Благородная кровь

Осеннее утреннее солнце скрытое за свинцовым тучами, осветило кроны деревьев Запретного леса, заставляя некоторых его жителей уходить в свои норы, ожидаяя следующей ночи. Буря утихла, оставив после себя только лужи и грязь. Проснуться в такое пасмурное раннее утро на занятия после летних каникул показалось непосильной задачей для многих студентов, в числе которых была и Скарлетт. Соседки по комнате уже собирались и бегали по комнате, пока та лежала на кровати, укрытая по самую голову. — Скарлетт вставай! — с укором чуть ли не потребовала Гермиона, но в ответ получила только недовольное мычание. — Джинни, тащи воду. — Встаю! — воскликнула Блэкторн, скидывая с себя одеяло. — Не надо воды. Первый учебный день на четвертом курсе. Новый учитель по ЗОТИ. Было немного волнительно. Девушка надеялась, что никто из учителей не даст контрольную работу в на первом же уроке. Хотя профессор Снейп мог так сделать... В Дурмстранге некоторые учителя часто давали контрольные сразу после каникул. Особенно преподаватели по Темным искусствам и нумерологии. Последнюю Скарлетт не совсем понимала и именно поэтому выбор в Хогвартсе в качестве дополнительных занятий у нее был не велик: нумерология или прорицания. Бабушке Афине гриффиндорка так ничего и не написала про свои видения. Понимала, что надо бы это сделать, но молчала и об этом знал только Марк. Бабушка является достаточно известной в узких кругах провидецей. Она ведет зачаровнные блокноты, в которые записывает свои сны и видения. Обычный волшебник и уж тем более человек, открыв один из таких блокнотов увидит только пустые страницы. Была одна проблема: Скарлетт не видела бабушку уже кучу лет. От нее не было вестей, да даже поздравлений на дни рождения и праздники не было. Но, казалось, будто она все равно знает что происходит с ее внуками.

***

Потолок в Большом зале был таким же пасмурным как и небо за окном. Первый учебный день встретил всех серостью. И не радовало даже новое расписание. Все было не так плохо, но уход за магическими существами со слизеринцами все портило. Сдвоенное предсказание. Девушка не знала стоит ли ей отказываться от этого предмета, потому что, видимо, что-то от бабушки Афины ей все же досталось. Над головами послышался шорох многочисленных крыльев, и в открытые окна с утренней почтой влетело не меньше сотни сов. Совы кружили над столами, высматривая адресатов писем и посылок. Большая рыже-коричневая сова слетела к Невиллу Долгопупсу и положила ему на колени пакет — Невилл вечно что-то забывал. На другом краю зала филин Драко Малфоя сел на его плечо с обычной, судя по всему, порцией конфет и печенья из дома. Черно-белая неотропическая сова слетела к слизеринскому столу с двумя небольшими письмами. Марк хотел было отцепить и второе, но сова матери больно клюнула его по руке, от чего у того вырвалось громное «Ай!». Не чувствуя никакого угрызения совести она, упархнула к столу Гриффиндора, присев на протянутое ей предплечье. Скарлетт отвязала второй небольшой сверток с ее именем от лапки птицы и та взмахнув крыльями, взлетела вврех и вылетела в окно. Девушка настороженно развернула свернутый узкий кусочек пергамента.       Будь осторожна в этом году. Мне не нравится то, что происходит среди Пожирателей. Держись подальше от Гарри Поттера и не встревай с ним в передряги, даже если он твой друг.       Не пугайся, если профессор Снейп оставит тебя после уроков. Это никак не связано с успеваемостью.       Не связывйся с Каркаровым и учениками Дурмстранга. Не покидай территорию Хогвартса без профессоров и не оставайся одна.       