get your act together

— Три-четыре, Step out! Здравствуйте, мы — Stray Kids! — синхронный поклон, сразу же после — негромкие аплодисменты. Чан надеялся, что со звуком проблем не возникнет, это — первая их серьёзная трансляция, ещё и на VLIVE, они наконец-то снова в полном составе, а дешёвые петлички и не самая удачная акустика квартиры Чанбина и Чонина делали своё дело: все нервничали. Хёнджин надеялся, что Ёну нигде не накосячит: тому впервые приходилось следить за несколькими камерами сразу и контролировать трансляцию: переключение ракурсов тоже было на нём, ему и за звуком приходилось следить, так что сидел он в шумоподавляющих наушниках за лэптопом Хёнджина и внимательно пялил в экран. Минхо надеялся, что больше спонтанных TMI не случился, но всё равно тщательно следил за Чанбином, Хёнджином и Сынмином. А Джисон надеялся, что никто не заметит следов на его теле, а если подозревать станут, чего это он укутанный с ног до головы сидит, — то это не страшно. — В первую очередь, мы, наверное, должны представиться? — подсказал Чану Чонин, и тот резко закивал головой: — Да-да, конечно. Всем привет, я — Бан Кристофер Чан, лидер Stray Kids, отвечаю за продюсирование! — повернулся к следующему, Чанбин щелкнул пальцами в объектив третьей камеры, потом волшебным движением руки обернул кепку вокруг своей головы козырьком назад: — Бини-бини-Чанбинни! Йоу, я — Со Чанбин, на мне продюсирование и самый мощный рэп, который вы когда-либо слушали. — И самый нелепый вижуал, которого вы когда-либо видели, — поддел Хёнджин. — Бинжуал. — Бинжуал, — повторили все хором за Хёнджином со смехом. — Я — Айэн, вокал-лайн, приятно познакомиться, — зажатый между Чанбином и Хёнджином Чонин сложил большие и указательные пальцы сердечками, так как для большего ему было не развернуться. — Хёнджин, на мне рэп, вокал, тексты, визуал и всё искусство, так что если вам интересно, кто самый полезный в SKZ… — Хёнджин поиграл бровями и подмигнул, а потом резко прогнулся в пояснице, запрокинув голову, и указал на стоящего позади себя Феликса, подпирающего диван с обратной стороны, — …то это Ликси! Все, поражённые перформансом Хёнджина, засвистели и заголосили. Феликс засмущался и прикрыл рвущийся наружу смех ладонью. Успокоившись, представился тоже: — Меня зовут Ли Ёнбок Феликс, приятно познакомиться! Отвечаю за танцы и рэп, — и поклонился ещё раз, снимая шляпу. Потом передал эстафету стоящему справа Джисону. — Эй-эй-эй, Хан in the building! — «пау-пау» в потолок. И гораздо скромнее: — Хан Джисон, всем спасибо, что сегодня с нами. Минхо, скрестивший руки на спинке дивана, устало качнул головой. Потом выпрямился: — You know, I know, we know… — Lee Know! — закончили опять хором. — Представляю дэнс-лайн, — добавил Минхо. — Ким Сынмин, приятно познакомиться, — последним шёл Сынмин, который тоже довольно спокойно назвал своё имя. — Главный вокалист и лучший голос Stray Kids 2018, 2019, 2020… — Эй, какого чёрта?! — Джисон наклонился и за спиной Минхо дал Сынмину по заднице. — Лучший голос Stray Kids — это наш Йенни! Чонин замахал руками протестующе: — Нет-нет, я согласен уступить Сынминни безоговорочно и без голосования! — и засмеялся звонко. Хёнджин махнул Ёну, чтобы он опустил камеры на штативе, а потом дал знак остальным, что можно прекратить обсасывать диван и расположиться как удобнее. Чанбин тут же плюхнулся в своё кресло, на диване стало попросторнее, и Хёнджин сполз на пол, освободив для Феликса место. Сынмин устроился в ногах Чонина, Джисон и Минхо приткнулись справа у кресла-мешка, которое Минхо подоткнул под спину, а Джисон вообще чуть ли не лёг, развалившись между ног Минхо и откинув голову ему на грудь. — А, и ещё! — воскликнул Чан, когда вспомнил одну важную деталь. — За камерами сегодня наш драгоценный оператор, Ёну! Это — его первые пробы в съёмке подобных вещей, так что заранее простите его за ошибки. Ёну, дай о себе знать. Камера общего