опиум

- Я всех его друзей уже обзвонил! – отчаянно взвыл Глеб, ерзая на скрипящем стуле. – Никто не знает, где он. А ещё у меня деньги на телефоне кончились. - Наш единственный вариант в столице пропал, - Вадим облокотился на подоконник. - Тебя волнует только квартира? – возмутился младший, вскочив с сидения. – У меня друг пропал без вести, и мне сейчас вообще плевать на эту ебаную квартиру! - Дима наш общий друг, напоминаю. И я ещё ничего не говорил насчёт этой квартиры. Если бы было мое желание, я мог плюнуть на Диму и зажить тут. - Прости, я… Опять вспылил, - Глеб почти вплотную подошёл к брату, в надежде, что Вадим обнимет и успокоит.       Старший притянул Глеба за талию и еле ощутимо прикоснулся губами ко лбу младшего. Мужчина обмяк в родных объятиях, позволяя голове и мозгам отключиться. Самое действенное лекарство последнее время - это не пачка таблеток в кармане, это не какие-то незнакомцы психологи, которым нужно только деньги содрать, а всего лишь теплые руки любимого человека. Глеб готов растаять в них прямо сейчас. - Давай что-то спросим у соседей, вдруг они видели, - предложил темноволосый, как бы успокаивая брата. - Кстати, а это идея!       Младший выбрался из объятий и пошел в коридор, а Вадим последовал за ним. Глеб загорелся идеей опросить всех жителей дома, как настоящий детектив. Старший хотел бы просто постоять рядом, пока все в руках брата, но, зная младшего, так просто договориться с соседями Димы не выйдет. Братья вышли из квартиры. Глеб постучал в дверь напротив квартиры друга. Ответа пришлось ждать минуты две, и только тогда юная девушка изъявила желание выйти. - Здравствуй, - поздоровался Глеб, неловко переминаясь с ноги на ногу. – Мы хотели спросить насчёт вашего соседа… Вы видели что-либо странное? - Мне снится кроссовер с Агатой Кристи и сериалом «Сверхъестественное»? – девушка удивлённо похлопала глазами, не веря тому, что видит.       Вадим кашлянул в кулак, скрывая смешок. - Ээээ… Нет, я надеюсь, - младший мотнул головой. – Так вот, вернемся к вопросу. - Если вы об этом... В квартиру напротив человек постучался, когда я домой возвращалась. Впервые увидела его, такой милый, приветливый, красивый… Ему открыл наш сосед, а потом, когда я уже закрыла за собой дверь, послышался грохот такой. Выглянула в глазок, в открытой квартире драка была… Я засняла, сколько смогла. А потом соседа вырубили и утащили куда-то. - Покажи нам видео, - Старший отодвинул брата, чтобы самому поговорить с девушкой лет шестнадцати. – Пожалуйста.       Подросток, поправив красные волосы, задумчиво смотрела на Вадима, но ее взгляд был направлен словно сквозь мужчину. Она немного отошла от входа, приглашая братьев пройти внутрь. Из квартиры доносился звук включенного телевизора, а в воздухе витал запах кофе. Самойловы неохотно сделали шаг вперед, переступая через порог. - Во сколько примерно это происходило? – поинтересовался Вадим, следуя за девушкой в ее комнату. - Часа два назад, может три. - Ксюнь, кто там? – послышался мужской голос из глубин квартиры. Позже взгляду Самойловых предстал мужчина лет пятидесяти, с заплетенными волосами и маленькой бородкой. В руках он держал пушистого кота белого окраса. – Ого…       «Здравствуйте» - почти синхронно произнесли братья. Мужчина лишь слабо кивнул. Он за свои полвека успел повидать многое, но чтобы звезды такого масштаба как ни в чем ни бывало шастали по его квартире – это и есть удивительно. Он что-то пробурчал под нос, даже не дожидаясь объяснений от дочери, и ушел на кухню.       