Сожги эту записку. Никто не должен знать о ее содержимом Блэкторн смяла ее в своей руке до состояния комочка. «Мне не нравится то, что происходит среди Пожирателей», — мысленно повторила строчку из записки. Подняв взгляд к слизеринскому столу, напротив которого сидела, пробежалась взглядом по студентам пока не столкнулась с зелеными глазами брата, смотрящми на нее. Что было в его записке? То же самое или что-то другое? Расскажет о ней или умолчит? Скарлетт выгнула правую бровь, задавая немой вопрос, но он отвел взгляд. — Что тебе написали? — спросила Гермиона, сидящая рядом. — Выглядишь задумчиво. — Ничего такого, — ответила гриффиндорка, потянувшись к тыквенному пирогу. — Я даже до конца читать не стала. Все как обычно. Ложь так легко сорвалась с ее губ. Нет ничего сложного в том чтобы соврать. — Как скажешь... — кивнула Грейнджер, но в ее голосе послышалась грусть. — Какие предметы ты выбрала в этом году? — Прорицание, древние руны и уход за магическими существами. — Прорицание?! Ты серьезно? — возмутилась Гермиона. — О, зато мы не одни там будем. Да, Гарри? — повеселел Рон, уплетавший завтрак за обе щеки. Поттер с набитым ртом только утвердительно промычал, кивнув. — Почему не нумерология? — не унималась Гермиона. — Я не понимаю нумерологию. — Да ладно тебе. Там нет ничего сложного. Могу объяснить и дальше не сложно, поэтому сможешь разобраться. Нумерологию важно знать хотя бы на базовом уровне, ведь это может помочь в какие-то моменты... — распалилась та, но была перебита. — Я видела в шаре то, что произошло после матча на чемпионате мира по квиддичу, — выпалила Скарлетт. И тут же осеклась. Рон и Гарри даже жевать перестали, уставившись на Блэкторн. Джинни и Гермиона ошарашенно на нее смотрели. Очень хотелось достать из кармана мантии палочку и наложить на всех кто это услышал чары забвения, чтобы забыли об этих словах. — Ты провидец? — то ли с удивленим, то ли с восхищением спросила Джинни. — Н-нет! Т-то есть, может и да. Возможно. Я не знаю... — аж заикаясь ответила Блэкторн. — Моя бабушка провидец, поэтому, возможно, от нее досталось. — Ого. Надеюсь твоя бабушка не такая странная как профессор Трилони, — сказал Гарри. — Ну, насколько я помню она была нормальной. — «Была»? — не поняла Гермиона. — Да почему «была»? — спросил Рон — Мы не виделись лет шесть-семь. Точно не помню, — пожав плечами, ответила Блэкторн. Благодаря тому, что тему удалось сменить, Скарлетт совсем забыла про клочок пергамента в кармане школьной мантии. Девушка была поглощена общением с друзьями, что совсем не заметила как пролетело время из-за чего пришлось бежать на урок профессор Стебель по раскисшей от дождя тропинке. Пару раз подскользнувшись на мокрой траве Скарлетт с грязными коленками пришла с золотой троицей к третьей оранжерее. Гермиона ругая подругу за невнимательность, с помощью магии очичтила той колени и, к счастью, они были целы. Профессор Стебль продемонстрировала классу самые уродливые растения, какие только приходилось видеть. Они выглядели скорее даже не как растения, а как гигантские черные слизни, вертикально торчащие из почвы. Каждый слегка извивался и был усеян множеством блестящих припухлостей, наполненных какой-то жидкостью. — Бубонтюберы, — жизнерадостно сказала профессор Стебль. — Их нужно выжимать — будете собирать гной. — Собирать что? — с отвращением переспросил Симус Финниган. — Гной, Финниган, гной, — повторила профессор Стебль. — И учтите, он чрезвычайно ценен, так что постарайтесь не пролить ни капли. Собирать будете вот в эти бутылочки. И наденьте перчатки из драконьей шкуры — неразбавленный гной бубонтюбера способен причинить коже разные неприятности. Выдавливание бубонтюберов оказалось делом неприятным и после первой попытки Скарлетт чуть не стошнило в этот же горшок. Когда очередной пупырышек лопался, наружу выбрызгивалось немалое количество густой желтовато-зеленой жидкости с сильным запахом бензина. Они аккуратно собирали ее в указанные профессором Стебль склянки, так что к концу занятия набралось несколько пинт. — Мадам Помфри будет счастлива, — заметила профессор Стебль, затыкая пробкой последнюю бутылку. — Гной бубонтюбера — великолепное средство от самых тяжелых форм угреватости, так что студентам не надо будет прибегать ко всяким отчаянным способам, чтобы избавиться от угрей. — Как бедняжка Элоиза Миджен, — тихо сказала Ханна Эббот из Пуффендуя. — Она свои попыталась свести заклятием. — Глупышка, — покачала головой профессор Стебль. — Но мадам Помфри в конце концов прикрепила ей нос на место. Удар колокола в замке, прокатившийся над сырыми полями, возвестил