Умри, Зайчик, умри!

2006 год — Зайчик! — Замираю, слыша свою фамилию. Даже оборачиваться не стану, сразу побежала, слыша за спиной топот. — Зайчик, стой! Они смеются, а я влетаю на лестницу и перепрыгивая через ступеньки, бегу вниз. Спрятаться в школе от них не смогу, но за школой имеются шансы. — Вот срань! Зайчик! — Ой! — И тут я со всего размаху влетаю в учительницу по истории и обществознанию. — Зайчик! Замираю, слыша, как за мной останавливается Соловьёва и её банда. — Что за беготня?! — Она ещё что-то орала, но я не слушала, меня больше напрягала Машка Соловьёва за спиной. Она стояла на ступеньках и тяжело дышала. — Соловьёва, а ты что бегаешь? — Да я не бегаю, — Машка тут же растерялась, и я прям почувствовала спиной её испепеляющий взгляд. — Соловьёва, тебе не по школе носиться надо, а к контрольной готовиться, — строго сказала Ирина Сергеевна, проходя мимо нас, держа чей-то классный журнал. — Урок начнётся через десять минут. — К какой контрольной? — Голос у Соловьёвой был кажется слегка перепуган. — Ирина Сергеевна, вы же не говорили ни про какую контрольную. Историчка ничего не ответила, проходя мимо. Пока слышны были её шаги, мы все стояли на месте в напряжении. Мы даже не дышали. — Зайчик, — прорычала Машка, скрипя зубами. — Да я тебя! Бегу дальше, но из-за толкучки в коридоре, приходится бежать в другую сторону и надеяться, что запасной выход открыт. Но он оказался закрытым и меня тут же «порадовали» сильным ударом по спине. Вскрикиваю от боли и тут же меня прижимают к стене. — Зайчик, — выдохнула мою фамилию Машка. — Что убегаешь? Смотрю на неё и её банду. Меня окружило четверо. — А, Зайчик? Я даже не помню как возникла наша ненависть. Просто, когда я была в седьмом, а она в восьмом, что-то между нами произошло такое что она прям возненавидела меня и при каждом удобном случае старалась меня зажать где-нибудь и дать пару пощечин или ещё как-то унизить. Мне кажется, что она сама об этом даже не помнит. — Что молчишь, Зайчик? — Мне кажется что она даже не знает как меня зовут. Всё время только мою фамилию и называет. — А что сказать? — Может кто-то заметит, что тут происходит и вмешается? — И то верно, — Согласилась Маша и тут же ударила коленом меня в живот. Сгибаюсь пополам и начинаю кашлять. — Тихо-тихо-тихо. Всё же хорошо. Соловьёва даже придержала меня чтоб я не упала. — Дыши давай. Всё же хорошо. Мы подруги. — Какие к чёрту подруги? — Пытаюсь глубоко вдохнуть, но не могу, диафрагма от её удара вся сжалась. — И то верно, — и она влепила мне пощечину. Она уже замахнулась для второй пощечины как раздался звонок. — Спасло тебя, Зайчик. Лицо горело, да и дышать всё ещё было тяжело, когда я пошла на алгебру. Потом была большая перемена и я пошла курить в туалет и как назло снова нарвалась на Соловьёву. — Зайчик! — Машка спрыгнула с подоконника и меня тут же прижали к стене оттеснив от двери. — Ну что ты всё время убегаешь от своей «лучшей подруги». Ну ладно. У меня к тебе есть отличное предложение. — Она бросила сигарету на пол и наступила на неё. — Если ты выполнишь это, я больше не буду к тебе приставать. — А если нет? — С напряжением спрашиваю слыша, как колотится моё сердце. — Ты смотри, до конца года ещё долго. Издеваться будем каждый день. Или вообще так тебя изобьём что живого места не останется. — А после избиения отстанете? — Нет. Надо было свалить после девятого. — Что сделать надо? — Соблазнить Алиеву, — на одном дыхании выпалила Машка. — Эта овца завалила нас по истории. Причем сразу сказала, что ждёт нас в