get your act together

От кого: Хван Хёнджин Получатель: Со Чанбин [Помнишь, что хотел написать мне песню?] От кого: Со Чанбин Получатель: Бан Чан [Лидер, карт-бланш] От кого: Бан Чан Получатель: Со Чанбин [Принято] От кого: Хван Хёнджин Получатель: Ким Сынмин [Найди мне жертву] От кого: Ли Минхо Получатель: Хван Хёнджин [Ты поступаешь неразумно, одумайся] От кого: Хван Хёнджин Получатель: Ли Минхо [За две недели всё пройдёт. Если что — Чанбин уладит] От кого: Ким Сынмин Получатель: Хван Хёнджин [Вложение] [Этот сойдёт?] От кого: Хван Хёнджин Получатель: Ким Сынмин [Конечно. Всё равно никто не будет смотреть на его лицо. Спасибо, Минни] От кого: Хван Хёнджин Получатель: Со Чанбин [Мне нужна бита, яблочный сок и самые лучшие чистящие средства. Нельзя, чтобы остались следы крови] От кого: Хан Джисон Получатель: Со Чанбин [Зачем вы так поступаете? Почему именно сейчас?] [Почему ты всегда потакаешь его хотелкам? Я чего-то не знаю?] От кого: Со Чанбин Получатель: Хан Джисон [Ты не знаешь многого. Почему? Потому что ты всегда смотришь только на одного человека] [Представь всё, на что ты готов пойти ради Лино. И умножь в тысячу раз — вот моя причина] От кого: Хан Джисон Получатель: Со Чанбин [Бесконечность на тысячу равно бесконечность. Я тебя понял]

***

Чольбин скинул уже смонтированное выступление со школьного фестиваля Чану. Компьютер Чана обработку видео не тянул от слова совсем — встроенная видеокарта годилась только на пакет офисных программ. Но, как и в случае с «Hellevator», в видео нужно было добавить титры. Чольбина просить о таком было слишком: у него учёба, и пусть он бы всё сделал в два клика особо не напрягаясь, Чан уже был чрезмерно ему благодарен. Когда вы — айдолы, в ваших MV и любых других видео обычно не пишут поимённо всю операторскую группу, потому что у стоящей за вами компании есть деньги, чтобы оплатить услуги профессионалов, которым не нужна раскрутка и портфолио. По крайней мере, клиентская база расширяется у них далеко не через титры на видеохостингах. В этой среде совсем другая кухня, везде — связи, рекомендации от одной шишки к другой. В нынешнем случае Чан даже не думал о том, чтобы схитрить и стереть чьё-нибудь имя из новой истории Stray Kids. Каждый человек был важен, поэтому Чан лишь похлопал ноутбук по корпусу, взмолился: «Ну давай, малыш», и принялся склеивать кадры с титрами. Джину в ка-ток отправил Чану подробный поимённый список тех ребят, которые стояли за школьным фестивалем. Кто на звуке, кто на камерах, кто со светом работал, кто костюмы подтанцовке подгонял. О подтанцовке Чан справился у Минхо. Также Чан добавил строчку благодарности администрации старшей Чондам. О-о-очень громко натужно жужжал ноут, даже писк на периферии слуха появился опасный, Чан хоть и делал резервные копии, и на облако почти всё заливал, всё равно переживал. Если ноут прикажет долго жить, то придётся или нести в ремонт, а значит работа стопнется, или покупать новый, чего он позволить себе не мог. Но вот AVI-файл сохранился и Чан поскорее выбрался из Movavi, поклявшись себе, что в следующий раз насиловать он будет компьютер Хёнджина. Даже это крохотное выступленьице Чан собирался залить на ютуб. Контента там сейчас особо не было, всего восемь роликов, включая два стрима — один из инстаграма, один проходил на самом ютубе, — и два влога. А ещё им пару дней назад поступило интригующее предложение вести влоги на VLIVE и… кто от такого отказывается вообще? Чан согласился не раздумывая. На платформе ответили, что нужно прочитать и подписать соглашение, а также подождать оформления их в каких-то списках, в прошлый раз всё было то же самое. Чан, хорошо знакомый с ведением дел на VLIVE, не ожидал, что их заметят так рано. Потому что в отличие от других платформ, VLIVE сами приглашали людей для трансляций, там просто так канал не зарегистрировать. Stray Kids, Чан мысленно извинился, ещё дети, и он думал, что перед тем, как обращаться к VLIVE самим, нужно выждать какое-то время, пока не наберётся необходимая аудитория в пару тысяч плюс-минус пятьсот активных пользователей. Такое тоже случалось — кто угодно мог написать в службу поддержки и предложить свою кандидатуру, но откровенным ноунеймам нещадно отказывали. Stray Kids же сейчас — откровенные ноунеймы, VLIVE, вы чего? Чан удивлён, но рад, и уже заспамил общий чат стикерами, а в инсту запостил превью. Сейчас же, кликнув «загрузить файл: schoolfest01.avi», Чан издал грозное «гр-р-ха!» и откинулся на спинку стула. Феликс оторвался от печенья и горячего шоколада, недоуменно спросил: — Ты чего? — А ты чего? — перевёл стрелки Чан, кивая на телефон Феликса, который то и дело вибрировал от уведомлений. — Ищу реквизит для «Red Lights», — Феликс сморщил аккуратный носик. — Связываюсь с продавцами на барахолках. Чан сожалел, что в этот раз «Red Lights» не получит такого размаха, но с другой стороны, минимализм — тоже круто. Больше акцентов