Умри, Зайчик, умри!

— Полный… — хочу выругаться да Алиева рядом. — Капец. От куртки почти ничего не осталось. Вся спина прогорела до дыр. От куртки по суди остались только рукава и перед. Футболка тоже сгорела. У меня при виде всего этого аж ожоги заболели. Джинсы вроде как целы хоть и воняют дымом. — Могу что-нибудь из своего дать, — предложила Алиева. — Может вы меня домой отвезёте? — А есть ли у неё вообще машина? Вроде была, хотя на работу она пешком ходит. — Ну всё равно тебе нужна одежда, а куртку и футболку директору покажем. Надо разобраться с Машей пока она новых глупостей не натворила. — Да, — уже вижу, как меня избивают. Мне похоже вообще возле учителей торчать придётся до конца года. И то ходить придётся всю жизнь с охраной. Машка же прекрасно знает где я живу. Ну всё, хоть переезжай. Алиева дала мне свою чёрную майку. Хотела дать футболку но я отказалась. Майка пахла ею. Было очень странно. Куртку тоже дала свою. Я вообще себя чувствовала неуверенно как-то, тем более мне не дали домой пойти, а отправили сразу в школу. Боже, надеюсь что никто не поймёт чья именно на мне куртка. Такого позора я не выдержу. — Сейчас к директору, — сказала мне Алиева и тут же я столкнулась с Соловьёвой. — Соловьёва, к директору. — Зачем? — Она недовольно посмотрела на меня и меня передёрнуло от её убийственного взгляда. — Узнаешь. Мы прошли в кабинет директора. Алиева стояла между мной и Машей. Правильно, нас вообще одних нельзя оставлять без присмотра. — Виктор Анатольевич, взгляните, — и она положила ему на стол мою куртку и футболку. — Зайчика вчера подожгли и утверждает она что это сделала Соловьёва. — Не правда! — Взвыла Машка. — Ложь и клевета! — Что произошло? — Директор в ужасе смотрел на мою одежду. — Зайчик? — Маша догнала меня на улице и облила бензином после чего подожгла, — смотрю на директора стараясь вообще на Соловьёву не смотреть. — Я нашла Алису на улице она дымилась. — Всё это ложь! Я с подругами была, и они подтвердят, что ничего не было. — Тише ты, мне отца твоего вызвать? — Вызывайте, — Машка ухмыльнулась, её отец был ментом, и она вообще никого и ничего не боялась в этой жизни. — Сами же потом пожалеете. — Соловьёва! — Директор встал. — Ты меня своим отцом не пугай! Кто он у тебя по званию? — Капитан, — гордо ответила та. — А я до полковника дослужился, — директор наш бывший военный. — Так что помалкивай. Вот это всё. — Он кивнул на остатки моей одежды. — Доказательства о преступлении. — Да не совершала я ничего! — Ну не на пустом же месте Зайчик тебя обвиняет? Соловьёва, это покушение на убийство. — Если бы я хотела её убить то убила бы. Я её не трогала. А эта Зайчик меня просто ненавидит. Специально свою одежду испоганила. — У Алисы ещё ожоги на спине, — выдала Алиева. Прозвенел звонок на урок. — Да мне плевать! Я её не трогала! Давайте на полиграфе проверим меня. мой отец может его предоставить. — Успокойся, — строго сказал директор. — Надо конечно заявить. Чтоб вот всем этим следователь занимался. И желательно не отец Соловьёвой. И желательно принципиальный следователь, который не боится давления со стороны. Мария, твой отец не сможет всю жизнь прикрывать тебя. Ты чуть человека не убила. А если бы убила? Откосила бы от тюрьмы и жила дальше? — Да не преступница я! Отвалите от меня все! Она выскочила из кабинета хлопнув дверью. Я с неким страхом вышла из кабинета директора. Всё казалось, что где-то меня поджидает Соловьёва и её шайка. — Иди на урок, — сказала Алиева. — А может вы меня до кабинета проводите? — Меня трясло от страха. Что если Машка на лестнице стоит? А может у неё нож? — Меня класс ждёт, — и она ушла в другую сторону. Я с таким страхом шла к этой лестницы что даже и не испугалась, когда на втором этаже на меня налетела Машка. Она ударила кулаком меня по животу и затащила в женский туалет напротив лестницы. — Ну ты и сука! — Выдала она и пнула меня по голени ногой. — Совсем ахренела?! — Отвали! — Еле успела увернуться от удара кулаком по лицу и тут же получила кулаком по уху. Больно было невыносимо, из глаз тут же хлынули слёзы, а меня согнуло пополам. — Да отвали ты от меня! — Я тебе шею сверну, — она надвигалась на меня. — Утоплю в унитазе. Забегаю в кабинку и тут же закрываю дверь. первый удар по двери и меня чуть не откинуло на унитаз. Ещё удар и в двери уже отверстие. — Открывай живо! — Она пихнула дверь и я, не устояв на ногах упала на унитаз. Машка вошла в кабинку и закрыла дверь тут же схватила меня за плечи и поставила на ноги и… впилась мне в губы. Я так и зависла на этом. Казалось что поцелуй длится вечно. Я даже не дышала. Поцелуй был без языка и на том спасибо. Если я смотрела на Соловьёву, то она целовала меня с закрытыми глазами. Разорвав поцелуй, она тут же упёрлась своим лбом в мой и вздохнула. Она выпустила меня и отошла на шаг прижавшись спиной к стенке кабины. Меня же всю трясло, когда я на ватных ногах вышла из кабинки и пройдя к раковинам включила воду и умылась. Слышу её шаги и прям чувствую как она останавливается