А поутру они проснулись...

      Альберу сидел за своим рабочим столом и слушал доклад Эрвина, когда в стеклянном шкафчике заработал один из многих шаров связи. Помощник поклонился и покинул кабинет, встав с той стороны двери, чтобы потом продолжить доклад. Тема была важной, но не ответить на звонок Хенитьюза? Среди знающих не было таких идиотов. Да и с его приходом стало интереснее работать, столько всего повылезало, что просто диву даёшься…!       Молодой мужчина довольно зажмурился, вспоминая, как недавно поутру слишком усталая королевская советница проснулась в его покоях. Да, между ними ничего не было, да, оба заснули в одежде, нет, я не специально, нет, я не проснулся — ещё рано, так что спи давай! Это сонное недовольное личико так и хотелось расцеловать, но Эрвин знал, что не стоит торопиться. С такой женщиной торопиться нельзя, всё должно происходить естественным образом. Потому что она уже однажды высказалась на счёт его возраста, когда выпила лишнего — благодаря своему водному элементалю, он мог пить сколько угодно и не пьянеть, хотя об этом мало кто знал.       Эрвин Манул был почти другом Альберу и его ближайшим помощником, тайным поклонником Таши и её близким коллегой — мужчина очень старался сблизиться с ней. Он был умным, сильным и способным. На него не действовал её злоязыкий талант — он сам был похожим. Чистокровный тёмный эльф, заключивший контракт с двумя элементалями, ветром и водой, что было удивительным для его родных. Водяные духи в пустыне и в подземном городе? Это была несмешная шутка, пока подросток, оказавшийся близ берегов океана по поручению мэра города, не встретил одинокого, только недавно непонятно как родившегося, духа.       Это было неожиданно и очень захватывающе. А ещё весело и проблематично. Любопытный маленький элементаль влезал в любую щель и находил на свой прозрачный хвостик вечные проблемы. Хорошо себя чувствующий вне водной среды и ещё лучше себя чувствующий рядом с большим количеством воды. Маленький озорник проникал везде и всюду, за что Эрвину часто доставалось от взрослых. И за что его выбрали. А потом он увидел её и пропал — эльфы влюбляются лишь раз в жизни. Пришлось резко повзрослеть, чтобы стать достойной партией для дочки мэра города, одной из сильнейших тёмных эльфиек. Чтобы разница почти в сотню лет была не ощутимой.       А потом он встретил и духа ветра, подходящего ему. Пронырливые, вечно неунывающие шуты на потеху эльфам и их элементалям. Они были идеальны. Как весело журчащий ручеёк мог стать ревущим водоворотом, засасывающим всё в себя, как ласковый весенний ветерок мог стать сносящим всё на своём пути ураганом, так и молодой тёмный эльф мог создать натуральное затишье перед бурей.       Да и быть приглашённым в отряд эльфов, подчиняющихся Кронпринцу, чтобы стать ему опорой и помощью, защитой и мечом…       Это было честью.       Это было огромной опасностью.       Это было весело.       Это было возможностью.       