будет, деталей, повествование из-за этого — чётче, а ещё красивый Хёнджин получит всё внимание камер. Если бы не конкурс от CE, Чан с MV «Red Lights» предпочёл бы обождать. Как бы Хёнджин внутренне себя ни ощущал, снаружи выглядел он… крайне незрело. И пусть этот трек так же подвергся суровой редактуре, всё равно у Чана диссонанс возникал, когда он думал о восемнадцатилетнем Хёнджине в цепях и без одежды. Но в правилах ясно было сказано, что выступление должно проходить на съёмке связного видеоряда, если это кавер — достаточно заблюренного оригинала, если оригинальный бит, то добавьте хоть какую-то абстракцию. Будь Чан гением монтажа, анимирования и художником от бога, он бы сделал годный визуал: в его голове «Red Lights» всегда играла под достаточно красивой мультфильм, где мультфильм не равно «для детей». Если бы не личные проблемы Хёнджина, Чан обратился бы к нему с просьбой это нарисовать. У Хёнджина и планшет имелся графический, и ПК не из дешёвых, но, во-первых, это долго. Во-вторых, Хёнджин к анимации был равнодушен. Рисовать — пожалуйста, и в анфас и в профиль, и маслом и акварелью и в фотошопе (или в чём рисовал Хёнджин? Чан не разбирался), но покадровая анимация — это работа над целой серией схожих изображений, и она Хёнджину быстро надоедала. Это Чан отлично знал по прошлой жизни, когда Хёнджин очень быстро воспылал к анимационным вставкам в «Thunderous», и так же быстро распылал обратно. — Чанни-хён, я знаю, о чём ты задумался, — голос Феликса вырвал Чана из странного апатичного небытия. — М? — Я могу попробовать. — Что? О чём ты? — На данный момент… Помнишь наш разговор с Бинни-хёном в середине января? Ну, в гипермаркете? — О. — Я один ничем толковым не занимаюсь. Может, я попробую? На данный момент у нас не хватает только монтажёра. Почему им не могу быть я? Каждый нашёл себе дело: кто-то работает и вкладывается в бюджет, кто-то занимается костюмированием и гримом, кто-то пишет музыку, а я… Ну, родители всё равно поедут тётушку и бабулю навестить на День детей, заодно привезут ПК. Он у меня потянет, в принципе, а за эти полтора месяца я… теорию подучу? Джину-хён же сможет мне непонятные моменты разъяснить, да? — Спроси у него сам, и, Ликс. Ты не бесполезный, прекращай наговаривать, — Чан недовольно цыкнул. — Как я не люблю, когда вы свои достоинства принижаете. — Но Чанни-хён, скажи, чем я полезен? — Феликс аж на месте подпрыгнул, чуть не опрокинув раскладной столик. — Своим видом ты поднимаешь мне настроение, — Чан ласково улыбнулся. — Поддерживаешь меня, когда я падаю духом. Готовишь мне самые вкусные десерты. — И увеличиваю счёта за коммуналку, ага, — махнул рукой Феликс. — И я знаю, что ты действительно так думаешь, а не… пытаешься меня утешить, но взгляни правде в глаза: сейчас мы топчемся на месте. Даже Бинни-хён уже съехал от Хёнджина, нашёл для себя и Йенни хорошую квартирку, далековато, правда… — Ага, и всё равно почти денно и нощно у Хёнджина тусуется… — когда бы они ни списывались и ни создавали видеоконференцию, Чанбин был где-то рядом с Хёнджином. — Но если это всех устраивает, то почему бы и нет? — беспечно пожал плечами Феликс. — И Йенни больше свободного пространства получает, и мама Хёнджина Бинни-хёна очень любит. Короче говоря, я попробую. Хочу приносить пользу! Не было ничего, с чем его детишки не смогли бы справиться, подумал Чан. И это… самая чистая правда. — А что там с реквизитом? — Феликсу отказать — невозможно, поэтому Чан счёл своё согласие очевидным и вернулся к предыдущей теме. — Ну, смотри… локацию, где есть красный свет, мы выбрали: фотостудия в Итэвоне, чёрный зал, белый зал, зеркальный зал, — Феликс начал загибать пальцы. — Хёнджин скинул мне картинки из интернета, что он хочет реализовать я приблизительно въехал. Так что у одной престарелой пары я нашёл традиционные ширмы, белые, с чёрно-красными узорами. Цилиндрические напольные светильники нашлись на одном форуме, но их только арендовать: гораздо дешевле, чем покупать даже очень сильно подержанные, тем более, куда их потом девать? — Чан одобрительно кивнул. — Три мотка цепей: обычные металлические и красные, белая верёвка и красная — мотки по десять метров, из мастерской ниже по нашей улице. — И как смеешь ты, маленькая врушка, заливать мне про свою зряшность? — Чан подскочил и кинулся на Феликса, подняв руки с растопыренными пальцами. Феликс взвизгнул и попытался смыться с траектории Чана, но потерпел крах. Феликс задорно смеялся, извиваясь под щекочущим его Чаном, ногами дрыгал и руками пихался, но где он и где Чан, опора всего человечества? — Гулять пойдём? — допытывался Чан. — Никуда я с тобой не пойду! — у Феликса из глаз прыснули слёзы. — У-гх, у-у, отпусти, Крис! — Прибедняться не будешь? — Не бу-уду! Ещё одна череда глубокого рокочущего смеха. Феликс уже дышал через раз, но Чан пытал и пытал его, пока Феликс не признался, что он — самый нужный член команды, самый талантливый и самый красивый в мире.