плана, на которой был захват, пару раз двинулась вверх-вниз. — И-итак… К трансляции уже подключилось немалое количество людей, — присвистнул Чан, взяв с подлокотника телефон и сняв блокировку. — Чат! Конечно, сегодня мы пообщаемся с чатом, это же прямой эфир… Кто-нибудь хочет следить за вопросами? — М-м! — согласился Хёнджин и куда-то назад руку ладонью вверх потянул. Тёплый корпус телефона приятно ощущался в сухой ладони. Хёнджин на мгновение замешкался, потом волосы с лица сдул и наклонился над мелькающим окошком чата. — «Хёнджин часто выкладывает в свой и общий инстаграм рисунки. Кто-нибудь ещё из Stray Kids умеет рисовать? Нарисуйте друг друга, пожалуйста», хмм… Нет, они все отвратительно рисуют, — последовало решительное заявление. — Но Хан неплох в… мультяшной анимации, — попытался сформулировать Чан, — ну… у него получаются забавные рисунки. — Чонинни, где тут у тебя бумага и ручка? Организуй, раз stay просят, — попросил Минхо. — Чур, я рисую Хёнджина. — Не смей так изощрённо мстить мне! — взвизгнул Хёнджин и потянулся вперёд, чтобы цапнуть Минхо за ногу. Тот рефлекторно согнул её в колене, и атака Хёнджина оказалась безуспешной. — Если я снова буду ламой!.. — Та лама — вершина современного искусства, — Минхо показал язык. — Её стоило бы повесить в Лувре вместо Моны Лизы. — Знаешь… лучше бы ты отлично владел одной рукой, чем обеими — и обеими же хреново. — У-у-у! — завыл Чанбин. — Раунд! Джисон в «хреновых» руках Минхо довольно зафырчал. И вдруг зафристайлил: — «Две руки — считай, выигрыш»; ты о чём вообще, слышь? Покажи руку свою, которой работать умеешь, у тебя в обороне брешь — нехилая; если одной рукой ты хорош, а вторая — просто красивая, то внимай мой тебе ответ: не значит ли это, что ты — инвалид, не по факту, а по сути, и второй руки у тебя просто-напросто нет? Многоступенчатая тишина: в первую секунду слышны тихие переговоры Чана и Феликса с дивана и обрывок фразы Чонина, во вторую — слабые отголоски и шумное дыхание, шорох одежды, в третью — абсолютный вакуум, образовавшийся в ходе синхронного выпада в ахуй. Зал взорвался. — А-а-а! — дурно заорал побитой собакой Хёнджин и театрально вскинул руки перед лицом в защитном жесте, падая с колен. — Р-р-раунд! — рычащий Чанбин чуть не навернулся с кресла, но успел упереться в пол и потянулся через Хёнджина к Джисону, они довольно отбили «пять». Слишком шумно снова, но Минхо заливисто хохочет, довольно втирая кулак в лохматую макушку; Чонин, вернувшийся из комнаты с альбомом и пеналом, непонимающе обводит взглядом собравшихся, но никто его недоумения развеивать не собирается — не замечают, согнувшиеся пополам и трясущиеся в глумливом гоготе. — Шумно! — Ёну попытался образумить идиотов, но только через минуту те успокоились. — Лино-щщи, Хёнджин-щщи, поправьте петлички. — Простите-простите, — тут же вспомнил Чан о том, что они, вообще-то, трансляцию ведут, и при этом не слишком уж приглядно показывают себя перед stay. — Давайте вернёмся к рису… — Вырубай стрим, лучше уже не будет! — гаркнул Чанбин. Хёнджин поднялся, прекратив изображать дохлого гуся, и стал читать чат. — Почему вам всем так смешно?! Никто не заступился за меня! — пожаловался он в камеру. — Великолепного Хван Хёнджина задиссили в прямом эфире… А потом вы говорите, что я — самый токсичный. — Ты первый полез, — Джисон смахнул двумя пальцами с виска. — И должен был быть готов к отпору! — Цепная реакция, ага… — Принцип домино… Следующие десять минут они рисовали, по цепочке передавая друг другу принесённый Чонином альбом, в промежутке отвечая на вопросы чата. После первого рисунка руки Хёнджина, Феликс, бывший объектом вдохновения, вырвал листок и поднёс его к себе, дав возможность stay сравнить два варианта. — У меня в глазах двоится, — Чонин помахал перед глазами, — кто-то здесь читов не гнушается? — Ликси, сделай сэлку, — попросил Джисон. — Отпадная получится! — Ещё раз по-тупому сократишь