Фетр и хитин

Норма - понятие растяжимое. Что для одного вида кажется абсолютно обыденным то, для другого - странным или даже аморальным. И для большинства заводить романтические отношения сразу с несколькими индивидами, причём взаимные со всех сторон, было уже чем-то за рамки вон выдящим. Трейса, Кловера и Фина это не останавливало. Они легко могли скрывать свои настоящие отношения. Знать что будет и что уже было сильно помогало избегать неприятных ситуаций, а совместно с удачей Кловера, даже заподозрить их в чем-то было практически нереально. Они могли лапать друг друга во время собрания по обговариванию очередного плана, который, безусловно, опять провалится, и этого некто не видел! Кловер любил сидеть на коленях Трейса, когда они были в машине, и незаметно тереться о его пах. Следу тогда приходилось всячески изощряться, что бы не выдать себя. А как-то раз Кловер во время обеда забрался под стол и отсосал ему и Фину. Кроубар тогда как-раз купил достаточно длинную, практически достигающую своими ажурными краями до пола, скатерть в замену старой, которой не повезло быть полность измазанной маслом и сливками после кулинарных забав Печенья. Ключ с характерным щелчком проворачивается в замке двери. Закрыта. Это комната Трейса, она завалена горами фотоплёнки и линзами для камер, в углу - куча его грязной одежды. Раньше она лежала в корзине для белья, но теперь корзина лежит под ней. В затхлом воздухе наконец веет свежестью и прохладой, когда Фин открывает окно. На Альтернии невероятно жарко, поэтому все жилые комнаты в особняке находятся с западной стороны. Но закаты здесь красивые: огромное солнце садится за пустынные холмы, окрашивая всё в яркий, такой непривычный для леприконов красный цвет, редкие розовые и золотые облака вытягиваются вдоль горизонта. Фин отходит от окна и садится на широкий матрас. Трейс проиграл свою кровать в казино на прошлой неделе, зато это дало возможность попросить у Банки его старый матрас без каких либо подозрений. Он намного шире кровати и спать на нём оказалось удобнее: внизу - на полу - прохладнее. Фин без рубашки, но в брюках. Его босые стубни нервно упираются в паркет, колени прижаты к груди, а сам он, как всегда, сгорблен. Он ждёт когда же Трейс откроет этот чертов тюбик со смазкой. На деле это был обычный крем для рук, благополучно украденный у Снеговика, но из-за своей текстуры он подходил и для этого, ну и пах получше вазелина. Наконец пластиковая упаковка на колпачке поддаётся, и Трейс победоносно возносит тюбик над головой. "Готово"- гордо говорит он и показывает злощастный крем Фину. Сам Трейс тоже по пояс голый, но уже без штанов, только в боксерах. Плавник хмыкает и стягивает с себя брюки вместе с нижним бельём. Кловер хихикая прижимается к его спине и проводит маленько ручонкой по чужой щеке. Ему пришлось встать на колени, чтобы дотянуться до Фина. След невольно улыбается и тоже снимает свои трусы, бросая их в корзину, точнее туда, где она предположительно должна быть. Он уже достаточно твёрд, розовато-малиновый бакулюм торчит приметно на две трети, поблёскивая из-за естественной смазки. Фин улыбается ему в ответ и поворачивается, чтобы поцеловать Кловера. Они иногда устраивали Трейсу такие короткие представления пред настоящим сексом. Он накрывает его маленькие губы своими и аккуратно просовывает язык в рот. Приходится действовать медленно и сосредоточенно, дабы не повредить своими острыми зубами кожу Кловера. Их рты с влажным шлепком разъединяют и между ними на мгновение образуется красноватый мостик из слюны и крови. Перестарался. Но Кловер не возражая слизывает багровые капельки с губ. Фин толкает везунчика на матрас и нависает над ним, наигранно хищно улыбаясь. Он легонько покусывает чужую шейку, пока её владелец трётся своим коленом о его пах. Бакулюм Фина ещё внутри, но слизи, вытекающей из промежности, хватает, чтобы вся нога Кловера покрылась ею. Трейс, стиснув зубы, стонет от увиденного. Его член жадно проси внимания, пульсируя и вздрагивая при каждом новом толчке Фина на встречу чужой коленке. Фин отстраняется от покрасневших плечь Кловера и оборачивается. "Не хочешь присоединиться?"- игриво спрашивает он. Трейс кивает. Он встаёт на колени сзади Фина и обхватывает его талию; Плавник выпрямляется, позволяя Следу гладить весь его торс. Рука Трейса ложится на пах и хлюпая проникает в него двумя пальцами. Внутри тепло и узко, за тоненькой кожаной перегородкой пульсирует чужой бакулюм. Польци надавливают на него и Фин жалобно скулит. У него всегда были проблемы с тем, чтобы его "дружок встал"- как он сам выражался. Трейс делает несколько поступательных движений пальцами и член Фина быстро выходит наружу. Он тёмный, на выступающих венках отливает фиолетовым и почти в полтора раза толще чем у Трейса, но короче. Кожа на лобке отодвинулась вверх и покрылась складками от такого напора. След сжимает его в кулак и проводится по всей длине. Фин всхлипывает. Он весь мокрый, меж его лопаток, по хребту до копчика и по лбу градом текут капельки пота. Ноздри с каждым тяжёлым выдохом раздуваются; можно даже услышать, как в каналах его огромного, но хрупкого носа гудит горячий воздух. Фин закатывает глаза и самозабвенно долбится в чужой кулак. Трейс дразня разжимает его и убирает свою руку на чужое бедро. "Надеюсь ты не забыл про