***

— За две недели не пройдёт, — Чанбин щедро вымочил ватку в перекиси и приложил её ко влажному лбу Хёнджина, чьи мокрые волосы были убраны наверх и зафиксированы пластмассовым жёлтым обручем. Хёнджин сквозь зубы застонал. — Не двигайся, будь добр, — голос Чанбина его не выдавал. Хёнджин закатил глаза и почесал кончик опухшего носа, ноздри которого были раздуты из-за свёрнутых внутри ватных дисков. Чанбин убедился, что ссадина не кровоточит, и нанёс сверху аккуратными мазками ватной палочки бепантен. Сверху дышащий пластырь налепил. — Рот открой. Хёнджин послушно выполнил приказ. Да, это был приказ, никакая не просьба — за отказ Чанбин влепил бы ему пощёчину и ушёл, бросив здесь. Чанбин включил фонарик на телефоне, нижнюю губу оттянул сначала, потом верхнюю, осмотрел всё, подсвечивая, зубы на всякий случай пересчитал, хотя и без того было видно, что все целы. Под языком — кровавая слюна, видимо скапливалась из неглубокой ранки. Вот умудрился же язык прикусить. Потом рубашку форменную негнущимися пальцами попытался расстегнуть, но руки дрожали, и Хёнджин грубо их оттолкнул, занявшись пуговицами самостоятельно. Плотно прилегающий к шее ворот раскрылся, показав начавшие проявляться синяки. От крепкой хватки, от удушья. Чанбин сухо сглотнул. И аккуратно, стараясь сильно не давить, мазью обработал. Хёнджин сказал гундосо: — Чё возишься со мной как с шариком воздушным? Давай сильнее, не лопну. От таких сравнений Чанбину впору было вмазать Хёнджину щелбан, но ему уже на сегодня хватило. На запястьях следов почти не осталось — так, раздражение слабое от трения, уже завтра его не будет. Но Чанбин всё равно выдавил из тюбика ещё немного мази. Он — не Хёнджин, и попустительски смотреть на здоровье не будет. — Нужно стекло убрать, — Чанбин оглянулся. — Схожу за щёткой и совком. — Нет, не уходи. Посиди со мной немного. А-а-а, блядь, как хочу рот прополоскать! — Потерпи немного, — сказал Чанбин, но всё равно полез в сумку за ополаскивателем. — Кровь остановится, вату вынешь и полощи. А то захлебнёшься ещё. Хёнджин хрюкнул. — Эй, Бинни. Ну скажи, красавец я? Ну красавец же, а? — и принялся перед Чанбином вертеться так и сяк, эгьё корчил под стать идиотским шоу, в которых они без конца и края раньше участвовали. — И губы смотри какие большие, никаких инъекций филлером не надо. Чанбин молча ушёл за щёткой и совком.

***

— Hello, my name is Felix and I’m a member of Stray Kids, — Феликс послал во фронталку воздушный поцелуй. — Сегодня я покажу вам, как по-настоящему живёт Крис! — камера резко ухает вниз, в кадре только босые ноги рядом с вывалившимся из рюкзака тетрадями. — Ну, что ж, вот так и живёт. Смотрите, — опустившись на корточки, Феликс теребит рюкзак, заставляя всё, что в нём осталось, упасть на пол. — Это тетрадь тренировок Криса, сюда он записывает все свои качковские замашки. Вроде «эй, сегодня я отжался четыреста один раз вместо положенных четырёхсот» и «добавил два упражнения к кардио». Это — секретный блокнотик 3RACHA, вы ещё не знаете, но скоро они выпустят мини-альбом! Это — антисептик, Крис вечно обрабатывает руки и все вокруг, даже нас заставляет! И вы тоже следите за гигиеной, ай-ай-ай! Здесь… м-м, брелочек в виде кенгуру на сёрфе. Я даже знаю, где он его купил! В одном из сувенирных киосков на Бондай-Бич, так что да, это он привёз с собой из Австралии мно-ого лет назад! Вы же знаете, что Крис — оззи? Эй, ю, эс, эс, ай. Оззи! Хэштег Австралия рулит. Шуршание, чпок и хруст. — Если было громко, то простите, я открыл чипсы, — снова лицо Феликса, но теперь жующее. — Здесь Крис трудится, и это ни для кого не секрет, — поднялся на ноги и переключил камеру. Рабочий стол Чана: хитрая система ноутбуков и планшетов, два MIDI-контроллера, звуконепроницаемые наушники, USB-клавиатура, на стене — небольшие колонки. На спинке компьютерного кресла бежевая ветровка. — Место творца! — авторитетно заявил Феликс. — Вся работа со звуком в основном ведётся здесь. Только вокальные партии мы записываем за пределами этого места. Биты же рождаются тут и только тут! Вообще, вы готовы к путешествию? Небольшой спойлер: мы с Крисом сейчас отправимся за реквизитом для следующего MV: да, это будет трек из Mixtape’а. Какой, зачем и почему — узнаете двадцать второго марта, если подпишетесь на наши социальные сети. Хотя… Вы наверное уже и так? Раз смотрите это видео. Смех. Ладонь устремилась прямо к фронталке, Феликс исчез в темноте. А спустя секунду уже безлюдная улица, солнце