***

      Кроссман дождался выхода замаскированного эльфа и ответил на вызов, поудобнее устраиваясь в кресле. Перед ним возникло изображение сидящего на стуле промокшего молодого человека.       Алые волосы липли к бледной коже лица, рубашка очерчивала рельеф твёрдых мышц, скрещенные ноги натягивали брюки, обтягивая бёдра и колени, руки поправляли пряди, лезущие в глаза и рот. Красивое зрелище, притягивающее взгляд, говорило любоваться своим обладателем. Вот только, зная Кейла, у Альберу возникало желание не любоваться, а выбивать ответы на множество его вопросов. — Что это за вид? — правда, Кроссман также знал, что вряд ли ему ответят на эти вопросы. — Его Высочеству не нравится этот вид? — насмешливая улыбка украсила бледные губы, пальцы расстегнули пару верхних пуговиц. — Вид мокрой крысы? — грубо и точно так же насмешливо поинтересовался принц, приподнимая бровь. — Как грубо, Ваше Высочество, — тёмные глаза в полумраке палатки блеснули озорным блеском. — Зато честно, — иронично изогнулись губы — Кронпринц тоже веселился, тонко стебя своего собеседника — тот же просил честности? Получите-распишитесь, так сказать. — Такую изощрённость да в другое русло… — Кейл пошевелил бровями в определённом намёке и тут же продолжил говорить, не давая ответить в привычной полупошлой пикировке. — Ваше Высочество, Звезда Королевства Роан, как поживает семья маркиза Стэна?       Наследный Принц замер на какую-то миллисекунду, понимая, что в этот раз позвонили по делу, а не поиздеваться, как графский сын периодически любит делать. Хенитьюз всегда, при любой удобной возможности, связывался или сам телепортировался с помощью специальных свитков. Не часто, но и нередко. — Как? — принц приподнял брови. — В настоящее время в ней сменяется человек, в чьей власти находится контроль над северо-западными территориями. Почему ты этим интересуешься у меня? У тебя же такааая сеть, — колко спросил Альберу. — Ох, что же я вижу…! — парень удивлённо отклонился от спинки деревянного стула и восхищённо уставился на принца. — Неужели это ревность? — Ревность? Молодой мастер Кейл, кажется, Вы видите то, чего нет, — принц сочувственно улыбнулся. — Может, вам стоит обратиться к священникам? — Может и стоит… — задумчиво протянул, вызывая у принца подспудное ощущение гадости. — Надену рясу и пойду восхвалять одного конкретного Бога, будущего Солнце и Луну Королевства Роан. И буде…       Кронпринц мрачнел с каждым новым словом, произнесённым паршивцем. У него было очень странное ощущение того, что при желании и упрямстве этот ублюдок вполне мог такое сотворить. Альберу передёрнул плечами и прервал восхваления себя любимого захлёбывающимся восторгом и взмахивающим руками молодого парня, сейчас удивительно похожего на подростка с огнём в глазах готового словом и делом нести свою веру в массы, доказывая, что его Бог существует. А зная этого человека, то лучше даже сказать причинять добро и наносить справедливость. Чёртов рыжий ублюдок…! — Я говорю об этом только потому, что получаю кое-что взамен. И раз ты так изящно говоришь мне не интересоваться этим, то я заткнусь, — мрачно вздохнул, раздражаясь. — Это только для того, чтобы я мог делать то, что понравится вам, Ваше Высочество, — тут же вернул своё обычное спокойное выражение лица Хенитьюз. — Охотно верю, — фыркнул на откровенную ложь принц с лицом полным веры во сказанное. — Я говорю правду, — спокойно повторил, улыбаясь мягко.       Принц не хотел признавать — Кейл ему не врал. Недоговаривал, смещал акценты, молчал, но не врал.       Они помолчали некоторое время и принц продолжил говорить, кратко излагая суть того, что происходит на территории маркиза Стэна. Зачем это ему, он не понимал, но подозревал, что самых главных причин несколько: проверить его информационную сеть и побесить. Хотя Кейл назвал бы это налаживанием отношений. — Поспеши обратно в замок. — Слушаюсь и повинуюсь, Ваше Высочество.       Альберу невольно привыкал к пошлым шуткам и разговорам, уже не реагируя так остро как в самом начале, расслаблялся в его присутствии и даже иногда проявлял инициативу, вызывая восторг у своего партнёра.