позади. Я вся в напряге а Машка просто берёт и обнимает меня со спины. Вздрагиваю затаив дыхание, а Соловьёва молчит и крепко прижимает меня к себе. морщусь от боли. Ожоги аж зачесались. Как же хорошо, что тут нет зеркала, я бы не выдержала. — Зайчик, — положив подбородок мне на плечо она ещё сильней обняла меня. — Предлагаю пойти к себе. У меня и зеркало напротив кровати есть. Я похолодела. Вот только этого мне не хватало. — Что скажешь? — Она стала тереться носом об моё ухо. Тяжело сглатываю и дёргаюсь, но вырваться не удаётся. Да лучше бы она меня избила! — Зайчик, не бойся, — она провела языком по моему уху. — Тебе понравится. Ты уже спала с Алиевой? — Нет, — с глотнув отвечаю. — Ну значит я буду твоей первой. Поднимаю ногу и со всей силой пяткой наступаю ей на ногу. Машка вскрикнула и разжала объятия. Выбегаю из туалета да и из школы в целом. Всяко безопасней чем в школе где меня не защитят. Ладно хоть что Соловьёва меня не догоняла, но то что она может явиться ко мне домой напрягало. Родителей дома не было. Снимаю майку Алиевой и надеваю футболку, а майку убираю в шкаф. Родители пришли ближе к шести. Всё это время я сидела как на иголках боясь появлению Машки. Родители вообще никак не отреагировали на моё появление и никаких вопросов где я ночевала тоже нет. Единственное что их смутило так отсутствие моей куртки. Так что сунули мне какую-то старую куртку, в которой я на свой страх и риск пошла в школу. Я шарахалась от любого звука. Всё боялась с Соловьёвой встретиться. А её вроде бы и не было. Ну на истории у Алиевой я даже успокоилась. — Зайчик, останься, — сказала женщина со звонком. Жду пока все выйдут, а она подходит и запирает класс. — Что вчера мой предмет пропустила? У тебя последним был обществознание. — Так вышло, — ну не сказать же ей что ко мне клеится Соловьёва. — Да? — Она подошла ко мне и коснулась пальцами моего лица. Вздрагиваю, когда её прохладные пальцы поглаживают моё щёку. — А сбежала без куртки почему? — Я не сбегала, — обижаюсь. — Ну-ну, — она наклонилась и поцеловала меня в губы. От этого поцелуя у меня перехватило дыхание. — Мне раздеться? — Вырвалось, само собой. — Скоро звонок на урок прозвенит, — с огромным разочарованием сказала Алиева. — Мы не успеем. И словно в её подтверждение прозвенел звонок. — Иди на урок. Она открыла дверь и я выскочила на химию. Всё время оглядывалась боясь попасть к Соловьёвой. Её к моему удивлению не было в школе. Даже её «шестёрок». Я спокойно просидела все шесть уроков и пошла домой. Вот только в подъезде у двери в мою квартиру меня ожидал неприятный сюрприз. — Ну привет, — Машка встала в такую позу словно готова завоевать мир. В руках она сжимала пачку «Космос». Меня аж передёрнуло, как такие сигареты вообще можно курить? Даже замутило. — Что-то ты не особо домой торопилась. Делаю шаг назад. — Ты куда? Бегу вниз слыша её шаги. — Зайчик! Зайчик, вернись! Выскакиваю из подъезда и бегу куда глаза глядят. Слышу бег за мной. Ну что этой Маше от меня нужно? Она уже достала. — Вернись! — Её опоили чем-то? — Да стой же ты! Она догнала меня. Просто схватила за рюкзак и дёрнула на себя с такой силой что рюкзак пошёл по швам, а я едва не упала. Меня удержала Соловьёва. — А теперь пойдём, — и она потащила меня в сторону моего дома. — Отпусти! — Начинаю вырываться, но она такая сильная. — Пусти! Меня затащили в мой же подъезд и тут же прижали к стене. Одной рукой схватив мои руки и сжав их над головой пальцами второй руки она сжимала мою челюсть, когда впилась мне в губы. Она жадно целовала меня слюнявя мне губы. Она стала пытаться засунуть свой язык мне в рот. Это было самым противным. Я даже не заметила, как она отпустила мои руки и стала лапать меня. Её рука проникла мне под футболку и стала мять грудь сквозь лифчик, а после сдвинула его и стала лапать меня в открытую. Недовольно мычу когда её пальцы до боли сжимают сосок. А после она наклоняется и схватив сосок губами и начинает посасывать. Издаю тихий стон, это оказалось на удивление приятно. Она слегка его покусывала и это просто сводило с ума. А потом всё прекращается. Она просто отстраняется и ухмыльнувшись уходит. Я же вся дрожа поправляю на себе одежду и с трудом поднимаюсь на свой этаж. — Что это вообще было? Хотелось раздеться, залезть в ванную и обняв себя за колени долго плакать. Но в место этого я зашла в квартиру и тут же рухнула на пол. Меня трясло ещё очень долго, и я просто не понимала, как быть. А ведь Соловьёва вполне может её изнасиловать. Что-то она не видит, чтоб были какие-то разбирательства после того как её подожгли. Меня не вызывали в отделение для дачи показаний. Не было никакой очной ставки. Вообще ничего не было. Неужели её отец всё замял? Он замял, а она решила, что я её собственность и решила поиметь? Хотя я вроде и так собираюсь переспать с Алиевой. Но Алиева очень нежная и мягкая в отличии от той же Машки. Всё же первый раз хотелось бы… Чёрт! Нашла о чём думать? Судя по моим мыслям я и с Соловьёвой не прочь переспать. А-а-а!