Где солнце не встаёт

      Ржавые скобы болтались под ногами, и потому каждое движение вверх приходилось вымерять. Осклизские от влаги стены слабо мерцали от покрывающей их плесени, но света было недостаточно чтобы увидеть не только тех, кто так же как и Диана карабкается вверх, но даже собственные руки. Подсветив налобным фонариком следующую опору, девушка вскарабкалась ещё немного и почти уткнулась макушкой, затянутой в химзу, в подошву берца Николая, ползущего выше.       — Диан, ты как? — раздался в наушнике гарнитуры его голос.       — Нормально! — отозвалась Диана, стараясь, чтобы голос был твёрже. Последние метры ей дались с трудом, и от обморока спасал только хтон, периодически высовывающий из рюкзака то одну, то другую головку. Он внимательно смотрел сквозь панорамное стекло противогаза своими красноватыми глазками, и учащенное сердцебиение и удушье, вместе с видениями прошлого тут же отступали…       …Она сама настояла на том, чтобы идти вместе с двумя сталкерами на поверхность, хотя Светлана была категорически против, зная о ее клаустрофобии, потому как добираться до нее придется через достаточно узкий колодец почти две сотни метров.       Последним, решающим аргументом Дианы было твердое:       — Случись что со мной — у вас останется Артем, Цербер и Мишка. Если не вернутся Николай и Дэн, эта потеря для нашей экспедиции будет невосполнима.       В какой-то степени остальные были согласны с Сургановой: тащить на поверхность человека, ни разу не бывавшего там, не владеющего огнестрельным оружием, и даже не представляющего насколько велика опасность по сравнению с тем же Метро, было несколько неразумно. Но и доводы девушки тоже были вполне обоснованы, тем более все уже убедились в ее способностях.       Выбирая из двух зол худшее, Светлана нехотя согласилась с Дианой. Она больше не сказала ей ни слова, только собирая снаряжение, девушка постоянно чувствовала на себе ее взгляд, полный тревоги. Лишь прощаясь перед выходом, Сурганова, как и прочих ее обняла, и хлопая по спине, шепнула на ухо:       — Вернись, пожалуйста… — и едва заметно прикоснулась губами к щеке.       Когда отец Григорий благословлял их, Арбенина посмотрела через его плечо, встретилась взглядом с серыми, широко распахнутыми глазами Светы, полными тревоги и страха, шевельнула губами, беззвучно обещая ей: «Я вернусь… Мы вернёмся…»       … — Диан, что там? — вновь раздался приглушённый голос Лукьянова. Чувствовалось, что ему тоже нелегко. Дэн молчал, в гарнитуре слышалось только его тяжёлое дыхание.       — Нет… — коротко отозвалась девушка, — Цербер тоже молчит…       — Я открываю люк… Диана, ты никогда не была на поверхности, не видела открытых пространств, поэтому, при малейших признаках агарофобии тут же сообщай! Сейчас должен быть вечер и сумрачно, линзы на противогазе солнцезашитные, поэтому ослепнуть ты не должна.       — Чего? — решила уточнить Диана, смутно понимая, что это связано с выходом на поверхность.       — Боязнь открытых пространств… — пояснил сталкер. — Я открываю люк!       Заскрипел гермозатвор и девушка вскинула голову вверх. В щели, увеличивающейся с каждой секундой проявился тускловатый свет, похожий на тот, которым освещаются почти все перегоны между «богатыми» станциями. Лукьянов полностью откинул люк и выскочил первым, и тут же застыл, держа наизготовку АК.       Вентшахта вывела их в небольшое полуразрушенное сооружение, заросшее подозрительными, даже на вид, лианами ядовито-зеленого цвета.       Рухнувшая с одной стороны стена открывала мрачную картину, которую Диана с жадностью изучала, надеясь в своих давно забытых воспоминаниях воскресить образ той, прежней Москвы. Но ничего… И теперь девушке казалось, что эти рухнувшие здания, глядящие на нее пустыми глазницами окон, заросшие изувеченной радиацией растительностью, забитые искореженными останками автомобилей проспекты существовали всегда. И кроме Метро не было ничего…       — Диана! — резкий голос Николая вернул ее в реальность, — Не спать! Слушай! Чувствуй! Делай как мы — крути головой на триста шестьдесят градусов. Мы перешагнули и ты тоже. И ещё… Когда выйдем отсюда, по левую руку увидишь Кремль. Предупреждаю, не смотри на его звёзды!       — Почему? — Арбенина резко развернулась, уставилась на сталкера, но сквозь затемнённое стекло его противогаза не было видно выражения лица мужчины.       — Те кто на них смотрел — сходил с ума, — хрипло отозвался Дэн. — И это не байки. Чччерт, самое поганое место!       — Все, выходим! — скомандовал Лукьянов, и нырнул в проем первым.       Они двигались медленно, вдоль стены полурухнувшего здания, с трудом преодолевая то неопределенного вида заросли, то перешагивая через вздыбленный, искрошившийся бетон, то хрустя берцами по костям погибших в огне радиоактивного пламени людей.       Понимание, что они здесь не одни пришло внезапно: вид образины, бродящей где-то рядом, навалился внезапно, вместе с вынырнувшими из рюкзака головами Цербера. Он беззвучно разевал пасти, ощетинившись уже ороговевшими пластинами, полыхал раскаленными угольками глаз.       — Коля, мутант! — шепнула Диана, — метров сто, движется на нас…       — Кто? Как выглядит? Где? — идущий впереди сталкер замер, осторожно опустил ногу и прижался к стене, поводя дулом автомата. Тоже сделал Дэн. Девушка положила руку на тяжёлое навершие рукоятки одного из ножей, которыми была обвешана с головы до ног.       — На девять часов. Черный, огромный, выше человека, намного, сутулый. Харя — одна большая пасть. Остановился в развалинах…       — Библиотекарь, мать его… — Лукьянов приподнял руку, к которой была привязана тряпка, она слабо трепыхнулась, указывая направление ветра. — На нас… Может не учует! Двигаемся дальше…       — Он не один… — в мозгу Арбениной вспыхнул очередной силуэт. — Размером с наш автобус, шерсть серая, вытянутая морда, длинные когти, плоский волосатый хвост. Двигаются навстречу друг другу.       — Рросомаха, чтоб ее… — процедил в наушнике голос Дэна. — Ее шкуру только огнеметом возьмёшь, или из гранатомёта. Коль?       — Погодь! Не хотелось бы поднимать сейчас суматоху… — отозвался сталкер, и осторожно оторвался от стены, и стараясь не задевать сизые лианы, просочился между изувеченных стволов деревьев.       Спустя пару томительных минут он вернулся и тут же зловещую тишину разорвал истошный низкий рев, смешанный с рычанием и визгом.       — Уходим, быстро, пока эти двое территорию делят.       В сгущающихся сумерках, которые вот-вот грозили перерасти в мрачную темень, они преодолели ещё часть пути, все ещё надеясь, что время выбрано верно: ночные мутанты ещё не вышли на охоту, а дневные забились в укрытия, переваривая добычу.       — Хреново… — выдохнул Дэн, когда закончились заросли, защищающие их от летающих мутантов, и полуразрушенная стена, перегораживающая открытое пространство. — Тут сверху запросто может какая-нибудь тварь свалиться.       Перед ними открывался, видимо, бывший проспект, заваленный ржавыми, обгорелыми остовами машин, полусгнившими, рухнувшими столбами и рекламными щитами. Все это создавало полную неразбериху и было ясно, что скорость их движения упадет до опасного минимума.       Одна сторону проспекта перекрывала полурухнувшая, когда-то зубчатая стена красного кирпича, из-за которой торчали шпили башен. Одна из них по какой-то странной причине не рухнула, как другие и торчала над руинами, увенчанная ярко-алой звездой, зловеще светясь на фоне тяжёлого, черного неба. Эта звезда притягивала взгляд, и едва Диана посмотрела на нее, как тут же ее образ впился в мозг, просачиваясь все глубже, перекрывая собой всё остальное.       Короткий тычок в спину, хриплый крик Дэна в наушниках:       — Не смотри! — и морок тут же спал, но понадобились драгоценные секунды, прежде чем девушка смогла отвести взгляд от зловещего артефакта прошлого.       — Дин… — оба сталкера напряжённо уставились на нее. Лукьянов потряс за плечо, с минуту крыл ее матом, а потом замолчал, убедившись, что не произошло ничего непоправимого       Диана виновато вздохнула, подняла лицо вверх, изо всех сил вслушивалась в себя, вглядываясь в небо, затянутое черно-серыми тучами, надеясь заранее уловить приближающую опасность.       — Пока тихо… — выдохнула она…       …Они пробирались сквозь груды исковерканного металла, куски вздыбленного, искрошившегося асфальта, ступали по останкам давно погибших в ядерном пожарище людей, и казалось, вот они, спасительные развалины, когда образ свалившегося словно из ниоткуда монстра едва не сбил девушку с ног. Она успела крикнуть:       — Птица! — толкнуть идущего впереди Николая, подставить подножку Дэну и они все трое завалились между двумя искореженными автомобилями. Лишь чудом никто из них не порвал химзу и не разбил стекла противогазов. Только недовольно заверещал Цербер, придавленный телом Дианы.       Монстр пролетел прямо над ними, пытаясь высмотреть добычу среди груд исколеченного металла. Все трое замерли и старались даже не дышать, когда волна воздуха от огромных, кожаных, в человеческий рост, крыльев опахнула их.       — Он ещё здесь… — шепнула девушка.       — Так и будет болтаться, пока нас не выцепит. Эта тварь упорная, видит хорошо и в темноте и днём.       — Есть варианты? — деловито уточнила Арбенина, осторожно разворачиваясь лицом к небу, уже больше двадцати лет не видевшего солнца.       — А мы его ща из гранатомёта… — то же самое проделал Дэн, поднимая «калаш» с подствольником, и выцепляя черную точку птеродактиля, слившуюся с темным небом.       Упираясь прикладом в плечо, он заслал снаряд в патронник, дождался когда монстр приблизится на расстояние выстрела и нажал на курок. Патрон, трассируя помчался навстречу мутанту, но тот легко отпрянул в сторону. Сложив крылья, выставив вперёд лапы с огромными когтями и расхабарив метровую пасть, усыпанную мелкими кривыми зубами монстр устремился вниз, на непокорную добычу.       Сталкер чертыхнулся, заряжая повторно, но стоило ему нажать на курок, и снаряд, визжа, двинулся навстречу мутанту, как Диана почти незаметным движением подскочила на ноги, одновременно выдергивая нож и посылая его в небо. Она уже видела горящие глаза голодного монстра, как вторая граната, в полете, ножом подтолкнутая в нужном направлении влетела прямо в раззявленную пасть. Короткий взрыв и на искореженный московский проспект посыпались останки мутанта.       Сталкеры поднялись, оглядывая усыпанные костями, потрохами, и обрывками шкуры остовы машин.       — Твою мать… — выдохнул в динамике голос Дэна, — если бы я сам это не видел, то решил бы, что это байка… — Уходим, быстро, пока на халявную жрачку все окрестные твари не сбежались! — скомандовал Лукьянов, внимательно оглядывая бывший проспект.       Они едва успели пересечь открытое пространство и скрыться в руинах, как за спиной послышались рычание, рев, жалобный скулеж — это мутанты дрались за останки птеродактиля.       …Они не успели совсем немного до нужного места, когда яркой вспышкой в мозгу Дианы вспыхнули серые тени. Девушка резко остановилась и обречённо пробормотала:       — Хтоны…       — Двигаемся! — рявкнул Лукьянов, просачиваясь между бетонными блоками. — Сколько до них? — Мало! Они уже близко! И их дохрена! — Диана коротко выплескивала фразы, стараясь не отставать от сталкера.       — До вентшахты метров триста, — тяжело выдохнул Дэн, оглядываясь.       Теперь уже и сталкеры видели мелькающие невдалеке красноватые точки глаз. Они скользили вокруг них, молча, без единого звука, словно опытные охотники беря в кольцо. Цербер мотая обеими головами, не щетинился как обычно, и не шипел, а словно высматривал что-то.       