окончание урока, и класс разделился — пуффендуйцы отправились в замок, на трансфигурацию, а гриффиндорцы пошли в противоположном направлении — вниз по склону луга к маленькой бревенчатой хижине Хагрида на опушке Запретного леса. Хагрид стоял возле своей избушки, держа за ошейник громадного черного волкодава Клыка. Перед ними на земле стояли несколько корзин, и Клык поскуливал и тянул ошейник, сгорая от желания поближе познакомиться с содержимым. Когда все подошли ближе, до их ушей донесся странный рокочущий шум, перемежающийся негромкими взрывами. — Привет! — сказал Хагрид, улыбаясь. — Постоим, ну, то есть… ждем слизеринцев — им-то точно… ну, не захотят пропустить такое — соплохвосты! — Кто-кто? — спросил Рон. Хагрид в ответ лишь указал на корзины. — Ф-е-е! — взвизгнула Лаванда Браун, отпрыгивая назад. — Лучшего описания и не придумать, — согласилась с Браун Скарлатт, с отвращением смотря на предоставленных им существ. Они походили на уродливых, лишенных панциря омаров, омерзительно-бледных и скользких на вид, ноги их торчали из самых странных мест, а где голова, вообще было невозможно разобрать. В корзинах их было примерно по сотне, каждый дюймов шести в длину. Они ползали друг по другу и слепо стукались о стенки корзин; от них изрядно разило тухлой рыбой. Время от времени из конца тела какого-нибудь соплохвоста вылетали искры, и с негромким «пафф!» его бросало вперед на несколько дюймов. — Они… ну, это… только что вылупились, — с гордостью сказал Хагрид. — Так что вы, того, словом, сможете вырастить их сами! Можем даже этот… проект насчет этого составить… — А с какой стати мы должны хотеть выращивать их? — раздался холодный голос. Это подошли слизеринцы, и говорил, естественно, Драко Малфой, а Крэбб и Гойл тут же понимающе загоготали при этих словах. Блэкторн обернулась чтобы посмотреть на пришедших, но заметив этот квартет состоящий из Малфоя, Нотта, Забини и Паркинсон, предпочла смотреть на пса Хагрида. — Какие они уродливые, — сказал Тео и стоящий рядом Блейз кивнул. — Ты про гриффиндорцев? — едко усмехнулась Пенси. Некоторые слизеринцы позабавились от слов Паркинсон. Малфой, конечно, был в их числе, но заметив, что Хагрид был озадачен его вопросом, успокоился. — Я имею в виду, что они делают? — уточнил Драко. — Зачем они нужны? Хагрид даже приоткрыл рот, напряженно размышляя, и после затянувшейся паузы с нарочитой небрежностью произнес: — Это… э-э-э… потом… на следующем уроке, Малфой. Сегодня вам их… ну, надо просто накормить. Ну, мы… нам… попробовать несколько других… словом, разных вещей… Я никогда их раньше… ну, дела не имел, и не уверен, как их… что у них пойдет… так что приготовил муравьиные яйца, и… эту… лягушачью печень… ну, и кусок ужа… просто их… дайте им всего понемногу. — Так, сначала гной, теперь вот это, — проворчал Симус. «Ну да мне же мало было чуть не блевануть на травологии, — подумала Скарлетт, вновь взглянув на соплохвостов. — Ну и залупа». Блэкторн молча смотрела на заготовки Хогрида, желая уйти отсюда. — Скар? — обратилась к ней Гермиона, уже набрав в горсти хлюпающую лягушачью печень. — Я пытаюсь подобрать слова. — Какие слова? — Цензурные, — закатывая рукава белой рубашки, ответила девушка. Борясь с брезгливостью, Блэкторн набрала в горсти печень и стала ожидать своей очереди. Наблюдая за попытками других накормить соплохвостов, желания опускать руку в корзину было все меньше. — Я тебя недооценил. Ставил на то, что ты ко всему этому даже не подойдешь, — сказал Теодор, который по мнению Скар и не думал притрагиваться ни к печени, ни к муравьиным яйцам. — Я тебе сейчас эту печень по лицу размажу, Нотт. Поэтому будь добр, закрой рот, — раздраженно ответила она и подошла к корзине. Уж лучше компания соплохвостов, чем Теодора Нотта. — Ух ты! — закричал Дин Томас минут через десять. — Он меня шибанул! Хагрид с беспокойством поспешил к нему. — Он с того конца взрывается! — сердито сообщил Дин, показывая Хагриду ожог на руке. — А, да… это такое случается, когда они… ну, взлетают, — кивнул Хагрид. — Ой! — снова вскрикнула Лаванда Браун. — Ой, Хагрид, а что это за острая