***

      Кроссман был раздражён, сколько бы он Кейлу ни говорил — этот рыжий ублюдок продолжает звонить и спрашивать, спрашивать, спрашивать, нудным голосом раздавая советы. Он как будто специально действует на нервы, выбирая самое неудачное время для звонков. — Ваше Высочество, птичка напела, что Вы сегодня забыли пообедать… — Звезда нашего Королевства сегодня не в духе, мне прибыть и поднять Ваше настроение? — Мой котёнок, тебе стоит лучше следить за своим здоровьем… — Хотите я сделаю так, чтобы Вы выспались…       Этот придурок бесил до чёрных кругов перед глазами и сжатых кулаков. Вечная работа Кронпринца, тренировки, выслушивание других конфессий, балы и званые ужины, расследования, контроль имеющихся дел, общение с дворянами, присмотр за Тейлором, вечные звонки от Хенитьюза, его появление в покоях.       Стоило экипажу аловолосого парня встать на ночёвку, так этот придурок сразу же возникал и трахал. Ну, не при каждой ночевке, конечно, появлялся, но валил и трахал постоянно, когда приходил к нему. Это бесило, учитывая постоянные нотации.       Это вызывало зубной скрежет. Если раньше ему просто выносили мозг придворные и ушлые торговцы, то теперь его постоянно вытрахивают и морально и физически.       Альберу устал и заколебался.       И вот, когда Кейл вернулся обратно на эту сторону суши и в очередной раз его посетил, принц не выдержал. Он высказал всё. Шипел и цедил слова, сдерживая себя из последних сил. Пока не заметил выражение лица, с которым тот за ним наблюдал. Страшно холодный и одновременно ярко пылающий чёрными углями взгляд. Не обещающий весь мир положить к ногам, а пугающий страхом до дрожжи в коленках.       Стоило Кронпринцу замолчать, как Хенитьюз встал и хищной походкой, еле слышно наступая на ворсистый ковёр, подошёл к замершему мужчине. С каждым его шагом казалось будто весь мир сужается и давит на Альберу со всех сторон. Блондин стоял около камина, рядом с которым наворачивал круги, высказывая всё что накопилось за это время. Недалеко стояло кресло, в котором Кронпринц сидел и пил до появления графского сына. Пил на голодный желудок, истощённый морально и физически. — Мой славный тёмный эльфёнок, — мурлыкающе произнёс Кейл, от тона и фразы которого Альберу начал трезветь, — ты забываешься, — холодно закончил, что-то невидимое стало давить на плечи. — Я хочу это здоровое и сильное тело эльфа, — парень дотронулся до живота проводя пальцами снизу вверх, — а не истощённого, худого и немощного кутёнка.       Альберу чувствовал горячие даже сквозь одежду кончики пальцев. Хенитьюз мог в любой момент разорвать их договор, забрав те блага, что у него уже были. Кроссман чувствовал, как алкогольное марево истаивает в его сознании, а на его место приходит осознание и ужас.       Поддержка семей Стэн и Хенитьюз, морская база, маги, артефакты из башни, сама башня, гипотетическая победа над Северным Союзом, ниточки работорговли ведущие в Империю. Всё это могло возвысить других принцев, если подсуетиться сейчас. Сложно и неудобно, учитывая уже закладывающийся фундамент репутации Наследного Принца, но со способностями и знаниями Кейла?       И что самое главное — знание истинной расы Кронпринца. Это — смерть его настоящей и любимой семьи. Вновь начать гонения, которые только недавно по их меркам утихли? Принц не мог так поступить. — Ты сам отдал власть над своим телом в мои руки, — руки дошли до плеч, — когда согласился, — руки надавили на плечи, обозначая движение. — В ближайший год, Ваше Высочество, я могу делать с этим телом что угодно и когда угодно, — алая недовольная бездна смотрела в потемневшие сапфиры глаз. — И если мне надо следить за твоим питанием, сном и тренировками — я буду это делать.       Как за ручным зверьком… С лёгкой заминкой Принц опустился на колени, снизу вверх наблюдая за пугающим аловолосым парнем. Тот расстегнул молча пиджак и расставил поудобнее ноги, поворачиваясь боком к камину. — А теперь, мой забывчивый эльфёнок, подними мне настроение, — одну руку положил на голову, поглаживая щёки и обхватывая подбородок, другой рукой схватился за каминную полку, на которой стояли различные безделушки.       Альберу дрожащими руками расстегнул ширинку, принимаясь за привычное в последнее время дело. Он не первый раз делал минет. Странное давление наполняло комнату до краёв.       Альберу никогда не было так страшно в его присутствии — вся злость всегда была направлена на других, а он ощущал себя спрятанным за пазухой сокровищем. Альберу забыл, что это сравнение пошло от драконов — настоящих воплощений власти, гордости и уверенности в своём господстве над другими.       Кейл никогда не направлял на него свой гнев.