Девушка отворила дверь, приглашая гостей пройти. Стены были расклеены плакатами с разными рок-группами, рассматривая которые Глеб подметил и Агату. В углу стоял красный поддельный стратокастер, прямо позади усилителя. Струны на гитаре не выглядели новыми, словно их не меняли с момента покупки, а дешевый комбик покрылся пылью, показывая на небрежное отношения хозяина. Девушка сняла с зарядки какой-то старый телефон и, найдя нужный файл, подозвала Самойловых. Братья встали позади, вглядываясь в видео.        Уже с первых кадров началось какое-то месиво. Из-за открытой нараспашку двери был виден коридор, который, пока что, выглядел прилично. В камере можно было лицезреть только спину и короткие черные волосы незнакомца, из-за которого выглядывал Дима. Он был удивлен, потому что ждал вовсе не этого чужака. Первое время Хакимов держался хорошо, у него получалось давать отпор и блокировать атаки, но неизвестный был и выше, и точно в прошлом занимался какими-то единоборствами. Удар по голове и Дмитрий потерял сознание, падая на стопку лежащих курток. Видео прервалось.       Глеб помотал головой, пытаясь переварить увиденное. Вадим подбадривающе похлопал брата по плечу, ведь ему тоже стало неприятно и мерзко, а в тоже время и страшно за друга. Девушка спрятала телефон в карман спортивных штанов и выжидательно уставилась на гостей, ожидая их следующие слова. Но никто не спешил начинать разговор. Оба были слишком удивлены увиденным и оба пытались придумать, что делать дальше, если почти ничего, кроме приблизительного роста и цвета волос, о незнакомце неизвестно. - Может чаю? – в конечном счете предложила девушка, неловко улыбаясь.       Вадим забегал глазами по комнате и зацепился за какой-то реалистичный рисунок Мэрилина Мэнсона. Черты лица были переданы просто прекрасно, словно рисовал профессиональный художник. Другие картины тоже поражали реалистичностью. Абсолютно разный спектр людей, и все похожи на себя. Меж плакатами висела выполненная карандашом работа – портрет Джеймса Хэтфилда, через несколько распечатанных постеров Джон Леннон, в другом углу разместился рисунок Глеба Самойлова. А самое главное ни одна черта лица не пропущена. Вечно усталые глаза брата, не скрытые даже улыбкой, взъерошенные волосы и светлые брови, вздернутые вверх. Вадим усмехнулся. То, что надо. - Это твои рисунки? – неожиданно поинтересовался Самойлов-старший, указав пальцем на стену. - Мои, - смущенно кивнула красноволосая, пряча глаза за челку. - Ты прекрасно рисуешь. Просто восхитительно, как профессиональный художник, - темноволосый натянуто улыбнулся. – Я думаю, ты сможешь нам помочь. Ты же запомнила лицо незнакомца? - Допустим, - неуверенно пробормотала девушка. - Я попрошу тебя нарисовать его, ведь уверен, что это у тебя получится. - Спасибо… Я постараюсь, - улыбнулась Ксюша, присаживаясь за столик.       Девушка взяла в правую руку карандаш, а левой достала из ящика лист А4. Все ее действия были быстрыми, но плавными, словно изученными наизусть. Она долго смотрела на чистую бумагу, все не решаясь даже сделать набросок. Образ незнакомца постепенно забывался в голове, но девушка так не хотела разочаровать кумиров, что пыталась всеми силами вообразить себе того мужчину. - Я думаю, рисунок займет много времени. - Мы не спешим, - попытался успокоить ее Вадим. – Все равно ты единственная зацепка в поиске нашего друга.       Девушка перевела взгляд на Глеба, тот полностью поддержал брата, но создалось впечатление, что сам мужчина летал вообще не в этой вселенной. Он будто потерялся, не знал, что делать. Хотя в ситуации, когда понадеяться можно только на какую-то девушку-подростка, можно сказать, что все изначально провалено. Но Ксения сидит здесь, стремительно вырисовывая каждую деталь лица незнакомца, чтобы доказать, что сможет помочь. - Не раскисай, - шепотом произнес Вадим на ухо брату. – Я услышал твое желание, когда мы были дома. Я обещаю, все будет хорошо.       