светит в спину оператору, поэтому впереди, по тротуару, плывут две густые тёмные тени. — Я снова с вами! Крис, поздоровайся! — Всем доброго утречка! — Эй, хён, я склею видео и выложу его только вечером! — Ну, тогда всем доброго вечерочка! Вновь переключение камеры. Феликс в панамке, его рыжие волосы сквозь неплотную вязь соломы подсвечены золотом. За щекой — кончающийся чупа-чупс. — Погода просто отличная, была бы такой полтора месяца назад — в Hellevator’е не пришлось бы показываться с красными ушами! — Феликс приник к Чану под руку, обхватив её. — Мы с Крисом затарились вещами «первой необходимости», по секрету: тяжёлые — жуть! Поэтому несёт их Крис, следующее понесём вместе. О, Крис, давай возьмём мороженое! — снова улица, мужчина в бейсболке поднимал рулонные ворота, открывая небольшой ларёк со сладостями. Феликс ускорил шаг, изображение затряслось, сам же Феликс кричал: — Аджосси, у вас есть клубничное мороженое и рисовые пирожки? Мужчина в бейсболке поднял голову, ответил согласием гаркло, жестом подозвал ближе. Смена кадра. Феликс сидел на скамейке и поправлял панамку, щурясь от солнечного света. — Два пункта мы минули. Остался третий! Но там нам понадобится помощь, поэтому за нами на машине приедет Сынминни и его папа. Гляньте на Криса! Вот у кого детство в одном месте всё играет и играет! Чан помахал в камеру с детской горки, а потом с неясным звуком полного счастья скатился вниз. И сразу побежал к турникам. — Давайте считать вместе? Раз, два, три… четы-ыре… пять. Крис, и это всё? — зашелестел Феликс низко. — Сколько тебе лет? — I’m five! — Чан, повисший на турнике, как будто пять раз — действительно предел, спрыгнул и отряхнул руки. Подпрыгивая, вернулся к Феликсу. Склонился над камерой и повторил: — I’m five. Remember it. Потом полез в рюкзак за антисептиком, а Феликс и сказал: — Ну вот, теперь вы мне верите? Феликс никогда не лжёт. — Felix never lie. Why? 'Cause Feli-ix never bad, — пропел Чан на мотив одному ему известной песни. — Feli-iz Navidad, — неразборчиво. И уклонился от кулака в плечо от Феликса. — Не только ты умеешь спойлерить! — Но не за год же? — Феликс сделал «и-у». — О, приехали. Пойдём, Крис, — и с места сиганул. — Эй, я один это не потащу! [Буквально лучшее что я видела за день] [Клип на трек из микстейпа? Блин, кто расскажет мне, почему они делают такие странности?] [Ты о чём?] [В микстейпе нет ни одной песни, в которой участвовало больше четырёх мемберов. Это странно, разве нет? Сейчас, на старте, они должны показывать сплочённость] [Чего? Нет. Они же представляют себя. И индивидуальные стороны, и разноплановость. Хан вообще меня поразил и читкой и вокалом! Тем более, общий альбом грядёт, они же об этом давно намекают] [Прямым текстом вообще-то говорят. Но что-то пока никаких дат релиза. И что будет 22 числа?] [очевидно, релиз MV из микстейпа] [Они снимут клип за пару недель? Мне кажется, или где-то есть подвох? Как они успевают всё это делать?] [Я тоже в перманентном ахуе от этих ребят. Насколько я поняла, Чан — самый старший, его все всегда зовут «хёном». Значит, остальные — ещё младше. Но при этом они где-то работают, записывают треки и сами продюсируют клипы! Это вообще нормально?] [стоп, а когда была инфа что они где-то работают?] [Лино же препод в студии танцев, ау] [А друг моего брата видел Джисона в студии звукозаписи в Тондэмунгу, он помогал гитару записывать] [Лол что? Они точно младше Чана?] [Хз. В Q&A он на вопрос «кто в группе младший» ответил «секрет» и что «все мы друг другу хёны»] [Падазрительна] [значит, старшинство Чана — не факт] [Но он точно сказал, что Лино младше (¬ ¬)] [Но он точно лидер. В инсте он писал что-то вроде «я вас выбрал». Кста, что это значит? Из какой-то общей тусовки, что ли? Или как?] [Мой информатор говорит, что минимум трое пытались в JYPE. Может, там?] [типа их туда не взяли и они объединились?] [Возможно. У SKZ слишком много странностей. Они операторов «без опыта работы» искали, мол, всему сами научат. Поют, танцуют, сами себе песни пишут, рандомов с улицы наставляют как правильно снимать. Как я понял, они во всём самостоятельные…] [О, да, это мем. Лино красил волосы Феликса в прямом эфире, Чанбин почти каждый день постит сториз о том, как делает Хёнджину мейк…] [у меня сестра — фанючка бтсов, я раньше не понимала, чё она орёт вечно с них, в их группах виснет, все медиа пялит как сумасшедшая, стаффчик покупает, комнату плакатами обклеивает и кричит что чонгук её муж. встретив скизов — поняла. у меня всё. джисон женись на мне] [лол] [Он уже женат, ты опоздала] [когда?] [Когда родилась не Лино] [ах чёрт точно]

