Волколак и Красная Шапочка

Бабушка была очень рада двум помощникам вместо одного, благосклонно приняла от волколака тушки зайцев, пойманных тем в силки, и занялась готовкой. Пирожки пирожками, а мужикам нужно мясо. В ожидании обеда КШ и волколак решили пройтись по окрестностям, наметить поляны для покоса. И до реки дойти не мешало. На КШ напало болтливое настроение, и он трындел без перерыва, рассказывая все подряд. Волколак тоже припомнил пару смешных историй, случавшихся на дороге. Хохоча и распугивая птиц и прочую лесную живность, они дошли до реки. — Тут глубоко? — поинтересовался КШ, скидывая одежду. — С краю мелко, потом резко обрыв, с маковкой уйдешь, — подкрался к нему со спины волколак и обнял, прижимая к себе. Шерсть липла и щекотала разгоряченное тело, одна когтистая рука обняла поперек груди, прихватывая сосок, другая медленно сползала вниз по напрягшемуся животу КШ. Замерев, будто его не ласкают, а собираются съесть, КШ почти не дышал, вжимаясь в мощного волколака. Острые когти легко коснулись лобка и прошлись по члену, едва касаясь. Именно эта опасная мимолетность вызвала дрожь во всем теле, подстегнула зарождающееся возбуждение. Член в лапе волколака окреп, а после нескольких круговых движений шершавого пальца по головке, еще и выделил смазку. Сосредоточившись на собственном удовольствии, КШ пропустил момент, когда волколак тоже выпустил член. Только когда в ложбинку стекли первые капли смазки вперемешку с потом, а в позвоночник ткнулось твердое и горячее, он приоткрыл глаза и завел руку за спину, нащупывая волколачий уд. Головка скользила в кулаке, волколак толкался все резче хрипло выдыхая над ухом. — Посади меня на него, — севшим от возбуждения и смущения голосом попросил КШ. Волколак подхватил его под колени и выпрямился. Перехватил поудобнее и опустил КШ на торчащий колом член. — Твою мать, твою мать, — зашипел сквозь сжатые зубы КШ. Масла они с собой не брали, а естественной смазки было маловато. — Ты бы хоть плюнул на него. — Ничего, сейчас заскользит, — пропыхтел волколак. Как ни крути, а КШ был хоть и субтильным, но взрослым парнем, а не пушинкой. Через несколько мучительных движений смазки и правда стало больше, КШ застонал в другой тональности, не забывая ругаться ради приличия. Долго так стоять было сложно, хоть КШ и просил его продолжать. Волколак аккуратно присел, поставил КШ на колени и наддал, но КШ заорал вовсе не от восторга. — Псина, ты хоть подумал бы! Я же все колени содрал! Волколак поставил его на ноги и повернул к себе. Коленки человека и правда немного кровили, но заинтересовало волколака не это. Быстро лизнув царапины (и чуть не получив за это по зубам), он внимательно присмотрелся к члену юноши. — Что там? — встревожился КШ. — Болячка какая? — Нравишься ты мне, — облизнулся волколак. — Можешь сосать, разрешаю, — осклабился КШ, выгибаясь вперед. Волколак не заставил себя уговаривать, широко лизнул по всей длине, заглотил до основания. Все же пасть у него была глубже человеческой. — Хороший волчок, — ухватил его за шерсть между ушами КШ и закрыл глаза от удовольствия. Кончил КШ волколаку в рот, а когда хотел оказать ответную услугу, волколак просто подхватил его на плечо и утащил в реку, запрыгивая прямо на глубину. — Почему ты в меня не кончил? — поинтересовался КШ, когда они уже валялись на травке, накупавшись до синевы. — Не захотел. А нравится, чтобы в тебя? — Не особо. Потом в животе долго дергается и срать охота. Но раньше ты всегда в меня кончал, а сегодня сбежал. Почему? Волколак напрягся, мучительно ища нейтральный ответ. — Я тебе больше не нравлюсь? — стараясь говорить как можно равнодушнее, спросил КШ. — Нравишься, — выдохнул волколак, и притянул его к себе на грудь. — Ты мокрый! — возмутился КШ, но никуда не ушел. Мощные легкие гоняли воздух, громко и ровно стучало сердце, пахло мокрой псиной, но к этому КШ уже привык. От волколака веяло силой и спокойствием. — Если мы сейчас не встанем, я усну, — честно предупредил юноша. — Спи. Я тебя ночью развлеку, — хрипнул волколак и обнял КШ мохнатой рукой.