Триггеры

Баки пришел в себя довольно быстро. Во всяком случае, он уже не хотел сбежать и бросить Стива с Броком. Он всё ещё относился к ним настороженно, всё ещё не понимал, почему они с ним возятся... Но если ему суждено было стать истрепанной, но любимой игрушкой бойцовских псов, то он был согласен. Всё лучше, чем отправиться на свалку. Стив говорил ему, что он важен. Стив говорил, что любит его. Баки, конечно, тоже любил. Не так, как раньше, но и безразличием он похвастаться не мог. Брок хотел было на время исчезнуть, дать им время, но максимально воспротивился этому именно Баки. Даже не Стив, который, без сомнения, пожертвовал бы своими отношениями ради благополучия друга. Баки хотел Брока рядом. Брок был так непохож на тех людей, которые могли навредить. Не физически, физически Брок бы уделал их всех. Баки куда больше волновался за свою психику. Брок никогда не ломал его. Даже Стив порой, неосознанно, конечно, делал что-то, из-за чего Баки приходилось ломать себя самостоятельно. – Чего ты держишься за меня? Я разве не символ твоих страданий? Забыл бы уже про ГИДРУ и жил бы спокойно. – Тебя я хочу помнить. – Ты иногда ещё более шибанутый, чем Стив. – Иногда? Они стояли на балконе, потому что Стив запрещал курить в квартире. Брок выбивал из пачки уже третью, тонкую и изящную сигарету, а Баки наблюдал за кольцами выдыхаемого им дыма. Всё было не так. Снова, опять, как обычно иначе. Баки не брал никотин, но ему хотелось тоже ощутить горечь и туман в голове. Хотелось затянуться так, чтобы запротестовали лёгкие. Он, наверное, предпочел бы сигары. Только однажды он пробовал их. С ним поделился кто-то очень богатый и очень щедрый, потому что одна та сигара стоила, как хороший Глок. Баки не мог вспомнить лица из-за плотного сизого дыма, но он помнил запах. Дорогой, тяжёлый, укрывающий, как одеяло. Он путался с ароматом одеколона того человека. Баки помнил, как человек протянул руку и прижал к его губам толстую палочку. Баки не знал, как правильно курить сигары и затянулся, а потом слушал мягкий смех того человека и объяснения, что так делать не стоит. Голова приятно кружилась, и Баки хотел ещё. Он просил ещё. Человек оказался понимающим. Но поступил, как всегда, по-своему. Баки помнил ощущение его губ на своих – тогда он не понял, что происходит, и застыл в замешательстве. Но человек подарил ему новую затяжку, свой дым из своих лёгких, и этот дар был воспринят ещё более ценным, чем дорогая сигара. Баки дышал им, пил его, вытягивал из лёгких того человека последний кислород и плыл. Человек отстранился не сразу. Он какое-то время просто прислонялся ртом ко рту Баки, и это было тепло и дезориентировало не меньше, чем лёгкая контузия. Вся ситуация вспоминалась Баки как лёгкий сюр. Может быть, в сигаре были наркотики? Баки протянул руку и забрал из рук Брока сигарету. А потом, не дав ему возмутиться или высказаться, притянул к себе за затылок. Он должен был проверить, так ли даёт по мозгам подобный способ, как ему помнилось. Он, возможно, хотел перебить послевкусие. Брок на мгновение замер, а потом удивлённо выдохнул, с лёгким стоном отпуская дым. В отличие от того человека, Брок действительно целовал. Сигарета выпала из ослабевших пальцев Баки и улетела с балкона вниз.