штука на нем? — Ага, у некоторых… ну, из них… короче, есть жало, — с воодушевлением пояснил Хагрид. Думаю, это… в общем, самцы. У самок что-то на манер этих… присосок на животе… они вроде того… могут пить кровь. Скарлетт и Лаванда поспешно выдернули руку из корзины. — А, ну вот теперь-то я понял, зачем мы их выхаживаем, — желчно заметил Малфой. — Кому не хочется иметь домашнюю зверюшку, которая может обжигать, жалить и кусаться одновременно? — Даже если они и не очень-то симпатичны, это вовсе не значит, что они бесполезны, — сердито возразила Гермиона. — Драконья кровь обладает удивительной магической силой, но ты ведь не станешь держать дракона у себя дома? Блэкторн бы хотелось себе питомца в виде дракона. Или вообще быть драконьим наезником. Жаль, что это невозможно. Драконов мало, да и они не поддаются приручению. По крайней мере никому еще не удавалось. Из-за умения летать и дышать огнем драконы являются одними из самых опасных и трудно скрываемых от неволшебного мира магических существ. Рядом что-то зашипело и ударило гриффиндорку по ноге. Опустив взгляд, тут же отступила назад. Совсем не заметив, она наступила на змею и та активно извивалась, в попытке отбиться. Разглядев яркие желтые пятна у головы, взяла змейку в испачканные в печени руки. Это был уж. Видимо, почувствовав тепло рук или запах, решил не сопротивляться. — Прости, — слабо улыбнулась Блэкторн ужику. — Ты что творишь?! — испуганно взвизгнула Лаванда стоящая рядом. — Убери эту гадость! — Сама ты гадость, Браун! Это всего лишь небольшой ужик. — Любые змеи отвратительны! Скарлетт была с ней не согласна. Для нее змеи красивые и ей нравится наблюдать за ними. В детстве, когда Марк гулял рядом с небольшим озером, он часто ловил змей и показывал их своей младшей сестре, после чего отпускал. — Блэкторн себе подружку нашла? «Достал уже». — Да, Нотт, и это змея поприятнее тебя будет. — Мерзость, — скривив лицо, подала голос Паркинсон. — Ну что у вас тут случилось? — спросил обеспокоенный Хагрид. — Ничего, — ответила гриффиндорка после чего протянула Хагриду руку, в которой держала змею. — Это всего лишь ужик. Какие-то студенты перешептывались, шушукались и смеялись пока другие выполняли задание. Да, этот неуверенный и добрый великан не внушал такого авторитетв, как профессора, но хоть каплю уважения можно было проявлять. К сожалению, уважение для некоторых ничего не значит. — Чего это он тут забыл... ну это..прохладно на улице...а змеи вроде...э-э-э...ну это...тепло любят. Да и людей много тут, — удивился Хагрид. Скарлетт пожала плечами. Может быть уж учуял запах печени или тухлой рыбы исходившей от соплохвостов. Решив выпустить черную змейку, девушка отошла в сторону подальше от остальных и тем более Клыка, и выпустила в траву. Змея как только оказавшись на земле тут же быстро уползла. Забежав в туалет чтобы вымыть тщательно руки после всех этих соплохвостов и бубонтюберов, гриффиндорцы направились на последний перед обедом урок. Заклинания — дисциплина, которую ведет малютка-Флитвик прошел спокойно и даже незаметно. Профессор решил поровести урок-повторение. В основном он спрашивал теорию уже пройденных заклинаний и выборочно просил некоторых продемонстрировать и практику. Скарлетт оказалась в числе тех, кому пришлось назвать все левитационные чары и показать заклинание Вингардиум Левиоса на практике, подняв стул. Справилась она на превосходно. Большой зал встретил голодных студентов запахом мяса, от которого скрутило живот. Очень хотелось есть. Поэтому стоило только сесть, как все тут же накинулись на предоставленные блюда, накладывая все в свои тарелки. Бараньи отбивные и картошка исчезли с общих тарелок. Гермиона ела с такой скоростью, что Гарри и Рон уставились на нее. — Э-э-э… это что, новый способ отстаивать права эльфов? — поинтересовался Рон. — Следующий ход — довести себя до рвоты? — Нет, — ответила Гермиона со всем достоинством, какое только позволял набитый рот. — Я просто еще хочу успеть в библиотеку. — Что? — Рон не поверил своим ушам. — Гермиона! Это же первый день учебы! Нам даже еще не задали домашнего задания!