Теперь стало понятно, что прорываться придется с боем, девушка расстегнула ножны и карманы, в которых лежали гранаты, и следом за Лукьяновым прибавила шаг, каждый из которых увеличивал шансы на спасение.       Когда стая приблизилась уже настолько близко, что стали видно, как мелькают среди развалин серые, закованные в броню роговых пластин, тела, а до нужного места ещё оставалось слишком далеко, в наушниках Дианы раздался спокойный голос остановившегося Николая:       — Дэн, Диана, уходите! Отсекайте передних и уходите! Остальных я отвлеку на себя!       Ничего не отвечая, девушка, мысленно чертыхаясь на неудобные перчатки, на ходу расстегнула рюкзак, в котором сидел детёныш, одним движением выдернула его оттуда и сунула идущему позади Дэну.       Тот даже едва не споткнулся, кажется, догадываясь о планах Дианы. Цербер, кажется, тоже, потому как задрыгался, мешая сталкеру держать автомат.       — Коля, оставь мне огнемет… — спокойно сказала Арбенина, трогая сталкера за плечо, -… и гранат побольше. Уходите! Вдвоем! Слышишь? У вас больше шансов! Вы нужны детям! И моим Мартемкам!       — Не спорь с командиром! — повысил голос Николай, — Уходишь ты и Дэн!       Короткое движение рукой, и Лукьянов согнулся. Диана деловито стянула с его спины огнемет, закинула себе на плечо.       — Дэн, уводи его! Доберётесь до шахты — два коротких выстрела! — рявкнула она второму сталкеру, шлепнула ладонью по уху, отключая гарнитуру. Тот не стал спорить с озверевшей девушкой, закинув за плечо винтовку, одной рукой прижимая к себе Цербера, другой подхватил уже очухавшегося товарища и потащил вперёд.       Серые тени приближались, были уже видны их морды, оскаленные в предвкушении добычи.       «Спасибо, Света! Я хотя бы сдохну не на ринге… Жаль, конечно, что так мало…»       Диана вглядываясь в приближающихся мутантов, поудобнее перехватила раструб огнемета, пустила в небо струю пламени, отвлекая стаю на себя, когда что-то ткнулось ей в ногу. Она, вздрогнув, опустила голову — рядом с ней тёрся Цербер. Поднимая обе головы, он открывал пасти и даже сквозь ОЗК было слышно как он жалобно пищит.       — Дурачок… — пробормотала она, поднимая щенка за шиворот и пытаясь запихать обратно в рюкзак на груди. Но вместо этого Цербер задрыгался в ее руках, спрыгнул на землю и бросился по направлению к приближающимся хтонам.       — Ну и правильно! — с горечью пробормотала Диана, — там твое место. Всех я все равно не смогу перебить. А ты беги, малыш…       Темнота сгустилась настолько, что сквозь затемнённое стекло было уже плохо видно окружающий ее мир, хотелось стянуть противогаз, потому что было ясно, что живой ей все равно не уйти. Либо хтоны ее растерзают, либо она взорвет себя сама. Останавливало только то, что от отравленного радиацией воздуха она может моментально потерять сознание и тогда ее смерть будет напрасной. Но её приближение почему-то не пугало, было обидно — жаль, она не увидит солнце. Но пусть его хотя бы увидят Мартемки и Света.       Она повторно пустила струю пламени из огнемета вверх, как на один из бетонных обломков вскочила фигурка Цербера. Он вытянул обе головы вперёд, по направлению своих сородичей и зашелся в длинном, захлебывающемся лае.       Меньше всего Диана ожидала того, что подступающая со всех сторон волна мутантов остановится, и в сторону Цербера выдвинется один из хтонов. Возможно, это был вожак. А может и нет… Хтоны, взрослый и малыш, обменялись коротким воем, затем старший обернулся, рявкнул и… Девушка в удивлении открыла рот — кровавые огоньки глаз стали отодвигаться назад, словно получив приказ.       Цербер спрыгнул со своего насеста, со скоростью, невероятной для своих маленьких лапок, бросился обратно к Диане, и прижался к ее ногам, задрав головы вверх. Преданно заглядывая в глаза девушке, он приподнялся на задних лапах, и заскулил на два голоса.       