Цвета и цветы

Лиза вцепилась в него взглядом, едва Дракула вошёл в спальню. Выглядела она… лучше. А может, просто сменился её настрой: вчерашний разговор хотя бы состоялся. Он вышел нескладным, полным колкостей, но — вышел. После короткого дневного сна этот разговор начал казаться Дракуле хорошим знаком, ведущим к выздоровлению. По крайней мере, лечить кого-то, кто не сопротивляется, будет теперь куда проще.  — Доброе утро, — Лиза выдавила неуверенную улыбку. Натянутую. От колючего, полного недоверия взгляда не осталось и следа, по крайней мере, внешне: Дракула заметил, с каким напряжением она ждала ответа. Любопытно. Похоже, Лиза не спала уже некоторое время — и уже успела что-то для себя решить. Что-то, что требовало дружелюбно настроенного вампира, судя по всему. Что-то, заставляющее её если не проникнуться теплыми чувствами и всеобъемлющей благодарностью, то хотя бы сделать вид, что она не ненавидит его. Дракула готов был биться об заклад: что бы она там себе не надумала, Лизой двигало любопытство. Медицинское любопытство. Благородный порыв, как ни крути, стремление делать благо ради других — порыв, уже давно не встречавшийся Дракуле среди смертных. Впрочем, в последнее время людишки вокруг него только тряслись от страха, и Дракулу не особо заботили их порывы. Лизе тоже всё ещё страшно, но она казалось достаточно смелой, чтобы попытаться скрыть свой страх. И это заслуживало уважения. Дракула усмехнулся и прошёл к окну, отодвинул штору так, чтобы кусок светло-синего неба с едва проклюнувшимися звёздами был виден и Лизе, и поправил:  — Скорее добрый вечер.  — Ох. Не подумала, — Лиза приподняла брови, досадливо поджав губы. — Так вампиры спят днём?  — Разумеется. Что нам ещё делать под солнцем?  — В гробах?  — Размечталась, — Дракула прислонился к резной деревянной стойке, служащей основанием для балдахина, и сощурившись посмотрел на Лизу сверху вниз. Светлые волосы отливали золотом в отблесках свеч, бледная кожа чуть розовела на вишнёвых простынях. Сотни оттенков, полутонов — и все тёплые, живые. Солнечные. Непостижимо — посреди едва родившейся ночи-то. — Как себя чувствуешь? Лиза нахмурила лоб, словно решая, насколько ей плохо и сколько из этого стоит говорить, и деланно безразлично заметила:  — Живая вроде, — она пожала плечами и честно постаралась не поморщится от этого опрометчивого поступка. Дракула усмехнулся в усы и не удержался от глупой, почти мальчишеской выходки: на нечеловеческой скорости склонился над Лизой, глубоко вдохнув манящий аромат такой близкой крови, выпустил клыки и проговорил ей на ухо:  — Уж это я вижу. Запах крови, скрытой такой тонкой податливой кожей, которую разорвать ему раз плюнуть, разжигал жажду всё сильнее, но жажда — это не так интересно, как наблюдать за её реакцией: Лиза вздрогнула, в какое-то мгновение действительно испугалась, но очень быстро взяла себя в руки и недовольно сощурилась:  — Во всех красках, разумеется, — голос у неё не дрогнул. Любопытно, почему именно: от безрассудной смелости или сообразила, что ей ничего не грозит?  — К счастью. Пока не уверен, к чьему именно.  — Не уверен? Вампир вроде тебя и не уверен? — Лиза фыркнула, закатив глаза. Нахмурилась, склонила голову, будто за секунду погрузилась в дурные мысли, и глянула исподлобья: — Кстати… Ты ведь Дракула?  — Достаточно знаменит, чтобы меня узнавали? — Дракула выпрямился, снова прислонившись к стойке. Лиза поморщилась, словно уже пожалела, что задала вопрос, и тут же сменила тему:  — Не трать зря силы на попытки запугать. Любопытно. Его родственная душа что-то скрывает? Ещё одна маленькая загадка, которую можно разгадать. Хоть какое-то развлечение, с которым он уже давно не сталкивался. В конце концов, Дракула обычно не утруждал себя разговорами с людьми, ведь у всех людей в его компании один конец.  — Не боишься, что я выпью твою кровь? Легковыполнимая угроза. Чтобы претворить её в жизнь, Дракуле потребуется пара минут, не больше, а на то, чтобы сломать от природы хрупкое тело — и того меньше, но что-то внутри противится. Лиза задрала подбородок, с вызовом приподняв брови:  — Да пожалуйста. Мне противопоставить нечего, а ты теряешь зрение и пару дней, которые ты провозился со мной, — мрачно, но реалистично отметила Лиза. Облизнула пересохшие бледные губы: — Кстати, о жажде… Если не собираешься утолять свою, то я бы не отказалась. Дракула смерил её взглядом: на колкость хотелось ответить… подобной же безобидной колкостью. Не больше.  — Предлагаешь поймать какого-нибудь незадачливого крестьянина ради тебя? Лиза прикрыла глаза, уловив в его наигранной серьёзности шутку, но всё же снизошла до почти спокойного ответа:  — Благодарю, но сегодня я, пожалуй, буду только воду. Ломать её не хотелось, и Дракула надеялся, что это не магия родственных душ брала над ним верх. Ведь им движет простое любопытство, интерес к потенциальной загадке, сокрытой в обыкновенном смертном человечишке?  — Сейчас принесу. И еду, так уж и быть. Уморить тебя голодом не входит в мои планы, — Дракула как можно с большим безразличием, вряд ли способным обмануть их обоих, метнулся к двери, только плащ всколыхнулся в потоках потревоженного воздуха. Лиза не ответила, но Дракула и не оборачиваясь мог с уверенностью сказать: взглядом она его проводила.