***

Тишина умиротворяет. Его компанией на ближайший час были книги, перо и пергамент. Слизеринец сидел в библиотеке, закинув ногу на ногу и конспектировал главу из книги. Быстро пообедав, он поспешил сюда чтобы успеть написать хотя бы половину заданной темы. Из-за не состыковки расписаний профессор отменил урок нумерологии у всего шестого курса. Чтобы не терять время, решил начать сейчас и провести это окно в библиотеке, после чего пойдет на сдвоенное зельеварение. Последним уроком до обеда было ЗОТИ с новым преподавателем. Аластор Грюм — знаменитый аврор, посадивший в Азкабан многих Пожирателей. Тема сегодняшнего урока были невербальные заклинания. Потратив на теорию от силы минут пятнадцать, он перешел на практику. Каждый ученик используя невербальные заклинания должен был защититься от атак, отразить их и атаковать его. На этом уроке Грюм давал возможность пару раз сказать заклинание, сказав, что для первого раза простительно. Как итог: у многих не вышло и сам Блэкторн пропустил несколько атак профессора. Марк откинулся на спинку стула и взглянул на потолок. Его напрягло письмо от матери этим утром, вернее это скорее была записка написанная в спешке.       Не смей приезжать на Рождество. Даже не пытайся участвовать в Турнире. Скарлетт к нему все равно не допустят, поэтому за нее не волнуюсь. У нас проблемы, Маркс. У всей нашей семьи огромные проблемы!       Ваш отец исчез из Мунго сегодня ночью. В письме сказано, что вся больница на ушах стояла, в попытке найти его. Врачи говорят, что он не мог уйти сам в таком состоянии. Я понятия не имею где он. Не знаю найдет ли моя сова Афину чтобы сообщить ей о исчезновении вашего отца.       Уничтож эту записку. Как отец мог исчезнуть из Мунго? Его выкрали? Или он пришел в себя спустя столько лет и ушел сам? Что, черт возьми, происходит? А Скарлетт знает об этом? Хотя, если бы знала, то вероятно уже прибежала к Марку и рвалась найти отца. «Гриффиндорцы своих не бросают», — вспомнил он, как как-то на третьем курсе услышал эти слова от гриффиндорской команды по квиддичу. В слизерине такое родкость. Здесь обычно каждый сам за себя. Взглядом провел по полупустой библиотеке, натыкаясь на пышную копну каштановых волос. Не сложно угадать кто их обладатель. Парень наблюдал со своего места за тем, как Гермиона проводит пальцем по корешкам книг, в поисках нужной, как заправляет волосы за ухо, позволяя слизерницу увидеть четкую линию челюсти и ухо с небольшой сережкой-гвоздиком. Грейнджер хмуро посмотрела на верхние полки, достав палочку из кармана гриффиндорской мантии, легко взмахнула ей и нужная Гермионе книга приземлилась на стол. — Разве обед уже закончился? — громко спросил он у нее. Гриффиндорка вздрогнув, посмотрела на Марка. — Напугал! — возмущенно сказала она. — Нет, еще не закончился. Что ты здесь делаешь? — Нумерологию. — Нумерологию? У вас разве она сегодня? — Должна была быть после обеда, но профессор Вектор отменила из-за несостыквки расписания. — У меня сейчас сдвоенная нумерология... — Понятно теперь из-за кого я лишился урока. От части я рад. Грейнджер только закатила глаза на слова парня. Взяла большие толстые книги в руки и прижала их к груди. Блэкторн усмехнулся, умиляясь тому, как гриффиндорка пыталась сдуть прядь волос с лица, продолжая держать книги в руках. Марк, к удивлению Гермионы, быстро преодолел расстояние между ними и аккуратно убрал прядь с лица, заправив ей волосы за ухо. Девушка смотрела на слизеринца с широко распахнутыми глазами, чувствуя смесь смущения с удивлением. И парень прекрасно это заметил. — М-мне пора! — запнувшись на первом слове, пролепетала Гермиона, желая убежать. Ей почти удалось это сделать. Оставалось только повернуть за книжный стеллаж и она бы скрылась от этих зеленых глаз. — Гермиона! Она остановилась и пытаясь контролировать свои эмоции, снова посмотрела на шестикурсника Слизерина. Грейнджер рада тому, что он не слышит громкий стук ее сердца. — Прогуляемся вдоль Черного озера? — предложил Блэкторн. Марк спокойно смотрел на нее, ожидая ответа. Эта девушка заинтересовала его еще в прошлом году. Грязнокровка, любимица многих преподавателей и просто заучка — так о ней говорят на его факультете. Особенно Драко. Малфой наверняка до сих пор зол на Гермиону за то, что та сломала ему нос в прошлом учебном году. — Когда? — спросила она. — В субботу вечером после ужина. Тебе будет удобно? — Д-да, хорошо я смогу в субботу, — ответила Гермиона, сильнее прижав к себе книги. Они не давали ей уверенности. — Тогда до встречи, — улыбнулся Марк, попрощавшись с Герммоной. После этого она чуть ли не убежала то ли от него, то ли