blood on our hands || кровь на наших руках

За окном гроза и сильный дождь. Феликс вслушивается в мелодию капель, что стекают по крыше их дома и ощущает тревогу. Хенджин лег спать, и впервые за долгое время действительно крепко уснул. В такие моменты плевать на сорванный режим, и тщетные попытки его восстановить. Ли переводит взгляд, и едва заметно улыбается. Кошмары медленно отступали, и дарили надежду, что все в скором времени станет лучше.

Кошмары.

«Я помню, как Хенджин страдал от них во времена рецидивов. Но никогда не думал, что подобное будет происходить и со мной. Интересно, они вернулись к нему? Спит ли он вообще? Ест…? Столько вопросов, на которые нет ответов. Ответь мне, Джинни, прошу…Скажи хоть пару слов… »

Из дневника Феликса.

В комнате горит только настольная лампа. Нужно бы начать курсовую, темы для которых недавно скинули в общий чат. Делать это абсолютно не хочется, поэтому Ликс машинально тянется к книге на полке, чтобы хоть чем-то занять себя. В их доме много различной литературы. Начиная научными изданиями и заканчивая абсолютной фантастикой вперемешку с детективами. Эта сборная солянка появилась благодаря их совместной любви к чтению. Раньше, парни могли вечерами засиживается за книгами, не замечая ничего во круг. Со временем полки запылились, а книги перестали интересовать. Хенджин угас, а вместе с ним угасла и та непередаваемая атмосфера. Феликс все еще пытается принять это. Читает много статей на темы БАР и депрессий. Консультируется с психологом по поводу того, как правильно себя вести, и что делать, чтобы хоть как-то облегчить жизнь своей второй половинки, но все без толку. Хван злится, и убеждает Ликса в том, что он в порядке, и просит больше не лесть в это дело. Тем же вечером парень срывается, пытаясь вскрыть себе вены. С тех пор, попытки помочь прекратились. Он просто есть. Просто рядом, и всегда готов поддержать, если тот захочет. Это работает… Кристофер присылает фотографию своей новой комнаты, и что-то увлеченно печатает, пока Феликс, оторвавшийся от книги, с интересом разглядывает интерьер. Чан такой Чан. Везде лежат музыкальные инструменты, яркие стены, и ни одного зеркала. Он ненавидит себя, и считает недостаточно красивым. Какой глупый. И ведь не видит, как за ним практически половина потока сохнет. В том числе и парни кстати. Блондин пробегает глазами по тексту, и идет на кухню, попутно прикрывая за собой дверь, дабы не разбудить парня. Гудки на том конце не кажутся вечностью, и Ли облегченно воздыхает слыша знакомый голос. -Я думал ты собираешься после окончания универа обратно в Австралию ехать. -А смысл? В Корее с этим куда легче. Поработаю пару лет на студии, и потом смогу уже полноценно заняться развитием собственной музыки. – он так горит своими идеями, что становится немного завидно. Феликс не знает, что будет делать дальше. Может, они уедут. А может быть он пойдет работать преподавателем английского куда-то, кто знает. – Как там Хван? -Спит. Завтра пойдет сдавать анализы, ибо врач уже негодует по этому поводу. Ему слишком сложно дается лечение… -Как и тебе нахождение с ним. – Крис ненадолго замолкает. – Не подумай лишнего, просто я переживаю о тебе. С ним сложно. Боюсь, что ты тоже скоро сломаешься, Ликси. -Может и так… Они говорят долго. Звонкий голос Чана успокаивает и придает сил. Парни давно не виделись. Феликс безумно хочет вновь собраться всем вместе, и наконец-то отдохнуть. Забыться от всего и вся. Он выходит на балкон, и снова берет сигарету. Кажется, уже привычка. Из-за них голос становится хриплым, и намного сексуальней, как говорил ему Джинни недавно. Кажется, это было вчера…

Тревожно.

Сегодня, ему снится смерть…

Хенджин хмурится. В нос ударяет запах крови. Она повсюду и вовсе ему не принадлежит. «Почему я здесь?» Парень осматривается, но не видит ничего. Глаза жжёт зарево. Это неприятно. Он прикрывает их рукой, стараясь хоть как-то избежать дискомфорта. Кажется, неподалеку кто-то хрипит. Просто из-за отсутствия голоса или от боли – не известно. Идти на звук совершенно не хочется, но он делает это, и тут же жалеет. Зарево исчезает. Вокруг трупы. Они окутаны пламенем и что-то шепчут. Совсем тихо, неразборчиво.

«за что?»

«мы ни в чем не виноваты»

Мы всего лишь люди.

Он резко распахивает глаза от нежеланного шума. Все вокруг гудит. Или это только в его голове…? На часах 4.45. Скоро рассвет. Феликс тихо сопит рядом свернувшись калачиком. Видимо, не хотел будить. Хван мягко улыбается, и невесомо целует того в макушку. От него приятно пахнет ванилью, и шоколадом. Этот запах кажется по настоящему родным и близким. Парень аккуратно встает с кровати, идя сразу на кухню. Встречать рассветы одному непривычно. Обычно, они всегда были вместе и наслаждались ним в тишине и объятьях друг друга. Не редко Ликси засыпал на нем, и тогда блондину приходилось относить того на руках в постель. Воспоминания греют то самое оставшиеся от души нечто, и Хенджин, упираясь на подоконник любуется кровавым солнцем. Оно слишком похоже на то, что было во сне. Те же красные дорожки, тот же свет. Не хватает лишь огня и трупов. Но они лишние в этой идиллии. Парень курит медленно, наблюдая за тем, как просыпаются птицы. Он все еще анализирует свой сон. Нужно будет как-то зарисовать его, дабы в дальнейшем понять его смысл…

Сирена.