***

Снимать «Red Lights» пришлось без Джину — у того допы по будням, а по выходным теперь — репетитор. Его отец, конечно, понимал его страсть и хобби, но считал, что успеваемость стоит повысить. Джину слёзно извинялся, но заверил, что остальных натаскал достаточно, чтобы и без него съёмки прошли без проблем. Песня разделена на три этапа: чёрный зал, зеркальный зал и белый зал. Фотостудию арендовали на шесть часов, но Хёнджин почему-то думал, что этого не хватит. Он поглядывал на крайне напряжённого Ёну, который шарахался от него с поникшим видом, но не преследовал, чтобы отношения выяснить. — Вроде незаметно, — Чанбин держал Хёнджина за подбородок и поворачивал его голову. — Если что, я послежу за крупным планом. Хёнджин скучающе наблюдал за настраивающим аппаратуру Гынхо, рядом с которым по телефону трещал Минхо. Чан ещё переодевался рядом с гардеробной стойкой на колёсиках, он долго путался в штанинах прямых брюк и нелепо махал рукавами, разрезанными до сгиба локтя. Всё новое — хорошо забытое старое. Залов на самом деле было не три, а один. Просто по разным углам стояли фанерные листы. Справа — чёрные, образовывающие «чёрный угол», слева — белые. Зеркальный «зал» — простая конструкция из нескольких зеркал, установленная по макету Хёнджина, за которую отвалить пришлось столько же, сколько за аренду в целом. Для чёрного зала Феликс нашёл напольные светильники. Смотрелось просто, но стильно. Белый зал разделили ширмами. Для зеркального — купили с десяток свеч. И Чанбин сразу, как с Хёнджином закончил, попёрся всё это устанавливать. А Минхо в это время уже поправлял причёску Чана, звенящего цепями. Борым занимался светом: возился с отражателями, двигал штатив большой круглой лампы над зоной, с которой начиналась история. Вся песня Джину с указки Хёнджина была разделена посценно. И хронологию съёмки каждый тут выучил наизусть. Чан поправил чокер на шее, чмокнул Хёнджина в щёку коротко — своеобразное пожелание на удачу, и пошли они на полу устраиваться. Чан свернулся калачиком, выставив связанные руки напоказ. На Хёнджина цепь просто сверху бросили, и он её по себе туда-сюда раскладывал в творческом беспорядке. — Резкое приближение на долю секунды и мгновенно отдалить, в ритм дыхания, — напомнил Хёнджин. Он не знал, как этот приём называется, но понадеялся, что его поняли. — Джину передал, помолчи немного, а, — первое, что сказал Ёну за этот день и ещё девять дней до этого. Минхо и Чанбин уселись перед экраном и внимательно наблюдали, как Гынхо и Ёну вокруг «главных звёзд этого вечера» набеги совершают. — Погоди-погоди, Гынхо-щщи! — попросил вдруг Борым и отмотал назад. Потом песню включил и снял с паузы видео со второй камеры. — О, хорошо попадает, а? — А с третьей камерой что? — Вот этот отрезок неплох. Сейчас нарежу, — звучало так себе, но Борым с дружелюбной улыбкой пересел за рабочий ноутбук Ёну. — Если так примерно? — всего минута Борыму потребовалась, чтобы отрезать три куска из отснятого материала и дёшево склеить их вместе. Но монтаж на него никто не спихивал, а это всё — лишь предварительный пробник. — Сейчас ещё раз трек запущу, надеюсь, попаду в тайминги. — Ну-у… — протянул Чанбин. Хёнджин сразу же откликнулся: — Чё там, чё там? — На руках ракурс неудачный. Чанни-хён, можешь руки немного вытянуть? — Третий фрейм? — Да. Следом пошло повторение почти всей оригинальной «Red Lights»: Хёнджин ворочается, Чана тянет куда-то, цепи скользят по рукам, здесь Чан сидит, тут Хёнджин простыни вертлявой задницей скручивает. Совместные кадры, на Хёнджина льётся красный, эффектный Чан со спины, Хёнджин грустно дышит в подушку. После — зеркальный коридор, чтобы по тысяче раз не переодеваться, и хореография зеркальная тоже — весь припев от и до; Ёну бодро улепётывает со стабилизированной камерой на штативе, «эффект отдаления», чтоб его — переход с общего плана на дальний. Белый зал, где Чан бежит куда-то, а цепи вокруг его шеи тянут его назад, средний план — диалог между Чаном и Хёнджином. И вроде всё идёт неплохо, пока не остаются последние кадры, где они должны быть в белом. Где Хёнджин должен быть в белом. Чанбин помог расплести хитровыебанное шибари, связывающее руки Чана и Хёнджина, которых до этого в зеркальном зале крутили на «диске здоровья». У Чанбина от этих кадров сердце болело. В прошлый раз, когда были деньги и куча