Девушка сделала вид, что это проскользнуло мимо ее ушей. Она сосредоточилась на листе бумаги, вспоминая лицо незнакомца. Для начала девушка наметила овальное лицо с выступающими скулам и раздвоенным подбородком. Его волосы, зачесанные на одну сторону и выбритые на висках, спадали на лоб, а незапоминающиеся брови приобрели прямой и густой вид. На губах, сложенных ниточкой, проступали следы от частого их покусывания. Форма носа тоже не отложилась в памяти, поэтому девушка выбрала характерный для таких мужчин нос – длинный и с проступающей горбинкой.       Глаза. Самое проблемное. В глазах должно быть передано все до мельчайших деталей, некоторые черты характера, особенности личности. Художница всегда пыталась найти иной подход к «зеркалам души», и каждый раз они отличались, не были похожи на прошлые. Но что делать со взглядом незнакомца? Каков он? Добросердечен, приветлив, мил и улыбающийся, либо груб, зол и отталкивающий? Взгляд, которым он смотрел на девушку, очень сильно отличался от его самого. Те глаза передавали душу маленького невинного мальчика, не познавшего все недостатки бренного мира.       И красноволосая впервые солгала рисунком. Она нарисовала глаза гада, полные морщин под ними, и опасный взгляд настоящего убийцы. Но незнакомец вовсе не был таким злобным, а как раз наоборот, милым и не предвещающим никакой беды. В любом случае, спустя час, девушка отдала рисунок таким. За это время Самойловы успели рассмотреть каждый плакат в комнате, поговорить с хозяином квартиры, даже дать автографы. На картину братья посмотрели по-разному. Глеб осматривал каждый миллиметр с неподдельным восхищением, чуть приоткрыв рот от удивления. Вадим же, в свою очередь, недоверчиво вглядывался в данный рисунок. - Это, конечно, прекрасно, - начал старший, откладывая рисунок. - Ты его так хорошо запомнила, или... - Я не знаю, какой у него нос, - девушка решила не упоминать о глазах, потому что они и являются главной опорой. - Рисунок замечателен, - Глеб не сдержался от похвалы, на которую Вадим всегда был скуп. – Ты учишься в художественной школе? - В художке учусь шесть лет, до того ходила на какой-то кружок. Спасибо большое, я действительно старалась, - красноволосая искренне улыбнулась, отчего солист расчувствовался все сильнее. - Я вижу, умница, - Самойлов-младший провел ладонью по ярким волосам девушки.       Вадим на все это действо лишь цокнул. Он оттащил Глеба чуть подальше от подростка, наплевав на возмущенные возгласы брата. - Мы должны тебе чем-либо оплатить? – уточнил старший, загоняя младшего за свою спину. - Не стоит, хотя… - художница подошла к своей стене и оторвала от нее рисунок Глеба, оставляя на том месте лишь кусок бледно-розовой стены. – Это вам, - она передала младшему из братьев картину, которую до сих пор величала своей гордостью.       Глеб состроил брови «домиком», дрожащими руками перехватывая лист бумаги. Редко ему рисовали настолько реалистичные портреты, казалось, словно взрослый мужчина сейчас расплачется. Вадим лишь похлопал брату по спине и благодарно кивнул головой. Младший опомнился только спустя минуту, поняв, что стоило сказать хотя б простое «спасибо». - Самое прекрасное, что только могло быть сотворено сейчас в моих руках, - он широко улыбнулся. – Спасибо огромное. - Вам спасибо… - Так, все! – Вадим понял, что это может продолжаться до бесконечности, поэтому он хлопнул в ладоши, переключая все внимание на себя. – Нам следует идти.       