Волколак и Красная Шапочка

— Волколак с косой. Кто увидит, прощай моя репутация, — воровато огляделся по сторонам волколак и сделал пробный взмах. Трава легла широким ровным рядом. У человека так не получится, рост не тот. — А какая у тебя репутация? — пристроился рядом КШ. — Никакая из-за тебя, — сделал новый замах волколак, рыкнул и пошел косить на раз-два, как заведенный. КШ хотел сказать что-то колкое, но волколак уже усвистал вперед, не догонишь. В силу возраста и характера КШ не любил задумываться о сложных материях и отношениях. Да и какие отношения с волколаком? Так, приятный перепих. И вообще он постоянно бесил. Вот куда так торопится, собака плешивая?! Силу свою показывает. У КШ тоже сила! Бабушка стояла на пригорке и наблюдала за внучками. Серенького она знала еще волчонком. Учила по человечьи говорить, прятала от свирепого Вырвиглаза, когда тот только появился и схлестнулся с отцом Серенького. Еле уговорила уйти из этих мест, пока оба живы. Ругала безрассудную дочь, полюбившую волколачий уд. Детишки рождались один за другим, только все неудачные. Первого Вырвиглаз загрыз, когда молодая мать принесла показать первенца. Вторым родился волчонок. Дочь не знает об этом. Роды были сложными, она потеряла много крови и не видела кто родился. Повитуха передала новорожденного матери роженицы завернутым, как мертвого. Всем сказали, что ребенок умер, похоронили связку соломы в пеленках. А настоящего волчонка бабушка отнесла в лес одному одинокому дровосеку. Говорят, что дровосеки жестоки и охотятся на волколаков, но это сказки. Дровосеки тоже разные бывают. Теперь раз в год они приходят навестить старушку. Волчок уже совсем взрослый, на мосту стоит, дань собирает. Больше едой и деньгами, чтобы прокормиться. Дровосек уже совсем старый, работать не может. Последний раз едва дошел. Не то зиму пережил, не то нет. КШ настоящего отца не видел, слава богам. Вырвиглаза уже убили лютой смертью за издевательства над людьми к тому времени, как он родился. Люди, ведь, они до поры тихие, а разойдутся — так просто не остановишь. Много сил пришлось приложить, чтобы народ на дело решился. Может раньше надо было начинать, но чего не смогла, того не смогла. С другой стороны, вон какой помощник вырос. Еще и с Серым подружился. Пусть друг от друга ума набираются. А что ебутся много, так это дело молодое, пускай. Детишек не будет, одно сплошное удовольствие. — Ба, мы на реку! — заорал КШ издалека. Волколак поставил к стене сарая косы, слизнул с носа пот, сдернул с веревки полотенце, надо же что-то мальчишке под задницу подстелить, и вдруг обернулся к бабушке, вытаскивая из-за уха букетик луговых цветов. — Это вам, — отдал с шутливым поклоном. — С косами попозже разберемся. Упарился я в своей шубе. — И репьев нацеплял, — дернула за один репей бабушка. — Ай! Давайте я сам выберу! — резво отодвинулся волколак. — На, хоть, гребенку, повычесываешь. — Бабушка вынула из бездонного кармана на фартуке деревянную расческу, сунула волколаку в руку. — Спасибо. — Лохматый, где ты застрял?! — раздался капризно-гневный окрик КШ. — Иду! — рявкнул волколак, напоминая кто тут главный, и трусцой направился к реке. Бабушка была права, репьев в этот раз он нацеплял достаточно. Некоторые удалось выдрать когтями, но часть запуталась на спине и засела так крепко, что сразу и не разберешь репей это или колтун из шерсти. — Давай помогу, — подошел КШ. Он уже успел поплавать и находился в благодушном настроении. КШ взял расческу, огляделся и указал волколаку на упавшее дерево. — Садись. Волколак взгромоздился на дерево, свешивая хвост, вцепился в кору, боясь навернуться. Дерево было не особо толстым и покачивалось под его весом. КШ попытался чесать расческой, но только рассердился, бросил ее на землю и принялся распутывать руками. В какой-то момент волколак даже прибалдел от копошения в шерсти. А когда КШ стал почесывать основание хвоста, так и вовсе поплыл. Поэтому сперва не обратил внимания, что под хвостом происходит что-то неладное. Вот тупые человеческие ногти так приятно проходятся по чувствительным местам, а в следующее мгновение он понимает, что один весьма настойчивый член уже нырнул головкой ему в задницу. Это не больно, но позор же! Волколак дернулся и тут же оказался в кольце крепких рук и на члене по самый желудок. Что он там говорил про то, что много лишнего места? По ощущениям — очень мало. Он взвыл и рванулся сильнее, еще надеясь, что это ошибка, шутка, не может быть, чтобы его мальчик, его КШ решил так подло перехватить власть. Но КШ держал крепко и уже начал двигаться, размашисто и сильно. Еще немного и начнет надуваться узел. Требовалось срочно решить: сдаться или применить силу всерьез.