Где солнце не встаёт

      Выпускать Диану из своих объятий совершенно не хотелось, и потому Светлана исподволь потихоньку разглядывала спящую девушку. Слегка порозовевшие скулы, темные, подрагивающие короткие ресницы, всегда сурово сжатые потрескавшиеся губы изогнулись в лёгкой улыбке — сейчас она казалась моложе своих лет. Но стоило Сургановой чуть шевельнуть пальцами, как глаза Дианы тут же распахнулись, с тонких бледных губ сползла полуулыбка, тело под пальцами напряглось, и она одним движением выкатилась из рук женщины, тут же соскакивая на пол. В несколько секунд она собрала свою одежду и буквально через полминуты перед ней уже стоял готовый к сражению боец.       Видя, что та двинулась к двери, Света окликнула ее, одновременно запрыгивая в камуфляж:       — Диана, подожди, не уходи.       Девушка с некоторой опаской обернулась, словно не зная, что ожидать от этого торопливого голоса.       — Мы сейчас вместе с тобой пойдем в архив.       — Зачем? — голос Дианы был более сиплый чем обычно.       — Если… — Света нагнулась, шнуруя берцы, — …если тот старик не наврал, и такой тоннель существует, то должна быть и хоть какая-то техническая документация на него. — Привычным жестом выдернув «Вал» из-под подушки, краем глаза зацепила лёгкую усмешку на губах девушки — вероятно, она там же хранит свой нож. — Чтобы найти информацию по Метро-2, нам с Леной и Валерой понадобился не один месяц, а сейчас времени почти не осталось. Все остальные заняты.       — Я почти не помню как это, читать… — смущённо пробормотала Диана, теребя перевязь ножа. — Буквы только помню… Могу, правда, запомнить само слово.       — Не беспокойся, я напишу тебе все те названия, что ты мне продиктовала. Твоя задача будет только найти похожие слова.       Девушка кивнула:       — Пиши. Я пока пойду схожу к детям.       Когда дверь за ней закрылась, Сурганова с размаху опустилась на стул и бессильно свесила между ног кисти рук. Держать лицо, чтобы Диана не поняла ее настоящих чувств было сверхсложно, и дело было даже не в этом сумасшедшем спонтанном сексе — кажется впервые в жизни она влюбилась. До одури! До такой степени, что перед самой собой стыдно.       Та юношеская любовь к Голубевой была чистая, пылкая, но безответная — этакий коктейль из иллюзий и разочарований. Но страдания почему-то были слишком сладки, словно не до конца сформировавшийся мозг наслаждался ими. Все оборвалось в тот день, когда не стало прежнего мира, и четыре мушкетёра оказались по разные стороны метро. Понадобилось несколько лет, что бы они нашли друг друга, но для Голубевой «мы встретимся, мы обязательно встретимся» — оказалось невыполнимым.       И вот спустя столько лет сердце оттаивает, стоит оказаться рядом этой девочке. Изувеченной телом и навсегда замёрзшей душой, для которой что и существует в мире, ради чего стоит жить — это ее дети. Женщина тяжело выдохнула: возможно, когда они найдут землю обетованную, она сможет сказать Диане то, что когда-то не смогла сказать другой, пусть даже между ними пропасть в целое поколение. И Сурганова очень надеялась, что «когда», а не «если»…       …Когда Диана вернулась, Света уже набросала большими буквами на листе бумаги все те названия, что та ей продиктовала. Невольно дрогнула уголком рта, увидев семенящего рядом с ней хтона.       — Твой кот его обижает, — тут же насупилась девушка, подхватывая Цербера на руки.       — Не обижает, а воспитывает, — поправила ее Сурганова. — Вот, держи, — она подала бумагу Диане. Та, отпустив хтоныша, вцепилась в нее обеими руками, долго водила глазами по названиям населенных пунктов, пока, наконец, не кивнула головой. — Все, я запомнила как они пишутся. Пошли?       Архив, как и тир, размещался за толстой бронированной дверью, снабженный огромным металлическим штурвалом и кодовым замком. Только в отличие от тира, он был не закрытый.       По всей вероятности, бумажная часть начала оцифровываться, потому как на пол были небрежно горой свалены мониторы мощных компьютеров и разнообразная оргтехника. Диана лишь молча повела глазами в сторону этой свалки.       — Вот здесь… — кивнула Света в сторону многочисленных металлических шкафов, на которых висели таблички с датами. Самой ранней из которых был1917 год.       Девушка вопросительно уставилась на Сурганову, та коротко пояснила:       — Год, когда была революция, и на место старого, капиталистического строя, пришел социалистический. В общем, старому миру пришла хана. Новое правительство, новый архив. Ладно, не заморачивайся.       Глядя на ряды металлических шкафов, обрывающихся в год катастрофы, Диана неожиданно произнесла:       — Интересно, а нашему, новому миру, кто-то ведёт архив?       — Сомневаюсь, — пожала плечами Светлана, двигаясь вдоль уже никому не интересных документов. — Давай прикинем: ты говоришь, старик. Возможно, он ровесник моих родителей, значит, попробуем плясать всё-таки от обратного, от девяностых. Открываем шкаф, перебираем каждую бумажку, ищем любую, где могут содержаться эти названия.       Несколько часов прошло в шуршании бумаг и чихании от поднявшейся многолетней пыли. Церберу, поначалу мирно, со скрежетом, грызущему угол монитора надоело это занятие, и он решил уподобиться хозяйке. Острыми клыками как консервным ножом он вскрывал дверцы шкафов, лапами выгребал их содержимое, что-то вынюхивал среди гор документов, хватал определенный и тащил Диане с довольным видом. Сурганова только хихикала, глядя на то, как девушка ворчит на хтона, отталкивая мешающееся животное.       — Света! — раздался настолько встревоженный голос Дианы, что, бросив охапку бумаг, которую только что просматривала, женщина бросилась к ней. Та сидела на полу, среди груды разбросанных документов и держала в руках пожелтевший лист бумаги, край его был оборван, огрызок торчал в зубах одной из морд хтона. Тот явно выглядел довольным собой.       — Свет… — Диана выдернула у хтона обрывок, приложила с своему документу и подала его женщине.       — Значит, этот тоннель все-таки существует… — онемевшими губами произнесла Света, читая текст секретного приказа за подписью «дорогого Леонида Ильича». Где ты его нашла? Мы же этот год уже прошли!       — Это не я, это он — Диана ткнула пальцем в хтона, которому стало обидно, что у него отобрали игрушку и он убежал за другой.       Развороченный им сейф не имел никакой даты, он вообще размещался на отшибе, заваленный горой техники и в закрытом состоянии больше походил на шкаф для оборудования.       Обе жадно кинулись к нему. Именно там и была найдена техническая документация на каждый километр тоннеля, сметы, пояснительные записки, чертежи, акты выполненных работ. Унести все с собой сейчас, понятное дело, было нереально, поэтому они прихватили лишь самое необходимое — начало, где Метро-2 соединялось с тоннелем и конец, который заканчивался странным объектом — «Рай», что ещё было более странно для правительства страны, полностью отринувшей бога. И ещё более странным — месторасположение этого «Рая», который находился где-то между Сыктывкаром и берегом Чешской губы, в краю озёр. Климат там, можно сказать далеко не райский, и даже московский может показаться по сравнению с ним субтропиком.       Пока Света бегала собирала свою банду, Диана вернулась к детям. Убедилась, что все, кроме Мартемок уже спят, а те, забравшись в одну кровать, о чем-то шепчутся.       Улыбнувшись им, девушка присела рядом, те тут же, привычно молча прижались к ней. Им троим всегда хватало именно такого, безмолвного общения, когда чувствуешь себя единым целым с другими.       — И о чем вы тут шептались? — нарушила их молчание Диана.       — Георгий нам сказки рассказывал, — шепотом, чтобы не разбудить остальных, доложился Артем. Марта зевнула и сонно кивнула головой, — которые им отец Григорий всегда на ночь читал. Мам, как ты думаешь, единороги существуют?       Девушка пожала плечами.       — Возможно, — она погладила лежащего у нее на коленях хтона. — Возможно, это такой же мутант, как и он…       — И мы? — вдруг подала голос Марта. — Мы тоже мутанты?       — Почему ты решила что мутанты? — поинтересовалась девушка.       — Мы можем и чувствуем то, что не могут остальные, а значит не такие как они, пусть не внешне.       Диана сразу вспомнила разговор отца Григория и Светы, и несколько перефразировала его.       — Что есть мутация? Возможно, это просто адаптация организма к существующим реалиям? Может, через много лет мутантами в этом Метро будут считаться люди, у которых две руки, две ноги, одна голова.       — Я не хотел бы… — шепнул Артем, и сильнее прижался к матери. — Оставаться единственным человеком среди мутантов.       Диана ничего не успела ответить, как дверь приоткрылась, и появилась Света. Обведя взглядом спящих детей, она молча поманила девушку пальцем. Та поцеловала Мартемок в макушки:       — Ложитесь спать, я не скоро… — и уходя, оглянувшись на детей, она пробормотала:       — Мутация души, часто она страшнее, нежели мутация тела…       — …Как вы знаете, изначально планировалось выйти из Метро-2, по проселочным дорогам, если таковые ещё остались уйти в сторону Башкирии, незаселенными местами обогнуть Урал, вдоль Казахской границы дойти до Алтая. Абсолютная авантюра, согласна, и к тому же опасная, потому что насколько раскинулась радиация, и какие ее последствия для окружающей среды, пусть даже там, где радиационный фон невысок — неизвестно. Но вы согласились с таким вариантом…       Все присутствующие согласно зашумели.       — Но сейчас я предлагаю иной путь — в Рай.       Гомонов удивлённо хмыкнул, прочие, кроме Дианы, вытаращили глаза, видимо решив, что их предводительница спятила.       — На самом деле «Рай» — это некая секретная точка, куда должно было направиться наше правительство в случае кризиса. Судя по тому, что в гараже кроме двух микроавтобусов не осталось никакого транспорта, они успели уйти.       — А если нам там не найдется места? — задумчиво подал голос Лукьянов.       — Не думаю… Вернее, надеюсь, что найдется. Вполне возможно, что этот район не попал под воздействие радиации, поскольку крупных городов рядом нет, военных баз — тоже, значит, вероятнее всего, этот район безопасен. Кроме того, расстояние до него несравнимо меньше, чем до Алтая, и практически весь путь будет проходить не по поверхности, а по тоннелю, прорытому по приказу Брежнева. Судя по акту приемки объекта, он был закончен незадолго до падения СССР, а значит состояние его может быть вполне приличное. Единственный минус — это климат. Вечная мерзлота, близость к Полярному кругу. В общем, решайте…       Первым подал скептический голос Никита:       — А почему мы только сейчас об этом узнали? — и получив подзатыльник от сидевшего рядом Николая, заткнулся.       — Потому что на информацию об этом туннеле я наткнулась только сегодня, и, кстати, благодаря Церберу.       Миха тут же буркнул, покосившись в сторону спящего на коленях Дианы хтона:       — Как бы он и впрямь не оказался хранителем врат в Аид. Воцарилось молчание. Первым поднял руку отец Григорий, мотивировав свое решение словами:       — Возможно, это знак Господень…       За ним потянулись остальные, единственным замешкавшимся оказался все тот же Никита, но и он после толчка в бок Гомоновым, поднял руку.       — Значит решено! — кивнула головой Сурганова. — Сколько нам ещё понадобится времени?       — У меня все! — прогудел Тхай. — Даже детские противогазы нашлись, но ОЗК только взрослые. Для тех, кто постарше ещё подойдут, если подтянуть и зафиксировать скотчем, а мелких только завернуть если в них. С фильтрами тоже проблем нет. Аптечки АИ-4 в трёх комплектациях в наличии, как минимум десятка три. Ну и прочие медикаменты…       — Ещё день-другой и можно отправляться… — кивнул Гомонов. — Нужно ещё раз проверить ходовую часть. Запаса бензина должно хватить.       — Лена? — Сурганова перевела взгляд на Жукову, отвечающую за продовольствие.       — Консервы упакованы, саморазогревающиеся сухпайки я перебрала, оставила из них только то, что возможно есть, не отравившись. Походные газовые горелки и баллоны к ним проверила. Канистры с водой заполнены и упакованы. Даже есть несколько бутылок красного вина…       — Значит все! — хлопнула себя по коленям Сурганова. — Теперь давайте посмотрим все, что есть по этому тоннелю. Возможно какой-то ксерокс удастся запустить, надо наделать копий чертежей самых узловых мест, что бы у каждого были свои, на случай… Сами понимаете!