осенние каникулы. — Соблазнить? Да ты издеваешься? Как я по-твоему должна соблазнить её? Я вообще-то по парням, а не по зрелым женщинам. Пришло же такое ей в голову. — И где гарантия что после такого со мной точно ничего не случится? — Я обещаю при людях, — она кивнула на своих «шестёрок». — Что если ты соблазнишь Алиеву, то я и они, да вообще никто, тебя и пальцем не тронет. — А зачем вам вообще это всё? — Да дело в том, — она обняла меня за плечи. — Что ты её соблазнишь, а мы это зафиксируем и Алиеву уволят за совращение малолетних. — Так давай ты её соблазнишь, — вообще не понимаю причем тут я? У меня с историчкой конфликтов никаких нет. — Так если я буду это делать то она заподозрит неладное. Я же с ней постоянно конфликтую, она меня ненавидит. А вот у тебя вроде как с ней нормальные отношения. Так что она не заподозрит неладное если ты начнёшь её соблазнять. — Это так мерзко, — да я буду конченной мразью после этого. — Почему же? Если у тебя всё выйдет, то ты докажешь, что ей не место в школе раз она способна повестись на тебя. — Соглашайся, Зайчик, — давила Машка. — Историчку ненавидят многие. Тебе спасибо скажут за такое. — Я не умею соблазнять. — Ну попытайся как-то. Я не думаю, что ты хочешь, чтоб мы тебя избили. Ладно, тогда давай сделаем так. Она отошла от меня, и я даже опомниться не успела как меня схватили двое и насильно поставили на колени. Машка достала зажигалку и наклонившись ко мне схватила мою прядь волос и щелкнула зажигалкой. Огонь тут же поглотил прядь, Маша потушила огонь, а в воздухе завоняла палёными волосами. — Это волосы, — мрачно сказала она, глядя мне в глаза. — А я просто поймаю тебя на улице и оболью бензином. Вот и посмотрим, как ты горишь. Лицо у Соловьёвой было каменным. Я даже не понимала блефует она или нет. Но волосы она подпалила мне по-настоящему. — И никому не смей жаловаться. Этим ты только отсрочишь свою участь. — Она кивнула и меня отпустили. — Подумай до завтра. Они ушли и тут же прозвенел звонок. Я даже и не подозревала что так долго тут находилась. Хоть они и ушли, но я продолжила находиться на полу. Меня всю трясло. А в памяти тут же всплыло начала моего с Машей конфликта. Тогда на улице я увидела что Соловьёва пылкой бьёт голубя. Тот был живой и пытался взлететь, но Соловьёва наступила ему на крыло сломав его. Она уже собиралась проткнуть палкой ему голову, когда я решила вмешаться. Тогда я побежала на Машку и оттолкнула её от голубя, а Соловьёва пошатнувшись упала в лужу. Голубь тогда всё равно умер, а Машка прям возненавидела меня после этого. Забавно, прошло столько лет, а я только сейчас вспомнила из-за чего произошло всё. Пройди я тогда мимо то конфликта между нами не случилось бы. Но, наверное, совесть меня замучила бы. Я весь день чувствовала запах палёным волос. И думала над тем что говорила мне Соловьёва. Это ведь угроза убийства. — Мне хана. Весь остаток дня я думала только об этом. Соблазнить учителя. Да вообще не знаю как соблазнять. Да и подло это. Всё ещё сомневаюсь что Маша сдержит слово. Но блин, страх перед тем что меня тупо обольют бензином и чиркнут спичкой. Я даже спать не могла нормально. Всё думала, в глубине я уже решила, что согласна. Но как соблазнить? Я даже не знаю замужем Алиева или нет. Ну и если всё сработает то я тупо сломаю человеку жизнь. Её могут посадить. А если её посадят, а Соловьёва исполнит угрозу наплевав на свои слова? И что дальше? Всю оставшуюся жизнь буду жалеть об этом. Утром в школе Машка поймала меня в раздевалке и прижала к стенке. — Так