***

Пустая керамическая чашка с глухим стуком опустилась на стол. Дракула с равнодушной аккуратностью поправил лежащую на краю подноса ложку. Человеческий организм всё-таки раздражающе хрупкий: ему приходилось с опаской подбирать для Лизы питание, чтобы не испортить собственную работу. Да, конечно, истории известны случаи, когда человек выживает вопреки, но у Дракулы не имелось бесконечного запаса родственных душ, чтобы в случае чего — только пожать плечами, отметив: «Что ж, в этот раз немного поторопился с нагрузками».  — И… долго мне нельзя вставать с кровати? — в голосе у Лизы скользнуло раздражение. Похоже, она была не слишком усидчивой и теперь чувствовала себя крайне неуютно в замкнутом пространстве.  — Ну, за порог тебя пока рано выставлять, — Дракула развернулся, скрестил руки на груди и прислонился бедром к столу.  — К твоему сожалению, — Лиза раздражённо приподняла брови, закатив глаза.  — Я ещё в раздумьях, сожалею я об этом или нет. Лиза смерила Дракулу не шибко довольным взглядом и со вздохом взмахнула руками, едва ли с опаской приподняв их над кроватью:  — Знаешь, как скучно лежать тут в одиночестве?  — Болеть вообще скучно и не весело, надо полагать, — Дракула пожал плечами.  — А кто меня довёл до такого состояния?!  — Туше. Они сцепились взглядами на пару мгновений, и Дракула не выдержал: улыбнулся. Что ж, сейчас эта ужасно смертная человеческая девушка оказалась права, и это… любопытно. Спорить с кем-то и вспоминать, каково это — принимать чужую позицию, довольно занятно. Лиза озадаченно приподняла левую бровь: похоже, знания у девицы, так отчаянно стремящейся к наукам, всё же были, но очень фрагментарные и обрывочные. Неудивительно: наверняка понахваталась, где могла, вряд ли можно говорить о каком-то толковом и системном изучении законов и закономерностей этой вселенной и всего живого. А жаль: Дракула отчего-то был уверен, что из Лизы вышел бы толк. Она отвернулась к окну: то ли не нашла, что ответить на явно незнакомое слово, то ли решила, что разговор зашёл в тупик. Сносимые ветром облака резво бежали чёрными кляксами по тёмному небу. После долгой изнуряющей жары, испоганившей это и без того недоброе лето, на землю, похоже, наступал долгожданный ливень с грозой. Горстки крестьян, разбросанных по деревням и сёлам Валахии, наверняка воспримут это как милосердие небесное. Всего-то закономерность природы.