***

      Отправление планировалось на утро, поэтому вечером все, включая детей, собрались в конференц-зале. В полном молчании была распита единственная бутылка красного вина. «Для профилактики» — хмыкнул Тхай, единственный человек, обладающий обширными медицинскими познаниями. В воздухе повисло томительное ожидание и нервозность перед грядущим путешествем в неизвестность.       — Всем спать! — мягко произнесла Сурганова, с грустью оглядывая своих товарищей. Гадать, кто из них дойдет до земли обетованной, ей даже не хотелось.       Все поднялись, как по команде, и вышли из зала. Замешкалась лишь Диана, на какие-то секунды она остановилась в дверях, оглянулась на оставшуюся в одиночестве Свету, но тоже вышла следом за остальными. Женщина ещё некоторое время оставалась одна, бездумно глядя в кучу бумаг на столе. Руки самопроизвольно выдернули один лист, не исчерканный чертежами и схемами. На нем неумелой детской рукой по принципу «палка, палка, огуречик — получился человечек» были изображены все присутствующие, включая кота и хтона. И… Вероятно, кем то из взрослых, дорисован солнечный диск, с тянущимся в разные стороны лучами.       — Дай нам силы! — Светлана подняла глаза к бетонному потолку, умоляя того, для кого нет ничего не возможного, помочь им увидеть солнце…       …Когда Сурганова открыла дверь в свою спальню, она поначалу вздрогнула, увидев сидящую на ее кровати Диану. А та молча, не говоря ни слова, потянула вниз молнию куртки, под которой не оказалось ничего, даже майки. Женщина, жадно глядя на нее во все глаза, тут же захлопнула дверь, нашарила рукой за спиной защёлку, и закрыла ее. Стоило девушке подняться, положив руки на ремень, как Света тут же метнулась к ней.       — Я сама… — шепнула она в приоткрытые губы. — Разреши, я сама… — и положила трясущиеся пальцы Диане на талию. Та, немного помедлив, опустила руки и прикрыла глаза.       Света аккуратно высвободила ремень, расстегнула молнию и медленно опустилась на колени спуская штаны, под которыми тоже не было белья, до щиколоток, девушка тут же переступила, освобождая ноги. Сурганова нежно провела ладонями по ее голеням, погладила круглые коленки, и изучая каждый сантиметр стройных ног и поднялась выше, к сочленению худых бедер. Сильные пальцы сжали ее плечо, когда она щекой потерлась о трогательные волоски на лобке, а сверху над головой раздался хриплый выдох.       — Диня… — Сурганова резко поднялась, и прижалась к обнажённому телу Дианы. Перехватив взгляд потемневших глаз, Света потянулась к приоткрытым губам. Они целовались яростно, будто перед лицом смерти. Хотя да, возможно так оно и было — возможно, другого раза уже не будет. Никто не знает, дойдут ли они до этого самого Рая. Кто из них не увидит земли обетованной, и чье имя только и останется существовать в памяти выживших?       — Динечка… — почти всхлипнула Сурганова, торопливо скидывая с себя так мешавшуюся сейчас одежду — хотелось всем телом прижаться к худому, искалеченному телу девушки, втекать в неё целиком, зацеловать каждую пядь.       — Света… — Эхом прозвучал сиплый, низкий, дрожащий голос Дианы. Она потянула Сурганову на кровать, и, как бы та не сопротивлялась, сама вдавила ее всем телом в матрас. Не давая ни секунды на передышку, она трогала губами шею, проводила языком по шраму на щеке, словно надеясь разглядить его.       Спустилась ниже, к набухшей груди, и дождавшись, когда срывающийся голос в очередной раз простонет ее имя, втянула в жаркую глубину рта острую возбужденную вершинку, одновременно нежно трогая кончиками пальцев другую…       …Проржавевшие пружины кровати скрипели столь яростно, когда они обе буквально вбивали пальцы друг в друга, что казалось, их скрежет слышен по всему бункеру. Последнее движение, судорожное сокращение внутренних мышц, тихий обоюдный стон и имена, произнесенные осипшими голосами. А после откровенные слова, данные как клятва. Они так и уснули, обнявшись, не в силах отпустить друг друга, потому что, возможно, у них будет только эта, единственная ночь…       Если кто-то и видел, как за час до подъёма Диана выскользнула из спальни Светланы, то это верный Цербер, карауливший девушку у дверей. Она сгребла хтона в охапку и уткнулась лицом в мягкий панцирь. А мутант, повернув обе головы, недоумевающе слизывал соленые капли, текущие по щекам хозяйки.       -… Боже Милостивый! Избави мене от злаго духа лихачества, нечистой силы пианства, вызывающих несчастия и внезапную смерть без покаяния. Сподоби мене, Господи, с чистой совестию дожить до глубокой старости без бремени убитых и искалеченных по моему нерадению людей, и да прославится имя Твое Святое, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.       Отец Григорий снял и аккуратно свернул рясу, накинутую поверх ОЗК, засунул за ворот крест. Окинул взглядом напряжённые лица взрослых и детей, вздохнул: — В добрый путь…       В последний раз проверены рации, и все присутствующие разбрелись по своим местам в микроавтобусах. Взвыли двигатели.       Впервые за двадцать лет открылись массивные гермоворота бункера и тут же закрылись, выпуская стремящихся к свету в зловещую темноту перегона на Спортивную…