Надеюсь, я не единственный друг у себя

Отрицание. Гнев. Торг. Депрессия. Принятие

Проснувшись около десяти утра в пустой квартире, Скотт обречённо вздохнул. Он не совсем помнил, что произошло прошлым вечером, и посмотрел на комнату с отвращением. Опомнившись, он ещё больше исказил своё лицо. Поняв, что натворил, Скотт взял телефон и заметил пропущенные от Бенедикта. Пролистав до конца, он заметил сообщение от Уилсона: «Результаты готовы. Можете приходить уже сегодня. С бумагами будет сложнее. На это уйдёт неделя. Вам надо прийти и расписаться. Жду Вас сегодня до 18:00». Снова звонок от Бенедикта. От неожиданности Скотт дёрнулся и дрожащими руками ответил: — Эндрю, так и всю жизнь можно проспать. Тобой Уилсон интересуется. Придёшь сегодня? Там бумажки надо подписать, - в спешке бормотал англичанин. — Да, привет, Бен. Я помню. Я уже собираюсь к нему. — Ты как? — Всё в порядке, а ты? — Тоже. Я сейчас на съёмках, паспорт отдал твой на замену. Думаю, всё хорошо будет. — Спасибо. Это, я хотел извиниться… — Ты о чём? — Ну… — Не бери в голову. Забудь. Всё хорошо. Я постараюсь прийти пораньше. Можем поговорить, если хочешь. — Мне пора. — Потом расскажешь, как всё прошло. Я волнуюсь за тебя, Эндрю. – тихо в трубку проронил англичанин. Скотт, не попрощавшись, повесил трубку. «Ты не представляешь, как волнуюсь за тебя я» - подумал про себя ирландец. Быстро приведя себя в порядок, Эндрю волнительной походкой направился в сторону клиники. Внутри него было нехорошее предчувствие. Он пытался избавиться от этого и не думать, но что-то его постоянно разрывало и пугало. Эндрю списывал это на своё самочувствие и панический страх. Тревожно переступив порог больницы, он тяжелым шагом направился в сторону рецепции. — Подождите, он сейчас к Вам подойдёт, – вежливо сказала секретарша, - чай? Кофе? — Нет, благодарю Вас. Мне бы воды. — В кабинете доктора Уилсона есть кулер. Он Вам не откажет. — Спасибо. - ухмыльнулся Скотт и присел на диван в зале ожидания. Время тянулось как вязкая карамель. Минут через сорок появился тревожный доктор Уилсон с какими-то бумажками. Быстрым шагом он влетел в свой кабинет, не сказав ни слова актёру. Тот вопросительно посмотрел в его сторону. Ещё минут через десять врач вышел и пригласил Эндрю в кабинет. — Эндрю, Ваши результаты готовы, мы… — Сколько мне осталось? — перебивает резко Скотт. — От силы месяц…— тяжело вздохнув, произнёс доктор Уилсон, — к сожалению, на этой стадии уже поздно что-то делать. У вас онкология, метастазы. Мы можем предложить Вам лечь в госпиталь под наблюдением наших специалистов. — Стандартные фразы. У меня нет денег, чтобы оплачивать лечение. Раз уж мне осталось недолго, то и бороться с болезнью я не собираюсь. Спасибо за оказанную помощь, Уилсон. Вы сделали всё, что в ваших силах. Но медицина, увы, стоит на месте. Столько лет люди умирают от рака, а вакцину до сих пор не изобрели. – с надрывом произнеся эту фразу, Скотт налил себе воды из кулера. — Мы всего-лишь врачи. Над этим трудятся химики и вирусологи. Но если вдруг решите у нас остаться, мой номер Вы можете взять на рецепции. — А какой смысл? Надеяться на что-то опять? Ну продлите мне жизнь на два месяца, да, спасибо, но это ничего не изменит. — Вы знаете, где меня найти, если понадоблюсь. Бенедикту всё же передавайте от меня привет. Всего доброго, мистер Скотт! Эндрю обречённо посмотрел в сторону Уилсона. На лице ирландца пробежало много эмоций. И гнев, и ненависть, и недоумение. Патовая ситуация. «Что мне делать дальше? Как мне сказать об этом Бену? Что говорить родным?». Все эти вопросы прокручивались попутно в голове Эндрю, а его ходьба подкашивалась. Он находился в прострации и не понимал, почему жизнь играет с ним в такую злую шутку. «Ладно, в конце концов, теперь я свободен и могу делать всё, что захочу, ведь у меня осталось не так много времени.» — подумал Эндрю, выбегая из госпиталя и направляясь в сторону дома.