***

Отрезанная от мира, Лиза поникла ещё сильнее прежнего: похоже, раньше она хотя бы тратила энергию на сопротивление лечению, а сейчас не требовалось и этого. Она просто принимала пищу, что давал Дракула, изредка натянуто улыбалась и отвечала на его колкости. Взгляд потухших голубых глаз наполнялся любопытством лишь в те моменты, когда дело доходило до непосредственного лечения, но оного становилось всё меньше. В конце концов, сменой повязок уже с третьего раза сообразительную девушку не заинтересуешь. Немного разнообразила монотонные ночи бодрствования необходимость в физических нагрузках: настало время не только садиться, но и ненадолго вставать с кровати. Во время опасливой первой попытки Лизы подняться и полноценно пройтись по комнате, Дракула осторожно подстраховал её, поддержав за плечи — и отчётливо ощутил, как Лиза вздрогнула, когда когтистые ладони коснулись её кожи, зацепив край короткого рукава ночной рубашки. Вздрогнув, Лиза скосила взгляд на его руки — и тут же задрала подбородок, словно запретив себе бояться. Сердцебиение тогда выдавало её с головой. Испытывать неприязнь от близости чего-то, что едва тебя не убило, — естественно для человека, и Дракула просто пометил про себя, что когти при Лизе лучше прятать. Лиза наступила босыми ступнями на ворсистый ковёр, выглядывающий из-под кровати, неуверенно перенесла вес тела на ноги — но всё же пошатнулась, ахнув. Дракула подхватил её, встав за спиной и не позволив упасть. Хрупкий, слишком хрупкий человек. Угораздило же его оказаться связанным со столь хрупким существом!.. Мысль мелькнула — и тут же разбилась об искру восхищения, когда Лиза не глядя перехватила предложенную ей ладонь, не обратив внимание на когти. У Лизы была цель поважнее страхов, и она упрямо следовала ей. Голые пятки ступили на холодный камень, мощение которым образовывало на полу хаотичные на первый взгляд узоры: сложную мозаику с флористическими мотивами. Медленным, неуверенным шагом они вдвоём прошли до зашторенного окна и остановились. Лиза выдохнула.  — Думаю, для первой прогулки достаточно, — мягко произнёс Дракула, столкнувшись с внезапным и здорово сбивающем его с толку порывом: подхватить Лизу на руки и унести обратно. Словно она была слишком хрупкой для самостоятельной прогулки обратно к кровати. Разумеется, Лиза — лишь хрупкий человек, но она и упрямая до невозможности женщина. Она задрала подбородок, обернулась, насколько это позволяла повязка, и неожиданно уточнила:  — Ты знаешь много замков в Валахии, жильцы которых прослыли владельцами множества тайных знаний?  — Не считая меня? — Дракула вскинул брови.  — Не считая тебя, — Лиза кивнула. Опустила взгляд на свою ладонь, лежащую в когтистой руке Дракулы. Сощурилась, но руку отнимать не стала.  — Не припомню таких в Валахии. Разве что у Бельмонтов где-то здесь есть хранилище, но его содержимое посвящено скорее способам убийства всевозможных созданий ночи… да и Бельмонтов всех давно убили другие люди. Удивлюсь, если хоть один выжил, — Дракула фыркнул. Досаждавшее ему семейство охотников на вампиров уже давно не объявлялось, да и не только вампирам они успели насолить.  — Бельмонты?  — Слышала о них? — Дракула удивился. Насколько он знал, люди не слишком жаловали эту семейку.  — Ага. Ходили слухи, что они разводят нечисть и практикуют чёрную магию. Сомневаюсь, что это так, — Лиза пожала плечами. Слишком уж отрешённо, словно они о погоде беседовали. — Про меня тоже судачили, что я ведьма.  — Ты в ведьмы не годишься, — Дракула не удержался от смешка. Русоволосая, с такими ясными глазами и упрямым подбородком, она в его сознании тесно переплелась с чем-то солнечным, светлым, что никак не вязалась с чёрной магией.  — Думаешь, не потяну?  — О, я не сомневаюсь, что ты из чистого упрямства способна достичь высот в магии, только чтобы спустя годы заявиться ко мне с торжествующим «я же говорила, что справлюсь!»  — Разумеется, — Лиза улыбнулась краем губ. — Но у меня другие цели. Ладно, давай обратно в кровать… — она повернулась раньше, чем договорила, и Дракула нахмурился: первый её вопрос так и остался без объяснений. Вряд ли она присматривала другой замок для окончательного выздоровления, с менее когтистым хозяином. Обратный путь вышел куда увереннее, Лиза даже чуть разжала пальцы, сжимавшие ладонь Дракулы, но руку убирать не торопилась. Медленно, с опаской забралась обратно в кровать, прикрыла одеялом босые ноги — и озадаченно посмотрела на Дракулу снизу вверх. Будто решала, говорить ему что-то или не заслужил. Дракула не стал отводить взгляд: напротив, скептически приподнял бровь, всем своим видом показывая, что он-то сомневается, что какая-то смертная женщина заслужила того, чтобы Влад Дракула её слушал. И по глазам видел: ей хотелось поделиться своими размышлениями не меньше, чем он был заинтригован. Как забавно.  — Знаешь, я… отправилась в долгое путешествие пару лет назад. Сначала училась у тех, кто хотя бы соглашался меня учить, потом до меня дошли слухи, про некоего владельца тайных знаний, и я стала искать встречи с ним, — Лиза сжала одеяло пальцами и отрешенно провела другой рукой по получившимся складками: эдаким тёмным когтям из резких теней, возникших от свечных огоньков, на багровой ткани. — Я была на пути к замку, когда попала в ту деревню. Там было столько раненых, ночные твари нападали после каждого заката. Я не могла бросить тех людей. Оставить их без своей помощи даже ради знаний. Лиза окончательно отвела взгляд, не торопясь подводить к какому-то логическому завершению свой самый длинный монолог с момента их знакомства. Впрочем, Дракула и без окончания был в состоянии догадаться. Её признание ощущалось чем-то очень личным, словно на мгновение Лиза вышла на новый уровень искренности — уже не вынужденной пациентки, запертой в четырёх стенах. Она поëжилась — и тут же поморщилась: всё ещё необдуманное движение с её ранами. Так и не взглянув на Дракулу, Лиза всё же добавила:  — Выходит, я шла к тебе.  — Выходит, — сухо подтвердил Дракула. Выходит, его родственная душа сама стремилась к нему навстречу — и он помешал, сам едва не оторвал крылья хрупкой словно мотылёк человеческой жизни. А теперь — лишь пытался исправить то, что натворил. С другой стороны…  — Зря шла, наверное, — мрачно отрезала Лиза, осторожно откинувшись на подушки. Головы она так и не повернула, обозначив точку в их диалоге. С другой стороны, Дракула сомневался, что оказал бы заявившейся на порог девице радушный приём. Разве что из любопытства… и под настроение. Он очень хотел бросить в ответ дразнящее «зря» — и не смог. Чувствовал, что если скажет, оборвëт и те крохи доверия, которые они сумели обрести — пусть и вынужденно. Он молча вышел из комнаты, уверенный, что ему никто не смотрел вслед. Похоже, Лиза нуждалась в уединении, чтобы что-то для себя решить. Похоже, не только Лиза.