слова — я тебя урою, животное, — не преминул агрессивно поправить его Минхо, которого подобные издевательства над родным языком до белого каления доводили. — Я рэпер, моя обязанность — сокращать слова, чтобы на ритм ложились! — Сейчас-то у тебя какой ритм?! — Ритм жизни! — Джисон шлёпнул Минхо по бедру. — Хватит ворчать по-дедски, самый ворчливый ворчун в мире, тебе сколько, девяносто? — Спрашивают, много ли Лино ворчит, — вслух прочёл комментарий Сынмин. — Сейчас начнётся… — Постоянно, — воодушевился Джисон. — То я носки не в тот ящик кладу, то не тот соус покупаю, то путаю лук-порей и репчатый, то в химчистку забываю сходить, то… — Знаешь, это тебя с херовой стороны показывает, не меня, — закончил тираду Джисона Минхо. — То, что ты такой раздолбай, как объяснишь? — Я просто рассеянный. Вот я уверен, что у других тоже в быту проблемы, — и послал мысленно сигнал SOS Феликсу и Чану. Те одновременно мотнули головой. — Бинни?.. — последний оплот надежды. — Знаешь, Сонни… — вкрадчиво. — С тех пор, когда никто не хотел жить с тобой в одной комнате, ничего не изменилось, — как отрубил. — Грра! Ух… Чан предложил закрыть на этом тему. Забрал телефон у Сынмина, который пошёл к кухонному островку за соком. — Спойлер альбома? — Чан завис, пока облокотившийся на него Феликс, до которого дошла очередь рисовать, пытался изобразить Джисона в своеобразной котявой манере. — Ну, кроме того, что он уже записан, как и все практики, ничего больше сказать не могу. — Дамы и господа! — напел Чанбин. — Ду-ду-ду ду-ду-ду! — не удержался и Феликс. — Через горы, через реки… Минхо начал пританцовывать, руками выворачивая нехитрую связку из «Back Door». — Мы бы и рады релизу, — почесал затылок Чан. — Но у нас есть свой взгляд на ситуацию. Мы зарегистрированы как лейбл, и все являемся его членами. Однако у нас нет никакой финансовой поддержки со стороны, мы всем занимаемся сами: продюсированием, съёмками, монтажом. Клип на «Hellevator» был снят при помощи школьных клубов старшей Чондам, а над клипом к «Red Lights» трудились Ёну, — Чан помахал за камеру, — и ещё два наших оператора, Гынхо и Борым. — А для «RE; BORN» мы хотим яркого визуала, — Чанбин встрял в проникновенную речь Чана. — Даже если вы отдельно посмотрите Dance Practice и послушаете альбом, то не прочувствуете вложенных в него чувств. Помимо «Hellevator», который войдёт в альбом открывающим треком, в визуализации остро нуждаются ещё три композиции. — Мы хотим рассказать историю, — также словечко вставил и Джисон. — И было бы круто, если бы вы могли её увидеть. Чан, читающий чат, замер вдруг и очень сильно поник. — Что там? — Хёнджин, заметивший это, у Чана телефон отобрал и листать принялся. — «Лол, да все эти потуги и ломанного гроша не стоят»? — изящно приподнялась широкая бровь. — «Вот моя теория: они — просто эксперимент какого-нибудь агентства айдолов, сомневаюсь, что хоть один трек действительно принадлежит им»? Ох, Чанни-хён, — Хёнджин раздосадованно опустил плечи. К Чану полез — с объятиями, и Феликс тоже альбом отложил, левую руку в плен захватил. — Да неважно, что там кто говорит, да? Пойдём, водички попьём. Ёну резво переключился на другой фрейм. Теперь зрители видели только уголок Сынмина, Минхо и Джисона. Сынмин, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, альбом с дивана забрал и принялся за своё художество. Джисон же, единственная «T» из восьми, внезапно поступил совершенно не характерно для себя. Из хватки Минхо выпутался, на коленях к камере пополз. Сказал отчётливо: — Знаешь, может, этого ты и добивался. Ты действительно сделал нам паршиво своими словами. И лучшая линия поведения в такой ситуации — игнорировать хейтеров, которые, как паразиты, живут за счёт вызванного ими негатива. Но почему-то, знаешь… — Джисон облизнулся. — Я принимаю вызов. Хочешь, чтобы мы написали песню в прямом эфире? Без проблем. Так мы раз и навсегда заткнём тех, кто ни во что