Фетр и хитин

В последнее время Печеньку и Яичницу не берут на задания. "Команде нужны мозги а не грубая сила"– пояснял это недавно Лом. Но они и не против, зато теперь у них есть куча времени на дурачество друг с другом, то есть готовку сладостей. У Печеньки несмотря на его недалёкость это получались очень хорошо. Яичнице очень нравится смотреть как он готовит: замешивает крем, раскатывает тесто, лепит пироги и другие сладости. Печенька стирает пот со лба тыльной стороной ладони и выдыхает. С начинкой покончено, осталось только замесить тесто. Яичница сидит за обеденным столом и, уперевшись щекой о руку, с интересом наблюдает за другом. Бисквит встаёт на носочки и тянется к верхним полкам, чтобы достать селеконовую формочку. Он фыркает, когда часть муки с края полки падает ему на лицо. Наконец он достаёт форму и ставит её на край измазанного кухонного стола. Бисквит снимает с миски плёнку, опара* достаточно отдохнула, пора вмешивать в неё остальные продукты. Печенька пританцовывая берёт несколько яиц и разбивает их об край миски. Они слегка странные: полупрозрачные, скорлупа тонкая и кожистая, а желток отдаёт зелёным. Но эти яйца отдал ему Жмурик, так что Бисквит не жалуется. В миску оправляется несколько кусочков маргарина. Деревянной лопаткой Печенька перемешивает получившуюся массу до однородности и высыпает муку. Остальные, если всё пойдёт по плану Лома, должны вернуться где-то к обеду, так что ему надо поторопиться. В не очень большой черепной коробке Яичници вспыхивает идея, и он встаёт из-за стола. Бисквит отвлекается о замешиваня теста, когда чужие руки начинаю мять его живот. Печенька в недоумении поворачивается и встречает взглядом с Яичницей. "Что такое?"- спрашивает он, продолжая месить тесто, но значительно медленнее. Эгс лишь многозначно, по крайне мере для Бисквита, ухмыляется и скользит своими ладонями ниже, на бёдра. Печенька отворачивается, стараясь просто игнорировать странное поведение друга, и продолжает замешивать тесто. Чужие ладони приятно массирую мягкий живот через слои одежды. Фартук с вышитыми на нём подковами и, запачканая в креме, рубашка тихо шелестят, когда их сжимают или растягивают. Яичница решает опустить одну свою руки ниже, на чужие ягодицы. Печенька, закусив губу, насыпает в тесто пару последних ложек муки и начинает замешивать его руками. Рука Эгса на мгновение останавливаются чуть ниже поясницы, но через мгновение быстро скользит вниз, стягивая за собой чужие брюки и боксеры. Бисквит ахает от неожиданности, а Яичница продолжает ласкать его тело, но теперь без лишних препятствий. Кожа всех лереконов покрыта небольшим пушком, из-за чего она на ощупь немного похожа на сукно; вот только у Бисквита она через чур нежная. Яичница проводит двумя большими пальцами меж ягодиц и, сжав их, раздвигает. Печенька напряжённо мычит и хмурится. Его переполняет возбуждение, но сейчас его больше интересует готовка нежели секс. Яичница обиженно хмыкает из-за незаинтересованности друга и проводит указательным пальцем вдоль половых губ. По ладони Эгса сразу начитает стекать естественная смазка, когда он двигает пальцем вдоль чужой промежности. Бисквит сжимает челюсти, стараясь подавить стоны. Пальцы хлюпая нежно натирают влажную, разгорячённую кожу. Печенька тихо фыркает, от его дыхания на столе поднимаются белые облачка муки. По нахмуренному лбу стекают капельки пота. Яичница, положив голову на чужое плечо, любуется это картиной. Пара его коренастых пальца проникают во внутрь, из-за чего Печенька сдержано стонет. Его одежда уже пропиталась потом и неприятно прилипала к коже. Эгс делает несколько поступательных движений и вскоре вытаскивает склизкие пальцы. Наконец, закончив мучить Бисквита, Яичница требовательно мычит и слегка покачивает его за плечи. Печенька тяжело вздохнув, накрывает почти готовое тесто миской. Он сново поворачивается, только теперь без лишних вопросав