Старший забрал со стола рисунок незнакомца и, схватив Глеба под руку, повел в сторону входной двери. Мужчины распрощались с отцом, его дочерью и собрались возвращаться в квартиру Димы. Но уже около самой двери, Вадим подметил коврик, который ровно лежал на своем месте. Но Самойлов прекрасно помнил, что, подвинув коврик, никто из них не поправлял его. - Ты трогал этот коврик? – шепотом спросил он у Глеба, стоявшего за спиной. - Ты думаешь, там кто-то есть? - А ты закрывал дверь, дубина? – старший боялся, что вместо кивка на этот вопрос последует неуверенное «нет». Так и оказалось. – Глеб, черт бы тебя!       Вадим выдохнул, обхватывая ладонью теплую ручку двери. Мужчина порыскал по карманам, но, к сожалению, не нашел ничего, чем можно было бы обороняться. В руках только кусок бумаги, даже ключей нет, у Глеба точно такая же ситуация. Старший решил полагаться на свою силу и на бдительность, ну а младший просто будет надеяться на своего брата.       Вадим медленно открыл входную дверь, внутри их встретил все такой же бардак, только на стопке курток располагался отчетливый след от ботинок. Осколки стекла тоже валялись в одному углу, а не по всему коридору. Видимо, кто-то ногой смел их в сторону, не желая наступать на разбитое зеркало. Старший шел дальше, пытаясь не выдать свое присутствие, а Глеб плелся на цыпочках позади, издавая все меньше и меньше шума. Они вошли в зал и тут же осмотрели все комнаты. Странное шуршание издавалось из кухни, посему Вадим сглотнул и медленно потопал туда.       Глеб резко почувствовал на своем плече чужую цепкую руку. Он не постеснялся громко вскрикнуть, тут же обращая на себя внимание. Вадим обернулся, но спасать брата не спешил. Кто-то высокий, под метр девяносто, похожий на рисунок того подростка, стоял позади Глеба, приставив кухонный нож прямо к горлу младшего. Жилка на шее жертвы пульсировала, еще чуть-чуть и холодное оружие сможет перерезать ее, поэтому никто из троих мужчин не делал резких движений. - Форма бровей у тебя немного не такая, - Вадим сделал вид, что происходящая ситуация его вовсе не интересует. - Не делай вид, что не боишься, - незнакомец оскалился. – Спокойно, я не убийца. Можете расслабиться, а то у кое-кого уже одежда вспотела от напряжения. - Мне нож к горлу подставили, конечно, я испугался, - Глеб попытался выбраться, но незнакомец дал понять, что так легко никто не выберется. - Извини, но это вынужденная мера. Мне нужно знать, что вы на меня не нападете. - А какого хуя ты тут делаешь, можно узнать? – Вадим недовольно поджал губы, закатывая глаза. - Без грубости, я все еще чисто теоретически могу зарезать твоего напарника, - в доказательство этого, мужчина слабо провел ножом по шее, оставляя еле заметную царапину. Но Глеб это почувствовал отчетливо. - Тихо-тихо, не трогай его, он хрупкий. Что ты делаешь тут и где наш друг? - Ваш друг очень задолжал нам, вот пытаемся долг выбить. Не получается. - Не пизди, Дима не такой, - Глеб слабо ткнул локтем в живот незнакомца. - Такой, не такой, я не разбираюсь, но деньги отдать надо. Расплатитесь за него? - Сколько? – Вадим решил не тянуть кота за чтобы то ни было.       Мужчина сделал вид что считает, хотя, может он и действительно высчитывал нужную сумму. Глеб устало смотрел в глаза брату, а Вадим жестами пытался показать, что он всё решит. Наверное. - Если с процентами… Пятьсот тысяч, - на этой фразе Вадим выдохнул. Могло быть и хуже. – Долларов.       