нас"- немного с укором говорит он. Фин на это выдавливает из себя только тихое "ага". След поворачивает его голову и нежно целует. Их лица подходят друг к другу как кусочки пазлов - подмечает Кловер. Он вяло ласкает себя, ему больше доставляет удовольствие наблюдать за двумя, так сильно любимыми им, леприконами. Солнце полностью зашло за горизонт, погружая комноту в кромешный мрак. Трейс неохотно отстраняется от Фина и встаёт, но только для того, чтобы включить подсветку на своей мини студии для проявления фотографий. Да, это - одно из его немногих хобби. Большинство фотографий были сделаны исподтишка в отелях или общественных саунах. Когда у тебя есть такая замечательная способность - видеть прошло - грех ей не воспользоваться! Голые панцирники вызывали у Следа ровно столько же возбуждения сколько и Фин с Кловером. Они этому и не возражали. Комната снова заполнилась светом, только на этото раз - более глубоким. При солнечном, хоть он тоже красный, можно было различать другие оттенки, но теперь фотографии с обнажёнными дерситами и проспитианами (а ещё пара с другими Суккониками), стены, мебель и, конечно, сам Трей со своими любовники были полностью окрашенны в багровый. Трейс поворачивается когда Фин неожиданно громко и протяжно стонет. Кловер услужливо надрачивает ему обеими руками, иногда облизывая или посасывая кончик. Руки Фина судорожно гладят его макушку, кажется, что он вот-вот кончит. Но маленький леприкон останавливается и по детски обиженно смотрит на Трейса. "Ну, ты идёшь?"- говорит он, и это будто выводит Следа из транса. Он подходит к Фину и, обхватив его руками за талию и плечо, укладывает вдоль матраса, Кловер радостно хихикает и садится меж его согнутых ног лицом к Трейсу. Фин сжимает бёдра малыша, подтягивая его ягодицами к своему ноющему от возбуждения члену. "Подожди"- обеспокоенно бормочет След, он хватает с края матраса тюбик, открывает его и обильно выдавливает содержимое на ладонь. Цветочный запах щекочет чувствительные рецепторы. Трейс несколько раз проводит рукой по бакулюму любовника, а после прижимает влажные пальци ко входу Кловера. Он послушно садится на них, тихо вздыхая. Низ живот неприятно скручивает, но вскоре это проходит. Тонкая кожа покрывается мурашками, когда Трейс добавляет ещё один палец и начинает ими двигать. Фин нетерпеливо, томно дышит. Всё это кажется таким странным не только для гипотетического постороннего зрителя, но идя них самих. Не верится, что они это делаю, что каждый из них согласился на это, что все любят друг друга. Трейс с хлюпаньем вынимает пальци и проводит ими вдоль промежности Кловера; тот вздрагивает от неожиданных, но приятных ощущений. Фин довольно цокает и резко дёргает бёдрами вверх, легко проникая в малыша примерно на треть. Глаза Кловера округляются, его рот открывается в немом крике. Трейс нежно проводит тыльной стороной ладони по его мокрой щеке, стирая пот и слёзы. Фин хватает бёдра Кловера и настойчиво насаживает его дальше. Трейс спокойно подсаживается ближе и упирается своим членом во влажную промежность Кловера. Тот одобрительно кивает, и След рывком входит в него. Неописуемо приятное давление и теплота будоражат сознание, бёдра сами начинают двигаться взад-вперёд за новой порцией удовольствия. Кловер жмурится, когда Фин наконец входит полностью, упираясь концом в изгиб кишечника. Трейс тоже продвигается вперёд, с каждым новым толчким он входит всё глубже. Фин начинает двигать тазом, входя из его горячего нутра на несколько сантиметров и потом снова, с лёгким хлюпаньем, вдавливаясь обратно. Они со Следом находят хороший ритм: когда выходит Фин - входит Трейс и наоборот, так Клевер всегда остаётся заполненным. Трейс проводит языком по солёному от пота плечу Кловера и утыкается в шейку. Фин ерзает под ним на матрасе, пытаясь отлепить промокшую ткань от своей спины. Его дыхание стало рваным, хриплым, а растущее напряжение в паху усиливается, но он держится, в отличие от леприкона напротив. Трейс сбивается с ритма и резко входит в Кловера по основание одновременно с Фином. Реакция не заставила себя долго ждать: малыш вскрикивает и докрасна сжимает кисти рук. След гортанно рычит и заливает чужое нутро тёплым семянем. Трейс ралябляется и вяло повисает на Кловере. Приглушённые стоны прекрасно аккомпанируют влажным, укаряющимся с каждым новым толчком, шлепкам Фина. Трейс отпускает малыша и устало плюхается на матрас. Вязкая, полупрозрачная жидкость капая стекает из влагалища Кловера на грязную от пота ткань. После серри особо быстрых толчков, Фин выгибается в спине и хрипло стонет. Кловер чувствует, как его переполняет жар и невыносимая тяжесть, горячий поток бьёт прямо в изгиб. Так хорошо, слишком хорошо. Клевер сводит ноги и всхлипнув кончает. Фин нежно проводит руками вдоль его рёбер к подмышкам и, ухватившись за них, понимает над своим обьмякшим бакулюмом. Клевер не может сдержать лёгкого стона, когда его кишечник опустошается. Фин прижимает малыша к себе. Плавник весь мокрый и скользкий, но Клевера это совсем не волнует. Трейс, похоже, отойдя от оргазма, тоже ложиться около них. Фин вяло поворачивается и целует его в подбородок, на что След лишь слегка хмыкает. Кловер приподнимается на чужой груди, задумчиво смотря в стык стены и потолка. "Следующий раз только с презервативами" - усмехается он.