на, как оказалось, нумерологию. Парень сам не до конца понимал на что именно он пригласил Грейнджер: на свидание или на обычную прогулку. Эта девушка Марксу нравилась, но в чем разница между симпатией и влюбленностью? Есть ли она вообще? Хотелось бы ему знать. Сдвоенное зельеварение с когтевранцами прошло относительно спокойно. Снейп ввел студентов в курс дела и сказал, что скоро он разобьет студентов по двое так, чтобы в паре были слизеринеец и когтевранец. Меняться партнерами нельзя. Что это будет он объяснять не стал. Марк надеялся на то, что ему повезет и достанется нормальный партнер. Но больше он желал чтобы Северус меньше ему мешал. Декан Слизерина начал влезать в голову Блэкторна, мешая сосредоточиться. Марк несколько раз гневно смотрел на преподавателя, когда чувствовал чужака в голове, случайно дергал рукой и оставлял кляксы или размазывал текст. Так, как он левша, то с детства часто следил за тем, чтобы не опускать руку на пергамент во время письма. Со временем это стало привычкой, но дергая рукой во время письма случайно касался не высохших чернил или вовсе клал руку на только что написанный текст. — Профессор Снейп, — обратился к нему Маркс после второго урока зелий. — Пожалуйста, прекратите лезть в мою голову. Пульсирующая боль в висках ударила с новой силой, когда кто-то из студентов хлопнул дверью. — Обязательно, когда вы научитесь защищать свою глову от вторжений и ставить блоки. Сейчас вы делаете это ужасно. Марк стушевался из-за того, что ненавидел делать что-то плохо. Он желал быть лучшим. — Тогда можете, пожалуйста, не забирать у меня конспекты сразу после урока?...Они отвратительно выглядят. И не использовать на мне лигелеменцию на важных работах? Северус грозно смотрел на парня, обдумывая его просьбу. — Покажите сегодняшний конспект. Марк достал из сумки свернутый пергамент и с явным нежеланием отдал его Снейпу. Северус развернул сверток, скептически выгнул бровь, вновь взглянув на слизеринца. Блэкторн испытывая стыд, сжал рукой лямку сумки висевшую на его левом плече. Последний раз, когда так безобразно выглядел его конспект в Хогвартсе было в начале первого курса. Декан поднял взгляд на левую руку Блэкторна сжавшую лямку сумки, которая вся измазана чернилами. — Хорошо, — в итоге ответил Северус. — Вместо того, чтобы сдавать конспект со всеми, вы будете приходить после уроков и переписывать его столько же времени сколько я давал на него на уроке. Мешать я вам не буду. Снейп свернув пергамент, протянул его слизеринцу. — Спасибо, — поблагодарил Марк профессора. — Не за что. Практикуйтесь в окклюменции, мистер Блэкторн. Она может вам очень пригодится в будущем.

***

Что Скарлетт поняла из темы прошедшего урока профессора Трелони? Ответ: ничего. Она проспала почти весь урок. Движения планет и таинственные предзнаменования которые они открывают лишь тем, что сумел вникнуть в «фигуры небесного танца». Она правда пыталась вникнуть, но так ничего и не поняла. В конце занятия профессор задала им непомерное домашнее задание. Подробный анализ траекторий планет, влияющих на нас в наступающем месяце со ссылкой на собственный гороскоп. И как это понимать? Еще и все должно быть готово к следующему понедельнику, и никаких отговорок! Блэкторн посидит над домашней работой, а если так и не поймет, то что-нибудь начиркает. Вдруг повезет. Она вместе с другими студентами вошла в холл, где народ толпился у дверей в Большой зал. Перед ней послышался голос Малфоя. Уж очень он был запоминающимся. — Уизли! Эй, Уизли! Гарри, Рон и Гермиона оглянулись и увидели Малфоя, Крэбба и Гойла, чем-то страшно довольных. — Что еще? — резко спросил Рон. — Твой отец попал в газету, Уизли! — объявил Малфой, размахивая номером «Ежедневного Пророка» и стараясь, чтобы его услышало как можно больше народу. — Вот только послушай это: «ДАЛЬНЕЙШИЕ ПРОМАХИ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ. Создается впечатление, что неприятности Министерства магии никак не закончатся, пишет специальный корреспондент Рита Скитер. Недавно критике подверглась бездарная организация массовых мероприятий на Чемпионате мира по квиддичу и упорная неспособность объяснить исчезновение одной из колдуний, сотрудницы спортивного отдела. И вот вчера Министерство оказалось втянуто в новый скандал — на сей раз благодаря выходкам Арнольда Уизли из Комиссии по борьбе с незаконным использованием изобретений маглов». — Прикинь, они даже его имя правильно написать не могли, как будто он полное ничтожество, а, Уизли? Теперь слушали уже все, кто был в холле. Малфой эффектным жестом расправил газету и стал читать дальше: — «Арнольд Уизли, два года назад оштрафованный за незаконное владение летающим автомобилем, вчера ввязался в драку с магловскими блюстителями закона (т.