***

Порыв был до ужаса мальчишеским, но в то же время таким соблазнительным, что Дракула почти не колебался. Да, если его родственная душа посчитает подобную выходку глупой, его репутация пострадает — пускай и только в глазах одной смертной женщины. Он как-нибудь это переживёт… в крайнем случае, продолжит наслаждаться вечностью в чёрно-белом мире. От одной мысли стало тошно и тоскливо. Мир без красок казался лишь небольшим неудобством, в то время как всё нутро буквально протестовало от мысли о мире без Лизы. Мир без Лизы уж точно стал бы довольно унылым местом. Ему и самому не верилось, что подобная мысль сумела сложиться в его голове, но с её появлением Дракула бороться уже не мог. Может — и не хотел. Может, его просто терзало любопытство, чем всё это может закончиться, а может, он просто не слишком старательно обманывал себя. Дракула скосил глаза: Лиза ещё спала, беззащитная и совсем не такая хмурая, как в их последнюю беседу. Прекрасно. Дракула неслышно поставил на прикроватный столик небольшой букет с пушистыми шапками небесно-голубых цветов и опустил рядом книгу. Несложный справочник по анатомии, достаточно понятный для самостоятельного изучения. Чтобы разогнать скуку, пока Лизе нужен постельный режим. В конце концов, Влад Дракула не собирается мучать свою родственную душу.