Этот звук не передать ничем. Она оглушает и парализует одновременно. Хенджин стоит на балконе не в силах осмыслить происходящее. Парень быстро заходит внутрь практически, добегая до Феликса. Тот сонный, и кажется немного недовольный. -Ликси, одевайся… Телефон звонит, и перерывает весь поток мыслей. Хван незамедлительно берет трубку хмурясь сильнее. Ёнбок нехотя поднимается, закрывая ладонями уши. Сирена режет слух. Он долго смотрит на расхаживающего по комнате Джина, и только после завершения телефонного звонка вздрагивает. -КНДР напала на нас. Ликса трясет. Он не знает от чего в первую очередь. От страха, от непонимания, от боли, что пронзает сердце. Все ведь было хорошо. Они только начинали учится жить нормально. Почему? Почему?

Почему?

Нападение означает войну. Война – это смерть всех вокруг. Это разруха, голод, слезы и трупы. Множество трупов ни в чем неповинных людей. Как такое может происходить в наших реалиях? Хенджин обнимает парня, спускаясь с ним на пол. Феликс плачет. Осознание приходит слишком быстро. Всему пришел конец… -Мне звонил отец. Они начали с Пхаджу. Сейчас половину наших войск направили туда. Остальные защищают Сеул. Сейчас нужно снять все доступные деньги с карт, и хоть что-то купить, слышишь? Пока есть время… - Мне страшно… -Я знаю, малыш, знаю… Дай свои карты, я сделаю все сам. А ты позвони родителям, хорошо? – блондин гладит младшего по голове. Он кажется до ужаса спокойным, хотя внутри все сжимается от страха.

Стадия первая – отрицание.

-Нет…я с тобой пойду. Так быстрее. – парень все еще дрожит… Надежда на то, что это просто шутка не угасает вплоть до того момента, пока они не выходят в город. Он кишит людьми, которые бегают, суетятся и выстраиваются в очереди. Зрелище страшное. Нельзя передать словами то, что ощущаешь в данный момент времени просто наблюдая. Хенджин отмирает первым, отдавая Феликсу свою карту занимая с ним очередь. -У меня есть еще она. На ней не так много денег, но для того, чтобы купить еду хватит. – Феликс кивает, понимая, что конкретно им нужно сделать. –Я приду к тебе, как только закончу.

«Никто из нас не знал, что будет дальше, но мы все надеялись на лучшее. До самого конца…»

*****

Сидеть дома ровняется пытке. Каждый из них чувствует витающую в воздухе угрозу. Ее не скрыть поцелуями, или простыми разговорами. Что-то будет. И оно определенно не сулит ничего доброго. Феликс смотрит заплаканными глазами куда-то в пол, все еще держа телефон в руках. Слышать дрожащий голос матери, что умоляет приехать пока есть возможность отвратительно. Он не знает, что делать. -Ликси …- аккуратно начинает блондин, подходя ближе. -Заткнись. Просто замолчи, Хенджин.

Я останусь с тобой.

Хван молча стоит на балконе. В руке неизменно тлеет сигарета, а мысли один за другим окутывают тело, закапывая его где-то под деревом в лесу. На кухне приятно пахнет мятным чаем вперемешку с лекарством. Ли беспокойно спит на кровати укутанный пледом. Нервный срыв. Старший знает какого это, ведь и сам ходит по тонкой грани, на которой удерживаться становится все сложнее и сложнее. Он так и не решается набрать отца снова. После того, как родители узнали о Феликсе, они, кажется, отказались от него.

Ненормальный.

Педик.

Ему не больно, нет. Это привычно, и уже даже как-то не задевает. Просто жаль, что его выбор был обесценен и отвергнут. Семейство Ли в этом плане благосклонно отнеслось к избраннику сына. Они даже пару раз общались по видео связи. Это было неловко, но потом, почувствовав теплую семейную атмосферу стало совсем хорошо. Он расслабился, и постепенно влился в эту среду. Уже вечер, и никто не знает, что вообще будет завтра… доживут ли они до него вообще? За этот день госпожа Ли звонила ему пару раз, пока сам Ёнбок спал. Старший понимает беспокойство матери. Да что тут говорить, он и сам готов бросить все, чтобы вывести Феликса из Кореи. Только вот сам он покинуть страну не может… Это удручает, откидывая массу придуманных вариантов побега.

«Он будет жить, я обещаю Вам.»

Последнее, что блондин сказал женщине перед тем, как закончить разговор. Обещание- вот что будет держать его до последнего на земле. Из коридора слышатся тяжёлые шаги. Парень легко улыбается, стоит только младшему обнять его со спины. - Ты горячий. -А ты холодный… - Феликс кладет голову на его спину и тихо шепчет – Как думаешь, что нас ждет? - Я не знаю. – Легко сознается Хван, туша окурок в пепельнице. Хенджин долго смотрит на свои пальцы, что-то мысленно для себя решая. Он снимает одно единственное кольцо, что сейчас украшает руки, и надевает его на палец возлюбленного. - Хочу, чтобы до конца войны оно побыло у тебя. Кольцо, что связывает господина Хван с его сыном. Единственная вещь, что забрал Хенджин из их дома прежде чем покинуть его навсегда. Феликсу больно от этого осознания. Он знает всю историю от начала и до конца. Начиная счастливой жизнью, и заканчивая крупным скандалом, что обернулся в итоге смертью его матери… Наверное, именно из-за этого в вечер, когда они первый раз созвонились с его собственной семьей, Хенджин плакал. Практически беззвучно, как всегда… Вздохнув, Ли утянул парня за собой в квартиру. Подальше от холода, и летающей в воздухе смерти.

*****