ни ставит труд и старания других. — Сонни, ты вообще чего задумал? Чанбин задавался тем же вопросом, но не поддержать Джисона не мог: он въехал во внезапно озарившую Джисона идею. — Мы создадим чат. Присылайте туда что угодно: бит, кусок текста, можете хоть голосовое записать, промычав невнятную мелодию, — резко продолжил Джисон. — В прямом эфире мы запишем несколько треков. Бинни, когда у нас в студии окна? — В мою смену? Брони на эту неделю нет только на второй блок, во второй половине дня, в среду, — Чанбин быстренько прикинул расписание в голове. — И ночь с пятницы на субботу, как обычно, за нами. — Значит, следующий стрим в среду, — заключил Джисон. Снова переключение фрейма: Ёну перескочил за одну из камер и круто обратил её к стоящему на пороге Чану, который со страдальческим выражением выслушивал тираду двух спевшихся идиотов. — Почему вы до сих пор такие дети? — только и сказал он.

***

Первая их трансляция на VLIVE закончилась, невзирая на опасный момент, довольно неплохо. Они сыграли в «немой крик» и дженгу на желания stay (к счастью, ничего провокационного и противоречивого), в шляпу даже умудрились (в альбом ведущий записывал слова и фразы, отправленные в чат), после их уломали станцевать что-нибудь. Прошлось отодвигать диван, но даже так восемь человек в тесной гостиной не поместились бы. Поэтому Минхо, Джисон, Чанбин и Феликс станцевали под «Muddy Water», а потом чат поголовно просил ещё и спеть. Джисон посетовал, что ни у кого не оказалось при себе гитары, и где-то с полчаса пришлось горланить под включенные с телефона плюсы. На вторую трансляцию, в среду, Stray Kids собрались неполным составом, хотя высказывание хейтера задело всех. У Минхо — работа, Сынмин отдувался за Чонина и Хёнджина, погрязнув в домашке, а сам Чонин ещё учился: он не уверен был, успеет приехать или нет, но сказал, что постарается. Ёну под руководством Джину, висящего на видеозвонке, установил камеры, подключил аппаратуру и дважды проверил, чтобы всё работало. Одна камера в кабинке звукозаписи, три — в кабинете звукорежиссуры: со спины к рабочему месту, чтобы через стекло было видно того, кто записывал вокал, по диагонали спереди, чтобы захватывало лицо того, кто правил бал, последняя — общий ракурс, сбоку на режиссёрское кресло и скамью у стены. Фирменное приветствие, небольшое вступление: — Если вы заходили в чат, вы уже догадались, что голосовых сообщений пришло гораздо больше, чем текстовых и с вложениями. Мы возьмём одну мелодию, один бит и одну лирику, чтобы по-честному, прослушать всё — не хватило бы времени и сил. И чтобы вы не думали, что мы могли смухлевать, заранее подготовившись, мы врубим демонстрацию экрана и запустим бота-рандомайзера. Чанбин выбранное рандомайзером сообщение включил. К облегчению, эта голосовуха была действительно с «ла-ла-ла», а не «сдохните, тупые малолетки». — М-м, довольно неплохо, — одобрил Чан. — Кто возьмёт? — Мне нравится, есть пара идей, — ответил Джисон. — Со мной кто-нибудь? — Давай я, — Феликс попросил ещё раз проиграть сообщение, и после довольно цыкнул. — Как насчёт джаза, Хани? — О-о-оу, — Хёнджин присвистнул. — Необычный выбор. Джазовый мотив? Потом — бит, и он так зашёл Чанбину, что он сходу начал накидывать текст. От помощи отказался, поэтому Хёнджин и Чан автоматически сгруппировались для работы над выпавшей лирикой. Кабинет звукорежиссуры был слишком мал, чтобы три команды свободно в нём разместились и не мешали друг другу. Но и в худших условиях бывали, подумал Чан. Ёну на ходу приходилось импровизировать, заглушая микрофоны тех, на ком не была сосредоточена камера, но любые огрехи зрители прощали ему за то, что он позволял им увидеть, как рождается чудо. — Чанни-хён, у тебя же есть джазовые сэмплы? — поднял голову Джисон, услышав короткое «да», вернулся к Феликсу, который говорил: — Что, если взять за основу ло-фай бит? И бридж по AABA-системе? Вот здесь неплохо было бы