Не сводя глаз с застывшей поодаль стаи, и не веря тому, что видела Арбенина подхватила щенка под живот, одним движением засунула в рюкзак и двинулась в ту сторону, куда пошли сталкеры. Хтон, периодически высовывая то одну, то другую голову, провожал взглядом бывших сородичей.       Она почти догнала Дэна и Николая, когда изображение очередного мутанта едва не взорвало мозг. Огромная, волосатая гусеница, оскаленная пастью, в которой в несколько рядов торчали разномастные клыки рвалась откуда-то из-под земли. В разные стороны полетели обломки бетона, металлических конструкций, глыбы земли, когда тварь, длиной в десяток метров, вырвалась на поверхность и заметалась, тут же хватая не успевшего увернуться хтона. Раздался жалобный визг и тут же смолк.       Но стая не кинулись врассыпную, как ожидала девушка — она окружила беснующегося мутанта, прыгали ему на спину, и отлетали от мощных рывков грязно-бурого тела. Извивающаяся туша приближалась, и Диана, направив в его сторону раструб огнемета, пустила предупреждающую струю пламени. Словно поняв ее намерения, хтоны отступили, попрятавшись среди развалин. Повторный выстрел был уже сильнее, но то ли покрывающая мутанта шерсть была огнеупорной, то ли влажной, но пламя, коротко вспыхнув по туше, тут же погасло.       Закинув ствол огнемета за спину, она выдернула из кармана гранату, и, выдернув чеку, швырнула в сторону мутанта. Граната взорвалась, не долетев до монстра, а приближаться ближе к извивающейся туше было слишком опасно.       Диана шлепнула себя по уху, включая переговорное устройство.       — Вы где?       В ответ раздались изощрённые маты Николая, а затем голос Дэна:       — Почти дошли! Диана!       — Потом! Мне нужен гранатомёт, тут такая тварь, что огнемет ее не берет!       — Щас! — отозвался уже успокоившийся Лукьянов. — Ты сама как?       — Нормально, двигаюсь в вашем направлении.        Выглядывая из-за ржавого, согнутого много лет назад огненным смерчем, столба, сталкеры изучали мутанта, который, извиваясь, словно гусеница, метался по развалинам, стремясь поймать очередного хтона.       — Сбежал от меня засранец! — пожаловался на Цербера Дэн, а тот, напряжённо вытянув головы, только жалобно взвизгнул, когда безжизненное тело его сородича исчезло в бездонной глотке монстра.       — Это он отвлек хтонов от тебя? — уточнил сталкер, засылая снаряд в патронник. — Нахера вообще встряли? Пусть бы жрали друг друга, а мы как раз за это время успеем до шахты добежать.       — А если не успеем? — вполне резонно возразила Диана, — Он двигается слишком быстро!       — Подкорректируешь если что? —       Получив от девушки утвердительный кивок, сталкер одной ногой упёрся в треснувший бетонный блок, а спиной развалины и замер, осторожно двигая стволом АК, в поисках подходящего момента.       — Давай! — скомандовал стоящий рядом с ним Николай.       Но в этот раз помощь Дианы не потребовалась. Завывая, снаряд унесся в сторону монстра — тот, увидев летящий предмет, жадно бросился к нему, чавкнул пастью, возможно приняв за живое существо. Спустя несколько секунд мутант заметался, забился, судорожно дёргая башкой, по обломкам бетонных плит из мелких отверстий в его теле сочилась темная субстанция.       — Давай следующий! — услышала Диана в гарнитуре голос Николая. Дэн кивнул, перезаряжая. Второй снаряд пробил все ещё дергающуюся тушу, и взорвался позади. Монстр ещё раз изогнулся и затих. Хтоны тут же навалились на него всей стаей.       — Уходим! — рявкнул Лукьянов, — Пока они его жрут!       До вентшахты добрались достаточно быстро. Перед тем, как открыть ее, Николай уже привычно посмотрел на Диану. Та отрицательно мотнула головой. Сталкер дёрнул гермоворот люка, с некоторой натугой приподнимая. Осветив темное нутро шахты фонариком, убедился, что она ничем не отличался от предыдущей. И уже через минуту он закрылся, отрезая Диану и сталкеров от радиоактивной поверхности.