Пиздец. Глеб настолько удивился этой сумме, что перестал брыкаться в чужих руках. У Вадима вспотели ладошки, поэтому он поспешил вытереть их о штаны. В этой ситуации больше всего радовался только незваный гость. Его веселили эти лица, полные отчаяния и незнания, что дальше делать. - Спокойствие, платить вам не нужно, это просто шутка. Меня послали сюда, дали номер от сейфа. Ваш друг сам за себя заплатит. - И вы думаете у него есть столько денег? – усмехнулся Глеб, поворачивая голову, насколько позволяла шея. - Я предпочитаю не высказывать свое мнение в таких делах, но если что, сможешь доплатить. - А может ты отпустишь меня? Не очень удобно.       Незнакомец подумал и решил пока не принимать поспешных решений. Он потянул Глеба за собой на второй этаж квартиры, а Вадим невозмутимо шел за ними, словно не к его брату подставили нож. Старший просто не чувствовал никакой опасности, вот и не пытался помочь. Почему-то рядом с тем высоким амбалом было спокойно, словно он не угроза, а защита. Жаль, младший был не в силах это почувствовать.       Они зашли в своеобразный офис Димы и прошли к столу, на которой красовался сейф кубической формы. Амбал указал на него Вадиму, чтобы тот ввел пароль. Старший даже не старался как-либо противоречить или рыпаться, а просто молча сделал то, что требовалось. В любом случае в бою он знал, что проиграет, даже не сделав ни единого удара. Незнакомец (хотя, скорее уже знакомец) продиктовал все цифры, и дверца сейфа отворилась.       На стол вывалились стопки денег из битком набитого хранилища. Казалось, что такому сюрпризу удивился даже воробей на отливе. Комнату окутала гнетущая тишина, и только шум машин за окном давал понять, что время не остановилось. Напряжение, витающее вокруг было настолько велико, что стало почти осязаемо, давило на плечи. Вадим мотнул головой, чтобы прийти в себя. - Так, - Самойлов видимо только пришел в себя.       Что за ебаный ситком? Глеба сейчас держит какой-то мужик, прижимая к его шее острый кухонный нож, так еще и представляется тем, кто выбивает долги. Может ли это быть просто мошенник? Да сто процентов так и есть! Вадим так легко отпустил жизнь брата, бросив в чужие руки и разрешил распоряжаться ею, как будет угодно стремному амбалу? Что-то затуманило рассудок, успокоило. Видимо, то были странно по-детски невинные глаза незнакомца, манящие и добрые. Минутного замешательства недоделанного вора хватило, чтобы старший предпринял хоть какие-то меры.       Смяв со стола какие-то бумажки, Вадим дотянулся до ручки и резко воткнул ее в бедро мужика. Тогда нож из рук незнакомца выскочил и с характерным звоном упал на пол, пролетев в миллиметре от ноги Глеба. Младший даже не врубился, что делать дальше, поэтому брат поспешил потянуть его на себя и спрятать за спину. - Я надеялся, что ситуация будет до конца выглядеть комичной, - усмехнулся преступник, выдернув из ноги ручку. – Вовремя опомнился.       И что дальше? Драка? Вадим сжал руки в кулаки так, что ногти оставили свои следы на внутренней стороне ладони. Нет, надеяться на победу в битве с таким громилой глупость. Мирный разговор? Музыкант приоткрыл рот, но невысказанные слова так и остались вертеться на кончике языка, не ожидая, что его хозяин собирается воспользоваться своим голосом. Бежать? Гитарист бросил взгляд на сейф с деньгами, ощущая сзади тяжелое и прерывистое дыхание напуганного Глеба. Это все тут оставлять нельзя.       Убийство? Прямо у ног Вадима лежал блестящий нож, так близко, что носок ботинка упирался в черную рукоять. Поднять нож и нанести заветный удар займет всего секунду. Но голова забилась мыслью о том, почему братья Самойловы сейчас в Москве. Ведь кое-кто когда-то оступился таким же образом, доломал себя, разрушил и так нездоровую психику к хуям, отчего в очередной раз сел на таблетки. И сейчас этот человек стоит сзади, надеется на следующие шаги, которые предпримет Вадик. Любимый братец Вадик, предмет для подражания и просто не может ошибиться, особенно в такой момент.       