся так, чтобы смотреть ей в глаза: -Принцесса, заткни свой прекрасный рот пока это не закончится плохо. Всё будет как будет, потерпи. Я тебе не скажу, что всё хорошо закончится, но оно закончится рано или поздно. А ещё, твои кошмары уж слишком абсурдные. Дай мне поспать последние пару часов. Через несколько дней они были на пути к дистрикту 13 и Эффи думала, что возможно она никогда не скажет спасибо за ту ночь, если Катнисс не доживет до бригады врачей.