помощников, для них проще было комнату крутить. Здесь приходилось самим крутиться… Даже одному здоровому человеку с неплохой координацией на сраном «диске здоровья» вертеться опасно было, а эти идиоты додумались вдвоём связанными туда встать — и не сгруппируешься же при падении в случае чего! Лица бы обязательно расшибли, если бы наебнулись. Но нет, Чан и Хёнджин зашли на круглую плоскость, не пошатнулись даже, налегая спинами друг на друга, а когда стоящий перед ними на карачках Минхо осторожно начал диск крутить, невнятно напевая ритм, Чанбина отпустило: да они же всё время такие. Наглухо отбитые. И он почему-то верил: знают, что делают. И вот, расплетённую верёвку Чанбин на Хёнджина наматывал как придётся. Так и задумывалось: куча узелков, странных переплетений, непонятно по какому принципу выбранное направление. Сначала Чанбину было ок. Когда Хёнджин просто стоял в этой верёвке, которую по краям держали Минхо и Ёну, спрятавшиеся за ширмами, пока Гынхо отдалял средний план. А когда Хёнджин потащил всех в зеркальную комнату, «ок» куда-то исчезло. Потому что Хёнджин упал на пол и пытался освободиться, а Чан не давал ему этого сделать; Хёнджин сохранял лицо и в камеру отчётливо произносил текст, Борым переключал интенсивность и яркость света, Минхо следил за получавшейся картинкой. Чанбин — не мог. Он отвернулся и опустился на корточки, заткнув уши. Но даже так звук «Red Lights» проникал внутрь черепа, снова и снова один и тот же момент, а Чанбин знал, что за спиной его Хёнджин в алых путах, беспомощный и хрупкий, борющийся за свободу, отчаявшийся, и конечно — всё это понарошку, знает Чанбин, знает! Чанбин пытался мятущееся сердце успокоить, выравнивал дыхание специальной техникой, на мысленный счёт вдыхая-выдыхая. — Ты чего? — в какой-то момент он осознал, что все стоят вокруг него и очень… непонимающе смотрят. — Да что-то херово мне, — не своим голосом ответил Чанбин и был поймал в ловушку хитрых Хёнджиновых глаз. — Продолжайте, я с вами. Морально. Чанбин не хотел поворачиваться, когда музыка начала повторяться на следующем отрывке. Его слегка затошнило, в груди спёрло, а нос ударил мнимый едкий запах. Минхо снова и снова говорил: «хуйня какая-то, давайте заново», Борым подсказывал, как Ёну лучше встать, чтобы… Снять, как Чан душит Хёнджина. Перед глазами Чанбина замелькали картинки: пустой школьный коридор, Хёнджин едва шепчет, потому что стальная хватка на шее не даёт набрать ему воздуха в грудь. Руки — с короткими пальцами и широкими ладонями, кожа под ними светлеет до могильного белого; Хёнджина шатает от стены к стене, он на колени падает, а его за шкирку тащат в туалеты. Окружают трое, на ноги ставят, он держится еле-еле, толкают туда-сюда, Хёнджин продолжает губами шевелить разбитыми, кровь запачкала рубашку, на подбородке — смазалась. Чанбин просит: «Нет-нет-нет, уйди из моей головы». Мечтает, чтобы появилось что-нибудь другое, более простое и счастливое. Подумать только, сейчас наверняка как ни в чём не бывало Сынмин помогает Чонину домашку делать в конфе, Джисон попивает кофе, отрабатывая смену, ни о чём не догадываясь. Нет, Джисон знал, что случилось, но совесть его совершенно не мучила. Не он же оставил следы на шее Хёнджина, которые не сходили неделю, и которые Хёнджин прятал от родителей высоким воротом водолазки. Не он бил Хёнджина лбом о дверь туалетной кабинки, вцепившись в короткие волосы на его затылке. — Иди домой, — Хёнджин присел рядом и приобнял Чанбина за плечи. — Тебя ваще кроет нехило. Или свежим воздухом подыши, если уходить не хочешь. А ещё Чанбин знает, что дальше будет: переоденутся в чёрное, зеркальный коридор и снова зеркальная хореография, опять цепи и уже Хёнджиновы руки на шее Чана, только этот момент в воображении совсем не трогает Чанбина, — звенят не цепи, а ментальные блоки, — что же он слабый-то такой, тогда — вытерпел, а тут, когда всё в порядке и под контролем, лужей растекается, но не счастливой, а той, что из глаз слезами хлещет. Минхо красные цепи Хёнджину подал. Мелькнула обнажённая спина Чана. Борым попросил Ёну штатив передвинуть и светоотражатель наклонить. Красный фетр, красные губы под красным тинтом, кровь тоже красная. Чанбин поднялся и побежал: из арендованного помещения в коридор, пугая проходящих мимо людей — фотографов и моделей, взгляд метался по табличкам на двери. Туалет, туалет, ему срочно нужно в туалет. Но на пороге Чанбин застыл. Одна картинка, из головы, наплывала на двоящуюся реальность.