что? — Ладно, — и почему никто не замечает того как меня тут зажали? — Но я не знаю, как соблазнять. — Глазки построй ей, за руку возьми. — А потом она меня за руку к директору отведёт. Я не умею соблазнять, да и мне это не нужно было. — В инете глянь. Там всё есть. История у меня была первым, и я тупо весь урок думала, как подойти к ней. Ну нельзя же соблазнить за пару минут. Особенно когда меня она вообще не привлекает никаким местом. Ладно, просто начну диалог. Может ей записки любовные подкидывать? А может как-то намекнуть что я под принуждением это всё делаю? Как тогда намекнуть? С трудом дождавшись звонка я дождалась, когда все вышли из класса и подошла к Алиевой. — Ирина Сергеевна, — сказала я и застыла думая, что сказать дальше. В голове кроме белого шума ничего и не было. — Мне очень нравится история. — Не заметила, — последовал ответ. — Судя по тройкам ты мой предмет ненавидишь. — Это не так, — а что говорить дальше? — Не так. В класс стали заходить другие ребята и среди них была Машка, которая с интересом уставилась на нас. — Я… — Зайчик, иди на следующий урок, — и она сунула мне в руки журнал. Может её на улице подкараулить? Пытаюсь вспомнить в какую сторону она вообще уходит из школы? И во сколько она вообще уходит? Может она уходит в девять вечера? На следующей перемене меня выловила Машка и тут же со своей бандой прижала к стенке. — И? — Что? — Зайчик, я тебе втащу сейчас. Ты что её так плохо соблазняешь? Наверное со мной и дружить никто не хочет из-за Соловьёвой. До той стычки подруги у меня были. А после как-то постепенно я осталась одна. — Да не умею я соблазнять женщин! — Чуть ли не ору. — Как по-твоему мне это сделать? — Это не мои проблемы, — прорычала Машка. — Зайчик, смотри мне, я ведь обещание выполню. Гореть будешь ярко. — Маш, ну отвали от меня. И тут мне в нос прилетел её кулак. Хруста не было, как и перелома, но кровь тут же хлынула фонтаном. Меня согнуло пополам, зажимаю нос пальцами, но кровь всё равно течет. — Маша, — сказала одна из её шестёрок. — Это слишком. — Слишком будет, когда она как факел гореть будет, — прорычала Соловьёва и грубо пихнула меня в грудь. — Иди и соблазняй нашу историчку. Они ушли а я пошатываясь пошла в туалет. Остановив кровь я уже стала чувствовать панику что стала накрывать меня с головой. Ладно, пойду к Ирине Сергеевне и просто скажу, как есть. Если задуматься, то Соловьёва и меня подставляет. Я не знаю сколько соблазнять Алиеву и, если такое каким-то чудом да произойдёт, мы же, наверное, спать будем вместе. Она будет меня иметь, а я же девственница, какой секс? Мысли что Алиева будет моей первой, были не очень и приятными. Всё же я не очень-то и хотела спать с женщиной пусть даже и с красивой. Всё оставшееся время в школе я ходила и оглядывалась. Соловьёвой рядом не было но она оказалась на улице. Мы столкнулись, когда я собиралась домой. Маша вместе со своей шайкой стояли у крыльца и курили. — Зайчик! — Обрадовалась Машка и выкинув сигарету уже направилась ко мне. — Чтоб было понятно мы тебя… Она не договорила, заткнулась, когда дверь за моей спиной открылась и на крыльце появилась Алиева. Машка тут же стрельнула на меня глазами и молча отошла. Я же пошла следом за историчкой чувствуя на себе «убийственный» взгляд Машки. — Ирина Сергеевна, — сравниваюсь с ней. — Мне надо вам кое-что сказать. — Давай только быстрее, я тороплюсь. — Ирина Сергеевна, вы мне нравитесь, — она никак не изменилась и даже шага не замедлила. — Я вас люблю! Она так резко остановилась что я чуть мимо