н. „полицейскими“) из-за нескольких, весьма агрессивно настроенных мусорных баков. М-р Уизли, судя по всему, примчался на выручку Грозному Глазу Грюму, престарелому экс-мракоборцу, уволившемуся из Министерства, когда он окончательно перестал видеть разницу между рукопожатием и нападением убийцы. Поэтому нет ничего удивительного в том, что, явившись к м-ру Грюму в его строго охраняемый дом, м-р Уизли обнаружил, что м-р Грюм в который раз поднял ложную тревогу. В ходе дальнейших событий м-ру Уизли пришлось несколько раз прибегнуть к преобразованию памяти, прежде чем ему удалось скрыться от полицейских. При этом м-р Уизли отказался отвечать на вопросы „Ежедневного Пророка“ о том, зачем ему потребовалось вовлекать Министерство в эту недостойную и чреватую скандалом историю». — Тут и картинка есть, Уизли! — ликовал Малфой, развернув и подняв перед собой газету. — Фотография твоих родителей перед домом — если это можно назвать домом. Твоей мамаше не помешало бы немного сбросить вес, как считаешь? Скарлетт скривила губы в отвращении. На большее слизеринцу явно ума не хватило. — Иди-ка ты знаешь куда, Малфой? — сказал Гарри. — Пошли, Рон… — Ах да, ты же был у них этим летом, я не ошибаюсь, Поттер? — продолжал веселиться Малфой. — Скажи-ка мне, его матушка на самом деле такая жирная или только на фотографии? — А твоя мамаша, Малфой? — огрызнулся Гарри, вдвоем с Гермионой оттаскивая Рона за мантию, чтобы тот не набросился на Малфоя. — Такое впечатление, словно она только что унюхала кучу дерьма у себя под носом — скажи-ка, у нее всегда такой вид или это от того, что ты был рядом? «Туда его, Гарри!», — подумала Скарлетт, одобряя такой ответ Поттера. — Не смей оскорблять мою мать, Поттер! — Тогда заткни свою грязную пасть! — отрезал Гарри и повернулся, чтобы уйти. Неожиданный звук заставил девушку вздохнуть. Несколько человек вскрикнули, а мимо Гарри пролетела белая вспышка, обдав жаром его висок. Блэкторн сунула руку в мантию за волшебной палочкой, но, прежде чем успела коснуться ее пальцами, громыхнуло во второй раз, и по вестибюлю прокатился рев: — НУ УЖ НЕТ, ПАРЕНЬ! По мраморной лестнице, хромая, спускался профессор Грюм. В руке он держал волшебную палочку, направленную на белого хорька, дрожавшего на мощенном плитами полу как раз на том месте, где только что стоял Малфой. Девушка застыла, приоткрыв рот от удивления. В холле наступила гробовая тишина. Никто, кроме Грюма, не смел даже шелохнуться, а тот повернулся к Гарри. — Он тебя задел? — прорычал Грюм. Голос у него был низкий и сиплый. — Нет, — ответил Гарри. — Промазал. Крэбб осторожно ступая, подошел к белому хорьку и сел рядом с ним на корточки. Парень попытался было поднять зверька с пола, но в страхе замер, услышав: — Оставь его! — рявкнул Грюм. — Оставить кого? — растерянно спросил Гарри. — Не ты — он! — Грюм ткнул большим пальцем через плечо, указывая на Крэбба. — Да как он... — недоговорила Блэкторн, продолжая удивленно, смотреть на происходящее. Похоже, что Грюмов вращающийся глаз и впрямь был магическим и мог видеть сквозь затылок. Потому что другого объяснения как Грюм смог увидеть что делал Крэбб стоя к нему спиной. Грюм захромал по направлению к Крэббу, Гойлу и хорьку, который, испуганно пискнув, что было сил припустил ко входу в подземелье. — Не думаю… — пророкотал Грюм, вновь направляя на хорька волшебную палочку. — Что вы делаете?! — возмутилась Скарлетт. Хоть они и слизеринцы, но так поступать нельзя. Но Грюм проигнорировал девушку и хорек взлетел в воздух футов на десять, потом звучно шлепнулся об пол и снова подскочил вверх. — Мне не нравятся люди, которые нападают на противника со спины, — рычал Грюм, а скулящего от боли хорька подбрасывало все выше и выше. — Гнусный, трусливый, подлый поступок… Блэкторн с удивлением уставилась на профессора. Он ей не нравится. Нельзя так поступать! И пусть в данный момент она мыслит как Гермиона. Малфой хоть и избалованный ребенок, но так нельзя... Гриффиндорка не терипит насилия ни в каком его проявлении. Хорька швыряло в воздухе, его лапы и хвост беспомощно болтались. — Никогда-больше-так-не-делай, — говорил Грюм, произнося каждое слово, как только хорек ударялся об пол и опять взмывал вверх. — Профессор Грюм! — прозвучал возмущенный голос. По мраморной лестнице спускалась профессор МакГонагалл с громадной стопкой книг в руках. — Привет, профессор МакГонагалл, — спокойно сказал Грюм, заставляя хорька подскакивать все выше. — Что… что это вы делаете? — спросила профессор