текст разбить, — Феликс пропел выпавшую им мелодию без слов. Джисон, текст накидывающий, полез к ноутбуку Чана. Ёну переключил на Чанбина. — Восемь на восемь — шахматная доска… Пешка? Б-р, банально. Восьмой цвет радуги? И если сюда — смена флоу под хук… Впрочем, Чанбин настолько невнятно бормотал, что Ёну поспешил показать Чана и Хёнджина. Они единодушно настукивали «подложку» под лирику, Чан — текст, Хёнджин — мелодию. Первым отстрелялся Чанбин. Он согнал Джисона с режиссёрского кресла, накидал на бит скачанных из онлайн-фонотеки саундэффектов. И сделал это чётко, быстро, ни единой секунды не тратя впустую. Он точно знал, что на каком месте в звуковой дорожке должно находиться. Перед тем, как переместиться в кабинку звукозаписи, он Джисона на место вернул и попросил проассистировать, пару раз зачитав слова и указав, где какие акценты хочет сделать. Джисон похлопал его по плечу и, пока Чанбин смачивал горло и распевался, настраивал мониторинг. Отрегулировав баланс в наушниках Чанбина, Джисон показал, что готов начать. Чанбин записывал большими отрывками, но на каждый не тратил больше трёх попыток. К тому времени, как он закончил и приступил к сведению, Чан и Хёнджин определились окончательно. Никто из них не читал чат трансляции. Кроме Ёну. Ёну, который поначалу воспринимал этих людей как… чересчур амбициозных подростков. В первую встречу он не предполагал, во что ввязывается. В нём взыграл интерес: объявление на автобусной остановке почему-то не оставило равнодушным. У Ёну кризис был, понятно? Пусть никто от него ничего не ждал, но неудача за неудачей разрушали его самолюбие. Как это так, в него так вложились, а он за что ни возьмись, и во всём бесполезен? Чего он к тому моменту не пробовал, так это за камеру браться. Он сорвал объявление, за ютуб засел, иногда поглядывал на фразу «всему обучим» и уверенности позвонить набирался. Уверенность возросла до предела, когда он увидел… ну, реально детей. Настолько, что пухлощёкие всё, хотя от силы кило пятьдесят весили. Ёну и не думал, что в них столько… энтузиазма, внутреннего стержня, вдохновения и идей, что каждый из них… на вес сотни Ёну. Даже те, кто хорош был только в чём-то одном, в этом настолько были успешны, что Ёну порой в осадок выпадал. Им костюмчики брендовые бы, да прямо так на сцену арены Сангам, Ёну бы даже билетик прикупил по случаю. Их ведь от бесконечного числа айдолов не отличить: держатся отлично, знают, что делают, ведут себя соответствующе случаю. Только большинство айдолов наверняка понятия не имеет, насколько сильно жизнь им облегчают большие компании. Им пишут песни, их учат вокалу, им нанимают лучших хореографов, для них — самые лучшие локации для клипов, самые рейтинговые шоу тоже ждут их. Эти же ребята… Ёну пытался разгадать, в чём их секрет. Навыки с потолка не берутся, и он попросил пару людей разузнать о Stray Kids… Вопросы множились с каждым днём. До сентября семнадцатого знакомы они не были. В стажёры JYPE пытались четыре человека, лидер — Чан — даже был им около года, пока по неизвестной причине не ушёл. Остальные вели «тихую-мирную» жизнь. О Хан Джисоне Ёну вообще узнал такое, о чём вряд ли даже подозревать стал. Надо же, мелкий наркодилер из Итэвона. Хван Хёнджин — школьный задира, когда-то состоявший на учёте за беспричинную агрессию и драки. Ёну даже поверил бы в бредни некоторых фанатов, что Stray Kids якобы «тёмная экспериментальная лошадка» JYPE, если бы всех карт на руках не имел: у Stray Kids не было времени на то, чтобы с JYPE контактировать. Они действительно не имели сторонних счетов, не связывались ни с кем тайно, да и судя по тому, что слышал лично сам Ёну, все они были отчего-то на JYPE озлоблены. Самым откровенным и сбивающим с толку был «анонимный» блог Ким Сынмина. Он никоим образом не мог разбираться во внутренних распрях крупных компаний, шарить за изнанку «айдольской жизни», рассказывать о том, что творилось