Вадим не успел сделать ни шагу, потому что в этот момент амбал открыл окно и выпрыгнул оттуда. Братья почти синхронно вздрогнули и переглянулись. Оба подбежали посмотреть вниз на асфальт, пятый этаж как никак, но никого там не увидели. В этот момент захлопнулась входная дверь. - Он спустился через окно на первый этаж квартиры? Фокус-покус, блять, - Глеб нервно усмехнулся, обхватив свое тело руками, будто его в очередной раз собираются трогать чужие мерзкие и цепкие руки. - Димы нет, деньги есть, вау. Мы вообще не в жопе, - саркастично констатировал Вадим. - Если бы не эти таблетки, я сейчас разнес бы тут все к чертям собачим, - младший высунул голову в окно. После дождя на улице было так прохладно, влажно и спокойно, что помогало забыться и расслабиться, проветрить свои мысли. – Ой, Вадь, нам точно нужна помощь. - Найдем целую команду и будем искать Диму? Глупо, Глеб, глупо. - Предложи идею лучше! – солист вернул голову в помещение и сел на подоконник. – Давай, ты же умный такой. - Осторожно, свалишься же, - Вадим цокнул и подошел к брату, чтобы подхватить, если что.       Глеб зловеще усмехнулся и обвил талию старшего ногами, а руки уложил на чужие плечи. Гитарист бы упомянул, как странно это выглядит со стороны, но одурманивающий ветерок за окном и усталость говорили за себя. Хоть сейчас и время обеда, а Вадим истомлен до чертиков. Столько приключений за день не было со времен одного случайного убийства. Солист же спокоен только благодаря таблеткам (ну, старший надеется, что только благодаря им).       Вадим долго рассматривал лицо брата. Ярко выраженные синяки под глазами выступали все больше, расслабленные веки закрывали половину зрачков. Глеб улыбался так блаженно, только уголками губ, да морщил нос по странной привычке. Старший провел большим пальцем по мягкой чужой щеке, словно стирая какую-то грязь. Но этот жест не имел никакого смысла, просто мужчина хотел прикоснуться к такому почти неживому, но прекрасному личику. Вадим притянул за подбородок Глеба, между их губами расстояние все уменьшалось и уменьшалось.       Гитарист вовремя остановился, проигнорировав разочарованный вид младшего. В извинения Вадим лишь оставил слабый след губ на кончике носа и отстранился. Он не считал, что его действия неправильны, а просто боялся дальнейших перемен в более-менее дружеских отношениях с братом. Хотя бы в каком-то плане сейчас что-то хорошо, и менять ничего не стоит. - Но ты лучше слезай, если упадешь, спасать не буду! – рассмеялся старший, собирая деньги на столе в одну стопку. Он вернул их в сейф и захлопнул дверцу. - Жаль, - Глеб пожал плечами и спрыгнул с белоснежного подоконника. – Какой же ты злой, однако.       Спокойная мелодия звонка раздалась по комнате, Вадим поспешил залезть в карман и принять вызов. Солист тут же подбежал к брату, чтобы подслушать хоть часть разговора, но старший оставил младшего на расстоянии вытянутой руки. На злые бурчания и толкания темноволосый лишь цокнул. - Алло, - проговорил Вадим в трубку, отворачиваясь от недовольных глаз. - Приветик, - раздался приятный женский голос. - И тебе здравствуй. Могу узнать, кто меня беспокоит? – игриво протянул старший, искоса поглядывая на Глеба. - А вас, дорогой мой Вадим Самойлов, беспокою я, - вместо милого высокого голоска послышался грубый мужской бас. – Я знаю, что ваш брат убийца.