просто подтягивает грязной от муки и масла рукой Яичницу поближе к себе и втягивает его в поцелуй. Ни Эгс, ни Бисквит целоваться не умеют, но их это мало волнует. Языки переплетаются между собой, зубы бьются друг об друга, губы покусываются. Печенька разворачивается к Эгсу всем телом и нежно берёт его за пухлые щёки, Яичница в свою очередь сжимает его плечи. Но через минуту он отстраняется и разрывает поцелуй. Его щёки побагровели, а дыхание от временной нехватки кислорода участилось. Эгс криво улыбается, принявшись растёгивать свою рубашку. Его полные пальцы с трудом продевают маленький пуговицы сковизь петельки. Бисквит, отойдя от поцелуя, следует примеру друга: он безуспешно пытается развязать фартук. скользкие от масла руки то и дело соскальзывают с узелка. "Давай я"– наконец за долгое время отзывается Яичница. Печенька обдумывает предложение и помедлив поворачивает спиной к Эгсу. Он легко справляется с узлом на фартуке и швыряет его на стул. Яичница прижимает друга к себе и накрывает своей ладонью его пах. Бисквит, стянув брюки до колен, расслабляется в чужих объятиях. После некоторых инцидентов Шов стал делать им штаны с вшитой резинкой вместо ремня и фольшивими ширинками; так намного удобнее. Бисквит нервно трёстся бёдрами в такт движениям чужой ладони. Он слишком возбуждён, чтобы думать о тесте или тем-более о пирогах. Эгс проводит подушечками пальцев о выступающих кончик бакулбма, и Печенька хрипло вздыхает от нетерпения. Яичница хихикает и надавливает на него, размазывая полупрозрачные капельки преэкулята по коже вокруг, постепенно выходящего наружу, ствола. Смазка стекает блестящими нитечками на пол, пака Яичница потирает уже весь бакульм. Даже э кисти Эгса не хватает, чтобы обхватить его полностью. Бисквит протяжно мычит и хватает чужую руку, задавая нужный темп. Яичница сам сгорает от желания. Его член уже полностью встал и болезненно упирается в ширинку. Яичница аккуратно подталкивает Печеньку к столу. Последний упирается руками о его края и повёрнувшись вопросительно смотрит своими затуманенными от возбуждения глазами на, снимающего свои штаны, Эгса. Он практически всхлипывает, когда кончика его члена касается резинка от боксеро. Бисквит одной рукой оттягивает ягодицу, показывая Яичнице свою влажную промежност. Эгс сглатывает и, устроившись поудобнее, втискиваться внутрь. Невероятный жар и давление будоражат сознание. Яичница делает первый толчок и из плотно сжатых губ Печеньки вырывается приглушённый стон. Второй, третий, четвёртый... Эгс постепенно ускоряется, а Бисквит стонет всё откровеннее. Влажные шлепки кожи о кожу наполняют кухню. Печеньке совсем наплевать на время, он самозабвенно двигает рукой по, сочащимуся смазкой, бакулюму в так толчкам внутри. Эгс прижимается к влажной спине Бисквита и сжимает его живот для лучшей фиксации. Печенька упирается лбом в стол и закусывает свой кулак, по привычке стараясь сдержать стоны. Они с Яичницей и вправду очень шумные, и это довольно часто смущает или вовсе раздражает других членов команды. Движения Яичници становятся хаотичными и размашистыми. Бисквит с каждым толчком гортанно стонет и устало гладит свой бакулюм. Дышат становится трудно, в горле встаёт ком, а низу живота всё сдавливает. Спустя пару точкив Бисквит сжтмает головку бакулюма и с рычанием кончает на дверцу кухонного стола. Яичница продолжает вколачиваться в него ещё пару минут, но тоже быстро обьмякает и наполняет чужое нутро вязкой, горячей жидкостью. Бисквит тихо вздыхает, прикрыв глаза. Эгс шатаясь отстраняется от него, и поток семяни сразу начинает стекать по дрожащим ногам Печеньки. Яичница вытирает пот со лба краешком своей рубашки и быстро натягивает штаны. Требует время чтобы его сознание пришло в норму. "Я за влажными салфетками"- сообщает Эгс, уже уходя из кухни. Бисквит в ответ лишь что-то неразборчиво мычит, стараясь прийти в себя. "Тесто наверно уже поднялось"