за кулисами так, будто видел всё собственными глазами. И участвовал в этом. Потому что Ким Сынмин — один из тех в Stray Kids, который даже не пытался пройти прослушивание хоть в JYPE, хоть куда-нибудь ещё. У Ёну голова грозилась по швам разойтись: настолько у него не получалось вникнуть в то, что делают и как существуют Stray Kids. Ещё и разговоры их, когда камеры выключаются. Они сами не замечают, что дают себе волю говорить о тех вещах, которые внимательному слушателю слышать было нельзя. У них совершеннолетних — раз-два и обчёлся, а они вспоминали то, как покупали и распивали алкоголь, как жили вместе в каком-то общежитии — и Ёну проверил трижды, что не было такого абсолютно точно. Они обсуждали медийных личностей и вообще личностей как старых знакомых, и… опять же, пусто. Нет, ДжэДжэ никогда не видела Stray Kids, с чего бы ей с ними устраивать дегустацию соджу, водки и сакэ? Пак Чимин тем более не знал Ли Минхо, и тот не ездил с BTS ни в Японию, ни даже в Макдаке они за соседними столами не обедали… Райан Рейнольдс, разыгрывающий сцены из Дэдпула с Феликсом по ролям? Блядь, ну откровенный же бред. И чем дальше, тем больше Ёну уверялся, что никакой не бред. Они ведь не могли сговориться и делать это нарочно. Они не списывались об игре «сведи Ёну с ума» в соцсетях, не придумывали себе липовое прошлое. Они все, восемь человек, свято были уверены, что в их жизнях происходило что-то такое, о чём обычный человек только мечтать мог. О чём же они списывались, спросите вы? Ёну определил несколько главных моментов: 1. У SKZ уже есть (были?) записанные треки, в которых участвовал некий Уджин (Пометка: кто такой Уджин? Варианты: стажёр JYPE Ким Уджин, андеграундный рэпер Пак Уджин под псевдонимом «wooh-hoo», стажёр KQE Чхве Уджин). После этого Уджин ушёл, а Джисон взял на себя его партии (???). 2. Из невыпущенного (у SKZ тысяча готовых треков, но почему-то они их не выпускают) какой-то хронозавр. Динозавр? Хроно = chronos = время (???). Они разбирали «старьё» и перераспределяли партии. Значит?.. У них были готовые треки ещё задолго до того, как они встретились? Таймлайн не сходится. 3. Сообщение Минхо: «Речь идёт не о возвращении. А буквально о другой жизни». Говорится так, будто они всё-таки до сентября семнадцатого встречались. Именно тогда стали друзьями и решили начать творческий путь вместе. В этот период был Уджин, он ушёл, и «старьё» из-за этого пришлось перезаписывать? 4. Хёнджин в переписке упомянул, что Феликс прошёл кастинг в JYPE. И это — факт его биографии. Ничего подобного человек брата Ёну не нашёл. Только то, что Феликсу кастинг пройти предлагали (Пометка: JYPE заметают следы?). 5. Чанбин написал, что у них «никогда не было малобюджетных клипов», но как понял Ёну, «Hellevator» — первый их клип (Подозрения в сторону JYPE увеличиваются: что, если «Stray Kids» — их нереализованный проект?). 6. Они иногда упоминают «других» их. Как будто они — двойники, занявшего чьё-то место. Ёну рассматривал вариант пластической хирургии и даже изучил пару статей, в названии которых было слово «доппельгангер». Всё равно ничего не сходилось. Как будто существовало что-то, что объять разум Ёну был неспособен. К сожалению, взломать соцсети — максимум, что получилось у человека брата. Вот бы ещё телефонные и видеозвонки прослушать, но… Ёну, конечно, мог бы спросить прямо. И посмотреть на реакцию, ведь мизерный шанс на то, что его посвятят в общую тайну, всё же существовал. Но каждый раз заталкивал грозящие слететь с языка слова поглубже в горло, слюной притапливал и, для надёжности, зубы смыкал покрепче. [Ну вот, допизделись, они реально сели записывать треки только потому, что какой-то рандомный чел из интернетов вбросил дичь в чаты. Если они над каждым хейтером так прогибаться будут, то загнутся ещё до того, как о них кто-то узнает] [джаз-рэп в исполнении феликса с потрясающим со всех сторон многообразным вокалом хана — рай