МакГонагалл, следуя взглядом за взлетающим все выше хорьком. — Учу, — ответил Грюм. — Учи… Грюм, это что, студент? — вскрикнула профессор МакГонагалл, и книги посыпались у нее из рук. — Ну да, — ответил Грюм. — Быть не может! — ахнула профессор МакГонагалл, бросаясь вниз по ступеням и доставая волшебную палочку. Через секунду на месте хорька с треском появился Драко Малфой — он кучей лежал на полу, его роскошные белые волосы упали на ставшее ярко-красным лицо. Пошатываясь, он поднялся на ноги. — Грюм, мы никогда не используем трансфигурацию как наказание! — сказала профессор МакГонагалл слегка севшим голосом. — Профессор Дамблдор вам наверняка об этом говорил! — Да, кажется, он упоминал об этом, — кивнул Грюм, безмятежно почесывая подбородок. — Но я подумал, что хорошая встряска… — Мы оставляем после уроков! Или сообщаем декану факультета, где учится нарушитель! — Пожалуй, я это сделаю, — согласился Грюм, с острой неприязнью покосившись на Малфоя. Драко, чьи белесые глаза все еще были полны слез от боли и унижения, злобно посмотрел на Грюма, пробормотав неразборчиво что-то о своем отце. — Да ну? — спокойно заметил Грюм и, хромая, сделал два шага вперед. Тупое клацанье его деревянной ноги отозвалось по холлу. — Что же, я давно знаю твоего отца, парень… скажи ему, что Грюм как следует присмотрит за его сыном… передай ему это от меня… кстати, это Снегг будет твой декан? — Да, — с негодованием ответил Малфой. — Еще один старый знакомый, — прохрипел Грюм. — Мечтал я побеседовать со стариной Снеггом… Пойдем-ка, ты… — Он схватил Малфоя за плечо и повлек его ко входу в подвал. Скарлетт провожала их обеспокоенным взглядом, продолжая стоять на месте. А в голове назойливо бились совершенно противоположные мысли: Драко не заслужил это и наоборот так ему и нужно было. — Только не говори что тебе жаль Малфоя, — послышался голос рядом с ней. Этот голос прогнал все мысли о Драко и беспокойство, наполнив раздражительностью. Она слишком добрая, подумала Скарлетт и не повернув головы ответила: — Не говори ерунды, Нотт. — На твоем лице все написано. Я польщен что тебе не все равно на моего друга. — Мне плевать на всех слизеринцев кроме моего брата, — злостно ответила девушка, наконец сдвинувшись с места. Поспешно поднялась по лестницам в пустующую, к ее счастью, гостиную Гриффиндора. Вынув из мантии клочок пергамента, кинула его в угли и пепел. Палочку направила на записку, прошептав «инсендио», пергамент и угли вспыхнули, зажигая камин. Пламя отражаясь в пустых серых глазах, грело своим теплом ничего не выражающее лицо волшебницы наблюдающей за тем, как сгорает записка от матери. «Будь осторожна в этом году. Мне не нравится то, что происходит среди Пожирателей». Что именно происходит? Почему она так переживает? Тревога не дает расслабиться, в ожидании чего-то. Интуиция же подсказывает, что случилось что-то плохое. Неизвестность пугает. «Не связывайся с Каркаровым и учениками Дурмстранга. Не покидай территорию Хогвартса без профессоров и не оставайся одна». Что это значит? Что, Мерлин его дери, происходит?! А что в записке Марка? Будь там одно и то же, вряд ли мать стала бы писать их две, да и запрещать сове сорвать обе записки кому-то одному из них. Кажется, ей снова что-то недоговаривают. Как же она устала от недомолвок. Постоянно со стороны матери Марку все, а ей ничего! На его дни рождения мать устраивала праздничные банкеты, подарки ему дарили бабка с матерью и гости. В свои дни рождения Скарлетт молча получала от нее подарок и от брата с домовиками, которые могли принести ей торт и тихо-тихо поздравить хозяйку, а потом каждый раз волновались, когда Блэкторн начинала плакать. Не было подарков и на Рождество. Что она сделала не так чтобы заслужить такое отношение?... Скарлетт мечтала о празднике в кругу дорогих ей людей, но был только брат, которого она так сильно любит и обид не держит. Слезы размыли все перед глазами, а затем скатились по щекам. Впервые у девушки появились друзья и она так рада этому. Неожиданно что-то пушистое прижалось к ногам Блэкторн. Скарлетт опустила взгляд и как оказалось это был кот Гермионы. Живоглот ластился к ней, потираясь своими пушистыми щеками о ее черные колготки, оставляя на них свою рыжую шерсть. Девушка слабо улыбнувшись, нагнулась, взяла кота на руки и села на диван. Живоглот послушно сидел на коленях пока гриффиндорка своими длинными ноготками почесывала его шею, успокаиваясь. Потихоньку гостиная наполнилась студентами, когда закончился ужин. Посадив кота на диван, вышла из гостиной пока не вернулись друзья. Сейчас не было настроения общаться с ними и хотелось побыть одной.