***

Бан Чан: [В целях профилактики психического здоровья моих любимых детей, я временно отменяю карт-бланш] Ким Сынмин: [По Хёнджину всё-таки вдарило, да?] Хван Хёнджин: [Со мной всё в порядке] Чан: [В любом случае, в следующий раз перед тем, как творить какую-то дичь, проконсультируйтесь с родителями] Ян Чонин: [А кто наша мамочка? С кем мне консультироваться, если я захочу снять то, как издеваюсь над одноклассником?] Бан Чан: [Не понял, меня тебе уже недостаточно?] Ким Сынмин: [Не лги себе, отец-одиночка с семью детьми, у тебя явно не хватает рук, чтобы справиться с каждым] Бан Чан: [стикер]

***

Феликс во второй раз пришёл к Хёнджину в гости за всё это время. Собственно говоря, он основательно подошёл к идее стать чем-то большим, чем нахлебник Чана. Поэтому дома он читал Арнхейма и его «Искусство», слушал компиляцию лекций профессора Ана, который преподавал в Корё, а также от и до засмотрел плейлист одного австралийского режиссёра и оператора-постановщика, который снимал реакции на клипы. Этот чел был хорош, он рассказывал про приёмы съёмки и как они отражаются на монтаже, разбирал ошибки новичков, пояснял за визуальные эффекты: какие простые, какие сложные, где лучше использовать 3D-графику, а где — реквизит; советовал экспериментировать с переходами и переключениями между кадрами; на своём примере показал профиты в расстоянии наплыва, очень долго распинался про кадрирование и склейку слоёв. Очень Феликсу понравился небольшой подкаст про артикуляционные роботизированные руки с программируемыми движениями, чел же давал советы: как непосредственно на монтаже сделать так, чтобы было не отличить — робо-рука или живой оператор. Мэчкаты, морфкаты, маски — Феликс за полторы недели узнал больше, чем за почти десять лет бытности артистом JYPE. Да, он был «заведующим» по тик-току и иногда игрался в мобильных приложениях для обработки видео, но… …как это можно сравнивать вообще? Так вот, Феликс пришёл к Хёнджину чтобы «потренироваться». Хёнджин ядом плевался сначала, но потом согласился-таки отдать «Red Lights» ему на растерзание. Дело в том, что из-за халатного отношения Хёнджина к самому себе, снимать пришлось почти впритык к конкурсу от CE, и заказывать монтаж материалов у специалистов было поздновато — даже за такую простенькую работёнку как склейка «Red Lights» не взялись бы из-за срочности заказа (а дешёвый монтаж обычно долгий монтаж). Хёнджин сказал: проконтролирую. Сказал: приходи с ночёвкой, у нас всего тридцать два часа, и я не отпущу тебя, пока мы не закончим. Минхо даже перед тем, как Феликс к Хёнджину поехал, занёс им курочку с жареным рисом и закуски. Пожелал успехов. У Феликса на телефоне и лэптопе Хёнджина были открыты заметки Джину, а также комментарии со съёмок в студии. Борым несколько сообщений настрочил, он вообще золотой человек, абсолютно весь видеоматериал нарезал и рассортировал, чтобы Феликсу проще было. Так что сначала Феликс просто-напросто накидал в Movavi все кадры по хронологии, растянув дорожку с трёх минут до десяти. Первые пару часов он был сосредоточен и втыкался в каждый кадр, сверяя его с добавленной звуковой дорожкой, потом чуть-чуть расслабился — от него второго «5 Star» никто не просил, а «Red Lights» не сказать чтобы слишком уж сложная. Большинство визуальных эффектов накладывались даже в мобильных редакторах, а цветокоррекцию и световую линию облегчила съёмочная группа, играясь с прожекторами, лампами и светоотражателями. Хёнджин сидел по левую руку от Феликса на табуретке, подняв с пола ноги и подтянув колени к груди. Громко чавкал медовыми палочками. Феликс иногда искоса на него поглядывал, задаваясь вопросом, чувствует ли он хотя бы капельку вины. Нет, Феликс бесконечно любил Хёнджина и, тем более, не считал его вселенским злом. Но с Чанбином можно было и помягче обойтись. Хёнджин сам об этом заговорил, первым: — С ним всё в порядке. — Я знаю, — в Чанбине Феликс не сомневался. То, что он взял отгулы на работе, попросив Джисона себя подменить, и сбежал даже из квартиры, которую делил с Чонином, не такой уж и страшный поворот событий. Иногда Чанбину нужно было время побыть с собой наедине, он часто покидал общежитие в одиночку и просто бродил по городу, отгородившись от мира звуковой волной. Но Чанбин не выходил на связь уже… Феликс посчитал, что пять дней. Может, он снял комнату в мотеле, может, поехал домой к родителям или сестре. Чанбин обязательно вернётся на днях, верил Феликс. Два дня до релиза MV «Red Lights» и мини-альбома 3RACHA — ZONE, четыре — до первого дня конкурса от CE. Все усердно готовятся. Несмотря на отсутствие Чанбина, Минхо продолжил репетировать с Джисоном и Феликсом Muddy Water, Чан дважды встречался с Хёнджином для отработки движений; дела вообще шли в гору. «Hellevator» тоже выкупили для трансляции по радио, её прослушивания увеличивались очень быстро; заметили и микстейп. О них даже написали в небольшой новостной группе на фейсбуке, в инстаграме увеличивалось количество отметок: их фоткали на улицах, им рисовали фан-арты, на них записывали реакции. — Ты слишком сильно полагаешься на Бинни-хёна. — Я знаю, — вернул ответочку Хёнджин. — Но на кого ещё мне полагаться? Чанбин — лучший мой бро. — Как