для моих ушей] [Чёрт, я поверить не могу, что наблюдаю за этим. Вас тоже не покидает чувство, будто они всю жизнь в этой студии провели?] [я давно в музыкальной индустрии, и поверьте моему десятилетнему стажу, то, что я вижу — профессионализм чистой воды] [да и пусть они распыляются на хейтеров, если хотят. потому что ради такого результата не грех распыляться] [купите у меня почку, я задоначу им на клипы, которые они так хотят] [логичный вопрос: почему они не ищут спонсоров?] [Куда смотрят агентства вообще?] [У Чана такие милые ямочки я просто не могу вы посмотрите как он смотрит на Хёнджина когда они приходят к согласию] [Мурашки от вокала Хана] [они скорее не хейтерам доказывают, а самим себе] [где так скилл прокачать? я учусь в лучшем вузе страны, но даже у меня не получится сделать то, что делают они] [ОНИ ВЗЯЛИ МОЙ БИТ ОНИ ВЗЯЛИ МОЙ БИТ ЧАНБИН ЛУЧШИЙ МАЛЬЧИК] Ёну был согласен с ними всеми одновременно. И не согласен — тоже.

***

Хёнджин раньше просил Чана писать ему песни. «Эй, Чанни-хён, у меня тут идейка на вот такую тему, можешь подобрать музыку в этом жанре?» — и Чан чуть ли не на следующий день присылал ему будущий хит. Потом, когда решил, что Чан и так слишком зашивается, и надо бы начинать работать самому, его учителем стал Чанбин. «Бинни, у меня проблемы с эквалайзером, настройки слетели, я вернул, как было, а звук паршивый, что делать?» — и Чанбин спускался в студию или приходил в комнату Хёнджина, чтобы показать, что и как. А потом Хёнджин стал полностью самостоятельным. Он не стоял с 3RACHA на одном уровне, даже на ступень ниже на самом-то деле, но кое-что да мог. Он… писал песни, вау. Сам себя продюсировал. Сейчас же… Хёнджин не хотел писать песни вообще, ни с кем-то, ни в одиночку. Он был опустошён, как опрокинутый кувшин, и может на выпуклых стенках внутри осталась какая-то влага — капелька или маленькая лужица, — этого определённо не хватало для того, чтобы вернуться к тому, ради чего он изучал искусство продюсирования с нуля тысячей бессонных ночей. Однако ситуация на первой трансляции… до ходящих желваков, до вздутых вен на лбу, до кипящей крови… Хёнджин был взбешён так, что от бесконтрольного разрушения всего вокруг его останавливало два факта: он мог навредить Феликсу и Чанбин. Чанбин, с которым они вроде как… пришли к пониманию. И вот, Хёнджин сидел в студии, прогуляв два последних урока, и писал снова. На этот раз вёл он, Чан почти не поправлял его и крайне редко вносил предложения. Когда Хёнджин, записывающий вокал последним, выдохнул завершающую ноту в микрофон, он увидел почти прилипшего к стеклу Чанбина, которого Джисон и Феликс за шкирку пытались оттащить. Чана, над головой повторяющего наступательный кулачный жест. Даже Ёну как-то мягко улыбался, будто за Хёнджина переживал. Трепетное дыхание прошлось по губам, Хёнджин глаза прикрыл. Подумал: да почему бы и не начать заново? У него и правда неплохо получалось же. И были те, кто наставят, на ошибки укажут, помогут лучше стать. Хёнджин сам старался стать лучше, да не получалось. От чего он бежал? Когда-то под MV Хёнджин вычитал забавный комментарий: «Эти ребята постоянно идут или бегут куда-то». Смеялся: не куда-то, а от чего-то. Потом хлебал виски и бил бутылки в гараже, сидя на раме опрокинутого велосипеда и жамкая клаксон. Каким же негодяем был Хёнджин когда-то, аж блевать хочется. Пусть исправления нелёгок и тернист, а обычный психотерапевт тут не преуспеет. — Отлично, Джинни! — первым на него полез Феликс, на шею кинулся, подпрыгивал на месте на носочках. — Ты был хорош. — Ты тоже сегодня отлично справился, — Хёнджин привычно погладил Феликса по голове, в упор глядя на Чанбина. — Мы все молодцы. Сводим? — Не сегодня, — Чан пальцем постучал по запястью. — Надеюсь, — обратился он к камерам, — трансляция была информативной. Мы не успеем прочитать комментарии сейчас, но позже обязательно это сделаем. Спасибо, что были с нами.