не пролетела. — Что? — И смотрит на меня так строго что мне стало неприятно. — Я люблю вас, — еле слышно повторила я делая шаг назад. Мне было страшно, она ещё схватит меня и отведёт к директору. — Зайчик, — хриплым голосом сказала она. — Ты что несёшь? До конца тянуть или дать заднюю? — Всё с вами ясно! — Краем глаза вижу, что на нас смотрит Соловьёва со своей шайкой. — Вот как вы относитесь к чужим чувствам. — Зайчик! — Она попыталась схватить меня, но я увернулась от её руки и побежала от неё. — А ну вернись! Как же я бежала от неё под гогот Машки. Сердце так колотилось что казалось ещё немного и остановится. В школе я похоже больше не появлюсь. Машка явилась ко мне домой поздно вечером, вся такая довольная. — Ну ты и выдала, — она стояла, облокотившись об перила и закурила. — А как побежала. — Довольна? — Средне. Если бы ты её ещё обнимала и зажимала. — Наверное и переспала бы? — Мне ужасно не нравится, что Соловьёва знает номер моей квартиры. Лучше бы вообще не знала где я живу. — Ну да. Предлагаю тебе с ней провести ночь. — Что ты вообще хочешь? — Хочу фотографии того как вы обнимаетесь и целуетесь. А потом покажем эти фотографии кому надо и пока Алиева. — Слушай, но мне-то она ничего не сделала. — Зато я сделаю, — выплюнув сигарету она налетела на меня и сжала мою шею. — И тебе будет очень больно. Я обещаю тебе, что перед тем как гореть, тебе будет очень больно. Она ушла а меня после её ухода так трясло. Тут же достаю сигареты и закуриваю. Мне во всех случаях хана. Ночь прошла без сна. В школу вообще не хотела, но родители устроили такой скандал между собой что намного безопасней для себя и для нервов идти в школу. Завязываю шнурки на кедах, когда надо мной проделает со свистом тарелка и разбивается от удара об входную дверь. В школе меня тут же выловила Алиева, которая за руку отвела меня к себе в кабинет. Как же я пересралась в этот момент, даже вырваться несколько раз пыталась, но держала она крепко, а она ещё дверь заперла и скрестив руки на груди облокотилась спиной об дверь. — Что это было вчера на улице? — Признание, — меня всю трясёт от страха. Я даже говорить толком не могу смотрю виновато в пол. — Признание? Что-то с пятого класса ты всегда молчала. — Ну не сразу влюбилась, — вообще стыдно, я тут со стыда просто сгораю. — Алиса, — вздохнула она. — Ты с кем-то поспорила что ли? — Нет, — может она всё поймёт? Или признаться из-за чего? Пожалуй надо сказать из-за чего я такое выдала. Я даже была готова открыть рот чтоб сознаться во всё как в дверь постучали. — Ирина Сергеевна, — раздался голос завуча. — Вы там? — Да, — историчка тут же открыла дверь. — Зайчик, уходи. Весь день я была как не своя. Соловьёвой нигде не было, и я даже умудрилась расслабиться. Вот только всё испортилось, когда я отошла от школы на достаточное расстояние. — Зайчик! — Замираю при голосе Соловьёвой. Я даже оборачиваться не стала, сразу побежала. — Ловите её! Дышать было тяжело да и бег кажется у меня замедлился. Кто-то налетел на меня со спины и повалил на землю. Вся сжимаюсь и закрываю голову руками, когда меня начали пинать ногами. — Тащите бензин! — Прорычала Маша, хватая меня за волосы. — Будем поджигать. — Маш, — сказала одна из её шестёрок. — Ты сейчас серьёзно? — Да, — слышу голос второй шестёрки. — Мы думали ты только припугнуть. — Бензин тащи, я что, зря его с какой-то тачки сливала? Чувствую как на меня что-то выливают. Через секунду в нос ударил резкий запах бензина. — Будешь гореть ярко, — засмеялась Соловьёва щёлкнув зажигалкой.