мило, — цыкнул Феликс и защёлкал мышкой, перематывая кадры с Хёнджином крупным планом. На одном из ракурсов поблёкшая ссадина в углу губ слишком заметной была, так что Феликсу пришлось её мылить и растушёвывать. — Крис — тоже мой лучший бро. Но когда мне хочется поорать, то он орёт вместе со мной. А не разбивает мне лицо. — Слушай, Ликс, я был неправ, окей? Но это ничего не меняет. — Ты мог попросить кого-нибудь другого. Или снизить градус безумия, в курсе, что грим и фотошоп творят чудеса? — Ликс, представь себе это: я звоню тебе и говорю: «Хэй, солнышко, не мог бы ты приехать и избить меня на камеру?», а ты мне отвечаешь: «Иди нахер, Хван Хёнджин, совсем уже свихнулся». Разве не так? — Я бы не бросил трубку и выслушал тебя. Ты — рогом упёрся, всё-то тебе надо здесь и сейчас. Ты просто взвалил на Чанбина кучу ответственности. Что, если бы ты получил сотрясение? Реалистичность твоей исповеди — минус, а не плюс. Потому что ты своими руками заставил человека, который бесконечно тебя любит, причинять тебе боль. Феликс испытывал отвращение к видеоряду, который Хёнджин попросил Ёну снять. Он не понимал одноклассника Сынмина, который позволил макать себя головой в унитаз за деньги. И школьного руководства, которое впустило Хёнджина в выходной и разрешило там снять «клип». Да, Хёнджину приспичило упредить скандал до того, как для него появятся хотя бы предпосылки. В прошлый раз Хёнджин, когда в сети появились обвинения в травле, попросил JYPE дать ему возможность самолично разрешить ситуацию, потому Чанбин предложил написать ему песню, а что сложного в выпуске внепланового MV? Им отказали, дело урегулировали, Хёнджина отправили «думать о своём поведении» (хотя JYPE ещё до того, как Хёнджину позволили дебютировать, знали о его грешках, ведь Хёнджин сознался в них лично). В этот раз Хёнджин затребовал у Чанбина ту песню, нагло приехал к нему на работу и записал вокал всего за час. Пока Чанбин сводил звук, нашёл актёра, который и сыграл его жертву впоследствии, договорился со школой, заявив о намерении «выпустить остросоциальное видео». Снято одним дублем: Ёну следовал за Хёнджином, который за каждым углом нагибал ботана, смывал ему слёзы из туалетного бачка, а в коридорах останавливался и пел о своей жестокости в камеру трясущегося телефона. Хёнджин предлагал оператору присоединиться, а за спиной у оператора прятался Чанбин. Который вышел, и Ёну пришлось снимать ниже шеи — «жертва» на полусогнутых как раз лбом упиралась Чанбину в плечо. Они толкали её друг к другу, а когда она свалилась на пол, держась за живот, сверху вываливали на неё содержимое её портфеля. Потом жертва уползла, у Хёнджина «возникли разногласия» с Чанбином и оператором. Хёнджин спрашивал у них, почему они думают, что он поступает как мудак? Он ведь всего лишь развлекается. Чанбин стоял к камере спиной, Хёнджин выглядывал из-за его плеча и насмешливо читал о том, что рождённые ползать летать не умеют. А потом Чанбин его толкнул. Жертва снова появилась в кадре с верёвкой, и пока Хёнджин пытался понять, что не так, его руки уже были связаны. Чанбин сначала душил Хёнджина перед учительской, потом потащил в туалет за ворот школьной формы. Там — заставил посмотреть в зеркало, бил лбом о дверцу туалетной кабинки; когда кровь залила вокруг всё, внутрь впихнул. А за кадром играющий жертву пристроился сзади Ёну, между ног его просунул бутылку яблочного сока с дыркой от гвоздя на крышке. Пустил струю сначала в унитаз, потом — Хёнджину на лицо. Хёнджин лежал с окровавленным лицом плашмя, раскинув руки. Читал о том, что всё к тебе возвращается. Финальный кадр — Чанбин разбивает стеклянную бутылку пива о кафель и бросает смятую купюру Хёнджину на грудь. Ту, которую Хёнджин дал ему в самом начале за то, чтобы он к нему присоединился. Остросоциальненько, ничего не скажешь. Феликс никогда не стал бы использовать свой «карт-бланш» на подобное. Когда Чан вербовал их в свою команду для шоу на выживание, он прибегнул к неоднозначному средству, предложив каждому члену группы использовать в будущем некое право вседозволенности. В случайный момент и без ограничений. Записать свою песню, какой бы херовой она ни была, увеличить экранное время, пропустить тренировку, затребовать смену ролей — где угодно, хоть в комнате общежития, хоть на ТВ-шоу. Чанбин, например, использовал карт-бланш, чтобы попробовать себя в SMTM. Чан договорился с JYPE, выставив это как продуманный пиар-ход и упомянув о возросшей популярности iKON. …Хёнджин — дурак, пришёл к выводу Феликс. Просто зацикленный на себе дурак. Он взвесил «за» и «против», конечно, и счёл, что подобная песня с таким видео принесёт Stray Kids больше пользы, чем вреда. Подумал о репутации, о реакции, о возможном ущербе. О Чанбине не подумал вот. Следующим вечером Феликс наконец-то оторвался от компьютера и повернулся к переписывающему домашку Хёнджину. — Результат чекать будешь? Хёнджин перевернулся с живота на бок, сбросил с себя ворсистый мягкий плед, под которым ночевал Феликс целых четыре часа, спросил: — А ты уже всё, что ли? — Это проще, чем мне казалось, — Феликс умолчал о триллионе запросов в гугл «как в Movavi сделать ххх» и экстренных сообщениях Джину, полных паники. — Ну так что?