***

Со Чанбин: [Знаете, что бы у вас ни произошло за эту неделю, моих новостей вы не переплюнете] Хван Хёнджин: [Чего там у тебя, хрюндель?] Со Чанбин: [Короче, мы же с родителями не в ладах были, после того как я отказался доучиваться и в Сеул свалил] Хван Хёнджин: [Ну] Со Чанбин: [А тут вот прямо сейчас мать позвонила. Сказала, что ей в фейсбуке прислали видео с нашего выступления, спросили, не я ли вон тот «‎‎мальчишечка» — вот прямо так и выразились. Ну, она у меня гуглом пользоваться умеет. Вышла на нас, про победу на СЕ узнала] Ким Сынмин: [Заебал со своими интригами, напиши одним сообщением. Надоело каждые две минуты телефон хватать] Со Чанбин: [Она… типа извинилась? Хз, за что. Просто сказала, что если нужна какая поддержка — финансовая или ещё че, она постарается войти в положение. На ужин пригласила, вместе с вами] Со Чанбин: [Но суть не в этом. У нас на повестке GM и BD, правильно? И что бы вы думали… У отцовской однокашницы муж — владелец «Thesoom Forest», это вроде как невъебаться крутой отель для богатеньких ублюдков] Со Чанбин: [И в преддверии туристического сезона половина здания закрыта на ремонт. В том числе и кухня… А холл там — охуеть от жизни можно, в полах отражения чище, чем в зеркалах] Со Чанбин: [То есть за раз мы можем отснять и GM и BD] Со Чанбин: [От нас условия: не шуметь и убрать за собой. Типа владельцы никаких убытков и так не понесут если че, и нам тратиться не придётся] Ким Сынмин: [Наконец-то нам пригодилось то, что мы держим богатенького мальчика в своих рядах] Хван Хёнджин: [Это говоришь ты, Ким Сынмин? Вот уж кому не залупаться бы] Ким Сынмин: [Комфортите друг друга не в общем чате, плз] Хван Хёнджин: [Тебя просто никто не комфортит, вот ты и бесишься] Хван Хёнджин: [Бля, Бинни, это же заебись. А сколько у нас есть времени?] Со Чанбин: [Ну-у-у… на самом деле недели две-три. Пока всю проводку не поменяют] Хван Хёнджин: [Ахтунг, @Ли_Феликс завтра же бросаем всё и пиздуем за костюмами и реквизитом @Ли_Минхо или свою подтанцовку зови или объявление подавай о поиске массовки но чтобы на GM было как минимум 12 человек] Ли Минхо: [Я тебе людей что, рожать должен?] Хван Хёнджин: [Ну вы с Джисоном так над эти стараетесь в последнее время, что я подумал «пора бы уже»] Ли Минхо: [Какого хуя, Хёнджин?] Хван Хёнджин: [А какого хуя кое-кто на репетиции отсиживался, потому что жопа болит?] Чан: [Давайте вспомним, что мы договорись не обсуждать личную жизнь в общем чате] Чан: [Хорошая работа, Бинни] Ли Феликс: [Хорошая работа, Бинни х2] Со Чанбин: [С учётом того, что четверо из нас работают, а двое — учатся, нужно составить график. Как сделал Джину с RL. Чтобы на выходные снимать общие сцены, а в остальные дни — индивидуальные] Ли Минхо: [Спрошу у своих, смогут ли] Ли Минхо: [Если что, подтанцовку для BD можно сократить, а массовке для GM танцевальные навыки не требуются] Ли Феликс: [@Хван_Хёнджин, мне нужно точно знать, на какое количество человек искать костюмы. До завтрашнего дня я успею полазить по форумам и группам барахолок] Хван Хёнджин: [4+4 думаю] Ли Феликс: [Пнл]